Клуб

Клуб, как и Эммет, появился в жизни Бена Брукнера в один день. Один знакомый намекнул, что есть место, в котором отлично можно снять стресс. Было заманчиво. Только уж очень неожиданно. Пока он стоял, осматривался и на самом деле пытался мысленно переварить, в какое заведение он попал, его ухватил за руку высокий парень. Это потом Бен узнал, что принцесса, в чьих уверенных объятиях он оказался, тоже была здесь новичком. Но в тот миг, он лишь завороженно выполнял его приказы. Пристегнул к скамейке в самом дальнем углу. Взял протянутый администратором зала тёплый воск и стал капать на чистое, с тонким рисунком мышц, тело. Руки тряслись, вся эта неожиданная процедура пугала, но парень молчал, закусив губу и высматривая кого-то. Это было обидно. Хотелось внимания или хоть какой-то реакции, поэтому Бен шагнул между ног, погладил мягкий, равнодушно лежащий член. Взгляд парня резко сосредоточился на нём. Не желая терять контакта, обхватил незаинтересованный орган ладонью и подвигал шкуркой.  — Я думал здесь умеют причинять только боль… А ты красавчик.  — Бен. Бенджамин, — похвала парня смутила.  — Эммет. Послушай, Бен, я здесь первый раз и немного нервничаю, а когда я такой, то ничего не чувствую. Капни воска мне на яйца. Прошу тебя. Даже если просьба показалась Бену странной, он выполнил её. Член в его руке спрятался, а затем набух, вытянул свою головку на свет и засверкал. Не удержавшись, он наклонился над ним и лизнул, стараясь толкнуть кончик языка в крупную щёлку. Солоноватый вкус и аромат чистоты. Вобрал в рот и протянув руку вперед капнул воском аккурат на сосок. Эммет вздрогнул и застонал. Глаза стали интенсивно синего цвета и внимание наконец сосредоточилось исключительно на Бене. До боли в паху захотелось войти в него. Медленно и осторожно, а потом двигаться в жарком нутре до потери сознания, срывая стоны. Вот так, глаза в глаза.  — Трахни меня, Бенджамин. О большем просить его не было нужды. Только вот тогда очарованный Эмметом Бен не знал, что в довесок к нему прилагается его мудачный друг. Сегодня, спустя три года они были вместе. Но иногда Бену хотелось убить его. А ещё лучше, его друга. Совещание преподавательского состава, университета Карнеги Мэллон, затягивалось на неопределённый срок, а Эммет слал и слал сообщения. И все они касались небезызвестного Брайана Кинни. Чёрт бы его побрал. Бен знал, что такие мысли не достойны его, но ничего не мог поделать. Очень злило, что его партнёр все эти годы был озабочен этим подобием человека. А ещё обиднее было осознавать, что если бы не Кинни, они никогда бы не встретились. Достал телефон, перечитал тысячу и одно сообщение. Вздохнул и отправил ответное. — Продержись ещё чуть-чуть. Как только закончится совещание, я буду рядом. Несколько минут была тишина в эфире, и Бен уже поверил, что с Кинни всё обошлось. Бесконечная вибрация опровергла его надежды. Глянув под столом, что там такое случилось, что Эммет шлет их как из рога изобилия. Его удивлению не было предела. Все sms оповещали только одно: «Джастин!» Кто такой, нахуй, этот Джастин? Спустя несколько недель. Джастин бежал по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, костеря себя за то, что, дожив до двадцати одного года, так и не научился расставлять приоритеты. Учёба — это основной приоритет на данный момент его жизни. Работа — следующий, а некий питомец должен быть самым последним в его шкале ценностей. Но пока получалось всё наоборот: первое, о чём он думал, когда просыпался и когда засыпал, был этот дерзкий пэт. Брэндон, неделю безвылазно обучавший его тонкостям ведения бизнеса в столь необычном клубе и специфике поведения его, как Хозяина, постоянно намекал, что этого нижнего нужно поменять. Даже не врубаясь ещё до конца в то, что от него требуется, Джастин понимал, что в этом вопросе Брэндон прав. Но отказаться от этого красивого и непокорного зверя с глазами лани он не мог. Особенно после слов Брэндона… Тогда Брэндон зашёл не в самый удачный момент, Джастин уговаривал поесть очень исхудавшего мужчину, который, по идее, должен был его слушаться, и которого он по непонятной причине выбрал себе, как послушного раба. Блядь! Его даже мысленно передёргивало от того, что кто-то может быть рабом. И уж тем более трудно было представить рабом именно этого мужчину. Он часто смотрел на него дерзким взглядом, своевольно пропадал, а когда появлялся под конвоем Брэндона, всегда был под кайфом. Джастин мог сказать наверняка, что этот мужчина, судя по отметкам на его теле, не раз навлекал на себя гнев окружающих. Трудность Джастина заключалась в том, что питомца требовалось кормить из миски на полу, такой существовал иерархический порядок, но Джастин с трудом выполнял указания Брэндона, как ему следует вести себя с питомцем. Особенно когда понял, что его питомец не ест с пола. Он стал ставить чашку на скамеечку, но мужчина поднимал на него затуманенные наркотой глаза и смотрел сквозь него. От этого пустого взгляда у Джастина вставали дыбом волосы на затылке. Он пугал его до жути, и парень в такие минуты не знал, как поступить. Пробовал говорить о вреде наркотиков, о вреде голодовки и о том, как этот мужчина разрушает себя. В такой вот момент и вошёл Брэндон. С презрением покосившись на сидевшего в углу питомца, он покачал головой и в очередной раз отчитал Джастина за мягкотелость.  — Да смени ты уже этого раба! Ты что, не видишь, что из этой мрази уже ничего не выйдет? Даже когда его подобрал Джордж, он был уже конченым нариком. После смерти Джорджа за ним некому стало присматривать, и он совсем опустился. Брэндон брезгливо сморщился и пнул мужчину. Джастин конечно видел, что в некоторых сессиях такое считалось обыденным делом и устраивало всех участвующих. Во всяком случае, это было прописано в своде правил, которые ему принёс Брэндон, но сейчас для такого поведения не было повода. Понизив голос, Джастин прошипел, еле сдерживая клокочущий внутри него гнев:  — Если ты ещё хоть раз прикоснёшься к нему, хоть раз оскорбишь его, и я об этом узнаю, ты будешь уволен. Ты меня понял, Брэндон? Он человек — и он мой! Или ты желаешь оказаться на его месте? Брэндон зло сверкнул глазами на сидящего в углу мужчину и нехотя склонил голову.  — Приношу извинения, я больше не позволю себе таких вольностей с вашим рабом. И тут Джастин вспомнил, что уже давно хотел спросить.  — Как зовут его?  — Нарик? — к Брэндону тут же вернулась его обычная наглость. — Нет, я спрашиваю, как его имя.  — Какую кличку ему выберете, на ту и будет откликаться. — Да что ж такое! Скажи мне, как его зовут! Ведь ты наверняка его знаешь! Брэндон замолчал, зло сжимая губы, но Джастин не сводил с него глаз, желая только одного, чтобы тот уже ответил ему и ушёл.  — Брайан. Кинни.  — Ты свободен, Брэндон. Едва за управляющим закрылась дверь, Джастин опустился на пол, пытаясь посмотреть в глаза мужчины. Его руки тряслись, когда он убирал со лба прилипшую прядь. Всего лишь имя, но оно звенело внутри, словно зов.  — Брайан… … Добежав до искомой аудитории, Джастин замер, пытаясь отдышаться, но, поняв, что это займёт слишком много времени, постучал и распахнул дверь. Ещё раз взглянув в листок с расписанием, он выпалил, не поднимая глаз:  — Извините за опоздание, мистер Брукнер, я ваш новый студент и ещё с трудом… нахожу аудиторию. Стоило ему поднять голову, как все мысли Джастина разбежались от неожиданности. Перед ним стоял один из постоянных клиентов клуба. Любимец публики, великолепный Мастер Дзен-Бен.  — Проходите, студент, и впредь не опаздывайте на мои лекции. Мистер Брукнер сверкнул синевой глаз из-под очков и повернулся к студентам. Ни один мускул на его лице не дрогнул, ни единый взгляд не показал, что он каким-то образом знает Джастина. Усевшись за последнюю парту, он обвёл взглядом сидящих перед ним девушек и парней, с интересом слушавших человека, легко владеющего словом, почти так же легко, как плетью. И кто из них мог бы поверить, что этот кожаный папочка имеет собственного покорного? Джастин с трудом погасил расползающуюся по лицу улыбку и постарался сосредоточиться на лекции. Но, едва она завершилась, он выскочил за дверь, опасаясь столкнуться со своим преподавателем. «Чёрт ногу сломит в этом университете, или это я так неудачно выбрал лекции?» Оправившись от шока и частично вступив в права наследования, Джастин перевёл свои документы из Дармута в Карнеги Мэллон. Освободившись от отцовского контроля, он выбрал себе новые дисциплины, которые никогда себе не позволял, но хотел. В его программе обучения теперь присутствовали не только экономика, право, маркетинг для руководителя, но и современное искусство, а также гей-тематика в комиксах и литературе. Узнай отец, что сейчас изучает его сын, наверняка получил бы инфаркт. Но Джастин не желал ничего плохого своему отцу, поэтому плата за эти дисциплины была внесена из средств, доставшихся ему в наследство. Учеба занимала большую часть дня, и у Джастина оставалось совсем немного личного времени, до того как приходил Брэндон, чтобы обучить его всем премудростям этого нетривиального бизнеса. В котором, если быть правдивым, Джастин ничего не понимал, даже более того — не принимал. Дафне пришлось вернуться в Дармут одной: Джастин настаивал, чтобы та осуществила свою мечту и стала доктором медицины. Они не впервые расставались так надолго, но впервые Джастин был этому рад. Он привык делиться всем с Дафной, но до сих пор не сказал ей о питомце. Этот Брайан был только его, и даже мысли о нём он хотел оставить для себя. Единственный человек, с кем Джастин говорил о Брайане, был Брэндон, но с того момента, как тот пнул мужчину, всё желание обсуждать что-либо личное пропало. Иногда, ночами, Джастин наблюдал из окна кабинета, как ведут себя питомцы. Как ведут себя хозяева. Втайне от Брэндона он изучал все существующие правила, что можно было найти в интернете, но сам никаких указаний своему питомцу не давал. Он видел, какие вызывал перешёптывания, стоило ему спуститься по делам в большой зал клуба в обществе Брайана, ведущего себя либо строптиво, либо слишком под кайфом, чтобы это оставалось незамеченным. Но последнюю неделю его волновали дела поважнее чьих-то мнений. Сразу после занятий он поспешил в клуб, однако у входя его остановила принцесса Эм. Это был первый человек, с кем познакомился и подружился Джастин в стенах клуба. Иногда он думал, что намного проще было бы, заведи он себе Эм. Прекрасного, хорошо обученного питомца. Сейчас Эм был одет очень вызывающе. Высочайшие ботфорты алого цвета со шнуровкой. Такой же алый ошейник и манжеты на руках с инкрустированными кольцами. В оба соска были вставлены колечки с переливающимися в огнях рубинами, соединенные со штангой в пупке массивными золотыми цепями. И в довершение образа, сдерживающий чехол для члена имел тот же дизайн из красной кожи, а его возбужденный орган, с точки зрения Джастина требовал разрядки. Задача же этого чехла была в том, чтобы привлечь внимание к кольцу с рубином, вставленному в самый кончик пениса. И Джастин изо всех сил старался не пялиться на него, то и дело задаваясь вопросом — насколько это больно?  — Мастер Джес! — взмахнула руками принцесса, возвышаясь над парнем всем своим немалым ростом, к которому добавились двенадцать сантиметров шпилек-каблуков. — Я могу надеяться, что вы не поставите в неловкое положение моего Хозяина? Ну конечно! Профессор Брукнер уже позвонил Эм, а ведь в университете он выглядел так, словно его мало заботит ситуация, что новый студент мог раскрыть его тайную личность.  — Не переживай, Эм, секреты постоянных клиентов этого клуба защищены юридически. От меня никто и никогда не узнает, что профессор Брукнер любит отшлепать свою прекрасную принцессу, прежде чем трахнуть её кулаком.  — Оу! — расплылся в улыбке Эм. — Мастер Джес, вы подсматривали за нами?  — Просто пытаюсь понять этот образ жизни, что привлекает людей в подчинении… Парень замолчал и, не найдя что ещё сказать, двинулся в сторону своего кабинета.  — Как там Брайан? — вопрос прозвучал очень тихо, но Джастина он словно оглушил. Не веря в происходящее, он развернулся к Эм с открытым ртом.  — Ты знаешь Бра… Эм прикрыл его рот ладошкой.  — Мастер Джес, вы хотите, чтобы я поднялся в ваш кабинет? Джастин нерешительно кивнул, и тогда Эм, опустив руку, отправился следом за ним, чуть покачивая бедрами. Впустив Эм в кабинет, Джастин задержал его у порога, требуя ответа. Кокетливо взмахнув рукой и словно танцуя, принцесса обошла парня и направилась к чуть приоткрытой двери, ведущей в игровую комнату, из которой были слышны тихие стоны. Джастин тут же обогнал его и, прикрыв дверь, прислонился к ней спиной.  — С Брайаном всё в порядке? Я не видел его несколько дней.  — Эм, — твердо напомнил Джастин.  — Ах, да, знал ли я? — Эммет жалостливо посмотрел на парня, закрывающего собой дверь, и, словно смирившись, сознался: — Конечно, знал. Я пришёл в этот клуб, чтобы присматривать за ним. Его близкие друзья волновались за него.  — У него есть друзья?  — Надеюсь. Раньше были, — загадочно пояснил Эм, но Джастин, как ни странно, понял. — Я могу видеть его? Может, помочь?  — Нет, Эм, я сам. Это было единственное, о чем он попросил за всё это время. Эммет понимающе качнул головой.  — Вы можете рассчитывать на меня, Мастер Джес. В любое время. Джастин благодарно улыбнулся принцессе, и всё же, как только за Эм закрылась дверь, вздохнул с облегчением. Недолго думая, он развернулся к двери, которую еще минуту назад защищал от вторжения, и, войдя, поставил на сигнализацию. Сегодня утром причиной его опоздания на лекцию было желание не оставлять Брайана одного. Мужчина всё утро метался в бреду, но зато Джастин понял наконец, что тот задумал, прося его о подобном. В тот день, когда разозленный Джастин выставил за дверь Брэндона, сидевший в углу мужчина впервые заговорил. Он попросил привязать его к кровати и  продержать так дней пять, изредка отпаивая какой-то бурдой, рецепт которой следовало взять в малоизвестной китайской лавочке. Теперь Джастин, конечно, понял, что же задумал Брайан, но вначале ему казалось, что тот решил заморить себя голодом. Его взгляд остановился на измождённом теле мужчины, привязанного к кровати. Решительно стиснув зубы, он направился к нему, засучивая рукава, и первым делом схватился за чистое полотенце. Смочив его, он стал протирать каждый участок тела, покрытого испариной. Затем осторожно отвязал одну руку. Она безвольно упала, не пытаясь в этот раз дотянуться до его горла. Затем пришла очередь второй руки и ног. Вытащив влажную простыню из-под него, Джастин застелил свежую, осторожно переворачивая Брайана с боку на бок. И только тогда решил взглянуть в лицо. Обычно оно было перекошено ненавистью и злобой. Но сегодня, впервые за неделю, карие глаза смотрели на него устало, но мягко.  — Прости, — прошептал Джастин, не понимая, за что извиняется. Несмотря на то, что он выполнял все инструкции, которые дал ему Брайан, он чувствовал себя виноватым. Осторожно отстегнув кляп, он рискнул вытащить его изо рта, догадываясь, что хочет от него Брайан. Смочив салфетку, он приложил её к пересохшим губам несколько раз, пока не раздался хриплый стон.  — Есть. Я хочу есть. Услышав эти слова, Джастин расплылся широкой улыбкой и повернулся к сумке, куриный бульон он сварил ещё утром.  — Я сварил для тебя легкий супчик. Давай начнём с него? Было так приятно кормить Брайана с ложки. Наблюдать, как он откидывается на подушку, после каждого глотка. Он любовался его заострившимися чертами лица, длинными тенями, что отбрасывали его густые чёрные ресницы. Тем, как приобретают живой цвет его губы, столь совершенные, что кажется, будто этого мужчину создавали боги. Будь он художником, он бы обязательно нарисовал его. Когда осталось меньше половины чашки, Брайан откинулся на подушку и закрыл глаза, всем своим видом показывая, что это всё. Засуетившись с разбросанными вещами, Джастин вдруг поддался странному порыву. Он достал одеяло и, накрыв мужчину, лег рядом, нерешительно положив руку на грудь. Чуть заметный вздох облегчения вырвался из груди Брайана, и сердце Джастина радостно забилось даже от такой малости. Он не знал истиной причины, но понимал, что Брайан практически самостоятельно поборол свою зависимость. Во всяком случае, он стремился к этому. Ему хотелось надеяться, что это он послужил причиной для такого поступка, но рациональное в нём уверенно твердило, что, возможно, тому есть более веские основания.