История Валки

- Потерпи немного, Грозокрыл, на рассвете нужно улетать. Кровоклык, отдыхай, не лезь под руку! Дракон слабо, но обиженно фыркнул, выпустив из ноздрей маленькую струйку дыма. Валка Валка осторожно вылила немного воды из бурдюка на обрывок ткани. - Всё хорошо, скоро станет легче, - нежно заговорила она, обтирая рога и морду штормореза, который уже закатывал глаза, неустанно срываясь в обморок. Сильный ветер со стороны моря нёс с собой не только солёный запах моря и мокрых скал, но и бил в ноздри содержимым желудка Грозокрыла, которого стошнило сразу, как они приземлились на гору. Рана хоть и не была опасной, но дракон явно получил хорошее сотрясение. Единственное, что могла сделать Валка, - обеспечить ящеру покой и промыть его рану. Фринн уже устроилась меж камней, раскрыв свои крылья, и громко посапывала. Кровоклык также улёгся, свернувшись в кольцо рядом с Валкой, и одним глазом наблюдал за её действиями. Пристеголов даже не думал спать: он высоко задрал головы и теперь вглядывался в темноту и прислушивался к каждому звуку, в любой момент готовый поднять тревогу. Огромный коготь крыла Грозокрыла взрыл щебень, когда Валка аккуратно положила на рану пережёванные листья крапивы и ромашки. - Терпи. Скоро будешь носиться как угорелый. Грозокрыл что-то буркнул в ответ и причмокнул. С нижней губы обильно текла жидкая слюна. Валка нежно провела замёрзшей рукой по его рогу и поднялась на ноги. Ветер выл в скалах, то громче, то тише ревя. Кровоклык слабо фыркал в ответ, а пристеголов только глубже зарывал когти в щебень. Подобрав копьё, Валка подошла к краю их горного убежища, огороженного неровными зубцами обветренной скалы. Отсюда открывался отличный обзор на деревню и арену вместе с ней. Маленькие огоньки шныряли каждый в свою строну, хаотично меняя направления, словно заблудшие души икали выход из ночного лабиринта. «Нас искали. Кажется, вывернули всю деревню наизнанку. Хотя первым делом охотились на немногих сбежавших драконов. Я понимала, что нужно было как можно скорее покидать остров, ведь кто-нибудь мог догадаться поискать нас в верховьях. Вряд ли кто-то из охотников, кроме Эрета, знал о том, насколько серьёзно ранены драконы, но я не доверяла ему. Не верила до последнего. Однако как бы я ни опасалась прихода ловцов, мне и драконам пришлось отвлечься на другую беду». Валка очнулась от падения. Она даже не заметила, как, наблюдая за деревней, задремала, опершись на копьё. Она не спала с прошлой ночи, и сейчас, уже после того, как, наконец, удалось хоть ненадолго расслабиться, сон её потянул в свои уютные объятья. Несколько острых камушков воткнулись в её колени и правое плечо. Она зашипела от неприятного ощущения и скоро отряхнулась, тяжело встав на ноги. - Надо спать, - заключила она и снова взглянула на деревню. Она чувствовала сильную усталость – налёт на арену отнял у неё и драконов немало сил. Кровоклык подозрительно косился на неё, чуть высунув морду из-под крыла. Грозокрыл обеспокоенно всхрапнул и пошевелился. Пристеголов сорвался с места и, тяжело топая, заковылял к своей спасительнице. Фринн вздрогнула и что-то проворчала, не желая покидать удобное место. - Всё хорошо, - уверила Валка Нойку и Вопяка и внезапно ощутила пронизывающий холод. На них обрушился сильный порыв ветра, промораживающий до самых костей и душащий одним своим толчком. Вой в скалах усилился. Валка с трудом удержалась на ногах, всем весом уперевшись в копьё. Ящеры пригнули головы. Ночной горизонт представлял из себя сплошное чёрное полотно, однако Валке интуиция подсказывала, что сюда гонит тучи, а значит, будет шторм. Яркие вспышки в отдалении лишь подтвердили её догадку. - Гроза в конце осени? Прекрасно! – съязвила Валка сама себе, лихорадочно соображая, что делать. Здесь оставаться было опасно, необходимо было спускаться ниже. Однако в такой ночи едва ли что можно было разглядеть, а подниматься драконам на крыло означало неминуемую смерть. Кровоклык проворно подобрался к Грозокрылу, практически не отрывая живот от земли. Фринн, поняв всю серьёзность ситуации, таки покинула своё удобное для отдыха раненых крыльев место и присоединилась к собратьям, поплотнее прижавшись к шторморезу. Тот накрыл их своими внешними крыльями, недовольно ворча на погоду. Первые ледяные капли дождя забарабанили по гальке и кожистым крыльям. Валка поспешила к драконам. Новый порыв ветра, более сильный, чем предыдущий, подхватил её, точно пёрышко, и со всего размаху ударил о землю. В её спину и затылок так и впилась галька, точно сотни мелких зубов кровожадной твари. Валка перевернулась, силясь встать, но новый удар на миг оторвал её от земли, грозя сбросить со скалы в лапы ночных чудищ. В следующий момент кто-то впился ей в ногу, частично прокусив густой мех сапога, и резко рванул в противоположную сторону. Мгновение она пребывала в свободном полёте, а после ощутила противную боль от удара о землю: левые плечо и бедро так и взорвались тупой болью, а из груди вышибло дух. С подбородка и левой щеки, казалось, если не содрали, то начали сдирать кожу. Пара нижних зубов предупредительно заныла. Рядом тяжело опустилась чья-то лапа, и воздействие ветра на Валку заметно ослабло. В рассеянных всполохах молний она разглядела над собой головы пристеголова, обеспокоенно осматривающие её. Нойка утробно проворчал, точно извиняясь. В глаза так и летел щебень и песок. - Спасибо, - прошептала Валка, но её голос потонул в рёве ветра. На этот раз, не рискуя вставать на ноги и, как следствие, улететь в небесную страну, она поползла на животе к Грозокрылу. Пристеголов, пригнув головы и плотно прижав крылья к бокам, продвигался к ящерам, столь же медленно, желая защитить женщину от ветра и дождя. Благо ползти им было недолго. Добравшись до, своего рода, драконьего лагеря, Валка быстро перекатилась под крыло штормореза и прижалась к земле, отплёвываясь от налипших волос и песка, что сумел попасть ей в рот. Пристеголов примкнул к драконам, и вместе они как можно сильнее прижались к земле, отвернувшись от ветра, дабы не глотать воду и песок ни ноздрями ни глазами. «Шторм оказался не столь сильным, какой бушевал здесь и разнёс старый порт в дребезги много лет назад. Однако мы испытали на себе его силу. Одно дело, что ветер душил, так ещё и промораживал в купе с дождём. Капли были размером с яблоки, кажется. Я чувствовала, как драконы дрожат от холода. Облака над нами гремели, точно кто-то точно над ухом бил в гигантский барабан. Где-то недалеко от нас в камень ударила молния. В тот момент я удивилась, что сердце у меня не выпрыгнуло наружу. Ночь для нас была долгой, хотя шторм бушевал всего часа два. Но спать на пропитанном водой щебне – всё равно, что загорать на льдине. Кровоклык нас тогда очень выручил, разогрев свою шкуру. Деревне тоже не очень повезло: один из кораблей разбил две пристани и задел ещё один. Тут уж нам было ясно, что охотники точно скоро не выйдут на охоту, а значит, улетать нужно было как можно скорей и как можно дальше. Что мы и сделали на рассвете. Травмы Грозокрыла и Фринн не позволяли нам лететь слишком долго. Потому мы взяли курс на тот самый остров, на котором некогда остановились после побега с Жаркого Клыка. Там мы пробыли три дня, а после полетели в Обитель. Там нас ждала подготовка к будущим налётам на точки ловцов, что я предвкушала с нетерпением».