Синигами XXI века: Генезис

- Урохара! - крик Сой Фон нарушил мертвое спокойствие скупого двенадцатого отряда. Обладатель этого имени услышал громогласный позыв капитана второго отряда находясь в далеком кабинете Куротсучи. Киске не то что вздрогнул, чуть подпрыгнул на старом кресле. Он абсолютно не был готов к приходу грозной женщины. Однако уже слишком поздно — Сой Фон на всех порах мчалась в кабинет. Урохара поднялся на ноги, но дверь открыть не успел — капитан сделала это сама. - Госпожа, - мужчина поклонился, - рад, что вы в порядке, но не рано ли вам вставать? Был такой момент, что она даже замахнулась, настолько ее раздражал подобный разговор, подобная вежливость. - Замолчи! - вспылила она. - Хватит говорить мне о том, что сил моих больше не достаточно даже для элементарных действий! Я больше не в состоянии это выслушивать! Мне нужны ответы! - Я... уже догадался, капитан, - Урохара немного склонил голову, в знак учтивости. - Боюсь, что мне нечем вас порадовать. Сой Фон даже сморщилась, словно в комнате появился неприятный запах. - То есть как? - переспросила она. - Давайте я вам покажу, - предложил ученый. Жестом он указал даме на дверь. Сой Фон даже на секунду растерялась. Она вышла из кабинета и последовала за Урохарой. Они шли по многочисленным узким коридорам отряда. Сой Фон всегда примечала необычайную тишину, присущую, видимо, только этому месту. Но сегодня тишина казалось невероятной. Как ни прискорбно осознавать, но от двенадцатого отряда в живых осталось только трое его членов. Сейчас только двое из троих пытаются разгадать подброшенные Готею загадки. Где и чем сейчас занимается третий, но далеко не последний представитель научного отряда — только Королю духов известно. Наконец, они дошли до конечной цели. Урохара толкнул дверь. Та издала неприятный металлический скрежет, но поддалась. Комната оказалась на поверку небольшой, практически миниатюрной. Почти по центру стоял подсвеченный стол, на нем находилось необычайное украшение на подставке. С потолка украшение сканировали лучи, а вокруг ходил Хиесу и что-то записывал. Увидев высокородных гостей, ученый учтиво поклонился. - Госпожа, рад вас видеть, - сказал Хиесу. Сой Фон не ответила ничего. Ее взгляд был прикован к браслету. Это словно магнит для металла, пламя для мотылька — настолько украшение ее заворожило. - Что это? - спросила женщина. От накатившего волнения даже дрогнул голос. - Госпожа капитан, только прошу вас не нервничать, - Урохара подошел к столу и указал на украшение, - но ваш дух внутри драгоценного камня. Сой Фон растерянно повернулась к Урохаре. Мужчина никогда еще не видел капитана в таком положении. Ей было трудно признавать слабость или вообще когда-либо жаловаться. Она всегда знала, как поступить, что сделать и как быть. Но сейчас мужчина уловил ее панику, ее страх. Страх от неизвестного, страх за будущее. Сой Фон мелкими шажками подошла к столу и протянула руку к браслету, но взять не решилась. Внутри сердечный ритм давно пустился в бег, пренебрегая разумными границами. Даже ладони вспотели. Как в один миг сильнейшая женщина погрязла в собственной слабости. От одной мысли Сой Фон стало тошно и мучительно отвратно. Урохара прекрасно видел ее состояние. Он решил сказать ей, что известно на данную минуту. - Госпожа, давайте я скажу вам то, что мне известно. - Мужчина подождал, пока Сой Фон обратила на него внимание. - Нападавшие на вас люди мертвы и совсем недавно они полностью разложились. К сожалению, пока нет информации о личности нападавших, но мы все еще ведет расспросы, вдруг кому-то известны их имена. А что касается вашего духа-дзанпакто.... - Почему ты решил, что Сузумебачи там? - решилась спросить капитан. - Видите ли, госпожа, реацу как днк — уникальна. У каждого человека свои духовные всплески своей цветовой гаммы. Мы сделали спректограмму и увидели вашего духа. - Но..., - Сой Фон покрутила головой, - был взрыв. Много оборудования уничтожено. Так как вы...? - Взрыв уничтожил оборудование Карин, - поправил Сой Фон Киске. - Оно все равно последние четверть века не работало, так что Куротсучи давно вернулся к старому... железу. Поэтому можете не сомневаться в наших данных. - Даже не знаю радоваться твоим словам или нет, - уныло ответила Сой Фон. - И что дальше? Это ведь то, о чем я думаю? Сой Фон указала на браслет. Урохара устало кивнул. - Могу я... взять ее? Урохара на какой-то момент растерялся. С одной стороны, он не мог отказать капитану. Но с другой стороны, вдруг произойдет что-то неподконтрольное ему. Однако Сой Фон не стала ждать разрешения со стороны и уже сама потянулась к украшению, но Урохара сумел схватить ее за запястье. Не грубо, но осторожно. - На вашем месте, я бы все-такие не трогал браслет. - Ты не на моем месте, Киске, - не уступила капитан. Урохаре пришлось подчиниться и отпустить ее. Хиесу затаился. Он с восхищенной осторожностью наблюдал за движениями капитана второго отряда, впрочем как и Киске. Она взяла драгоценное изделие в руку, но ничего не произошло — ни града из камней, ни землетрясения, абсолютно ничего. Сой Фон просто чувствовала холод от металлического обруча и присущую драгоценному изделию тяжесть — не более. Она озадаченно посмотрела на Киске. Тот недоумевал так же, как и она. - Господин Урохара, а что если...? - подал голос Хиесу. - Если что? - уточнил капитан. Единственный помощник в двенадцатом отряде наклонился и откуда-то извлек на свет клинок. Сой Фон моментально узнала собственное оружие. - Почему клинок у тебя? - яростно спросила она. - Простите, госпожа, - Хиесу съежился в привычной манере, - мы изучали ваше орудие на предмет посторонних аномалий. - И? - она повернулась к Киске. - Ваше орудие в полном порядке. Обычный клинок. Ее рука еще больше сжалась на мече. - Хиесу, что ты хочешь предложить капитану? - поинтересовался Киске. - Я подумал, что, если вы разрешите, стоит попробовать воспользоваться дзанпакто. Сой Фон озадаченно посмотрела на Урохару. Тот, немного подумав, пожал плечами. - Думаю, стоит попробовать, - согласился он. - Но.. ты же говорил, что дух здесь, - Сой Фон подняла браслет чуть выше, как бы указывая на него. - Все верно, - кивнул капитан. - Я думаю, в порядке эксперимента, вам стоит попробовать воспользоваться способностями дзанпакто. Сой Фон неуверенно надела браслет на руку. На секунду ей показалось, что к ней вернулось былое величие, ее дар, посланный свыше. Но потом ощущения исчезли, внутри воцарилось непонимание, какая-то нерешительность. Она не понимала зачем проводить подобный эксперимент? У нее же ничего не получиться! Надо признать — кто-то украл ее мощь и заточил в этой безделушке. И теперь Сой Фон чувствует себя калекой. Ведь на самом деле у нее забрали важную частичку ее души, ее самой. Но сейчас Хиесу и Урохара не сводили с нее глаз. До безобразия маленькая комнатка стала еще меньше. Женщине отчего-то хотелось убежать от внимательных и сочувствующих взглядов, но она не имеет права показывать слабость. Только не она. Капитан вынула блестящий книнок из ножен и, глубоко вздохнув, дала команду: - Зажаль врагов до смерти! В комнате воцарилась очередная тишина. Женщина опустилась глаза вниз, даже плечи ее осунулись от сожаления. Хиесу уже начал жалеть о своем предложении, как вдруг.... Меч засиял ярким светом и, постепенно уменьшаясь, приобрел форму черно-золотой перчатки с золотой цепочкой и лезвием, похожим на жало. Сой Фон оцепенела. - Урохара..., - прошептала осипшим голосом. - Что...? - Не нервничайте и не делайте резких движений! - предостерег ее ученый. Он обошел ее сзади и из-за спины стал внимательно вглядываться в активированный шикай капитана второго отряда. Ему на протяжении многих столетий доводилось его видеть, но сейчас дело обстоит несколько иначе. - Что вы чувствуете? Говорите все, что придет вам на ум. - Я... не знаю, - призналась она. - Кажется, ничего смертельного.... Словно все как раньше. - Браслет светиться, - заметил Хиесу. Теперь заметили и все остальные. Камень в окантовке медленно поблескивал, даже моргал. Не ярко, но увидеть можно отчетливо. - Это интересно, - произнес Киске. Он наклонился к драгоценности, даже кончиком носа задел блестящую поверхность изделия. Мужчина не хотел пропустить ни единой детали, ни малейшей зацепки. Возможно, в его руках ключ, но вот как им воспользоваться.... - Госпожа, вы можете связаться со своим духом? - поинтересовался Хиесу. Женщина пожала плечами, но закрыла глаза. Она попыталась выйти на контакт с дзанпакто, как делала это раньше, но тщетно. Возможно, это из-за нервного расстройства, но она не слышала голоса Сузумебачи. - Кажется, я понял, - прошептал Хиесу. Урохара и Сой Фон вопросительно посмотрели на него, а тот, в свою очередь продолжил мысль: - Но мне нужно..., - он посмотрел на Киске. - Урохара-сан, мне нужно, чтобы вы надели браслет. - Я? - удивился капитан. - Может сначала объяснишь, что ты понял? - Думается мне, как только вы наденете украшение, то сами поймете, - Хиесу стал говорить загадками. Ни Сой Фон, ни Урохаре это не понравилось, как и идея с браслетом. Киске посмотрел на брюнетку. - Если вы не будете против, госпожа, - и протянул руку. Сой Фон неуверенно посмотрела на мужскую ладонь, но, сосредоточившись, вернула меч в изначальную форму и протянула драгоценное изделие Киске. Мужчина покрутил его, но надел. Он посмотрел на Хиесу, словно спрашивая — что делать дальше? - Теперь вам придется дать команду духу госпожи капитана. - Что-что? - переспросила Сой Фон. Ситуация складывалась абсолютно странным образом. Все, что происходило в данную минуту в двенадцатом отряде ей категорически не нравилось, но, к сожалению, поделать ничего не могла. Киске тем временем как-то усмехнулся — он не особо горел желанием на глазах Сой Фон пользоваться способностями ее дзанпакто. Однако, он решил выполнить просьбу своего помощника. Преждевременно взяв в руки клинок капитана второго отряда, он, как бы встряхивая плечами, сказал: - Как там вы говорили — зажаль врагов д..., - Урохара не сумел договорить — дикая боль застигла врасплох. Ноги подкосились. Упав навзничь, Киске скрутило. Он не мог ни пошевелиться, ни вздохнуть — боль яркими вспышками поражала тело. Сой Фон и Хиесу кинулись к нему. Женщина от ужаса не могла понять, как ей действовать дальше, а вот Хиесу вовремя спохватился и снял браслет с руки капитана. У них на глазах Киске прекратил кричать и успокоился. - Урохара! Как ты? Что...? - спрашивала Сой Фон. Киске осторожно сел на пол, вытирая пот с лица. - Да уж, эксперимент в духе Куротсучи, - попытался пошутить Киске. - Урохара, это не смешно! - возмутилась капитан второго отряда. - Урохара-сан, так вы поняли? - поинтересовался Хиесу. Киске нервно хохотнул. - Мог бы просто сказать, зачем было втягивать меня в такие страсти? Сой Фон переводила взгляд от одного в другому. - Может, вы обратите на меня ваше внимание! Объясните мне,кто что понял? Хиесу показал женщине браслет. - Госпожа, для вас Сузумебачи не опасна, а вот для людей со слабым духом она становится паразитом. *** - Камико, прошу тебя, сядь, - холодно попросил господин Аранави. Он жестом указал дочери сесть рядом с ним. Но девушка не торопилась выполнять просьбу отца. Тогда он вновь потребовал то же, однако уже практически переходя на крик. Тогда уже Камико подчинилась и села напротив родителей. - Вечно ты перечишь моему слову, - чуть успокаивая голос сказал господин Хироши. - Отец, я прошу вас ответить на мои вопросы, - решительно взяла слово Камико. - Это же Бенджиро и Сабуро! Это же наши стражники! - она бросила портреты к ногам родителей. Фумико подобрала рисунки и внимательно посмотрела на каждый. Также поступил и ее супруг, но он скомкал листы и отбросил в сторону. - Что...? - удивилась Камико. - Что вы делаете?! - То, что и ты должна сделать — выкинуть это из головы! - То есть как? - Камико просто поразилась поведению своих родителей. Она отказывалась понимать происходящее. Неужели ее семья каким-то образом причастна к нападению на капитана Сой Фон? Безумие! - Вы просите меня не рассказывать капитану о том, что я знаю нападавших на госпожу Сой Фон? Отец, как вы можете просить меня об этом! - Камико, - вмешалась госпожа Аранави, - ты должна понимать — все, что мы делаем, это для твоего блага. - Пропадают люди! - не унималась Камико. - Никто не знает, живы они или нет, а вы говорите о моем благе! Может скажете, что вы сделали? - Мы стараемся уберечь тебя и сделать сильнее для жизни в новом мире, - спокойно ответила Фумико. Девушка отстранилась, даже покачнулась. - Что... ты говоришь, мама? Какой еще новый мир? - Я всегда был против твоей службы в Готее. Ты слишком слаба, чтобы заменить кого-то из высших офицеров, однако это не остановило тебя от поступления на службу к этим... синигами. Многие полагают, что они слишком много на себя берут. Возможно, в недалеком будущем они будут вмешиваться в нашу жизнь, что абсолютно недопустимо. Поэтому мы позаботились, чтобы обеспечить твою безопасность. - Какую безопасность? - Скоро Готей ждут большие перемены, - ответил Хироши. - И ты должна быть готова. - К чему? - Выбрать правильную сторону. Камико ужаснулась. - Неужели ты пойдешь против семьи? - задала вопрос Фумико. - Мама..., отец..., что вы наделали?! - Мы ничего не делали, - ответил господин Аранави, - мы лишь внесли вклад в общее дело. От тебя требуется лишь подчиниться нашей воле. Камико резко встала. Ее всю колотило — то ли от ненависти, то ли от возмущения или отчего-то третьего, но она никогда не испытывала ничего подобного. - Я не позволю никому уничтожить моих друзей. И... мой капитан... я..., - в конце фразы девушка отчего-то сникла, даже нервно заикнулась. - Любишь его? - подсказала Фумико. - Может быть, - с вызовом ответила она. Хироши фыркнул. - Отлично, ты уже стала очередной капитанской подстилкой. - Нет, - отрезала Камико. - Я никакая не подстилка! У нас достаточно светлые и теплые отношения. Он заботиться обо мне! - Ему на тебя плевать, - настаивал ее отец. - К тому же, он будет не в восторге, когда узнает, что на вашего капитана напали стражники дома Аранави! Как ты думаешь, что он с тобой сделает? Сперва бросит в темницу, а потом и казнит. - Нет, вы ничего не знаете о синигами! - Камико не сдавалась. Она хотела всеми силами доказать отцу его неправоту. - Если вы покаетесь, вас не тронут. - Значит, ты пойдешь против семьи? - удивленно поинтересовалась Фумико. - Запомни, Камико, нет ничего важнее семьи, - произнес господин Хироши. - Имей в виду, не мы одни считаем, что власть в Сейретее должна принадлежать тем, кто больше всего этого достоин. А кроме патрициев достойных людей не существует. Уясни одно — если ты пойдешь против нас, мы не сможем тебя защитить. - Нет, нет, я не верю..., я отказываюсь это слушать! Камико не выдержала и сбежала из комнаты. Никто из стражи не посмел ее тронуть, поэтому девушка быстро покинула отчий дом и побежала вперед по улице, залитой закатной палитрой. Световой день становился все короче и короче, поэтому добежав до угла, на Сейретей опустились сумерки. Прислонившись к забору чьего-то дома, Камико попыталась отдышаться, но не могла остановить эмоции. Она дала волю чувствам. Слезы хладным градом потекли по лицу. Она прикрыла рот, чтобы не рыдать в голос. Ее колотила дрожь. Нет, не холод этому вина. А какой-то внутренний мороз, внутренний страх, паника. Слова лихорадочно появлялись в голове, но сформулировать четко собственные мысли она не могла. Не было просто сил. Как так? Это просто невозможно! Я... что же... что делать? Как мне поступить? Идти против семьи, но... по сути это предательство, преступление. Но почему они так поступили? Я не понимаю..., не понимаю. Но если рассказать Тоширо, то... нет, нет. Так нельзя. Что же мне делать? Камико обняла себя за плечи. Ей ничего не оставалось, как идти обратно в Готей. Солнце уже зашло, поэтому существует большая вероятность, что ворота ей не откроют. Но родители уверили, что опасность ей не грозит. Неужели мои родители причастны к похищениям? Они внесли свой вклад в общее дело..., так сказал отец. Что бы это могло значить? А вдруг к этому причастны все знатные семьи Сейретея? Но...это же невозможно! Капитан Кучики — глава древнейшего дома! Неужели и он может быть к этому причастен? Я... запуталась. Камико устало плелась по дороге. Главные ворота были совсем недалеко, но уже отсюда видно, что они закрыты и вряд ли их откроют для нее. Тоширо предупреждал ее — времени было мало, но как можно уследить за ним, когда ты узнаешь отвратительные подробности из уст родителей? Подойдя чуть ближе, Камико устало пискнула, иначе не скажешь. Большие ворота были закрыты. Теперь стена видна каждому. Теперь каждый видит, что Готей на замке. Посторонним вход воспрещен. От увиденного девушка хотела расплакаться еще больше. Сегодня самый отвратительный день в ее жизни. Правда, для нее день еще не закончился. Ведь именно в тот момент, когда она подумала об этом, кто-то сзади прижал ей ладонь ко рту и оттащил в сторону. *** После неожиданных экспериментов в двенадцатом отряде, Урохара во главе с Сой Фон и Хиесу направились к сотайчо, чтобы объяснить увиденное. Они появились у Кераку ближе к закату. Чтобы по нескольку раз не объяснять каждому произошедшее, сотайчо сперва решил собрать оставшихся на службе капитанов в своем кабинете. Спусят какое-то время все капитаны появились на внеочередном собрании. Как только последний офицер высшего ранга закрыл за собой дверь, Урохара начал свой доклад: - Господа капитаны, я рад, что вы смогли собраться так быстро. - Киске с осторожностью посмотрел на Сой Фон. Все уже обратили внимание на браслет на ее руке. - Не буду ходить вокруг да около, - продолжил Киске. - Когда госпожа Сой Фон пришла ко мне со своими вопросами, я отвел ее в нашу лабораторию и показал браслет, куда был заключен ее дух-дзанпакто. Затем, Хиесу попросил госпожу попробовать воспользоваться силой духа, как она делала это всегда. Госпожа капитан, вы не покажете? Сой Фон кивнула и у всех на глазах произнесла команду для активации шикая. Пара секунд, и клинок вновь уменьшился до размеров перчатки. Пронесся шорох удивленных возгласов. - Ты можешь пользоваться шикаем несмотря на отсутствие духа? - Кераку от удивления поднялся на ноги. Он обошел стол и внимательно осмотрел руку Сой Фон. - Дух не отсутствует, - поправил главнокомандующего Урохара. - Он находится внутри камня. Как я понял, кристаллическая оболочка создана из необычайного и, видимо, магического камня. Сузумебачи содержится внутри, словно..., - мужчина взглянул на Сой Фон и продолжил, - словно в тюрьме. - Но это не убавляет ее способностей, - продолжил Хиесу. - То есть вы хотите сказать, что, зная команду, способностями духа может пользоваться кто угодно? - задала вопрос Юзу. - Не совсем, Куросаки-сан, - улыбнулся Киске. - После того, как мы увидели активированный шикай, Хиесу попросил воспользоваться силой Сузумебачи мне. Разумеется, с разрешения госпожи Сой Фон. - И? - настаивал Кераку. - И..., - протянул Киске. - Я чуть не умер. - Что-что? - удивился Зараки. - Видите ли, господа капитаны, - продолжил Хиесу. Сегодня он был в центре внимания и это сильно смущало ученого. - Получается следующее: в случае с капитаном Сой Фон она смогла воспользоваться дзанпакто, поскольку на данный момент внутри нее нет духа. Но как только Урохара-сан попробовал сделать тоже самое, у него случился припадок. После этого мы пришли к выводу, что способностью духа, заключенного в кристаллической оболочке могут пользоваться люди без духа или со слабыми способностями реацу. Но если браслет попадает к обладателю большой реацу, два духа как бы вступают в борьбу между собой, а хозяин испытывает невероятную боль. - И что может произойти в конце этой борьбы? - спросил Кучики-сан. Киске ответил как-то пространно и задумчиво. - Я думаю, что в случае со слабыми носителями сильный пожирает менее развитого индивида. Он в буквальном смысле паразитирует. - Паразитирует? - ужаснулась Юзу. - Ну может я не совсем точно выразился. Возможно, дух, заключенный в кристалле, совершенно этого не желает, но в конечном итоге происходит так, что у него не остается выбора, как поглотить слабого духа. - Но зачем? И... как совершенно посторонний человек может узнать команду для активации того же шикая? - Юзу буквально засыпала ученых вопросами. - Вот тут у нас пока нет ответов, - признался Киске. - Нам пока неизвестно, каким образом можно получить информацию неизвестному человеку о команде для применения способностей. - Может быть здесь та же ситуация, что и с квинси, - произнес Бякуя. - Вдруг кто-то много лет изучал наши приемы, нашу историю и теперь пользуется этими знаниями. - Не исключено, - признал Кераку. - Хоть что-то нам уже известно — это не может не радовать. Думаю, что пока мы не найдем способ как вернуть твоего духа обратно, Сой Фон, придется тебе пользоваться этим браслетом. - Я уже догадалась, - пробурчала женщина. Главнокомандующий повернулся к Хиесу. - Как тебе пришла в голову идея с браслетом? Хиесу сперва замялся, но потом ответил: - Вы знаете, сотайчо, мне неожиданно вспомнился один случай. Точнее, не случай, а обрывки фраз. - Каких фраз? - Юзу даже сделала несколько шагов вперед. Внутри она догадывалась кого имеет в виду ученый. - Фраз вашей сестры, - как в доказательство безупречной интуиции младшей Куросаки ответил Хиесу. - Я не помню всего, но как-то раз она произнесла одну фразу. Что-то вроде — подумаешь, на одного паразита больше. Не знаю, каким образом я вспомнил это, но случилось то, что случилось. Юзу нахмурилась. - Странно, - прошептала она, но ее шепот никто не услышал. - Еще я думаю, что госпоже Сой Фон стоит быть аккуратнее с браслетом. Мне кажется, что повреждение оболочки не приведет к... позитивному исходу. - Думаешь, дух может вырваться в мир яви и исчезнуть? - продолжил мысль Киске. Хиесу пожал плечами. От подобных речей Сой Фон стало совсем не по себе. Лучше бы он этого не говорил. Никто из капитанов не смел сказать ни слова, словно все воды в рот набрали. Каждый смотрел на капитана второго отряда с сожалением, с жалостью. В общем, от подобных взглядов женщине хотелось убежать, а лучше дать каждому хорошего пинка и смачного удара в челюсть, чтобы никогда не смотрели на нее так. Молчание нарушил сотайчо, объявив, что собрание закончено, все могут идти отдыхать. Из оставшихся капитанов только двое задумались над словами покойной Карин — Юзу и Тоширо. И если в случае с Юзу внутри поселилось сомнение, то что касается Тоширо, то от мысли о Карин он перешл к мысли о Камико. Солнце давно село, а девушка так и не вернулась обратно в Готей. Скорее всего, она осталась у родителей. Я же ее предупреждал. Она не настолько глупа, чтобы бродить по Руконгаю в связи со сложившейся ситуацией. Однако Тоширо был абсолютно не прав.