Случайности

Не раздумывая, нырнув в узкую щель в земле следом за DEX-ом, Денис почти сразу больно ушибся о выступ, потом поскользнулся, проехался, скатываясь вниз по осыпающимся камням, снова споткнулся и упал-нырнул вперед, спружинив ладонями, чтоб не уткнуться в острую и липкую крошку лицом. Почти сразу мягко ударило по ушам и зашуршало, некрупными кусками, осыпаясь на ноги. Денис прополз чуть вперед, высвобождая ноги. А следом почувствовал усилившуюся под собой сырость. Осторожно, не торопясь, встал на четвереньки и, подняв голову, увидел две светящихся красных точки, направленных на него. — DEX, стоять! — повторил его собственный голос. — Стою, — под «стоять» его теперешнее положение тоже подходило, не лежал же, и не сидел, и не двигался. Сняв опору с одной руки, (под ним мокрело все ощутимей) Денис вынул из кармана плоский фонарик, осветил им пол пещеры, стены, стоящего напротив киборга, что неудобно втыкался и без того, похоже, травмированной головой в потолок между двумя наростами. Осмотр назад, не меняя общего положения — оспаривать приказы DEX-а желания не было — оказался делом затратным, требующим изрядной гибкости и травмоопасным — Денис каким-то чудом, падая, проскочил под кривым и острым выступом камня. Сзади набухала от воды и медленно сдвигалась каменно-земляно-корнево-мусорная плотина. — Надо уходить. Здесь опасно, — озвучил свои наблюдения Денис, обращаясь к киборгу. — Опасно. Уходить, — тускло повторил тот, хрипло-механическим голосом. Резко присел и, перехватив Дениса за руки, дернул к себе, проволакивая по грунту, после чего, нечеловечески извернувшись в узости, закинул себе на спину, лицом вверх, вытягивая и перегибая позвоночник человека, и фиксируя на себе. Бегал, полусогнувшись, местами ползком, местами на четвереньках, киборг быстро и ловко. Шевельнуться Денис практически не мог, да и не старался. Фонарик из руки он не выпустил, но тот светил куда угодно, но только не вверх, в направлении взгляда. К тому же на лицо постоянно сыпался всякий мусор, пыль, капли неизвестной жидкости (хотелось надеяться, что просто воды), каменная крошка, шлепки жирной грязи. Поэтому глаза и рот Денис старался держать плотно закрытыми, да и дышать «по-праздниковски», втягивая носом воздух несильно и медленно. Воздух пах нехорошо. Сыростью и гнилью, а еще кислил. Ориентировался Денис на кинестетические ощущения, чувство движения, изменение среды (суше-влажнее), ощущение пространства (много вокруг свободного или мало). В основном его было мало — киборг пробирался какими-то узкими щелями и шкуродерами, один раз даже сбросил Дениса со спины и протащил за собой за вытянутые над головой руки. Денис, даже в этом месте, киборгу не сопротивлялся — не хотел себе лишних травм. Наконец DEX остановился. В каком-то, судя по отраженному от стен звуку дыхания и движения, объемном помещении с более твердыми, чем до того в большинстве ходов, поверхностями. Сухом. Но пахло здесь человеком, точнее отходами его жизнедеятельности. И самим киборгом, который его тащил. Это забивало все прочие запахи, что улавливались до того. Киборг выпрямился, дал телу человека сползти со своей спины и коснуться ногами пола. Дениса тут же повело и затошнило. Но он, пересиливая себя, не дал полученному в лагере завтраку вылезти наружу, зажимая нос и рот ладонью и дыша через собственную руку, выпрямился, — киборг какое-то время поддерживал, помогая сохранять равновесие. Включил фонарик, огляделся. Конус расфокусированного света позволял это сделать не сверхдетально, но достаточно, чтоб быстро получить представление об окружающем пространстве. Бетонная коробка стен. Гравиплатформа, пара электрокаров. Задние сиденья в одном сдвинуты и максимально откинуты, там же груда какого-то тряпья. Похоже пресловутая лежка беглеца. Киборг спокойно стоял рядом и будто чего-то ждал, изредка вспыхивая огоньками теплового зрения в глазах. Его Денис обшарил лучом фонарика тщательнее всего. Беглец опять весь высох и отощал, хотя и не так сильно, как в момент проникновения на «500-Веселый». Одет был в неподдающиеся опознанию лохмотья. На голове и локте свежие ссадины. Подробнее понять под покрывающей его с головы до ног и, похоже, в несколько слоев грязью было невозможно. И от него тоже воняло. Дениса по-прежнему подташнивало, и кружилась голова. Хотя быстрое ее ощупывание ушибленных мест не нашло. Неожиданно напала сильнейшая зевота, которой оказалось почти невозможно сопротивляться. А промокшее еще снаружи, под дождем, тело внезапно решило начать мерзнуть и дрожать. Киборг двигался быстро, Денис с фонариком за ним не поспевал, только на слух мог сказать, что тот метнулся куда-то влево за гравиплатформу. Но когда Денис посветил в ту сторону, кибог уже подкрался к нему со спины и закутал во что-то жутко вонючее и тяжелое, но в чьем прикосновением к коже лица определился мягкий и тактильно довольно приятный, похожий на натуральный, мех. А затем, так же мягко, но сильно приобнимая и мешая воспользоваться фонариком, повлек к своей лежанке в электрокаре. Действие оказалось эффективным, под шубой, или во что там закутал его заботливый «похититель», Денис быстро согревался. И захотелось спать. Пренебрегая и тошнотой, и вызывающей ее вонью. Глаза закрывались практически сами собой, и непрерывно зевалось. Понимание запоздало, пришло слишком поздно. Денису потребовалось напрячь всю силу воли, чтобы попробовать высвободиться и сообщить киборгу: «Воздух! Здесь яд. Нельзя дышать». Получилось у него сказать это вслух или нет, — он не понял, просто упал на пол, вывернувшись из шубы и объятий киборга. Сознание меркло, тело перестало слушаться. Он очнулся от холода и шума. Сознание плыло и путалось. Слышались неразборчивые голоса, сквозь шум, не то морских волн, не то крови в ушах. Сильно болела голова и грудь. Во рту было мерзко, точно стошнило тухлятиной. Зато лица касался свежий холодный и влажный воздух, ощутимо пахнущий морем, и вонью давно немытого тела, два запаха налетали порывами. Денис лежал на спине, на чем-то жестком, мокром, твердом, относительно плоском, но очень неровном. Очень хотелось прополоскать рот, или хотя бы сплюнуть вязкую слюну. Ребра болели точно раздавленные. Дышать было трудно. Денис попробовал открыть глаза и проморгаться от слишком резкого света. Чуть позже удалось повернуться на локте и приподняться. Он действительно лежал на скальном выступе, карнизе, резко обрывающемся в пустоту с одной стороны, с другой поднималась скальная стенка, с трещиной пещерного хода. Но почти сразу пришло понимание, что это все же рукотворный проход с криво переклинившей створкой мембраны. Даже какие-то остатки ржавых перил и лестницы вниз в пропасть удалось углядеть. Глаза слезились, и голова соображала тяжело, повернуться в другую сторону, откуда, Денис теперь уже ясно слышал, доносились человеческие голоса, зовущие его по имени и фамилии и Это. Требующие от него откликнуться, а от Это — не оказывать сопротивления. Повернуться, не поднимаясь, удалось с трудом, а вот голос отказывал совершенно. Денис почувствовал себя рыбой, беззвучно разевающей рот. А меж тем по скользкому и крутому склону к ним спускались люди. Киборги — понял Денис, чуть приморгавшись. Его DEX, Это, Чудо, стоял полусогнувшись и опустив руки до земли (скалы), касаясь ее кончиками пальцев, выгнув спину, напрягая мышцы и точно раздувая шею, опустив голову, между ним и приближающимся спасателями. И глухо, рокочуще рычал. Звук был Денису незнаком, но однозначно угрожающий и призванный отпугивать. Пожалуй, даже и крупных хищников. Вот только DEX-ы хищниками не были и рычания не боялись. Денис отчаянно пытался встать, перевернуться на живот, и как-нибудь привлечь внимание Чуда. Тот его, похоже, слушался и явно заботился — вероятно, специалисты ОЗРК оказались все-таки правы, а значит, Денис за него отвечает. Надо его успокоить. Тело слушалось из рук вон плохо, голос не подчинялся совсем, и пока Денис возился, скользя пятками и локтями по камню, охотники-спасатели-поимщики подошли совсем близко. Ближайший к ним вытянул вперед руку. «С блокатором!» — понял Денис, рывком заставляя себя сесть на задницу и развернуться. Он почти встал, но и Чудо почти бросился вперед на киборгов, туда, где карниз суживался и почти исчезал. И, видимо, именно в этот момент киборг попал под действие блокатора, он споткнулся, его качнуло, а затем он выпрямился, раскидывая руки в стороны и одновременно поворачиваясь, и спиной вперед повалился в пропасть. Денис как раз сумел подобрать под себя ноги. Этого хватило, чтоб бросить тело вперед и схватить Киборга за руку и за пояс. А вот дернуть его на себя, возвращая на карниз не получилось. Денис слишком нетвердо стоял на ногах сам, киборг оказался тяжелее, чем ожидал Денис — подвело знание о том, каким он был, когда его вытащили из технической полости. Ржавая железная лестница только сильно ударила сначала киборга, а потом Дениса, но почти не задержала падения, со скрипом и скрежетом прогибаясь и отваливаясь от скалы. Но все же она немного изменила траекторию. Как ни странно, но болезненный удар по шее, заставил Дениса сосредоточиться и найти выход. Условный, временный, но… Толкнувшись ногами от скалы и задавая крутящее движение связки их двух тел, Денис сумел забросить их с киборгом в узкую трещину, ободравшись об которую, они упали на крохотную каменную площадку. Совсем рядом внизу волны грызли торчащие скалы. Временами брызги долетали до треугольного уступа, отражались от стен трещины, дождем падали вниз и пенными струйками стекали с каменного языка. Денис держал киборга, чье безвольное бессознательное тело постоянно норовило соскользнуть с мокрого камня. Болели ребра, спина, плечо и шея, голову не удавалось повернуть, сознание плыло и мигало, но Денис стоял, прижавшись к скале и заклинившись локтем и ногой в трещине, держал, обнимая, киборга. Он видел, что помощи ждать почти бесполезно — им не выбраться самим, сверху их практически не видно и на веревках спуститься едва ли выйдет — помешает раскачивающаяся и бьющая по камню лестница — она порой вылетала над верхним краем скалы, а еще Денис ее слышал, хотя почти оглох от грохота волн. Снизу подобраться помешает прибой, с воздуха — слишком низко, слишком близко скалы. Едва Дениса оставят силы, и он разожмет руки — киборг свалится в море, а следом и Денис. А если и не свалится, заклиненный своим телом в скале, то просто сдохнет здесь и гораздо мучительней, чем если его разобьет о скалы волной. Денис поудобней перехватил тело DEX-а. Облизал горько-соленые губы, привалился гудящей головой к камню. Пока он жив, он будет держать киборга, пока тот не очнется. А потом они попробуют что-нибудь придумать. Холода Денис уже почти не ощущал. Время шло. Сознание мигало. Тени смещались. Солнце снизилось и заглянуло в щель. Теперь здесь было жарко. Очень хотелось пить. Киборг приходить в себя не торопился. Но сердце и дыхание Денис слышал. Киборг был жив, и Денис удерживал тело уже совершенно занемевшей рукой. Пожалуй, сейчас ее было проще отпилить, чем разжать. Денис облизал губы и прижался к скале, закрывая глаза. Гул флайера он принял за бред. Бред был слишком настойчивым и навязчивым. Рыжий киборг с «Черной Звезды», матерясь, как похмельный наемник, пытался заставить его разжать руки и отцепиться от камня. А потом Дениса все же смыло в темную воду окончательного обморока.