Клуб

Брэндон стоял, перекатываясь с пятки на носок, не скрывая своего нетерпения. Ему хотелось побыстрее покончить с выбором петов для хозяина клуба и приступить к подготовке сегодняшней встречи. Но этот… хозяин… все никак не мог решиться. Брэндон покосился на парня, взирающего широко распахнутыми глазами на пятерку лучших сабов. Обученных высококлассными мастерами и готовых исполнять любые требования своего Дома. Хотя… Брэндон всего на миг представил этого мальчишку в ошейнике у своих ног… Черт! Стараясь не привлекать внимания, он поправил пах и поскорее задвинул непрошеные мысли подальше из своей головы. Мысли о своем Хозяине, стоящем на коленях, отсасывающем ему своим идеальным ртом… Это преступление — пытаться сделать из прирожденного саба Доминанта. Джордж не мог не видеть в мальчишке этих задатков. Тогда зачем он это сделал? Почему не оставил клуб ему, Брэндону? Мысли об этом опять разозлили его, и он решил переключить свое раздражение на Джастина. Этот так называемый хозяин даже с нариком Кинни не справился, а делов-то было — выпороть его как следует и дать дозу. Чертов Кинни! Вспомнив этого человека, Брэндон поморщился. Есть же люди, с существованием которых ты не можешь смириться.  — Объясни мне еще раз, почему я должен выбирать кого-то из них? — голос Джастина вырвал Брэндона из накатывающего раздражения.  — Кхм… Вам необходимо присутствовать сегодня на важной встрече, где главным атрибутом должен быть раб у ваших ног, — устало пояснял Брэндон. Ему не хотелось произносить истинную причину, появления здесь Халивана, а еще больше надоело объяснять этому мальчишке вещи, до которых уже любой дошел бы сам, — это ваш статус, символ власти и уважения. Вам что, не нравится ни один из этих парней? Джастин покраснел, еще раз взглянув на стоящих перед ним голых мужчин, и опустил взгляд в пол. «Да, не ту роль ты взвалил на себя, не ту», — мелькнула навязчивая мысль в голове у Брэндона, и он чуть прикрыл глаза, наслаждаясь образом покорного Джастина. Вот так же стоящего на коленях перед ним и не смевший поднять свой взгляд. — «Великолепный образ»!  — Нравятся. Они все прекрасны, но у меня уже есть Бр… пет.  — И где же он? — плохо скрывая сарказм, поинтересовался Брендон.  — Я сейчас пойду схожу за ним, — пообещал Джастин, мучительно соображая, как следует поступить дальше. Ведь он понятия не имел, где искать Брайана. Прямо сейчас перед ним стояли по-настоящему шикарные мужские особи. Пятеро парней, двое из которых были высокими, как Брайан, а трое одного роста с Джастином. Их красивые прокачанные тела блестели маслом. Манжеты и ошейники сидели словно влитые, а мужские достоинства перехваченные полосками кожи не оставляли шансов усомниться в их размере и красоте. Аккуратные интимные стрижки или полная депиляция. Почти у каждого были проколоты соски, а у двоих оба. Все это вкупе создавало ореол чувственности и, будь Джастин геем, он хотел бы их. Нет! Не так! Джастин хотел их, несмотря на то, что был помолвлен. Но как бы ни были прекрасны эти парни, ни один из них с точки зрения Джастина не мог сравниться с Брайаном. И пусть он был плохо обучен, строптив, но в нем чувствовалась порода, сила и природная красота, не нуждавшаяся в обрамлении. Джастин прикрыл глаза, понимая, что ему все равно придется делать выбор. В зале воцарилась полнейшая тишина, и он нервно сглотнул. Боясь увидеть то, что заставило всех замолчать, он скорее кожей почувствовал приближение Брайана. Медленно повернувшись вправо, он заметил его. Мягкой кошачьей пластикой к ним приближался потрясающей красоты мужчина, глядя в глаза Джастину. Его одеждой можно было назвать только стринги из тонкой кожи, не столько скрывающие мужское достоинство, сколько подчеркивающие его девятидюймовый размер. Тонкий черный ошейник и такие же тонкие манжеты на руках и ногах соединялись тончайшими цепочками из белого металла в кольце, на опоясывающим талию пояса стринг. Джастин мог поклясться, что у него закапала слюна от вида этой золотистой кожи, оттеняемой переливающейся цепью, ритмично раскачивающейся в такт шагам. Встав рядом, Брайан почтительно поклонился и опустился на колени у его ног. Когда первоначальный шок прошел, в животе Джастина разгорелось пламя. Стоящий на коленях Брайан был последней каплей, подточившей его выдержку. Он самым бесстыдным образом хотел этого мужчину. Хотел до ломоты в паху. Сейчас Джастин мог бы сказать, что хотел этого мужчину всегда, даже не зная его. Откуда это пришло, было не важно, главное сейчас было просто пережить этот вечер, а затем он разберется. Пришло время признать очевидное: он гей и, возможно, всегда им был. Трясущейся рукой он забрался в красиво уложенные волосы сидящего у его ног мужчины и почувствовал, что дрожит не только он, но и Брайан. Они оба шагали в неизвестность, и это их объединяло.  — Думаю, инцидент исчерпан, Брэндон? — голос Джастина на удивление вышел спокойным.  — Надеюсь, он вас не подведет.  — Сомневаясь в моем пете, ты сомневаешься во мне, — подвел черту Джастин и, похлопав по плечу сидящего у его ног мужчину, двинулся прочь. Брайан поднялся, смерил взглядом своего вечного соперника и отправился следом за Джастином, кожей ощущая похотливые взгляды каждого из присутствующих.

***

К удивлению Джастина, клуб оказался полупустым. В огромном, всегда заполненном зале были убраны почти все столы, станки, стулья и скамейки. Несколько оставшихся столов были заставлены блюдами для фуршета, и Джастин сделал вывод, что официанты тоже были освобождены от работ. В центре зала располагался демонстрационный подиум, от вида которого у Джастина сжималось сердце, он одновременно приводил его в ужас и возбуждал. До сегодняшнего дня, он лично не присутствовал ни при одной сессии, лишь изредка поглядывал из своего кабинета за происходящим в зале. В основном, он старался держать жалюзи закрытыми, притворяясь, что не видит и не знает, где находится. Даже входить в клуб он старался через черный ход. Брэндон, зная его привычку, входя в его кабинет, всегда ухмылялся и первым делом молча раздвигал жалюзи. И тогда Джастин ловил себя на том, что не может отвести взгляда от происходящего внизу. Прежде чем прийти сегодня сюда, он успел поругаться с Брайаном. Если это, конечно, можно было назвать ссорой. Просто Джастин, едва вернувшись в кабинет, рассыпался в благодарностях за то, что Брайан поступил так мило и наконец начал вести себя, как и положено питомцу. И тогда он познал настоящий гнев Кинни. Сгребя в кулак его рубашку, он буквально оторвал мелкого Джастина от пола и тыкая пальцем в грудь, шипел перекошенным от гнева ртом. Его глаза сверкали, скулы были покрыты красными пятнами, но Джастин мог поклясться, что еще ни разу так не возбуждался. Помимо первоначального ужаса от приблизившегося к нему чужого лица, его вдруг накрыл не страх, а новое чувство. И пока Брайан орал что-то о том, что он никогда не будет его ручной собачкой, что он пришел туда только чтобы доказать этому лоху Брэндону, что он человек слова и свои обещания всегда держит. Что он подписывался только под то, что будет изображать пета Хозяина, и никак не ожидал увидеть в его лице никчемного мальчишку, который вдруг стал мнить его своим Хозяином. Губы Брайана выплевывали все эти обидные слова ему в лицо, но единственное, о чем мог Джастин думать в тот момент: какие они на вкус? Что случится, если он их поцелует? Наконец губы перестали двигаться и высунувшийся кончик языка облизал их, и без того алая поверхность заблестела, и Джастина как магнитом потянуло к ним. Брайан издал утробный рык и, сгребая второй рукой его волосы на затылке, чуть отстранил лицо, заставляя посмотреть в глаза. Обычно светло-карие глаза мужчины были мятежно-черными, и Джастин, глядя в них, ощущал их странную власть над собой. Он был безвольной куклой в его руках, и прямо сейчас мог бы позволить Брайану все… Тогда все этим и закончилось, но это не значило, что Джастин перестал думать о произошедшем. Что хотел сказать ему Брайан? Что он никогда его не примет? Что не подчинится ему? Господи, да зачем бы ему это было нужно? В те мгновения, что они смотрели друг на друга, Джастин понял одну очень важную вещь, и она его пугала. А Брайан каким-то образом понял его, и теперь, словно хищник, нервно подергивал хвостом, дожидаясь когда жертва сдастся, признав, что она сама попала в эту ловушку.  — Мастер Джес. Это обращение к себе, Джастин совершенно не воспринимал, поэтому продолжал витать в облаках, пока его не позвали по имени. Словно стряхнув пелену, Джастин увидел перед собой мистера Генри Моргана, но он мог поклясться, что мужчина выглядел лет на десять моложе. Одетый в кожу, как и все присутствующие, он являл окружающим очень ухоженное, спортивное тело. Волосы были уложены гелем, а на шее блестела крупная цепь из белого золота с пластиной, на которой была нанесена тонкая гравировка. Джастин не видел мистера Моргана с того дня, как попал сюда впервые, и сейчас очень обрадовался этому мужчине. У него накопились тысячи вопросов, которые хотелось не просто задать, а услышать правдивый ответ.  — Вечер добрый, мистер Морган. Заслышав это приветствие, пожилой мужчина заулыбался.  — Мастер Гари. Здравствуй, Джастин. Тебе тоже уже пора привыкнуть к обращению Мастер Джес. Джастин оглянулся и заметив, что рядом кроме Брайана никого нет, спросил то, что волновало его больше всего.  — Почему из всех людей на свете именно я? Почему не вы или Брэндон?  — Мы были парой, Джастин, без Джорджа этот клуб мне не нужен. И Брэндону он не смог бы его оставить, Джордж не унизил бы меня ещё и этим, — Генри помолчал, дав Джастину усвоить информацию, затем приблизился ближе, — он оставил тебе письмо, в котором многое проясняется.  — Какое письмо? Оно у Вас? — Нет. Джордж сказал, что если ты согласишься принять клуб, то со временем поймешь где его искать, особенно, когда вспомнишь себя, — мужчина, сделав вид, что не замечает удивления в лице Джастина, посмотрел наконец на стоящего рядом Брайана. — Если бы Джордж сейчас увидел твоего мальчика, он был бы счастлив. Ты хорошо за ним присматриваешь, мастер Джес. Пока мы одни, я хочу воспользоваться этим и пригласить тебя к себе в агентство. Джастин встряхнул головой, то, что говорил Генри Морган было так запутано и непонятно, что проще было просто посчитать это все глупой шуткой. Он робко взглянул на Брайана, стоящего чуть позади, справа. Его голова была склонена, но весь вид этого мужчины, похожего на красивое дикое животное, все пространство вокруг, было пропитано непокорностью и вызовом.  — Я стараюсь, — наконец выдавил он из себя, и в тот же миг карие глаза блеснули дерзким огнем, — завтра вас устроит?  — Устроит. Береги его, он куда более хрупок, чем может признать его эго. На одно мгновение Брайан приподнял голову, словно собираясь ответить Генри, но смолчал, как и положено хорошо обученному пету. На этом их уютное уединение закончилось. Брэндон подошел к ним с двумя гостями. Один был высоким крупным мужчиной, затянутым в кожу, а второй, как и Брайан, был одет не больше, чем позволял этикет, однако Джастин не мог отвести от него взгляда. Паренек шел на четвереньках, ведомый за цепь. Из его рта выглядывал кожаный шарик, а между ягодиц гордо возвышался пушистый белый хвост подходящий под его цвет волос.  — Мастер Джес, знакомьтесь, наш почетный гость, мастер Халиван. Джастин наконец оторвал взгляд от сидящего теперь в позе пса парня, и посмотрел в лицо мужчины, который с интересом разглядывал Брайана. Мастер Халиван, явно оставшись довольным зрелищем, протянул руку Джастину. Его рука была мощная, сильная, а рукопожатие чуть крепче необходимого, но Джастин и виду не подал, что заметил это. Он продолжал улыбаться и сжимать в ответ. Видимо, одобрив этот жест, мастер Халиван наконец расслабился и с интересом оглядел зал.  — Как приятно, что с вашим приходом ничего не изменилось. Итак, что вы для нас приготовили?  — Выступление мастера Дзен-Бена со своим покорным, — услужливо подсказал Брэндон.  — Ах-ха-ха! Этот дерзкий саб все еще с ним? Бен мог найти себе игрушку и получше. Кстати, об игрушках. Мне приглянулась ваша. Мастер Джеес, — в последние слова была вложена огромная доля неприкрытого сарказма. Но не сарказм заставил Джастина сжать челюсти. Он упрямо посмотрел на мужчину на голову выше его ростом, по-прежнему откровенно пялившегося на Брайана.  — Это даже не обсуждается, — вспомнив один из разговоров с Брэндоном, решил добавить, — у нас заключен и подписан договор, где есть пункт, по которому я никогда не буду передавать своего сабмиссива посторонним. Он мой. Мастер Халиван сперва фыркнул, а затем раскатисто заржал.  — Отличный ход. Мужчина еще раз смерил взглядом покорно склонившего голову Брайана, никак не реагирующего на этот разговор, и больше за весь вечер не удостаивал его вниманием, чем очень облегчил Джастину нервное состояние, скакавшее от паники к ужасу и отупелому спокойствию. Он почти не замечал выступление профессора Брукнера со своей принцессой Эм, хотя оно и произвело фурор на всех без исключения, даже на Брайана. Джастин мог в этом поклясться, ведь он стоял рядом и слышал его прерывистое дыхание после каждого удара плети. Сам же Джастин ждал окончания этого вечера с трепетом и ужасом. То, что он задумал, не давало ему сосредоточиться на происходящем, он думал только о том, как воспримет это Брайан? Как поведет себя? Наконец, когда мастер Халиван, озвучив основную причину, по которой почтил своим вниманием Питсбург, ушел в приватную комнату, Джастин на ватных ногах отправился к себе, игнорируя Брэндона, желающего обсудить еще несколько вопросов.  — Все завтра. Войдя в игровую комнату, он подошел к стене, на которой были развешаны шлепалки и плети различных форм и размеров. Выбрал ту, что его не пугала, и подошел к Брайану.