Научи меня улыбаться

Знакомые улицы не изменились с тех пор, как я последний раз прогуливалась по ним с Артемом. Путь до его дома занял не более получаса. Светило яркое солнце, но в душе моей царил мрак. С каждым шагом страх усиливался, от волнения уже стало тяжело дышать. Вот нужный подъезд. Ничего не изменилось, внутри все так же пахнет пылью и табачным дымом. Его дверь выглядит неприметно среди других, но для меня она всегда была входом в другой мир. В мир, где нет злобы, печали и боли. Мир, который всегда манил меня. Но сейчас почему-то не хотелось туда заходить. На сердце висел тяжелый груз, но я все же отважилась и позвонила в звонок. Дверь почти тут же открылась, и передо мной появился Артем. Как всегда, улыбнулся и посторонился, чтобы я вошла. В его глазах читалась радость от встречи, искреннее счастье. - Я соскучился, - он легко подхватил меня и нежно поцеловал в губы. Его запах ударил мне в нос, сводя с ума, я не смогла не ответить на его поцелуй. Но когда я почувствовала его руки у себя под футболкой, все же нашла силы отстраниться. - Артем, пожалуйста, не сейчас. - Почему? – он принялся целовать мне шею, отчего по телу побежали мурашки. - Не… не надо, прошу тебя, - прошептала я, дыша часто и впиваясь ногтями ему в борцовку. - Ты же ведь тоже по мне скучала, - горячо шептал он мне на ухо, уже начав раздевать. - Артем, нет! – я все же пересилила себя и отошла на шаг назад. Я все еще возбужденно дышала, но старательно успокаивалась, чтобы и у парня желание отпало. - Как скажешь, - он пожал плечами и прошел в свою комнату. Я разулась и последовала за ним. В комнате тоже все было точно так же, как я помнила. Разве что на столе прибавилось учебников, а на полу – сумок с вещами. - Что это? – я указала на сложенные вещи на кровати. - Потом. Расскажи, как ты тут, - он сел рядом со мной и крепко обнял. Все чувства заиграли новыми красками, все навалившиеся невзгоды разрушили плотину моего здравого смысла, я прижалась к нему и заплакала. Он молча гладил меня по спине и терпеливо ждал, пока я успокоюсь. А потом я начала говорить. Я рассказала ему про отчима, про маму, про мое самоубийство, про больницу, про Игоря и Олесю… умолчала только про Андрея. Что-то внутри не давало мне рассказать о нем, словно психотерапевт был чем-то запретным, слишком личным, чтобы делиться им даже с любимым человеком. Возможно, я рассказала бы о нем, если бы так не жаждала вчера, чтобы он поцеловал меня. Но теперь вчерашний день казался таким далеким, а здесь и сейчас был Артем, его мягкие, пусть и настойчивые, руки, его нежные поцелуи. Он внимательно слушал меня, не перебивая, я несколько раз снова не сдержалась и расплакалась, и каждый раз он обнимал меня и ждал продолжения рассказа. - Так что сейчас я живу у Олеси и Игоря, - закончила я. - А у меня пожить не хочешь? – улыбнулся Артем, гладя меня по щеке. - Шутишь?! – у меня пропал дар речи. - Я на этих выходных тут буду. Родители по делам остались в Москве, а я за вещами приехал. Можем эти пару дней побыть вместе, только ты и я, - он взглядом указал на кровать и подмигнул. - Хорошо. Но мне нужно предупредить Олесю. Я достала телефон, но Артем не дал мне позвонить, снова принявшись целовать. Неожиданно для себя я почувствовала, что его настойчивость начинает раздражать. Я, конечно, понимала, что он соскучился не только морально, но излишне быстрое развитие событий в сторону постели меня напугало и насторожило. Самое удивительное заключалось в знании, что это обычное его поведение, но сейчас оно меня раздражало и злило, хотя раньше забавляло и даже радовало. - Артем, а как твои дела… в Москве? – попыталась я перевести тему. - Отлично. Много друзей нашел, там весело, - разулыбался он, вспоминая приятные моменты. - Здорово. Быть может, я когда-нибудь тоже туда попаду, - я улыбнулась, прижимаясь к нему. Мы сидели в широком кресле в его комнате, обнявшись и тихо разговаривали. Это было так приятно и нежно, что хотелось растянуть мгновение на годы и тысячелетия. - Мне кажется, тебе было бы плохо в Москве. Ты слишком наивная для этого города, - задумчиво произнес Артем. - А ты не наивный? – осторожно подняла я голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Он ухмыльнулся и покачал головой. За неспешной беседой я не заметила, как пролетело время, а на улицу опустились ранние сумерки. - Нужно предупредить Олесю, - вспомнила я и позвонила ей. - Да? Как ты там, Юль? Тебя забрать? – ее голос был спокойный и сосредоточенный, прямо как в момент моего ухода. - Н-нет, я звоню, чтобы предупредить, что у Артема сегодня переночую, - запинаясь, произнесла я. - А, ну как знаешь, - по ее голосу я не смогла понять, разочарована она или ей все равно. - Спасибо. Я послезавтра приду. - Хорошо. Не забывай звонить, чтобы мы не волновались. - Хорошо. Пока. - Пока. Я положила трубку и устало протерла глаза. - Спать хочешь? – улыбнулся Артем. - Не выспалась сегодня… - Я тебе постелю, - он аккуратно подвинул меня и встал с кресла. Я с приятной усталостью наблюдала за ним. - Ты чего так улыбаешься? – усмехнулся он, расправляя подушку в новой наволочке. - Мне просто хорошо. Хорошо и спокойно. - Будет еще лучше, - он обхватил руками мои щеки и нежно поцеловал в губы. В этот момент я была почти счастлива. Когда я уже было заснула, свернувшись калачиком в кровати, он прокрался в комнату и тихонько залез ко мне под одеяло. - Артем, ты опять?! - Тише, спи. Я тебя не трону. Просто захотелось твоего тепла, - он обнял меня сзади и прижал к себе. Стало хорошо и приятно, настолько, что представить себя с кем-то другим я уже даже не смогла, растворившись в ласке и нежности Артема. Следующий день пролетел удивительно быстро. Наверное, так всегда бывает, когда ты счастлив. Я действительно чувствовала себя счастливой, с головой погрузившись в томную негу безделья, лениво отмахиваясь от постоянных домогательств Артема. Он окружил меня нежностью и заботой, чего мне так давно не хватало. Мы много с ним разговаривали, он рассказывал мне про своих друзей, хвастался новым телефоном, смешил разными историями, связанными с поиском работы. Он изменился за этот месяц, заметно изменился, но я все еще считала его своим, дорогим и родным человеком. Любимым. Да, наверное, любимым, хотя это единственное, в чем я немного сомневалась. Ради таких двух дней я готова была ждать еще месяц до его следующего приезда, мне действительно было очень хорошо. Под вечер, когда уже стемнело, мы дурачились в постели, щекоча друг друга и время от времени целуя. Мы смеялись и обнимались, перекатываясь по широкой кровати. Неожиданно Артем оказался прижатым лопатками к покрывалу, и я, воспользовавшись случаем, снова его поцеловала, страстно, пылко. Вдруг возникло сильное желание порадовать его на прощание. Я опустилась ниже и принялась целовать его шею, прямо кожей ощущая его изумление. - Ты… ты уверена, что хочешь? – осторожно спросил он с придыханием. Я молча кивнула и улыбнулась, не отрываясь от его тела. - Я в душ, - он вскочил и, забежав в соседнюю комнату за полотенцем, скрылся в ванной. Я прошлась по комнате, бесцельно оглядывая сумки с вещами и заваленный книгами и тетрадями стол. Взгляд наткнулся на его новый мобильник, который он купил, скорее всего, вместе с симкой. Потому я не могла до него дозвониться. Я ломала голову, переживала, а все оказалось так легко. Неожиданно этот телефон загорелся и мягко завибрировал, возвещая о новом смс-сообщении. Я настороженно взяла его в руки. Время было уже позднее, почти полночь, кто мог писать ему так поздно? На дисплее значилось имя «Лариса». Я попыталась побороть растущее любопытство, но не смогла, потому открыла сообщение и просмотрела текст: «Привет, любимый! Ну как ты там? Я уже очень соскучилась, мне так холодно сейчас одной под одеялом, вот бы ты согрел своими поцелуями. Жду твоего приезда! Люблю!» Я плохо слушающимися руками положила телефон обратно на стол. Снова боль, снова предательство, снова одиночество. Как же я устала. Через пару мгновений на смену разочарованию и шоку пришла злость, выливаясь на осколки разбитого сердца. К глазам подступили слезы, которые я все еще пыталась сдержать. В голове звучал его голос, нашептывающий слова любви, тело все еще помнило его прикосновения, а губы – поцелуи. И я хотела снова упасть в его страстные объятия, снова отдать ему всю себя, еще бы немного, и я бы сделала это. А на самом деле оказалась лишь одной из тех, кто ему верит. Слезы обжигали щеки, у меня не было сил даже их вытереть. Оцепенение пришло с пониманием, что он скоро выйдет из душа. Я не смогла бы разговаривать с ним сейчас, не смогла бы спросить или предъявить что-то, потому выбрала единственно верный, по моему мнению, выход - сбежать. Я открыла дверь квартиры и бесшумно выскользнула в подъезд.