Alex Stilinski: a magnet for trouble

Скотт

      После того, как Стайлз ушёл из моего дома, а это было, если память мне не изменяет, часов в шесть утра, мы с Айзеком спать не легли. Нет, это не по той причине, что нам чертовски было весело, и даже не потому, что нам не хотелось спать, хотя по этой причине тоже. Мы до сих пор с Лейхи думали насчёт вчерашнего вечернего происшествия. В общем, история очень долгая, но, по словам Питера и Дерека, мы снова нажили себе ужасные проблемы. И, кто стал инициатором этой проблемы, нам предстоит ещё выяснить.       Всё началось с того, что ко мне в комнату ворвался Айзек. Это было ещё до школы, очень-очень рано, к тому времени я даже ещё проснуться до конца не успел. Лицо моего друга было перекошено, как будто по нему только что грузовик проехался, а на голове сплошной бардак. Он мне рассказал, что ему позвонил Дерек и попросил приехать. Оказалось, что в лофт к Хейлам что-то или, скорее всего кто-то, ворвался. Все бумаги, нужные и ненужные, были разбросаны, мебель чуть ли не перевёрнута, а любимое кресло Питера и вовсе разорвано, что разозлило его больше всего. Но именно оно и сказало, а точнее показало нам, что в жилище Хейлов уж точно не ветерок залетел, немного пошалив.       – Отлично, и от кресла ничего не оставили, – первым свою потерю заметил, конечно же, Питер.       Кресло было перевёрнутым, вокруг него лежал пух, которым оно было забито ещё пару часов назад. Что самое интересное, тот, кто ворвался в лофт, видимо, очень сильно не возлюбил эту мебель. Как показалось лично мне, то над креслом постарались лучше всего. Но это было не главной зацепкой.       – Эй, Скотт, – отозвал меня Айзек, сев около кресла на корточки. Я обернулся. – Взгляни-ка лучше на это, – он указал на ту часть кресла, где были следы… Когтей? В этот момент круг подозрений значительно снизился. – Ничего не напоминает?       Выпустив когти, я «снял пробу» со следов на мебели. Они, следы, были немного меньше, чем осталось бы после меня, но одно я понял точно: к Хейлам явно не обычная бездомная собачка ворвалась. Скорее всего, это была не просто собачка, а пёс-убийца, очень сильно смахивающий на человека. Проще, конечно, сказать, оборотень. Какому-то оборотню приспичило врываться в жилище Питера и Дерека и навести тут такой беспорядок. Уделив особое внимание креслу старшему из Хейлов…       Именно тогда у меня не сомнений уже вообще не оставалось. Мы со Стайлзом и Айзеком решили посидеть сегодня у меня и обсудить это происшествие, хотя ничего понять мы не могли. Подростков в Бейкон Хиллс полным-полно, и мало кто знает о Хейлах вообще. Большинство людей их вообще боится. Но это и было проблемой: так нам казалось с Лейхи и Стилински, но так ли это на самом деле? Вдруг, в городе есть ещё оборотни? Вдруг, этот оборотень не подросток, как мы все думаем, то вполне взрослый и зрелый человек? А мы зациклились на том, что большинство оборотней, которые появлялись в Бейкон Хиллс меньше двадцати пяти лет, и до сих пор придерживаемся этого мнения, но ведь может быть и по-другому?       Сейчас я проверял базу данных Бейкон Хиллс. Стайлз мне принёс пароль от электронного архива из полицейского участка. Оказывается, он знает все пороли, которые связаны с делами полиции. Да, Стилински умеет удивлять. Было бы хорошо, если бы такие удивления в большинстве случаев, а лучше постоянно, были приятными и полезными. А то Стайлз меня порой удивляет каким-то очередным косяком.       – Всё, МакКолл, я сдаюсь, – не выдержал Лейхи, упав всем телом на кровать. Кстати, на не расправленную с самого утра прошлого дня, кровать. – Мы уже три с лишним часа пялимся в монитор с множеством имён и фамилий людей, которые проживают в Бейкон Хиллс. Ты правда надеешься найти оборотня по подозрительным именам и фамилиям? Или, может, положившись на свою интуицию?       – Мы не можем сидеть без дела, Айзек, – повернулся к нему я. – Подумай, если оборотень проживает в городе, то его имя должно быть в архиве. К тому же, скорее всего, если оборотень хотя бы каким-нибудь образом связан с Хейлами, Дерек и Питер её узнают, – я сам, если честно, не совсем до конца понимал, что это может нам дать. Но, походу, Айзек и без меня прекрасно догадался. Точнее, сделал сам для себя вывод       – И ты теперь будешь переписывать все подозрительные фамилии, а потом покажешь им? – он вопросительно развёл руками и вскинул брови. Это действие заставило меня немного засомневаться в своих действиях.       – Если придётся, то да, – неожиданно для самого себя, сказал я, после чего снова повернулся к ноутбуку лицом.       Где-то глубоко в сознании я соображал, что Айзек в чём-то прав. Даже больше, чем прав. Нельзя постоянно полагаться на свою интуицию и какое-то предчувствие, ведь иногда они могут быть обманчивыми. Особенно, мои. Единственный, кого никогда не подводит шестое чувство – это Стайлз. Уж у него интуиция очень сильно развита и почти никогда не подводит. Да почему «почти»? Я лично не помню ни один момент, когда бы он был не прав. Это я постоянно веду себя слишком самоуверенно, не прислушиваясь к мнению других. Да-да, и я это сам вижу, признаю, но поделать с этим ничего не могу. Я же, чтоб его, истинный Альфа, главный оборотень. Я всегда должен всё знать и стараться разузнать намного больше.       И с каких пор стал таким? Мне вечно казалось, что я буду белой вороной в школе, в команде по лакроссу, да и в круге своего общения. Хотя, на тот момент, круг моего общения состоял только из трёх человек: мама, шериф Стилински, и его единственный сын. Мне и больше не надо было. А потом, после укуса, всё пошло совершенно в другое русло. Я стал командиром команды, нашёл себе самую лучшую девушку на свете, как мне казалось на тот момент, стал сильнее, быстрее, выносливее. Конечно, везде есть ложка дёгтя, и в моём случае это было желание убивать. И чаще всего под руку попадался Стайлз. Ещё я боялся, что об этом узнает Эллисон, мама, шериф. Я просто не хотел навредить ни одному из них. И была ещё одна причина: отец Эллисон был охотником на оборотней и прочую нечисть.       После этого я стал Альфой. У нас собралась стая, пусть и слегка необычная. Я, Стайлз, который обычный человек, Дерек, который тоже Альфа, Лидия, которая вестница смерти, Эллисон, призвание которой убивать таких, как мы, Итан и Эйдан, некогда сражающиеся на чужой стороне, Айзек, который Бета Дерека, да даже Питер, который и начал всю эту историю… Потом появилась Кира, которая Кицунэ. Напомню, что лисы и волки заклятые враги, но, видимо, мы с ней исключение. Никогда не думал, что вс так обернётся.       – Ладно, МакКолл, тебя невозможно переубедить, – вздохнул Лейхи, после чего поднялся с кровати. – Я на кухню за колой. Тебе захватить?       В ответ я лишь кивнул. Айзек кивнул, а я задумался. Действительно, листая этот огромный список мы с ним никогда не найдём никаких зацепок. Возможно, что оборотень даже не из Бейкон Хиллс! Тогда, получается, мы с ним просто напрасно тратим драгоценное время, за которое могли сделать что-то большее. Поискать хотя бы что-нибудь в лофте Хейлов. Возможно, тот незваный гость решил оставить какую-нибудь подсказку или наводку. Может, он что-то искал – мне кажется, глупо врывать к таким личностям, как Хейлы, чтобы просто разодрать в клочья кресло Питера.       Надо бы позвонить Стайлзу. Да, позвонить и разочаровать, что мы ничего полезного не нашли, только зря взламывали электронный архив. Хм, интересно, а на кресле могли остаться какие-нибудь отпечатки когтей, если таковы вообще существуют?       В следующую секунду меня как будто осенило. Если предложить такой вариант, что на кресле могли остаться какие-либо частички когтей этого оборотня, то, может, стоит их собрать и отнести к Лидии? Знаю, она у нас ищет трупы и предсказывает смерть, а не выступает в роли поисковика и обычного экстрасенса, но от неё мы хотя бы можем узнать, грозит ли этому оборотню смерть или опасность. Мало ли, вдруг у Хейлов есть знакомые, которым они желают смерти. Возможно, что они даже убили кого-нибудь, а этот оборотень просто решил отомстить за свою семью.       – Скотт! – услышал я знакомый голос. Это был Стайлз. Какого чёрта он кричит так громко, он же знает, насколько у меня чувствителен слух? Так, а почему слышу три сердцебиение, вместо двух, которыми были сердцебиения Айзека и Стайлза. – Скотт, у меня для тебе сюрприз!       Я вскочил с места. Рад, что друг пришёл. Он у нас догадливый, я уверен, что он обязательно поддержит моё мнение по поводу нового оборотня. Более того, он может догадаться о чём-то большем, чем я или Айзек, в этом весь Стилински. А вот новость про сюрприз меня обрадовала больше всего, ведь, возможно, он уже и без меня что-то начал предполагать.       – У меня для тебя тоже, Стайлз, – быстро спускаясь по лестнице из комнаты на первый этаж, сказал я.       Я замер ещё на втором от пола пороге, когда увидел, что Стилински пришёл не один. С ним была какая-то девушка: волосы рыжие, глаза серо-голубые, немного переливающиеся зелёным цветом, аккуратный носик, милое лицо. Увидев меня, она почему-то улыбнулась, причём эта улыбка мне показалась до ужаса знакома. Да и сама девушка тоже. Ощущение, будто бы я её знаю.       – Кто это? – единственное, что я мог сказать на тот момент. Знаю, это банально, но мне правда было интересно.       – Ха, он меня не узнал. С тебя доллар, – не отрывая от меня взгляда, красивым голосом протараторила та, протягивая руку Стилински, который, закатив глаза, всё-таки отдал рыжеволосой обещанную купюру. Чёрт, она так мне знакома.       – Стилински, ты в кой-то веки обзавёлся подружкой, – рядом с нами появился Лейхи, лукаво улыбающийся. А я всё также пялился на девушку, которая сейчас по какой-то причине захохотала.       – Чувак, его единственная подружка – это Лидия Мартин, пусть только в мыслях, но всё же, – указала на моего лучшего друга она. В её голосе послышались знакомые нотки. Кошмарно знакомые. – Кстати, восьмилетний план по завоеванию её сердца не был напрасным? – это уже она спросила у Стилински.       Она знает про восьмилетний план Стайлза? Я думал, что об этом знает только три человека: я, он сам и… Стоп.       – Алекс? – мне хватило мгновения, чтобы понять, что я это произнёс вслух.       Девушка открыла руки для объятий и радостно улыбнулась.       Точно. Рыжеволосая и неугомонная сестрица моего лучшего друга, на год младше его, тоже без конца и края постоянно что-то тараторила. Прямо, как Стайлз. Я безумно был рад её видеть. Мы не виделись восемь лет, потому что она уехала в Лос-Анджелес с её тётей. Это было после того, как их со Стайлзом мать умерла. По словам моего друга, их тётя хотела забрать у их отца и его тоже, но тот категорически был против. Я не стал его расспрашивать больше, после чего мы и вовсе навечно закрыли эту тему. Потому мне больше ничего не известно о ней.       Мы обнялись. Мы не видели друг друга восемь лет. Восемь лет! Вы знаете, как это много? Восемь лет назад мы были в третьем классе. Сейчас мы в одиннадцатом. Да, времени прошло много, я даже уже начал забывать об этой рыжеволосой бестии, хотя изначально мне казалось, что её забыть просто невозможно. Она бешенная, она весёлая, она даже голову способна проломить. Это в буквальном смысле. Она может быть настолько злой, злопамятной и агрессивной. Я всегда боялся её чем-нибудь обидеть или разозлить, потому и старался всегда угадить. Он этого Стайлз думал, что его сестрёнка мне нравится. Но нет. Нет, Алекс мне никогда не нравилась. Как подруга – да, я ей дорожил, но как что-то большее, то нет. Никогда и не при каких обстоятельствах. Дёргал её за косички? Было дело. Различно подкалывал? Тоже было. Но чтобы нравилась – нет.       – Ты когда приехала? – мы разорвали объятия, хотя и не особо-то и хотелось.       – Сегодня утром. Ну, недавно, считай, – пожала она плечами. Она всегда улыбается. Причём настолько лучезарно, что и мне хочется губы растянуть. – Правда, я бы приехала к тебе раньше, если бы кое-кто не забыл о моём приезде, – она косо, злобно и, ухмыльнувшись, посмотрела на старшего Стилински. Тот в ответ лишь пожал плечами и развёл руками.       – У меня выходной, Алекс. Я не имею права выспаться на свой заслуженный выходной? – выпучил на неё глаза подросток.       – Вообще-то, учёные даже доказали, что много спать вредно для здоровья, – скептически заметила девушка. Она стояла сейчас рядом со мной. Наверное, она по мне соскучилась не меньше, чем я по ней. – А ты спишь почти всё время. В четверг позвонила, ты спал. Сегодня позвонила, ты спишь. В эти моменты я вспоминала, что в детстве называла тебя ленивым котом.       Да, Алекс… Знала бы ты, сколько он на самом деле спит. Сегодня ночью после происшествия в лофте Хейлов он не спал до шести. Вчера он не спал всю ночь, потому что они с Айзеком искали меня. Я не предупредил их, что пойду к Дереку помочь найти Питера, которому зачем-то приспичило просто прогуляться по лесу. Потом он объяснил, что учуял чужой запах. А беспорядок в лофте только лишь подтвердило это. Короче говоря, Стайлз теперь не так много спит, как в детстве, по двенадцать часов в сутки. Теперь он вообще не спит, лишь когда шанс выпадет.       Нам, оборотням, намного проще, мы ведь сильные, наши организмы, считай, привыкли к этому. А Стайлз обычный человек, и в этом его слабость.       – Кстати, Скотт тебя узнал, так что гони доллар обратно! – накинулся на сестру тот, зачем-то указав на неё указательным пальцем. Только сейчас понял, что они спорили, узнаю ли я её, или нет. – Скотт, скажи ей. Давай, ты же у нас самый справедливый, объясни ей, – на это я лишь улыбнулся и закатил глаза. Они всегда спорили.       – Кхм! – услышал я чей-то голос. Только сейчас понял, что мы совсем позабыли о Лейхи, который сейчас в непонимании следил за всеми нашими действиями. Точно, он же знает Алекс. – Извиняюсь, что нарушаю всю вашу дружескую идиллию, но, мне кажется, немного не вежливо то, что вы нас не знакомите. Знаете, даже как-то обидно.       – А, Айзек. Это моя сестра, Алекс. Алекс, наш друг Айзек, – взял всю инициативу на себя Стилински.       – Приятно познакомится, – улыбнулась девушка, протягивая руку пареньку и улыбнувшись.       – Взаимно, – улыбнулся тот, ответив рукопожатием.

***

      Стилински остались у нас ещё на пару часов. Алекс побольше хотела пообщаться и со мной, и с Айзеком, которому она, видимо, стала даже интересна. Стайлз это, похоже, тоже заметил, отчего и стал кидать косые взгляды на Лейхи, когда тот только начинал обращаться к его сестре. Да, Стайлз с детства ненавидел, когда к его сестре кто-то подкатывал. В прошлом он понимал под «подкатыванием» дёрганья за хвостик или косички, дерганья за кофту и дразняшки, то сейчас «подкатывать» значит строить глазки и флиртовать. И, видимо, мой лучший друг до сих пор этого терпеть не может. Да, теперь я понимаю, что значит отношения между сестрой и братом.       Мы сидели у меня в комнате. Мы – это я, Стайлз и Айзек. Алекс ушла за колой на кухню. Мне показалось, что это шанс хоть немного обсудить нового оборотня. Наверное, Стайлз толи подумал о том же, о чём и я, либо просто прочитал мои мысли.       – Ладно, Скотт, вы что-нибудь нашли насчёт нашей новой собачки? – спросил он.       – Электронный архив нам, к сожалению, ничем не помог, – начал я, переглянувшись с Айзеком. – Но у меня появилась другая идея. Если те следы на кресле Питера и правда были сделаны оборотнем, но, мне кажется, должны были остаться хоть какие-нибудь частички. И, если это так, мы можем показать их Лидии.       – Ты думаешь, что этому оборотню может что-то угрожать? – вопросительно посмотрел на меня Айзек. Видимо, он понял, что я имею ввиду, но никак не мог понять, зачем мне это. Я поспешил объяснить.       – Угрожать, может, и нет, но, если у него есть некая со смертью связь, то круг предположений по поводу причины наведённого им беспорядка может прилично сузиться. Либо она хочет убить Хейлов зачем-то, либо Хейлы убили кого-то из её друзей или семьи, за что и хочет отомстить.       – Тогда, можно позвонить Дереку и сказать, чтобы он поискал, – говорил Стилински. – Ещё есть вариант поехать туда, к примеру, вечером, заодно прихватив с собой Лидию.       – Так мы, наверное, и сделаем, – кивнул утвердительно я. Я уже привык быть главным и принимать решения.       – И ещё, Скотт, – я посмотрел на Стайлза. – Алекс не должна узнать обо всём том бреде, что тут происходит. Я не хочу, чтобы она пострадала от очередного сумасшедшего оборотня. Она моя сестра, и если с ней что-нибудь случится, я не знаю, что случится с моим папой. Да и с тётей, которая не хотела отпускать её сюда. А когда я представляю, что может случится между моим папой и моей тётей, я не могу представить, что тогда случится со мной.       – Я тоже не хочу подвергать её опасности, потому и сделаю всё, чтобы она не узнала, – дал обещание я, положив руку ему на плечо.       В следующую минуту в комнату вошла рыжеволосая девушка с четырьмя банками колы. Она, как всегда, лучезарно улыбалась. Люблю эту улыбку. Улыбаясь, она выглядит, как ангел, но спешу напомнить, что лучше в её сторону плохих слов не говорить, и этому есть три веские причины. Первое: Стайлз с вас шкуру сдерёт. Второе: после этого Алекс собственноручно закапает заживо. И третье: поздно ночью уже я вас раскопаю и второй раз убью.       Девушка отдала колу Стайлзу, мне, а потом и Айзеку.       – Алекс, ты лучшая, – сказал Лейхи, после чего я посмотрел на него взглядом «Лучше бы ты этого не говорил». Позже, Айзек уже сам понял, почему.       – Что ты сказал? – это был голос Стайлза. Точнее, голос разозлённого Стайлза.       – Ста-а-айлз, – протянула девушка, закатив глаза. Да, она тоже прекрасно знает, как её брат её сильно бережёт.       – Молчи, – посмотрев на неё, выпульнул тот в ответ. Потом снова перевёл взгляд на оборотня. Я лишь начал сдерживать рвущийся смех. – Повтори, что ты сказал.       – Я сказал, что твоя сестра лучшая, – развёл руками Бета, непонимающе и сощурившись посмотрев на Стилински старшего. – Я не имею права делать девушкам комплименты?       – Девушкам можешь, а вот моей сестре – нет, – погрозил ему пальцем Стайлз. Алекс тоже уже хихикала, заметив и мой смешок. С одной стороны я видел, что нарастает ссора, но с другой… Это, действительно, выглядело так смешно. Не глупо, но смешно. – Мой сестре имеют права делать комплименты только я, папа и её близкие подруги, но никак не её сверстники противоположного пола, понятно?       – Айзек, лучше не играй с огнём, – вставил своё слово я. – Кевина Паркер знаешь? Во втором классе он к ней подкатывал, тогда Стайлз ему нос сломал, – Айзек прыснул от смеха. Да, я бы тоже не поверил, но такое было. – Не смейся, я серьёзно. Сломал!       – А знаешь, из-за чего? – вопросительно посмотрел на Лейхи Стайлз. – Потому что он дёргал её за косички. Ты вообще знаешь, что значит, когда восьмилетний мальчуган дёргает восьмилетнюю девочку за косички?       – Стилински, закрой рот, – попросила Алекс. Она уже тоже не сдерживала смех. – Когда мальчик дёргает девочку за косички, это значит, что он просто хочет её побесить. Посмею напомнить, что дёргал за косички он не только меня.       – Ладно, а когда он руки распускал? – посмотрел на неё он. – Что? Этот тоже значит, что он хочет теб просто побесить.       – Он просто попросил списать домашку по математики, Стайлз!       – И поэтому он перекинул свою руку через твоё плечо? – вот тут у меня уже на хватало духу сдерживать смех и засмеялся во весь голос. – Малолетний извращенец, ему следовало бы и руки вырвать, скрутить их, сплести косичку и засунуть…       – Ладно, Стайлз, я тебя понял! – прервал его Лейхи, после чего все, кроме Стайлза, засмеялись.