Безумный шут

      С тех пор, как Дорти стала лидером Тёмного Братства, в обычаи она внесла один новый пункт: обязательно завтракать всем вместе. Для этого была отведена специальная зала, в которой располагалось довольно много столов. На небольшом возвышении стоял особенный стол, предназначенный для Слышащей и самых близких её помощников. Остальные ассасины сидели «внизу». Это была идея самой Слышащей. «Новички должны мечтать дотянуться до нас и разделить с нами утреннюю трапезу за одним столом» — говорила она. — Где Цицерон? — спросила Дорти слабым голосом. Её утро началось с того, что из-за сильной боли в теле, она не смогла подняться с кровати. Тогда она позвала Бабетту, которая поменяла бинты на новые, а потом позвала Назира, чтобы он помог девушке дойти до обеденной залы. В общем, чувствовала она себя скверно. — Он плохо себя чувствует, — Бабетта многозначительно посмотрела на Дорти. У той вилка выскользнула из пальцев. Она посмотрела на вампиршу вмиг расширившимися глазами. — Он… — Обращается, — закончила девочка. — Но ты же говорила, что он не обратится! — вскрикнула Слышащая. — Я ошиблась. В любом случае, сейчас нам остаётся только ждать. Либо он умрёт, либо обратится. Иного не дано. — Я хочу видеть его. — Слышащая! — Назир шикнул, осторожно кивнув на прислушивающихся новичков. — Ты сама установила правила: покинешь стол, как всё съешь. Ассасин должен хорошо питаться. А особенно раненный ассасин. Довакин не возразила. Она снова взяла вилку и, терзаемая волнениями, стала доедать завтрак.       Сразу после завтрака, Дорти направилась в покои Цицерона. Она специально прошла мимо Матери Ночи в надежде увидеть его возле неё, но нет. Гроб был закрыт, смех шута стих. Тяжело вздохнув, Довакин направилась дальше. В комнате Цицерона темно, но он не спит. Было слышно, как тяжело он дышит, вздыхает и вертится в постели. Дорти ступала тихо, и заговорила только когда дошла до кровати. — Цицерон? — Слышащая? — последовало в ответ. — Цицерону приятно, что Слышащая нашла время для бедного Цицерона… — Бабетта сказала мне, что ты обращаешься в вампира. Ах, Цицерон! — она села на край кровати у рыжей головы больного. Облокотившись на подушки, она стала поглаживать его лоб и волосы своей прохладной рукой. Бедный шут весь горел, а лицо его было покрыто испариной. — Бедный Цицерон… Но не волнуйся. Братство тебя никогда не оставит. Мать всегда будет с тобой. — Цицерон счастлив, — шепнул он. — Тебе нужно вытереть пот. Почему никто не следит за Хранителем Матери Ночи? Подожди, я сейчас приду. — Нет! — ослабевшие руки Цицерона ухватились за руку Дорти. — Цицерон хочет, чтобы Слышащая посидела с ним. Слышащая повиновалась. Она снова прилегла на подушки, приобняв умирающего друга. Да, она действительно думала, что он не выживет. Перед глазами вдруг вспыхнули воспоминания. Столько заданий они прошли с ним вместе! Она вспомнила всё. И особенно ярко их первую встречу. Тогда Дорти вернулась в Убежище после очередного задания и услышала непривычно радостный смех. Потом она увидела его и удивилась: «Что может делать такой человек в обители Тёмного Братства?». Цицерон заинтересовал Довакина сразу. Чем? Да она и сама не могла понять. Вспоминая всё это, на глаза ей навернулись слёзы. Чтобы не расплакаться и не расстроить Цицерона, она поспешила завести разговор: — Может, ты хочешь есть? — Нет, Цицерон не голоден. Как Мать Ночи? Она что-нибудь говорит Слышащей? — Нет, она молчит. Цицерон? — Да? — Может, зажечь свечу? — Нет! У Цицерона болят глаза от света! — Хорошо, тише, — прошептала Дорти. Цицерон успокоился. Он держал руку девушки и никак не хотел отпускать. Но, понимая, что её ждут дела, он просто претворился спящим. Тогда, аккуратно укутав шута одеялом, Дорти вышла из его комнаты и пошла к Бабетте. Та преспокойно сидела в своей лаборатории, читая какую-то книжку. — Бабетта, я хочу, чтобы ты присмотрела за Цицероном. Навещай его так часто, как только сможешь! И, прошу, облегчи его страдания… — А ты уже записала его в умирающие? — усмехнулась вампирша. — Возможно, Цицерона ждёт новая жизнь. Ночная жизнь. Идеальное время для ассасина, не так ли? — Так, но… — Дорти смутилась. — Не знаю. В общем, просто пригляди за ним, хорошо? — Хорошо. Знаю я некоторые средства, чтобы он особо не мучился. — Спасибо. Я у тебя в долгу! — Довакин улыбнулась, после чего покинула Бабетту. Сама она решила надеть свой костюм ассасина и выйти к ученикам на тренировку. Хватит лежать! Пора проявить активность.