Начало перемен
23 января 2016 г., 20:17
Через два дня и без того активная жизнь Изабель самым настоящим образом пошла кувырком. Девушка только и делала, что постоянно ловила собственную челюсть, которая при каждой помпезной фразе Маризы намыливалась упасть на пол от шока и, помахав белым платочком на прощание, ускакать в дальние края, только бы не принимать участия в происходящем дурдоме на колесиках.
В прекрасное субботнее утро Изабель разбудили довольно оригинальным способом, а именно окатили ледяной водой прямо из графина. Она была настолько возмущена подобным хамским отношением к своей персоне, что обидчица, а ей, как ни странно, оказалась Джейн, получила не только подушкой по лицу, но еще и удар пяткой в живот. Охотница, конечно же, извинилась, выдавив сквозь зубы, что спросонья приняла девушку за демона, но в душе прыгала и ликовала, как малолетний ребенок, получивший конфетку. Можно было считать, что ее маленькая месть за полгода испорченной жизни состоялась.
Мариза металась по дому, раздавая указания направо и налево. Она привлекла всех: мужчин, детей, даже помощников из числа молодых нефилимов, что находились на службе у Конклава, и постоянно возмущалась, если что-то отклонялось от поставленной нормы, хотя бы на мелочь. Ее кудахтанье можно было без проблем услышать даже на улице, куда и сбежал Роберт в надежде, что ему не настучат по голове за компанию или для простой профилактики.
Изабель покачала головой, с трудом сдерживая мучительный стон, и поплелась в ванную. Джейн следовала за ней преданным хвостиком, но девушка не позволила ей приблизиться к себе ближе, чем на расстояние вытянутой руки, иначе мордобой случился бы еще далеко до начала основного празднования.
Молодая миссис Лайтвуд без остановки щебетала что-то о значимом дне и самой очаровательной невесте, не забывая, правда, добавлять ложку дегтя, намекая на испорченный список гостей. Охотница культурно огрызалась на подобные заявления и постоянно удивлялась, то ли Джейн специально делала вид, что не замечает негатива, идущего со стороны подруги, то ли действительно отупела после замужества и общения с ее матерью.
Платье, не смотря на церемониальные законы Сумеречного мира, она выбрала стандартное для примитивного мира: белоснежное, с красивым шлейфом и многослойной фатой. Джонатан без вопросов одобрил выбор, даже сам предложил парочку свадебных магазинов, которые замечал во время охоты. На показательное фырканье со стороны матери и ее верной подпевалы Изабель только закатывала глаза и наотрез отказывалась следовать помпезному плану, что превращал обычную свадьбу в настоящую театральную постановку. Будь у девушки возможность, ее бы непременно стошнило от такого количества вычурности и надменности, жаль только, эмоции нельзя было выплюнуть физиологическим способом.
Последний раз, покрутившись перед большим зеркалом, охотница окончательно убедилась, что выглядит идеально. Платье сидело по фигуре, спадая на пол объемными складками, ручная вышивка бисером на декольте и тонкая отделка по кромке подола. Ничего лишнего. Даже фата была простым однотонным куском фатина без вставок и кружев. Ни перчаток, ни драгоценных украшений, девушка ничего не стала надевать. Она была красивой и без посторонних прибамбасов, а в целях удобства еще и от каблуков отказалась. Все равно никто не будет заглядывать ей под юбку, кроме Джонатана, следовательно, никто и не узнает.
— Ты восхитительна, — прошептала Джейн, хлопая в ладони от переполнявших ее эмоций.
Изабель раздраженно закатила глаза. Девушка уже успела позабыть, что эта заноза в одном причинном месте все еще находится с ней в одном помещении. Лайтвуд до последнего надеялась и делала все возможное, чтобы ее назначили подружкой невесты, так как первая кандидатура на это место, по тайному желанию каждого члена семьи, могла не посетить мероприятие из-за неприятных событий годовалой давности. Вот только охотница не теряла веры, что Клэри придет, и именно ей отдадут титул свидетельницы.
— Пошла вон, надоела, — даже не взглянув на девушку, отмахнулась Изабель, словно та была назойливой мухой, не задумывалась о том, что может задеть чувства, или оскорбить подругу своими словами. Последние недели она все чаще ловила себя на мысли, что отчаянно желает расцарапать Джейн лицо, вместо того, чтобы вести с ней светские беседы о погоде.
— Опять ругаешься? — Спросил Джейс, проскальзывая в комнату вместо девушки, что в спешке выскочила в коридор.
— Не твое дело, братец, — огрызнулась его сестра, упирая руки в бока, — на сегодня она моя вторая подружка, — она показала пальцами воображаемые кавычки, — так что пусть не мозолит глаза, а помогает на расстоянии.
— Вижу, у кого-то шалят нервы, — усмехнулся парень, прикрывая за собой дверь. — Не дергайся, все будет идеально, не зря же мама столько сил и времени на это убила.
— В этом все и дело, — буркнула Изабель, закатив глаза, а потом присела на краешек стула, чтобы не замять идеально отглаженное платье, — мама решила, даже не спросив, хочу ли я.
— Ты сама позволила ей встать у руля, — заметил Джейс, за что тут же получил подушкой прямо в лоб.
— Не перестанешь бесить меня, получишь еще и хорошего пинка, — пригрозила девушка, а потом посмотрела на открытое окно, через которое доносились радостные голоса прибывающих гостей.
— Жених уже прибыл, — с улыбкой оповестил нефилим, —, но если ты боишься, что он может сбежать, то я пойду и прямо сейчас свяжу его до начала церемонии.
— Иди ты, — огрызнулась охотница, — я жду совершенно другого человека.
— Иззи, это плохая идея, — сквозь зубы прошипел он, мгновенно превращаясь из любящего брата в озлобленного парня, даже золотые глаза потемнели от сильных эмоций, словно в них накапали чернил.
— Это не тебе решать! — Воскликнула Изабель, вскакивая на ноги. Ее щеки заалели, а взгляд вспыхнул такой яростью, что не будь Джейс родным братом, она бы убила его на месте без разговоров. — Это моя свадьба, и я пригласила того человека, который мне очень дорог, в отличие от вас родственников вместе взятых! — Девушка тяжело выдохнула, но даже не задумалась о своих словах. Она увидела, как нефилим вскинул в удивлении брови, как растерялся от столь резкого заявления, и злорадно ухмыльнулась, — съел? Можешь идти жаловаться мамочке, Джейн, да хоть своей будущей жене, мне откровенно все равно. Зато, хоть ненадолго сотру эту слащавую неправдоподобную улыбку с ваших лиц.
— Ты заблуждаешься Изабель, — ответил парень, медленно пятясь к двери. — Мы твоя семья.
— Вы давно перестали ей быть, — фыркнула охотница, качая головой. — А теперь будь так любезен, закрой дверь с другой стороны.
Джейс ничего больше не сказал, просто тихо покинул комнату и удалился к гостям. Почему-то пересказывать ссору с сестрой ему никому не захотелось, наверно потому, что голова еще что-то да самостоятельно соображала.
А Изабель все не находила себе места.
Когда Джейн позвала ее для начала церемонии, девушка ничего даже не съязвила в ответ, хотя давно приноровилась придумывать едкие комментарии на несколько фраз вперед. Просто не хотелось портить самой себе настроение. Она твердо решила не замечать никого и всецело посвятить мысли своему будущему мужу, который заждался ее у алтаря.
Безэмоциональные слова молодого помощника Инквизитора охотница почти не слушала, уж больно у паренька был писклявый голос, так и хотелось зажать уши ладонями. Зато Мариза была от него без ума. Нефилим беспрекословно выполнял все поручения, клятвы взял, какие велела женщина, даже перечить против длины и глупости некоторых фраз не стал.
Джонатан мысленно веселился, наблюдая за невестой, у которой на лице были написаны все эмоции, что она испытывала по отношению к многочисленным гостям и всему мероприятию в целом. Будь у нее в руках огнестрельное оружие, присутствующие давно были бы расстреляны.
Когда заветные слова были произнесены с обеих сторон, началась самая нудная, по мнению Изабель часть, когда каждый человек считал себя обязанным подойти к молодоженам и произнести пламенную речь. После двадцать пятого охотника девушка совсем перестала различать лица, а после сорокового еще и слушать, что именно ей там желают на будущее. Без слов обнимала женщин, целовала в щеку мужчин и отправляла всех от себя как можно дальше. Гости даже сообразить, что происходит, не успевали, как им уже культурно махали ручкой на прощание. Хорошо еще, что Мариза в тот момент порхала вокруг официантов и не видела этого безобразия.
— Потерпи, — ласково прошептал невесте на ухо Джонатан, сжимая ее ладонь в своей руке, — осталось самое простое: сидеть за столом, улыбаться и махать ручками, словно мы белые и пушистые пингвинята.
— Добавь пункт «выслушивать мамин нескончаемый поток информации», — буркнула Изабель, но тут же натянула дежурную улыбку и, как царица, прошествовала к месту за столом по правую руку от теперь уже законного мужа.
Дальнейшее празднование, спасибо сообразительному ведущему, плавно протекало мимо молодоженов. Разряженный, как попугай, охотник, с галстуком бабочкой, которому Мариза поручила ответственную роль тамады, попытался разок сунуться к Изабель и Джонатану с небольшим конкурсом, и сразу же схлопотал внушительных размеров язвительный отзыв о подобном намерении. Больше он так не рисковал, предпочитая общаться с родителями и остальными гостями, которые были не прочь развлечься.
Девушка с кривой улыбкой наблюдала за тем, как ее мать отжигает на танцполе под какую-то нелепую песенку, а отец качает головой и что-то недовольно шепчет на ухо Валентину. Двое мужчин все еще поддерживали дружеские отношения, но уже не такие крепкие, как в былые времена. Джослин незаметно растворилась в толпе, предпочитая беседовать на интеллектуальные темы, нежели развлекаться, как дикарке. Тем более что на празднике присутствовали члены конклава, с которыми она горела желанием завести знакомства.
Джейс в одиночестве сидел за своим столиком и в немереных количествах поглощал спиртное, в то время как его курица, так ее окрестила про себя Изабель, налегала на пирожные, которые ей были строго противопоказаны. Чересчур короткая юбка и так уже обтягивала ее, как сеточка ветчину, а она продолжала жрать без остановки. Год назад девушка была похожа на швабру, а теперь походила на откормленного поросенка, пяточка да хвостика-штопора не хватало.
Алек и Джейн чинно прохаживались под руку по центральной аллее, что делила площадь празднования на сторону жениха и невесты, изредка кивая гостям в знак приветствия. Сына они отправили на попечение няне, потому что ни у кого из родителей не было желания возиться на празднике с капризным ребенком. К нему за компанию присоединился и Гидеон. Хотя, мальчик даже не возражал. В последнее время он стал замкнутым, перестал играть с любимыми игрушками, постоянно сидел в дальнем углу своей комнаты и что-то рисовал, а потом отчаянно рвал альбомные листы на мелкие клочки.
Время медленно клонилось к вечеру, и Изабель постепенно начинала терять надежду на встречу с подругой, в бывшем рыжей, а теперь брюнеткой. Она не хотела думать, что та могла так поступить в замечательный праздник, но факты были на лицо — у Клэри не хватило духу взглянуть в глаза своему прошлому и придти на свадьбу, где будет вся ее семья. Однако когда к их столу примчался взмыленный ведущий, с округленными глазами, ее сердце екнуло и пустилось в дикий пляс, хотя нефилим даже не успел произнести необходимую информацию.
— Изабель, там, там… — парень заикался, указывая рукой в сторону калитки.
Но большего девушке и не нужно было. Расплывшись в улыбке чеширского кота, она подхватила руками подол платья и, игнорируя удивленные взгляды, побежала в указанном направлении.
Первое, что Изабель увидела за пределами территории дома Лайтвудов, были двое парней, как две капли воды похожих друг на друга. Парадных костюмов на них не было, только привычная одежда Сумеречных охотников: черные брюки, футболки и кожаные куртки, зато у каждого в руках был шикарный букет цветов.
— Примите наши искренние поздравления, — одновременно сказали братья, отвешивая неглубокий поклон, но цветы вручать, не спешили. Они загадочно улыбались, и девушке становилось не по себе от подобного, словно пациент психиатрической лечебницы с диагнозом серийного убийцы пытается изобразить неизвестную ему эмоцию. Зрелище еще то.
— Мы знаем, что вы хотели видеть совершенно другого человека на нашем месте, — начал Джесси, театрально вздыхая.
— Который очень долго решал, стоит приходить или нет, — продолжил за брата Кейн, взмахнув рукой.
— Но мы, как ответственные люди, вправили ему шестеренки и помогли принять единственное верное решение, — близнец улыбнулся, наблюдая с каким непониманием, охотница смотрит на них. Даже забыла подол платья опустить, красуясь стройными ногами.
— Лаэн пришла, — наконец, произнес Кейн, отступая в сторону.
Из-за могучего дерева, что прорастало прямо перед калиткой, осторожно вышла Клэри, касаясь одной рукой шершавой коры, а второй поправляя подол платья. Девушка смотрела на подругу не решительно и переминалась с ноги на ногу в ожидании вердикта.
В течение трех суток близнецы стабильно выносили ей мозг, проговаривая при каждом удобном случае, что просто необходимо появиться на свадьбе и утереть нос Джейсу. Они даже специально в магазин наведались, где подобрали идеальное, по их мнению, вечернее платье в пол. Черное, приталенное, с открытыми плечами и разрезом до самого бедра. Никаких украшений, черные туфли на шпильке и аккуратно уложенные волосы. Если бы еще ключицы не торчали, как у узника темницы, вообще было бы идеально.
— Когда ты так молчишь, я начинаю нервничать, — произнесла Клэри, снова одергивая подол. Ей не нравилось, что мягкая ткань постоянно норовила разойтись в разные стороны и оголить ноги, но братья, в тайне, именно на это и делали расчет.
— Клэри, — начала Изабель, но подруга резко оборвала ее тихим шипением.
— Лаэн, пожалуйста, — взмолилась она, — меня зовут Лаэн!
— Лаэн, — со вздохом проговорила девушка, принимая чужие правила игры, чтобы собеседница не сбежала раньше, чем она успела бы добавить еще хоть слово к своей реплике, — ты прекрасна, — улыбнулась Лайтвуд, обнимая, наконец, подругу. — Я так переживала, что ты не придешь.
— Я, правда, думала так поступить, — призналась Клэри, виновато опуская глаза, —, но сегодня утром изменила свое решение. Ты единственная, кто у меня остался из прошлой жизни, и я не хочу терять лучшую подругу.
— Спасибо, — сквозь слезы сказала Изабель, — зато теперь я могу смело заявить, что мои скандалы с матерью и Джейн были не напрасными.
— Ты ругалась с ними из-за меня? — Нахмурилась охотница.
— Было дело, — отмахнулась девушка. — Просто последнее время они меня жутко бесили, все пытались под себя переделать, а вот черт им, а не исправимая Изабель, — захохотала она.
— Значит, мы не прогадали с сюрпризом, — вклинился в разговор Джесси, вытаскивая из-за спины, как фокусник из шляпы, небольшой пакет с агрессивной леопардовой раскраской. — Так сказать, для разнообразия, — подмигнул парень.
Изабель приняла подарок и с любопытством заглянула внутрь, но тут же закашлялась. То, что было окрещено подарком, являло собой набор для ролевых игры: наручники, плетка, и прочая необходимая для ночных развлечений атрибутика. Девушка даже покраснела, стоило ей на секунду представить, что можно с этим сделать.
— Вижу, юмор ребят пришелся тебе по вкусу, — усмехнулась Клэри.
— Они точно знают, как удивить, — протянула Лайтвуд, а потом захлопнула пакет и покачала головой, — не говорите мужу, устрою ему сегодня встряску.
— Мы — могила, — хором отозвались братья и отошли на пару шагов назад, чтобы не мешать девушкам.
— А это от меня, — сказала Клэри, протягивая маленькую квадратную коробочку, в которой что-то позвякивало.
Охотница, за все время празднования, не притронулась ни к одному подарку гостей, а вот от Клэри пожелала открыть. От нее не ожидалось подвоха или насмешки, только что-то доброе и действительно полезное.
На бархатной подушечке лежали два именных браслета, для Изабель и для Джонатана, сделанных из драгоценных металлов. Три тонких ниточки скручивались в одну, напоминая жгут, небольшая подвеска с гравировкой и никаких замков и лишней вычурности.
— Браслеты примут размер руки, когда вы их оденете, — пояснила девушка, — основу помог сделать Захария, а Аластор подсказал, какие лучше руны нанести на внутреннюю поверхность. Если один из обладателей браслета попадет в беду, то второй не только почувствует это, но и сможет увидеть место. Правда они не действуют на большом расстоянии, но я…
Договорить Клэри не смогла, так как Изабель стиснула ее в объятиях, настолько крепких, что затрещали ребра. Несколько мгновений девушка пребывала в шоке, а потом обняла подругу в ответ, шмыгнув носом. Теперь она поняла, что если бы не пришла сегодня, то никогда бы себе потом не простила этого поступка.
— Пойдем к столу, — попросила Лайтвуд, когда эмоции немного отпустили ее.
— Иззи, нет, — тут же замотала головой охотница, — я не хочу, пожалуйста, не заставляй. Я пришла, уже это было не простое решение для меня, не проси меня делать совсем невозможное!
— Подумаешь, — фыркнула Изабель, хватая собеседницу за руку, — двигать ногами просто, так что не упирайся, иначе сделаю больно, — пригрозила она и потащила ее прямиком в гущу событий.
Близнецы только посмеялись на такой расклад, но поспешили следом. Они с самого начала подозревали, что просто так их никто не отпустит, и теперь задачей нефилимов было незаметно приглядывать за девушкой, и защищать в случае чего.
Всучив пакет с подарком братьев проходившему мимо официанту, Изабель пальцем поманила к себе тамаду и с дьявольской улыбкой что-то шепнула на ухо. Парень кивнул, потом испуганно оглянулся на Маризу, но просьбу невесты выполнил — громко объявил о прибытии последнего гостя.
Лица празднующих необходимо было фотографировать на вечную память, потому что где еще выпадет возможность увидеть, как одновременно у ста Сумеречных охотников отваливается челюсть, а высокопоставленные члены Конклава обляпывают себе штаны, забыв донести ложку с едой до рта.
И все, без исключения, взгляды были направлены на брюнетку в черном вечернем платье, со строгим каре, которую невеста крепко держала за руку. На близнецов никто даже не обратили внимания, хотя новые лица должны были вызвать соответствующий интерес.
— Пойдем за наш столик, там есть одно свободное место специально для тебя, — произнесла Изабель и, как на буксире, потащила Клэри за собой. Спокойствие из нее так и лезло, потому что иначе игнорировать столько негатива со стороны гостей, невозможно. Она, в дополнение не отказала себе в удовольствии, и показала матери язык.
— Какая ты у меня красавица, — проговорил Джонатан, заключая сестру в медвежьи объятия. — Тебя что, Безмолвные братья совсем не кормят? — Спросил он, осматривая тонкие запястья и сильно выпирающие в некоторых местах кости.
— Кормят, только она отказывается от еды, — фыркнул Джесси, стоящий немного в стороне.
— А кормить насильно — опасно для здоровья, она мне чуть палец не откусила, — возмутился Кейн, показывая шрам на левой ладони, точно повторяющий отпечаток челости девушки.
— Клэри, ты с ума сошла? — Шокировано произнес парень, тут же посуровев.
— Джонатан, давай не будем устраивать сцен, — попросила Изабель, целуя мужа в щеку в качестве успокоительного, — Клэри взрослая девочка, и если она сидела на диете, значит, на то были веские причины, — она незаметно кивнула в сторону Джейса и его невестки, на которой блузка разве что не трескалась по швам.
— По сравнению с ней ты вообще соломинка, — фыркнул Джонатан, отодвигая стул для сестры.
— Твои слова да кое-кому в уши, и желательно больше года назад, — усмехнулась девушка, присаживаясь на свое место. Близнецы предпочли сесть немного в отдалении, чтобы лучше видеть происходящее и не мешать молодоженам.
Клэри заметила, что дыра в груди, от которой привычно веяло антарктическим холодом, начала затягиваться и даже не пульсировала от боли при упоминании некоторых личностей из прошлого. Сейчас, в компании лучшей подруги и родного брата, единственных, кто у нее еще остался в жизни, она впервые ощутила себя живой и свободной. Охотница даже не сразу поняла, что по щекам текут слезы, а Джонатан и Изабель в непонимании смотрят на нее.
— Простите, — прошептала она, вытирая соленую влагу салфеткой, — это от счастья, — выдохнула девушка, а потом улыбнулась такой искренней улыбкой, что даже близнецы в удивлении ахнули. Сколько они потратили нервов, а такого эффекта еще ни разу не видели.
— Иногда прошлое, не так ужасно, — улыбнулась Изабель, сжимая руку подруги.
Весь остаток вечера Клэри провела за столом молодоженов. К еде, как и предполагалось, она даже не прикоснулась, только пила воду или сок, ну и пару яблок съела, что радовали глаз насыщенным красным цветом. И как только Джонатан не пытался уговорить, охотница продолжала стоять на своем. Она не для того тратила столько сил на похудение, чтобы растолстеть за один день, пусть и праздничный.
Братья отказывать себе в удовольствии не стали и уплетали за обе щеки все вкусности, до которых только могли добраться. Моргенштерн сначала подозрительно косился на парней, но потом проникся братским уважением, узнав, насколько сильно они привязались к его сестре, и сколько сил угробили, чтобы просто заставить ее улыбнуться уголками губ. Нефилим в благодарность предложил как-нибудь сходить на совместную охоту, чтобы близнецы под шумок наябедничали ему о Клэри и ее поведении за последний год.
Изабель продемонстрировала мужу подарок подруги и тут же нацепила ему на руку точно такой же, хотя Джонатан до этого никогда не носил украшений. Браслет тут же плотно обхватил запястье, но совершенно не мешал при движениях. Про пакет от Джесси, как и было условлено, никто не заикнулся, все-таки сама невеста попросила, а братья были, за любой кипишь.
Клэри и не заметила, как пролетело время. Она просто жила, впервые за последний год жила для самой себя, улыбалась, смеялась, рассказывала истории о новичках, которых обучала. Девушка не отгораживалась от прошлого, спокойно слушала события, произошедшие в ее семье, но в сторону родителей так, ни разу и не взглянула. Джонатан похвалил ее силу воли. Сидеть в нескольких метрах от людей, превративших ее жизнь в настоящий ад, и не посмотреть им в глаза, чтобы показать все ненависть и презрение, это надо было уметь.
Но охотница не испытывала подобных эмоций. Разочарование, возможно, но только не ненависть. Это ее мать и отец, и какую бы гадость они не совершили, и что бы не говорили за ее спиной, она всегда будет их любить, как будет любить и Джейса, пусть он и ушел к другой.
Одно только огорчало девушку — она не смогла увидеть Гидеона. В тайне Клэри надеялась, что мальчик будет на празднике вместе с Габриелем, сыном Алека и Джейн Лайтвудов, но видимо, этой мечте не суждено было сбыться.
