История Валки

«Милый, передай ложку, пожалуйста. Спасибо. Ох… Если бы ты знал, как мне не хватало таких простых вещей в первые дни жизни с драконами там, в гнездовье. У меня даже палки не было. А костёр разводить не из чего. И с этим надо было что-то делать. Грозокрыл покидать убежище не спешил, разве только для того, чтобы наловить рыбы для себя и для меня. А я не горела желанием снова лезть к нему на спину. Впрочем, выбор был у меня невелик, тем более что подвернулась наконец возможность…» Внезапный испуганный и гневный крик разнёсся по всей долине, звоном отскакивая от ледяных стен и возвращаясь тонким эхом. Дракончик, сжавший молодые челюсти не там, где надо, вытаращил глаза и с перепугу сжал челюсти сильнее. Не думая больше ни о чём, кроме того, чтобы избавиться от острой пронизывающей боли, Валка дёрнулась всем телом. Это было необдуманное решение. Зубы-иголки подрастающего водореза стали рвать проколотую плоть. Дракончик уже, возможно, сообразил, что он сделал больно существу, развлекавшего его, и хотел расцепить челюсти. Но Валка не дождалась этого момента и грубо ударила его в глаз. Дракончик выпустил её предплечье, протяжно и громко взвизгнув. Валка не обратила на его стенания внимания. Она мгновенно прижала к себе укушенное предплечье, шипя от боли. Укус, она не сомневалась, был ядовитым. Другие дракончики, что не так давно играли и резвились рядом с ней, отступили от неё с изумлением и страхом в глазах. - Ну, ты и кусачка чешуйчатая…- промямлила Валка, бросая раздражённый и одновременно виноватый взгляд на водореза, прижавшего ушибленный глаз к прохладному мху. Тот глухо проворчал в ответ. Женщина глянула на своё предплечье: кровь успела запачкать большую площадь рукава, особенно с внутренней стороны. Раны щипало и словно прогревало изнутри, как если бы руку не укусили, а обожгли. - Ладно, прости, - она слегка почесала дракончика здоровой рукой за щекой. – Но ты мне сделал очень больно, кусачка. Она даже усмехнулась. - Теперь я буду звать тебя Кусачкой, слышишь? Дракончик поднял голову, демонстрируя Валке свой слегка покрасневший змеиный глаз. Услышав своё имя, он чуть склонил голову и издал странный квакающий звук. Судя по всему, такое прозвище его заинтересовало. - Я пойду руку промою. А вы не скучайте тут и не грызите друг друга, - наказала она другим дракончикам. Поскольку ручейков тающих ледышек рядом не было, то пришлось топать непосредственно к озеру. За четыре дня, что она провела здесь, Валка уже неплохо ориентировалась в доме Ледяного Великана и по сему скоро отыскала для себя наиболее удобный и безопасный спуск. Старшие драконы улетели на рыбалку, гиганта, которого Валка уже прозвала про себя Смутьяном, тоже не было, а потому в гнезде остался лишь молодняк. С дракончиками Валка быстро нашла общий язык и часто играла с ними, даже когда их родители были неподалёку. Драконы ей доверяли. Вот только непонятно, не поколеблется ли это доверие, когда мамаша того водореза увидит его ушибленный глаз. С другой стороны, она же не желала ему зла, но ей пришлось его стукнуть, ведь он укусил её и весьма больно. Она осторожно задрала рукав и, наполовину окунув раненную руку в холодную воду, принялась методично и аккуратно промывать след от укуса. Место вокруг него уже успело опухнуть, точно надутый ветром парус. Слабая жарящая внутренняя боль не проходила, но от холодной воды слабела, что приносило большое облегчение. Валка не боялась держать рану в воде подолгу – она надеялась, что из неё вместе с кровью выйдет большая часть яда. Спустя почти десять минут омовения, идея, казалось, сработала: опухоль несколько спала, а боль стала почти незаметной. Предплечье следовало перевязать, да нечем. Валка даже попыталась оторвать лоскут от уже изрядно потрёпанной юбки, но ткань по-прежнему оставалась прочной. Без ножа не управиться… «Ничего нет. Совсем, - заключила про себя Валка. – Интересно, получится ли уговорить Грозокрыла хотя бы на время отнести меня в какую-нибудь деревню?» Позже она подумала, что идея эта как хороша, так и плоха одновременно. В деревне она могла получить необходимые для себя вещи, чтобы выживать с драконами с хоть какими-нибудь удобствами. С другой стороны, у неё нет ничего, на что можно было бы обменять или купить эти самые вещи, а воровство у викингов совершенно не в чести. Воры считались трусами, а трусов ждала поганая и позорная смерть. Даже если Валку на этом и не поймают, она будет презирать саму себя. А если разбой? Викинги не любили воров, но к разбою относились лучше. По их мнению, разбой был делом честным, ведь, когда ты силой что-то отнимаешь у кого-то, то ты открыто заявляешь о себе и смело показываешь свои силу и намерение. А вот вор, точно крыса, скрывается в тени, боясь себя явить. Но и эту мысль Валка отмела: Лохматые Хулиганы не жили разбоем и предпочитали более миролюбивые отношения с другими племенами, тем более, что большую часть времени они занимались тем, что защищали себя и деревню от нападения драконов. «Ну, и что тогда делать? Мне нужно-то всего ничего: нож, пусть старый и тупой, пусть поломанный, одеяло да платье или куртка. Хотя бы это». Она посмотрела наверх – где-то издалека послышались знакомые голоса. Это возвращались драконы. Валка поспешила убраться от озера подальше, ибо ей совершенно не хотелось мокнуть, как в прошлый раз: Смутьян, вернувшись с охоты, слишком резво вынырнул, выплеснув почти всю воду из озера. Не стоит и говорить о том, что Валка тогда едва не оказалась на дне этого водоёма, увлекаемая возвращающимися на своё место водами. Едва поднявшись на обтёсанный несчитанным количеством когтей выступ, Валка громко вскрикнула с неожиданности. Что-то огромное, а это несомненно был дракон, подхватило её за предплечья и оторвало от земли. Валка взглянула вверх. - Слюнчак! – гневно крикнула она синему дракончику-подростку, что схватил её. Дракончик опустил голову, вперив в неё самые невинные и самые большие на свете глаза. Его полёт и без того неуклюжий полёт из-за движения головы потерял всякую ровность. Валку замотало из стороны в сторону, точно тяжёлую от воды тряпичную куклу. Он понёс её на дальние скалы, леловко огибая ледяные шипы у стены. Просить об отпущении было бессмысленно: приземление мягкой посадки не предвещало. Женщине оставалось лишь вцепиться, по возможности, крепче в лапы дракончика и молиться всем богам, какие только приходили на ум. На скале, к которой Слюнчак её нёс, резвились четверо таких же подростков, как и он сам. «О нет, только не снова…» С малышами она ладила хорошо и даже отлично, ей нравилось играть с ними, развлекать их. Они были смирней и спокойней. Но вот подростки послушанием отличались и сильно: если они проявляли любопытство, то от объекта их интереса они не отставали ни в коем случае. Они стремились всё обнюхать, осмотреть, потрогать, пожевать… Когтерезы, так Валка назвала этих дракончиков за их длинные и острые не по возрасту когти, являлись самыми вредными в этом плане. От них было очень тяжело укрыться, если по близости не было Грозокрыла. Их отогнать мог только громкий рёв. Валка пробовала уже отбиваться от них, но для них она пока так и не стала авторитетом. Подростки никого не слушали и делали, что хотели. Даже Смутьян им был не указ. Дракончики увидели их, а сердце Валки на миг остановилось. Слюнчак невольно, но сильно тряхнул её, от чего из раны на левом предплечье с новой силой полилась кровь, а боль проснулась с новой силой. Она вцепилась в лапы дракончика ещё сильней, когда тот внезапно разжал когти. Это ей позволило хоть не на долго удержаться в воздухе и одновременно сократить болезненное расстояние до неровной твёрдой породы. Не имея ещё достаточного опыта в плавных приземлениях, Слюнчак вразнобой взмахнул крылами, рискуя потерять всякое равновесие и шлёпнуться о камни. Руки Валки соскользнули с его широких лап, и в следующее мгновение правое плечо и бок заныли с огромной силой. Даже дыхание спёрло. Придти в себя и упиться болью ей полноценно не дали молодые когтерезы. Они кинулись на неё, как дети на любимую игрушку. Кто-то ещё расталкивал, кто-то разместил на её плече свои челюсти, к счастью, частично лишённые молочных зубов, а кто-то придавил своим весом и уткнулся мордой ей в живот, прося ласки. А кто-то потащил её за ногу. «Опять…» Собрав все силы, женщина выдернула ногу и вскочила. Сделала попытку вскочить, вернее, и освободиться от захватов дракончиков. Не слишком помогло. Дракончики только пуще разыгрались. К счастью, Валке долго терпеть не пришлось. Лишь краем уха заслышав тяжёлые взмахи крыльев и глухой широкий удар, она на секунду замерла, и лишь в самый последний момент она успела закрыть одно ухо, поскольку другая рука ещё не освободилась от мягких челюстей Слюнчака. Её буквально сжало от громогласного гневного рёва. Она даже невольно дёрнулась. Дракончики дружно разлетелись в разные стороны, досадливо и испуганно пища себе под нос. Валка неловко села и чуть потрясла головой: от столь мощного драконьего голоса уши на время заложило. - Спасибо, Грозокрыл, - сказала она прочищая мизинцем больше всего пострадавшее ухо. – Выручил. Многокрылый довольно проурчал, выпятив широкую грудь. А после подозрительно прищурил глаза, заметив окровавленный рукав у женщины. - А? – Валка вопросительно посмотрела на него, когда тот злобно заворчал, а после проследила за его взглядом. – А, это… Не бойся, всё хорошо. Просто детишки разыгрались. Ящер приблизился и обнюхал её едва-едва поджившую рану. - Видишь, ничего страшного, - продолжала Валка его успокаивать и задрала рукав по самое плечо. А потом умолкла. Укус выглядел неприятно. Кожа вокруг ранок покраснела и снова опухла. А из краёв ран вытекала какая-то непонятная жидкость, схожая с гноем. - Нужно опять промывать, - заключила Валка. Но сделать это сразу Грозокрыл не дал. Он попросту принялся вылизывать своим широким для обычной рептилии языком следы укуса. Валка замерла в изумлении, боясь пошевелиться. Сейчас дракон ей до боли напоминал собаку, что зализывает царапины или небольшие порезы на руках хозяина, которые тот перед тем специально намазал сметаной. Но дракону не было дела до сметаны. Он проявил свою заботу бескорыстно, что не могло не подкупить. Когда он окончил процедуру, почти вся рука Валки была в липкой слюне. Место укуса скоро перестало ныть и саднить, а краснота и опухоль спадала на глазах. - И ещё раз спасибо, - поблагодарила дракона Валка, поднимая на него большие глаза. Тот мягко фыркнул, дохнув в её лицо слабым дымом. После он отстранился и поманил её за собой. Валка поднялась на ноги. - Что же, хочешь, чтоб я опять твою спину топтала? Дракон согласно опустил голову. - Ну ладно, - с неохотой сказала Валка и взобралась к нему на спину. – Полетели. Она уже более или менее приспособилась держаться на его спине, уперев ноги ему почти в подмышки и заключая в мёртвые объятья длинный костяной шип. Но такая позиция её быстро утомляла. А руки и ноги после длительных полётов, а если точнее, после минут пяти полёта, долгое время после дрожали, точно Валка замёрзла до этого. Вот снова тот самый неприятный толчок, после которого дракон оказывался в воздухе, а Валка вновь про себя ругнулась, поскольку чувствительно стукнулась подбородком о шип. Она не знала, как иначе удерживаться на драконе. Положение спасло бы седло, да подручных материалов не было. Даже простая верёвка бы сгодилась. Вот только в ледовом гнезде драконов ничего подобного не водится. Грозокрыл понёс её через всю долину, плавно и мягко огибая скалы и других драконов. Он обучал Валку держаться на нём. Валке мало-помалу начинало нравится летать, но из-за неудобства пребывания на широкой спине дракона она не могла в полной мере наслаждаться свободой и невесомостью. Сделав большой круг по долине, Грозокрыл свернул к пещере, что они сделали своим укрытием. Вернее, Валка сделала. Как она понимала, Грозокрыл был непривередлив в плане места для ночлега. Как только когти дракона заскрежетали по твёрдой породе, Валка соскользнула на землю. Дракон как-то странно покосился на неё, а после подозвал приглушённым рыком. Валка оглянулась, а ящер разинул пасть. Снова затряслась его глотка, а голова задёргалась, и всё это сопровождалось знакомыми и малоприятными звуками. - О… нет… - поникая, пролепетала Валка. Её почти пустой желудок сделал попытку прорычать от голода, но смолчал в следующую секунду, когда крупная склизкая от слюней и желудочного сока макрель шлёпнулась на пол. «И представь себе, Иккинг! Он заставил меня съесть эту рыбу! Этот противный вкус останется в моей памяти навсегда. Я осилила лишь три куска. А там в конце концов я всё-таки уговорила его её поджарить. Однако общего вкуса это не изменило. Но что меня удивило, так это то, что желудок такое блюдо принял. Хоть чему-то тогда порадовалась. После обеда и отдыха драконы засобирались куда-то, Грозокрыл был чем-то обеспокоен. Так я подумала сперва. Он звал меня с собой, а я не стала отказывать и опять села к нему на спину…» И снова холод и пронизывающий насквозь ветер. Руки, казалось, примёрзли к шипу, а колени к чешуе, ставшей на удивление острой и твёрдой. Стая покинула гнездо уже как полчаса назад. Как только показалась граница обледеневшей части океана, Грозокрыл отделился от стаи и полетел своим курсом. На первом же острове, который они встретили на своём пути, они не задерживались, а пролетели мимо. Валка не возражала, поскольку на нём никто не жил. Из людей, разумеется. Следующая земля отличалась от первой лишь тем, что на ней было ещё большее нагромождение скал и полное отсутствие деревьев. Грозокрыл летел спокойно и ровно, крыльями взмахивал нечасто, тем более, что по удачному случаю поймал попутный ветер. А Валка взяла на себя смелость расслабиться. Она наконец уселась удобней, расправила уже уставшие плечи и выпрямила спину. Дрожь всё ещё пробирала её, но уже меньше – они ведь вылетели за пределы Ледяного края, и воздух, а вернее, ветер, бьющий в лицо стал значительно теплее. Вокруг лишь бескрайние просторы, внизу, в метрах тридцати-сорока безбрежный океан, шум которого напоминал дыхание гигантского неизвестного незримого существа. Хотя почему бы ему не быть Ёрмунгардом, Великим Змеем, что восемью кольцами своего тела опоясал землю? Солнце, время от времени скрывающееся за тучами, светило Валке в спину, а значит, выбранный курс Грозокрыла – Восток. Спокойствие полёта, мерные резкие взмахи необъятных крыльев, шум океана и какая-никакая невесомость подарили Валке новое чувство. Она осмелилась даже вытянуть затёкшие ноги, оперлась спиной о более длинный и толстый, чем первый, костяной шип, одна рука её всё ещё держалась за первый шип, а другая упиралась ладонью в твёрдую чешую спины дракона. Она смотрела вперёд и только. Голова её была свободна от мыслей и страха. Мысли о прошлом, часто терзающие её перед сном, сейчас не тревожили её. Она была свободна… Грозокрыл не скинет её в воду, не бросит на произвол судьбы. Она не беспокоилась об этом. Сейчас она ему доверяла и дивилась самой себе из-за этого. Она летела на драконе, враге её собратьев, через океан и была спокойна! «Забавно». - Знаешь, Грозокрыл, а полёты – это не так уж и плохо, - она усмехнулась себе под нос. Грозокрыл что-то проворчал в ответ и взял выше. Из-за этого спина Валки сильнее врезалась в костяной шип, а сама Валка вжалась в спину ящера. Когда дракон выровнял полёт, женщина уселась, как часто сидела до этого – уперев колени в основание крыльев. Она взглянула вниз, и сердце её замерло одновременно от страха и от… детского удивления. Инстинкт самосохранения ушёл на второй план. Ветер бил в лицо с новой силой, но холода Валка не ощущала. Она чувствовала, что внутри неё разгорается пламя, однако объяснить обуревавшего её чувства она не могла да и не хотела. Она набралась смелости, а может, то была глупость, и вытянула в стороны руки, точно хотела обнять ими весь мир. Дышала Валка глубоко, наслаждаясь каждым вдохом и выдохом, холодным ветром и… свободой. Однако Грозокрылу что-то попало в глаз, а то и в нос, и он затряс головой, отчего всё его тело вздрогнуло и вернуло Валку с небес на землю, а вернее на драконью спину. «Как-то стыдно это было признавать тогда. Меня похитил дракон, лишил собственной семьи… Но мне понравилось летать. Я полюбила полёты! Какая ирония! Долго я себя корила за это, пока не надоело. На острове, где мы сделали первую за всё это время остановку, не было никаких селений. Но было два судна, торговых, судя по всему. Стояли они там какое-то время, а людей не было. Меня это беспокоило, но упускать случая было нельзя». Остров Валке не понравился сразу. На нём было слишком тихо. Даже Грозокрыл проявлял беспокойство, сидя на изрезанных волнами прибоя камнях и недоверчиво косясь на темнеющий в сумерках лес. Валка обследовала первое судно, наполовину заполненное водой. Там она не нашла ничего, кроме мешков с неизвестным содержимым, которые также благополучно сгнили, как и доски. На втором судне ей повезло больше: она нашла моток ещё крепкой верёвки и нож. Нож был туп, но это исправимо. В самой сухой части севшей на мель посудины женщина обнаружила ящик. В нём лежали аккуратно завёрнутые и промасленные лоскуты ткани куски вяленого мяса. Судя по запаху, мясо здесь лежит не так давно и ещё не успело испортиться. Это Валку обрадовало несказанно: ей уже успела приесться сырая рыба, а тут такое сокровище, пусть его и немного. Собирая мясо в самую большую и промасленную тряпку, что покоилась на дне ящика, Валка задумалась. Первый корабль стоит здесь по крайней мере недели две, а этот - не дольше недели. Даже меньше. Вряд ли их прибило сюда штормом, хотя стоят они на подводных скалах. Эти мысли побудили Валку осмотреть судна ещё раз и внимательней. Паруса у обоих не были разорваны или оторваны от мачты, как это бывает из-за ветра огромной силы. Да и мачты не были сломаны. Но всюду виднелись следы когтей. Опалины отсутствовали – драконы не дышали огнём. Но присутствовали странные следы, с которыми Валка столкнулась впервые. Это могли быть дыры в чём угодно или выбоены, но не такие, какие бывают от оружия. Тут было что-то другое. Валка предположила, что то, что оставило сквозные дыры в досках кораблей, было чем-то вроде лавы громмеля, но не сжигающей, а растворяющей. Задерживаться здесь не стоило. Лучше скорее убраться отсюда. Валка, собрав все найденные и нужные ей вещи, помчалась к Грозокрылу, едва не ухнув в воду, когда перепрыгивала со второго судна на второе. Грозокрыл терпеливо ждал её, боясь шевельнуться на мокрых камнях, дабы не задеть Валку. Когда та наконец устроилась на его спине, дракон взлетел и полетел прочь от неприветливого и мрачного места. «Когда мы улетели оттуда, я выдохнула. Я не знала, кто живёт на том острове, какие драконы или монстры, но сталкиваться с ними не хотелось. Вроде и хорошо, что мы там не остались на ночь, но новый остров преподнёс нам не самый приятный сюрприз. Не так даже. Отвратительный сюрприз».