Счастливый фант

Укладываясь спать, Северус снова попытался вспомнить подробности встречи с похитителем шлема, на этот раз сравнивая образ, запечатлевшийся в его памяти, с Гарри. Он был вынужден признать, что не заметил никаких необычных жестов или специфических особенностей поведения ночного нарушителя, однако общая манера держаться у них с Поттером была схожей – настороженность хищника, не желающего вступать в поединок, но готового в любую секунду постоять за себя. На следующий день Северус неоднократно ловил себя на мысли, что с нетерпением ждет окончания занятий, чтобы можно было воплотить в жизнь некоторые свои идеи. Поэтому, поднимаясь вечером по лестнице в директорский кабинет, он не удивился, чувствуя прямо-таки охотничий азарт. – Минерва, позволь мне взять на некоторое время думосбор, – попросил он директрису, не теряя времени на болтовню за чашкой чая. – Я могу узнать, зачем он тебе понадобился? – артефакт, который просил Северус, был весьма редким, и далеко не каждый волшебник умел им пользоваться, поэтому в любопытстве МакГонагалл не наблюдалось ничего необычного. – Я предполагаю, что некоторые мои воспоминания помогут нам узнать, кто из студентов стащил шлем с доспехов в подземельях, – не стал врать Северус. – Говорила же тебе, что нужно было сделать объявление в Большом зале. Возможно, шлема уже и нет в школе. Зачем я только послушалась тебя? – бурча себе под нос, Минерва все же достала из шкафа требуемое и передала Северусу. – Я пошла у тебя на поводу только потому, что ты что-то об этом инциденте знаешь, хоть и скрываешь от меня, – прозорливо заметила она. – Но если через неделю… – Две. Дай мне две недели, – попросил ее Северус. – Ты же понимаешь, что тот, кто ухитрился снять с доспехов шлем, не потревожив чар, явно весьма способный студент. Не нужно пока поднимать шум. – Ты мне это и в прошлый раз говорил, – МакГонагалл подозрительно посмотрела на Снейпа поверх очков. «Директорское место приучает их к одинаковым жестам, что ли?» – подумал Северус, вспоминая, что именно так на него частенько поглядывал и Дамблдор, который теперь довольно подмигивал ему с портрета, висящего за спиной Минервы. – Хорошо, у тебя есть две недели – до конца месяца, – согласилась директриса. – Твоя щедрость безгранична, – фыркнул Северус. – Я завтра верну, – он указал на чашу редкого артефакта, который держал в руках, и, больше не задерживаясь, поспешил в свои апартаменты.

***

Снейп еще на рождественских каникулах подумывал о том, чтобы пересмотреть свои воспоминания в думосборе, но потом отказался от этой идеи, не рассчитывая увидеть там ничего нового. А подпитывать и без того слишком навязчивые мысли, вертевшиеся вокруг ночной встречи, не желал. Теперь же у него была конкретная цель – он хотел убедиться, что и в самом деле на запястье того обнаженного парня была какая-то отметина. Сверкающие серебром туманные нити памяти, послушные желанию магии, отправились в каменное нутро древнего артефакта и закружили в нем, подобно небольшому водовороту. Северус глубоко вдохнул, словно и в самом деле собирался нырять в омут, и, наклонившись, погрузил лицо в призрачную субстанцию. В тот же миг он снова очутился в ночном коридоре Хогвартса, а перед его взором стоял, поднявшись на носочки, обнаженный юноша и тянулся к шлему на доспехах. Свет факела добавлял цвету его кожи теплых оттенков, отражаясь в каплях испарины на спине. Северусу показалось, что парень был еще красивее, чем ему запомнилось. Даже здесь, в смоделированной артефактом реальности, Снейп будто чувствовал неимоверное притяжение, вызываемое картиной, открывшейся перед его глазами. Не желая выработать у себя зависимость – Северус все еще не мог разобраться, почему и каким образом на него действует увиденное – он приблизился в воспоминании к парню и принялся изучать его запястья. На правом и в самом деле что-то было – присмотревшись, Северус прочитал надпись «Я не должен лгать». Буквы кое-где прерывались и выглядели не очень четко, словно слова, написанные чернилами на руке, местами стерлись. Хотя с равной вероятностью это мог быть и шрам. К сожалению, в воспоминании нельзя установить точнее, не имея возможности прикоснуться и лишь рассматривая объект. — Будем надеяться, что это шрам — тогда у меня появится шанс идентифицировать воришку. И я даже, кажется, уже догадываюсь, кто он, – штрихи надписи сильно походили на те, которые совсем недавно Северус наблюдал на запястье Поттера. – А волшебной палочки у него все-таки нет, – сделал он еще один вывод, основательно окинув взглядом юношу. – Хотя… Она могла быть скрыта чарами, – предположил он, покидая воспоминание. Теперь оставалось осмотреть руки ребят, подходящих по имеющимся приметам, и в первую очередь – руку Поттера.

***

Урок продвинутого курса зельеварения подошел к концу, и профессор Снейп объявил: – Задание на доске. Напоминаю, что эссе - это не переписывание из учебника, мистер Уизли. Все свободны. Мистер Поттер, задержитесь. Когда дверь закрылась за покинувшими класс студентами, Гарри подошел к столу Снейпа. – Я вас слушаю, сэр. – Гарри, у меня есть к тебе вопрос. Если не захочешь – можешь не отвечать, – Северус решил действовать достаточно прямолинейно. Увидев настороженный кивок Поттера, подтверждавший готовность выслушать его, он продолжил: – Когда мы с тобой в воскресенье беседовали, я заметил на запястье твоей правой руки шрам. Он магического происхождения? – Этот? – Гарри подтянул рукав свитера повыше, показывая вырезанные на коже слова, которые Северус накануне очень четко рассмотрел в своем воспоминании. При этом Поттер скривился так, словно вспомнил что-то очень неприятное. – Профессор Амбридж считала меня лгуном и заставляла писать строчки зачарованным пером. Это осталось мне на память о ее методах воспитания. Я вот думаю – если мой шрам на лбу исчез после смерти Волдеморта, то, может быть, мне следует задуматься над тем, не стоит ли и с Амбридж разобраться по-серьезному? А вдруг и этот шрам пропадет, – шутка Гарри прозвучала цинично и едко, хоть он и пытался изобразить на лице улыбку. – Вряд ли поможет, – Северусу пришлось приложить немалые усилия, чтобы не выдать своего ликования – он нашел того, кого искал! – Я подозреваю, что речь идет о темномагическом артефакте, известном как Черное перо. В таком случае твой шрам, как бы это странно ни звучало, является порождением твоей собственной магии, – Северус на секунду задумался. – Но не исключено, что в таком случае с ним можно справиться. Я не уверен – необходимо посмотреть в книгах. Тебя это интересует? – он пытливо всмотрелся в лицо Гарри, видимо, еще не догадывавшегося, что одна из его тайн раскрыта. – Конечно! – взгляд Поттера зажегся надеждой. – Кому захочется носить такое? – он указал на запястье со шрамом. – Приходи вечером – скажем, часам к восьми – вместе полистаем книги. Я определенно где-то встречал упоминание о зелье, которое должно помочь тебе, – предложил Северус. Он, конечно, был в состоянии и сам справиться с подобной задачей, учитывая, что трудов, в которых могла бы найтись необходимая информация, не так уж и много, но ему понравилось общество Гарри после воскресного своеобразного дежурства вдвоем. А уж сейчас, выяснив наверняка личность ночного воришки, ему и подавно хотелось понаблюдать за Гарри и попытаться разобраться, чем же так притягателен он оказался той ночью. – Договорились. Спасибо за надежду, – Гарри счастливо улыбнулся. – Я приготовлю книги, – Северус кивнул, принимая благодарность. – Время обеда, – заметил он, вставая из-за стола. – Составишь мне компанию по дороге к Большому залу? – Сочту за честь, – Поттер подхватил свою сумку и направился следом за Северусом.

***

Гарри ни за что не упустил бы возможность провести вечер в обществе Снейпа, всем сердцем желая получше с ним познакомиться. С начала семестра он присматривался к тому, чьи прикосновения оказались столь приятными, что неожиданно разбудили в нем бурю эмоций – от банального любопытства и жажды повторить подобное, чтобы убедиться, что все произошедшее не было сном, до вполне осмысленной симпатии к личности самого Снейпа, который открылся для Гарри с неведомой ранее стороны. Поиск информации оказался успешным. Уже через час перед Снейпом лежало описание зелья, которое способно удалить магический шрам, но только при условии, что тот появился после воздействия личной магии потерпевшего, что иногда случается при неправильном или неосторожном применении непростого колдовства. Это был как раз случай Гарри. – Состав не слишком сложный, – заключил Снейп, знакомясь с рецептом. – Да и изготовление займет всего пару дней. – Вы возьметесь его сварить? Если нужны какие-то ингредиенты… – Гарри, у меня есть все для того, чтобы приготовить это зелье, – Северус остановил Поттера, обрадовавшегося тому, что сможет избавиться от напоминания о неприятных встречах с Амбридж – сам по себе шрам не так уж и мешал ему. – К пятнице оно будет готово. Ты уверен, что хочешь попрощаться со столь полезным лозунгом на собственной руке? – Северус насмешливо приподнял бровь. – Я страстно желаю избавиться от этого дерьма! Простите за грубость, – Гарри поспешно извинился, вспомнив, с кем разговаривает. – Значит, готовься провести ночь в Больничном крыле. – Зачем? Разве… – Гарри растерянно посмотрел на страницы книги, где было описано снадобье, которое ему предстояло выпить. – После принятия зелья и активной фазы его воздействия тебе нельзя оставаться без присмотра специалиста еще хотя бы в течение нескольких часов. Это ведь не стандартное снадобье, и мы не знаем, какие побочные эффекты оно может вызвать именно у тебя. Нужно будет обязательно перестраховаться, – терпеливо пояснил Северус, хотя его так и подмывало напомнить Поттеру лекцию о безопасности применения зелий из начального курса. – А иначе никак? Я не хочу в Больничное крыло. Знаете, у меня не очень приятные воспоминания о нем, да и не желаю я, чтобы мадам Помфри… – Гарри умолк, заметив, что его слова звучат несолидно и похожи на детские жалобы. – Ладно. Я сам прослежу за тобой, если тебя такой вариант больше устроит, – уж кто-кто, а Северус прекрасно понимал нелюбовь Поттера к Больничному крылу и полностью ее разделял. – Постараюсь не назначать студентам отработок на пятницу, – усмехнулся он, – тогда мы сможем начать пораньше, и через несколько часов, если не будет никаких неожиданностей, ты вернешься к себе. – Отлично, – согласился Гарри, которому и в самом деле до дрожи не хотелось отправляться к мадам Помфри.