История Валки

Ветер бил в лицо, свистел в ушах, трепал косы и с неистовостью вепря старался сбить Валку со скользкой чешуйчатой спины дракона. Она судорожно цеплялась худыми руками за один из спинных шипов многокрылого ящера, точно клещ, которого пытаются сбросить. От непривычного состояния невесомости, постоянной качки и невозможности принять удобного устойчивого положения сердце её грозило пробить грудную клетку и вырваться на волю, а сознание спешило уйти во тьму. Местами Валка злилась на то, что дракон не понёс вновь её в когтях, из которых она выскальзывала, точно угорь сквозь сеть. Они покинули остров ещё на рассвете. Целый день она провела на тех злополучных скалах, на которые дракон её принёс после похищения из деревни. И весь день пробыла голодной, из-за чего желудок сейчас даже не делал попытки изрыгать ругательства на то, что происходит. За весь день она сделала две попытки побега. Однако все были неудачными. При первой, когда она, потеряв способность здраво рассуждать, удумала спуститься со скал к морю, поскольку внизу у камней увидела бревно. Благо похититель был рядом и вовремя поймал её, когда она поскользнулась и полетела вниз. Во второй раз она решила полезть наверх и хотя бы оглядеться. Да вот только не уразумела, что в расщелинах могут прятаться жуткие жути. Похититель принёс ей рыбы, однако та наотрез отказалась есть. Вместо этого она забилась в одну из расщелин, желая укрыться от какофонии птичьего и драконьего базаров, а к полудню драконов стало очень много. Её мучила лишь одна мысль: как вернуться домой. Она попробовала, сперва, мягко договориться с драконом, однако всякая её мягкость пропала, столкнувшись с безразличием ящера к её беде. И понять она не могла: зачем она ему? Сожрать он её не сожрал да и не думает. Утром дракон её удивил. Нетерпеливо и грубо растолкав её (спала она всё в той же расщелине), он позвал её утробным рыком. А после, когда она выбралась из укрытия и протёрла глаза, указал головой на горизонт. Потом припал к земле и головой кивнул на свою спину. Плохо соображая спросонья, Валка, думая лишь о том, что дракон наконец внял её мольбам, не колеблясь запрыгнула к нему на спину. Она была уверена, что наконец окажется дома и увидит Стоика и Иккинга. То, что он и не думал нести её на Олух, она поняла сразу, как только они оказались в воздухе. Дракон полетел через остров, на скалах которого они ночевали. Остров был вдвое меньше Олуха. Рассмотреть Валка его не успела: многокрылый взвился выше и утонул в облаках. Так холодно и сыро ей ещё не было. Даже когда она провалилась под лёд в детстве. А высота так давила на всё тело, что казалось, уши и глаза вылетят из своих «гнёзд». Дышать было невозможно. Однако на такой высоте дракон пробыл недолго, так что вскоре Валка вновь смогла дышать полной грудью. Остров, к которому они летели, ещё издалека выглядел мрачным и неприветливым. А вблизи – безжизненным. Немалая часть леса в южной его части была уничтожена огнём и топором. Некоторые деревья были сломаны или вырваны. Здесь был бой. Жестокий, кровавый бой не на жизнь, а на смерть. Свободную от леса землю усеяли обломки, по всей видимости, катапульт или баллист, тут и там валялись порванные сети, обломанные и целые мечи и копья. И трупы… Драконы и люди, отчаянно сражавшиеся друг с другом месяц, а то и более, назад, нашли покой здесь, на поле брани, оставив свои безжизненные тела ветру дождю, ветру и солнцу. Картина была ужасной. И не известно на что желудок реагировал больше: на то, что видели глаза, или на то, что чуял нос. Дракон приземлился в относительно «чистом» месте. Валка соскользнула с его спины и чуть отошла от него, не отрывая глаз от представшей перед ней картины побоища. Зачем дракон принёс её сюда? Валка осматривала поле боя хладнокровно, как тогда, когда сама охотилась на драконов и училась их убивать. Проиграли драконы. Люди ушли с тем, за чем пришли. Не все ушли живыми: девятеро остались здесь лежать разорванным, раздавленным, сожжённым… Сети, капканы, арканы… Люди ловили драконов. Но зачем? У одного из мёртвых она обнаружила странную метку на плече, какую оставляют калёным железом как скоту. У двух чудовищ были спилены рога и когти. Клыков у них тоже не хватало. Хвосты змеевиков лишились своих смертоносных шипов. Пристеголовы остались без своих шкур. Отвратное зрелище. Многокрылый грубо ворчал, тряс головой и фыркал: запах, стоявший здесь и разносимый ветром, был невыносим. Дракон прошагал до окраины побоища, к лесу, и, оказавшись там, издал громкий, но мягкий рёв. Валка не сразу отреагировала на его зов. Когда она подошла к нему, тот повёл её вглубь многострадального леса. В лесу дышать было куда свободней. Валка шла отрешённо и бездумно. У неё пропал дар речи и связь с действительностью после увиденного. Хотя ей часто приходилось видеть, как викинги убивают драконов и наоборот, при этом каждый своим способом. Она запнулась и упала бы, не подставь дракон ей своё крыло. Дракон рыкнул и указал головой куда-то вперёд. Валка взглянула туда. И к горлу подступил ком. Змеевик. Ещё птенец, только-только вставший на крыло, неподвижно лежал на земле, придавленный поваленным деревом со стволом в два обхвата. Валка осмелилась подойти и осмотреть его. Умер он позднее, чем его сородичи на поле брани. Позвоночник в области поясницы был сломан, что парализовало его нижние конечности. Борозды на земле рядом с его крыльями свидетельствовали о том, что он после этого ещё оставался жив и не оставлял попыток выбраться из смертельной западни. На стволе имелись отметины то ли от когтей, то ли от рогов: кто-то из драконов пробовал освободить его, да не смог. Впрочем. Смысла в этом всё равно не было – птенец со сломанной спиной был обречён на смерть. Он умирал несколько дней от голода и жажды. Паршивая смерть. - Зачем ты принёс меня сюда? – тихо спросила она. – Хотел, чтобы я это всё увидела? Дракон утвердительно фыркнул, обдав её затылок горячим дыханием. - А то, что мы тоже от вас страдаем, ты знаешь? – Валка повернулась к нему. Многокрылый неопределённо моргнул и чуть тряхнул «короной». - Чего же ты хочешь от меня? – Валка встала. Её глаза метали молнии. – Чтобы я посочувствовала? Ну так сочувствую! Сожалею о вашей беде! – её голос сорвался на крик. – Но ты… - она угрожающе понизила голос и ткнула в дракона пальцем. – Ты отнял меня у моей семьи. Ты отнял у сына родную мать, а у мужа – любимую жену! Кто ты после этого? Дракон смотрел на неё не мигая. Лик его был каменным. - Ты хочешь, чтобы я это исправила? Чтобы драконов люди не трогали? Ха-ха! Не смеши меня! Это невозможно! Люди не послушают… Они и не подумают слушать… Сколько я вступалась за драконов на Олухе, да без толку. Вы не прекратили нападать, а люди не перестали убивать вас. Дракон рыкнул и выпрямился, выпятив грудь. - Драконов и людей не примирить, - твёрдо сказала Валка, глядя дракону прямо в глаза. Дракон с любопытством склонил голову. Он опустил голову и зубами поднял длинную палку, потом протянул её Валке. Та посмотрела на неё с недоумением. - Это мне зачем? – она вопросительно подняла бровь. Дракон странно замотал головой, точно пытался этой палкой кого-то бить. - Не понимаю, - покачала головой Валка, совершенно не удивляясь тому, что дракон не просто понимал её речь, но и пробовал говорить с ней на языке жестов, пусть и драконьих. Дракон зарычал от негодования, что его не понимают. Он выплюнул палку под ноги пленнице и сердито фыркнув, частично оскалившись. Валка инстинктивно сжалась. Поняв, что своей мысли он до неё не донесёт, он развернулся и поманил её за собой. Когда они вышли на свободный от леса участок, ящер вновь кивнул на свою спину, а Валка, скрипя сердцем, взгромоздилась на его хребет меж длинных шипов. Мощный толчок, одновременный взмах всех четырёх крыльев, и они в небе. И снова Валка принялась ругаться про себя: на драконе было нелегко удержаться. На этот раз дракон летел долго. Взял он курс на северо-запад. По пути они наткнулись на большую драконью стаю, промышлявшую массовой рыбалкой. Драконы ныряли за добычей точь-в-точь как чайки или те же буревестники, и так же выныривали. Многокрылый не присоединился к стае, но не преминул воспользоваться неудачей одного змеевика и перехватил выроненную им молодую треску. Змеевик в долгу не остался, но его шипы до цели так и не долетели. Пролетев ещё часа полтора, Валка увидела впереди знакомые очертания. - Возьми левей! – крикнула она. Дракон не послушал. - Прошу, поверни! На Олух! – не унималась Валка. – Налево! Дракон всё также упрямо летел своим курсом. Валка злобно и отчаянно прорычала, однако смиренно отвернула голову, сердце её обливалось кровью. Впереди маячил высокий спящий вулкан, расположенный в северной части большого острова. Остров Драконов. Чем ближе становился остров, тем чаще встречались драконы, и тем сильнее Валка прижималась к спине ящера. Каждый дракон, замечавший эту странную парочку, бросал на них злобный взгляд, однако нападать и не думал. Близ самого вулкана стоял невообразимый шум, словно здесь гнездилась тысяча тысяч этих драконов. Многокрылый плавно обогнул огненную гору и устремился вниз, к сказам и холодной морской воде. За грубыми зубьями скал скрывался вход в пещеру. Дракон влетел в неё, следуя за вереницей драконов, нёсших каждый свою добычу. Дракон стал вести себя странно: часто вертел головой, изредка рыча, и даже стрекотал, точно кузнечик-переросток. Валка прижалась к его спине настолько, насколько возможно было не бояться задевать неровный потолок тоннеля. Внутри было невообразимо душно и жарко, а чем дальше они летели, тем хуже становилось. Концом тоннеля было само жерло вулкана. Драконов здесь насчитывалось примерно столько же. Сколько и снаружи, если не больше. Они ютились на выступах или в расщелинах стен жерла. На удивление здесь оказалось гораздо тише, чем снаружи, как показалось Валке на первый взгляд. Драконов почти не слышно. Зато слышно постоянный то возрастающий, то утихающий рокот, исходящий из огненных глубин горы. Видя, как драконы с зачем-то сбрасывают всю свою добычу в жерло, Валка невольно подумала и испугалась, что многокрылый последует примеру собратьев и принесёт её в жертву их драконьему божеству. Но дракон не сделал этого. Он поднялся выше и уселся на выступ, откуда открывался хороший обзор на всё, что происходило внизу. Валка вгляделась в плотное облако пара, закрывавшее глубины, и заметила движение под ним. Там шевелилась какая-то огромная тень, и её размеры Валке не нравились. Вскоре она поняла, почему эта тень вызывала у неё опаску. Змеевик нёс в когтях упитанного молодого яка, добытого, видимо, на Олухе. Когда он бросил его, из туманных горячих глубин вынырнуло что-то громадное, причём настолько. Что змеевик показался рядом с ним небольшой птичкой. Валка не сразу сообразила, что это, но когда существо разинуло пасть, стало понятно – это голова! Голова размером с пару домов! Насколько же тогда огромно тело? Внутри всё обмерло. Гигантские челюсти сомкнулись с таким лязгом и грохотом, словно на каменные плиты с высоты уронили телегу, гружёную железом. Даже в ушах зазвенело. Змеевик стрелой метнулся прочь с испуганным писком. «Быть не может…» Голова гигантского дракона глухо зарычала, широко раздувая ноздри. Многокрылый отступил к стене, прижимаясь к полу выступа. Валка прильнула к нему, точно дитя к матери. Голова издала громкий короткий рёв и скрылась в облаке испарений, оставив за собой лишь продолжительный звон в ушах и суетный шум драконьей стаи, которая спешила покинуть логово. Многокрылый присоединился к ней. Когда они вновь оказались над морем, Валка долго не могла понять, чему она рада больше: свежему и прохладному воздуху или увеличивающемуся расстоянию от той громадины, живущей в жерле вулкана. - Так вы служите этому дракону? – громко спросила она, приходя в себя. – Это объясняет ваши налёты. Но почему вам не сбежать от него? Хотя… - она задумалась. – Если он вылезет оттуда, то на островах будет полный разгром. Дракон что-то проворчал в ответ. - Ох! – Валка громко вздохнула. – То место, что ты мне сейчас показал, ещё наши отцы искали! Если на Олухе узнают… Нет. Лучше им не знать, - заключила она. – Этого великана не одолеть, а сами викинги погибнут. Не за чем им знать об этом. Слишком опасно. Но как тогда договориться с вами? Подскажешь что-нибудь? Дракон тряхнул головой и прорычал. Это больше смахивало на «да», чем на «нет». - А домой ты меня не вернёшь? – Валка уже сомневалась, что это был вопрос. Та же реакция. - Но до Олуха рукой подать! Пожалуйста! Зачем я тебе? Ты ж даже съесть меня не соизволишь! Дракон никак не отреагировал на её слова. Сердце Валки сжалось от осознания того, что Олух она больше не увидит. Со Стоиком и Иккингом ей уже встретиться не суждено… Дракон утробно прорычал и смолк. Он не повернул на Олух. Его курс – юго-запад. Валке оставалось лишь смириться. «Дом я так и не увидела. Эх… Как же я была зла на Грозокрыла. Выход был один – смирение и покорность судьбе. Можно было ещё и в океан прыгнуть, но это я посчитала неразумным. Я всё ещё лелеяла слабую надежду на воссоединение семьи. После она стала ещё слабее. И даже не от того, что Грозокрыл не желал возвращать меня вам. А от того, что он показал мне моё предназначение».