Тайна благородного дворянина.

       Тем временем граф приказал омегам следить за особняком, и если огонь подберется близко, послать в город за помощью. Сам же он поспешил в лес. Помощь альфы была неоценима в этом деле. Нацепив на спину один из механизмов, Виктор погнал своего скакуна. Да, он уже давно не ездил верхом. Слишком много воспоминаний пробуждало это занятие. Впервые граф ездил на лошади с отцом. Приверженец старых идей и забав, Эдмунд всегда брал сына с собой на охоту. Именно благодаря его обучению юный альфа научился пользоваться луком, мечом и ружьем. Эдмунд был прирожденным охотником, но не только это было его сильной стороной. Лучше всего он проявлял себя в изобретательстве, правда, не дозволял никому приближаться к своим творениям. Виктор искренне восхищался отцом, хотел стать таким же талантливым человеком, но после смерти того все изменилось…       Граф слышал голоса омег, гневные вскрики Брайана, но не они сейчас тревожили его сердце, а мальчишка, сидящий в комнате. Он был серьезно ранен, но не кричал, как сделали бы остальные омеги. Он сильный и выносливый человек, хотя кажется невероятно хрупким.       Приблизившись к группе слуг, он заметил одного раненого. Это был один из омег, постоянно находившийся рядом. Этот мальчишка не нравился Вику, но он был неплохим работником.       — Что с ним? — спросил граф, кивнув на тело.       — Он без сознания, милорд. Неправильно включил механизм и был отброшен к дереву, — произнес пожилой садовник.       Закатив глаза, Виктор подобрал омегу и перекинул через спину коня.       — Успеем ли потушить пламя?       — Не о чем волноваться, господин! Все под контролем! — подоспел Брайан, попутно туша огонь.       Граф же кивнул и сам достал трубку механизма из-за плеча. С высоты это делать было удобнее, если не считать того, что конь частенько спотыкался о корни деревьев. Эта битва с природой длилась долго, до самого рассвета, а когда от пламени остались только угольки, граф отозвал всех уставших работников назад. Неумелый омега, что потерял сознание, уже очнулся и теперь с восхищением и наивностью глядел на Виктора.       — Милорд, спасибо, что спасли меня, — произнес он, надев самое милое свое выражение лица.       — Ты в порядке? — холодно, чуть брезгливо спросил граф.       — Да, господин.       — Тогда иди своим ходом, — поставил мальчишку на место альфа и с довольной улыбкой направился дальше, представляя разочарованное выражение на лице омежки. Неожиданно появился Брайан. Его лошадь была порядком измотана за эту длительную ночь, но все еще бодро держалась.       — Господин, что прикажете делать с Джеймсом?       — Следи за ним. Не хочу, чтобы он натворил еще чего-нибудь.       Брайан ждал слов о наказании, плети или чего-нибудь еще для провинившегося мальчишки, но граф отчего-то не пожелал наказывать его. Это почему-то разозлило дворецкого, и он яростно подумал, что заставит беглеца трудиться, не покладая рук, в течение всего месяца.       Вернувшись в особняк, Виктор приказал собрать всех в холле, а сам заглянул в комнату, чтобы позвать Джея, но того не оказалось, и альфа посчитал, что он уже спустился вниз и сейчас в комнате слуг. Это значит, что он все равно явится, однако граф просчитался. Спустившись вниз по широкой лестнице, он оглядел помещение, ища глазами виновника. Джеймса среди присутствующих не было.       - Как вы знаете, произошел пожар, — начал сурово граф, со злостью смотря на собравшихся, но злился он не на них, а на самого себя. Он злился на те противоречия, которые бушевали внутри, выводили из себя. — И я надеюсь, что он был последним. Отныне я ввожу новые правила в своем доме. На кухне, в главных залах, кладовках, должны находиться механизмы для тушения пожаров. Вас я прошу быть крайне осторожными с огнеопасными приборами. Если подобный случай повторится, то вылетят отсюда все виновники! Брайан, — обратился к дворецкому граф. — Сегодня пусть отдохнут, а с завтрашнего дня будут работать в более суровом режиме. Раненых можешь не учитывать.       Сказав это, Виктор направился в сад. Он надеялся, что Джеймс бродит где-то там, но снова ошибся. Затем он посетил конюшню, беседку, даже будку с инвентарем для растений. Альфа старался быть незаметным, расслабленным, не выдавать паники. Неужели этот идиот решил покончить с собой и убежал обратно в лес?       Одернув себя, Виктор развернулся и пошел обратно. Негоже графу думать о слуге. Он уже не маленький ребенок и сам знает, что можно, а чего нельзя. Эти мысли помогли вернуться в комнату, однако отдохнуть ему так и не дали. Окно было распахнуто, а на самом краю подоконника покоился конверт. Ветер теребил его, норовя пустить вниз. Альфа сиюминутно понял, что дело нечисто. Пусть, печать принадлежала королю, но только давний враг графа посылал конверты таким способом.       Вскрыв конверт с королевской печатью, Виктор извлек на свет аккуратный кусок пергамента.

"Дорогой граф Виконтский, Вас приглашает на обед его Величество Король Кристиан I. Подготовьте подробный доклад о проделанной работе, порученной Вам Его Высочество в предыдущем письме. Ждем Вас к вечеру завтрашнего дня".

      Мужчина перечитал письмо несколько раз, надеясь заметить хоть какой-то подвох, но оно было составлено грамотнейшим человеком королевства, а потому Виктор ничего подозрительного в нем не нашел и просто выбросил в камин, где огонь безжалостно накинулся на лист бумаги.       Граф позвонил в колокольчик, призывая в покои свою тень. Брайан появился незамедлительно.       — Вы хотели меня видеть, господин? — дворецкий низко поклонился.       — Да. Подготовь мой официальный наряд и багаж.       — Куда-то собрались? — такой вопрос со стороны дворецкого мог показаться краем дерзости, но не для правой руки графа. Только Брай мог знать, что именно собирать в чемодан, и, какой наряд готовить, выяснив у хозяина, куда тот будет держать путь.       — Король на обед приглашает, — объяснил альфа, а потом добавил более тихо, - проклятье…       — Будет сделано. Что-нибудь еще, милорд?       — Да, найди омегу, и не позволяй ни при каких обстоятельствах выходить из поместья или даже приближаться к дверям. Этот слуга завел дурную привычку сбегать. Это уже второй раз за сутки. Подумаешь, течка у него, это не повод для побегов. — По интонации Виконтского можно было понять, что он крайне недоволен сложившейся ситуацией и произошедшим за эти двадцать четыре часа.       — Позвольте мне с этим разобраться.       — Нет… — немного погодя, все-таки молвил граф, - просто найди и запри где-нибудь, чтобы не имел обыкновения покидать территорию особняка.       — Слушаюсь, — еле слышно скрежетнув зубами от досады, бета удалился, готовить все к отъезду господина.

***

      Давным-давно было заброшено старое крыло поместья династии Виконтских. Тесно, сухо, пыльно, темно, но, по крайней мере, здесь безопасно. Джей осторожно пробирался меж поросших мхом деревянных , блестевших когда-то в шике и лоске. Сети паутин, дрожа, преграждают путь дальше, но омега не останавливается, идет все дальше, все глубже. Чтобы никто не нашел, чтобы тихонько умереть в одиночестве. Все тело неумолимо горело, ноги дрожали, а зад сочился смазкой. Джеймс всерьез думал что умирает, а даже если переломы, ожоги и эти доселе непонятные ощущения его не убьют, то уж точно это сделает господин или поручит своему треклятому черному псу.       Споткнувшись обо что-то, мальчик повалился на пол, который жалобно скрипнул под омегой. Если до этого Джей запинался, то только чудом оставался стоять на слабеньких ножках, но теперь, чтобы подняться сил не осталось. Бедный, раненный, течный омежка отключился от столь широкого спектра чувств, начинающихся возбуждением и заканчивающихся резкой болью в вывихнутой лодыжке и ожогах, расцветающих как огромные красные цветы по всему телу.