Игра на флейте

      В заброшенном доме Ким подготовил свободное пространство на полу и выкладывал рядом на лавочку какие-то травы и мелкие камушки со знаками — руны. Горел костёр, в кастрюле что-то бурлило, источая древесные и кожаные ароматы, они заполняли всю комнату, и воздух становился вязким. Тени от костра плясали по стенам, скрывая лишние детали, и всё внимание концентрировалось на середине комнаты, где и должно всё происходить. — Откуда он узнал? — растерянно спросила Руфь, когда они вошли. — И что он делает? — Вся деревня итак знает. Не этого ли добивалась Диана? — пробурчал Ник, опуская связанную Диану на подготовленное место. — Ведьма тоже должна прийти. — Ведьма?       После этих слов на пороге показалась старуха, неся в руках старинный кувшин с пробкой. Она безмолвно проплыла к одному из тёмных углов и поставила кувшин на стол; её глаза сверкали отсветами костра, но совсем не зло, не как у Дианы. С присутствием Ведьмы Руфь почувствовала себя спокойнее, как за каменной стеной, но беспокойство скребло душу изнутри. — Ей ой как повезло! — послышалось бормотание Кима. — Выжить после удара молнии — то ещё чудо. Видать, здорово ей досталось…       Чтобы избавить Диану от дьявола, вселившегося в неё, нужно было провести обряд, который требовал энергии, не меньше, чем было у самой Дианы, особенно после удара молнии. Теперь, когда энергии Руфи, Ника, Ведьмы и Кима могло быть достаточно, не стоило медлить. И зло, поглощающее Диану, было готово поглотить её до конца. Не известно, сколько ещё вреда она могла бы причинить, пытаясь доказать всем своё могущество, показать, на что способна. Люди утрачивали веру в ведьм, и Диана старалась это исправить.       Диана открыла глаза, и на миг в них показался ужас и полное непонимание происходящего, но вскоре его сменил прежний непроницаемый холодный огонь. — Вот ты… вы где! Что тут… — В заброшенный дом ворвался Даня; его взгляд впился в Руфь, но затем он увидел остальных. — В поле пожар был, Диана… — Ему не удалось закончить мысль: он увидел связанную Диану, лежащую на полу.       Руфь растерянно посмотрела на друга. Хотелось объяснить происходящее, но она не понимала его и сама. Взгляд Дани пронизал насквозь. В этот момент из полумрака вышла Ведьма, держа в руках кувшин. — Не отвлекаться.       Жестом она отодвинула Даню к выходу, а сама подошла к Диане и коснулась рукой её плеча. Диана дёрнулась, но её тут же перехватил Ким и прижал к земле. — Руфь. Ник. Мы вчетвером будем служить проводниками злого духа обратно в его заточение. — Она поставила кувшин на землю и знаком показала, что Руфь и Ник должны сесть рядом с ней. — Намочите обе руки в кипящем отваре — он не причинит вам вреда. Одной рукой коснитесь кувшина, другой — Дианы. Сильная энергия пройдёт через ваше тело и будет запакована в этот сосуд.       Руфь подошла к кипящей кастрюле и заглянула в неё. В лицо ударил горячий пар растворённых эфирных масел и трав. Вспоминая, что огонь не причиняет ей вреда, она погрузила в кастрюлю сперва одну руку, затем вторую, вынула их и подошла к Ведьме. — Когда все будут готовы, начнём, — скомандовала Ведьма.       Она последняя окунула руки в раствор и опустилась на колени перед Дианой. — Я тоже… должен помочь, — из полумрака вышел Даня, взглядом, полным обиды и страха, глядя на Ведьму. — Это моя сестра. — Ты не можешь быть проводником. Твоя сущность впитает дух так же, как и Дианы, — отрезала Ведьма, не повернувшись к нему. — И ты ошпаришь руки, прежде чем сможешь приступить.       Даня ступил назад, будто его оттолкнуло воздушным потоком. Ведьма дала команду, и все четверо одновременно коснулись рукой рук Дианы, свободной — приподняли над ней кувшин. Ведьма и Ким в унисон издали гортанный звук с определённым мотивом, который не удавалось уловить. Руфь почувствовала сильный поток энергии, который пробирал до костей, будто шли мурашки от волнения, и она испытывала сильный страх. Она зажмурила глаза и напрягла все мышцы, чтобы легче перенести силу, не упасть и не отпустить кувшин. Перед этим она увидела напряжённые лица Ведьмы, Кима, Ника. Их руки дрожали от напряжения, будто они держали что-то очень тяжёлое. Их окутал полупрозрачный поток света, исходившего от разложенных Кимом рун вокруг отведённого места, отгородив происходящее от остальной части комнаты. Из тела Дианы к горлышку кувшина тёк тонкой струйкой тёмный полупрозрачный воздушный поток, поток энергии. Диана лежала недвижно, будто снова потеряла сознание. Дышала часто, кратко. Руфь заметила, что у той выступили слёзы и покатились по щекам, теряясь в волосах.       «Ей больно?» — подумала Руфь, вновь закрывая глаза и стараясь дышать ровно, что получалось с трудом. В одну из последних мирных встреч Диана сказала, что «оно болит», когда она сопротивляется; были видны её страдания. Насколько оно болит теперь? Или всю боль они вчетвером выводят из неё, заключая в кувшин?       Потоки энергии с новой силой проходили по рукам Руфи, окутывая всё тело. Хотелось куда-то деться от этого ощущения, спрятаться, убежать, содрать с себя кожу, но, сжав зубы, она старалась не шелохнуться. Дышать становилось ещё труднее, будто не хватало кислорода. «Когда уже всё?» — одна из немногих мыслей, которая смогла проникнуть в её голову. Звук наполнял всё место для мыслей, и думать становилось невозможно. Голова, может, и болела, но этого тоже не было заметно из-за проходящего насквозь потока. Сложно сказать, сколько прошло времени.       В один момент всё прекратилось. Руфь почувствовала сильную лёгкость и потерю напряжения в мышцах, что чуть не отпустила кувшин. Она открыла глаза. Ведьма к этому моменту уже встала и сняла кастрюлю с огня, перелила остатки содержимого в кувшин и сразу заткнула его пробкой, поставила на пол, а сама села на лавку и подпёрла голову руками. Сейчас она выглядела ещё хуже, чем при болезни, и было видно, что едва держалась на ногах. Руфь попыталась встать, но руки и ноги отказывались её слушаться. Ведьма заметила это и чуть приподняла голову. — Посиди. Это скоро пройдёт.       Ким, кряхтя и держась за спину, наконец, приподнялся и похромал к другой лавочке, на которую улёгся и шумно выдохнул. — Вот и всё. Мы молодцы. — Диана! Что с ней? — Даня будто вышел из ступора и подскочил к Диане, которая оставалась неподвижно лежать на полу. Световая завеса спала, поэтому он увидел результат проведённого обряда. Он сел рядом с ней на колени и попытался привести в чувство. — Отнеси её домой. Пусть поспит, — отозвалась Ведьма; её голос прозвучал очень низко и глухо. — Ей ничего больше не угрожает? — Нет, — на этот раз подал голос Ким. — Как и нам.       Руфь, наконец, почувствовала вернувшуюся в мышцы силу и поднялась на ноги. Ник забрался с ногами в своё любимое кресло. — Постойте, а где же фамильяр Дианы? — внезапно вспомнила Руфь. — Лиса чёрная, я видела её, когда она овец… — Фамильяры могут не только… кхм… — послышался голос Ведьмы. — Но и предавать. — Та лисица, видать, предала Диану, потому она и пустилась на поиски большей силы, — проговорил Ким. — А вишь как оно… — Почему она предала? — Одной Диане и известно.       Руфь опустила взгляд в пол. Печальная вырисовывается картина. Кажется, и фамильяр не оценил стремлений Дианы к господству над людьми злой ведьмы. — Пойду… Родители с утра вернутся, не стоит им знать, что произошло, — прервал тишину Даня и поднял на руки сестру.       Оставаться в заброшенном доме и остальным не было причин, поэтому Ведьма и Ким вышли вперёд и позволили Дане через их участок пройти с Дианой. Это лучше, чем по улице. Руфь и Ник двинулись следом. Руфь придерживала ветви кустов и проводила Даню до входа в дом. Ник остался позади. — Мы можем поговорить? — остановившись на крыльце с Дианой на руках, спросил Даня. — Ты правда думаешь, что сейчас подходящее время? — растерявшись, довольно резко ответила Руфь. Она меньше всего ожидала сейчас такого вопроса. Она сама думала о том, что нужно поговорить с Даней, с того момента, как Ник рассказал ей о его намерениях, и нужно было это сделать в конце концов, но явно не сейчас. — Прости, в-в другой р-раз, — поспешила добавить Руфь, поймав на себе печальный взгляд. — Уложи Диану в кровать… Тебе помочь?       Даня мотнул головой и вошёл в глубь дома, скрывшись в темноте. Руфь закрыла за ним дверь и, спустившись с крыльца, наткнулась прямо на Ника. — Поговорить, я вижу, не удалось, — с неуместным ехидством проговорил Ник. — Нет. Не сейчас. Мы все устали, я тоже лучше пойду домой. Родители будут беспокоиться, — выдохнула Руфь и направилась к калитке. Сейчас она почувствовала сваливающую с ног усталость.       Напряжённый выдался вечер, но теперь Диана в безопасности.