BTS. Сборник драбблов

— Хен, можешь начинать боготворить меня прямо сейчас! — заявляет Тэхен, врываясь в квартиру Сокджина одним прохладным сентябрьским утром. — Я нашел тебе соседа. Сокджин смешно выгибает бровь. — Неужели? — Что-то я не слышу радости в твоем голосе. Не ты ли уже месяц не можешь найти себе сожителя? — Тэхен по-хозяйски бросает свой шарф на тумбочку, вешает пальто и проходит на кухню, где начинает греметь посудой. Сокджин идет следом, не до конца поверив в услышанное. Он действительно давно не может найти себе соседа — многие съезжали, узнав некоторые его… особенности, поэтому новость об очередном претенденте воспринимается без особых восторгов. — Кто поручится, что он не сбежит через пару недель, как остальные? — Я поручусь, — уверенно говорит Тэхен и чуть тушуется под пристальным взглядом Сокджина. — Ну, не совсем я — Чонгук. — Что-то не припомню, чтобы он был душой компании, Тэхенни. Тэхен преувеличенно активно ставит чайник, но не менее уверенно повторяет: — Кукки за него ручается. Этот парень нормальный. Сокджин выгибает и вторую бровь. — Ну, раз уж Кукки за него ручается… — Хен! — И что, этот парень, он в курсе…? — Да, в курсе. И он не против. Сам он натурал, но против геев ничего не имеет. — Это тебе тоже Кукки сказал? — Он сам мне об этом сказал, — Тэхен обиженно хмурит брови и оборачивается к Сокджину. — Хен, да что с тобой сегодня? — Прости, просто устал, — Сокджин трет пальцами переносицу. — Так, говоришь, это друг Чонгука? Он хоть совершеннолетний? — Ну, вообще, как я понял, это кореш Намджун-хена, сам же знаешь, Чонгук в последнее время часто с ним зависает. — В курсе, как же, — Сокджин против воли кривит губы. Намджун — классный парень во всех отношениях, но вот друзья у него… кхм. — Раз друг Намджуна, значит, тоже рэпом занимается? — Ага. Хип-хоп, свэг, все дела. Псевдоним у него, правда, странноватый — точно не запомнил, но что-то со сладостями, Кренделек или как-то так. Сокджин подвисает, пытаясь представить себе рэпера с такой кличкой, а после натурально ржет — впервые с того дня, как его предыдущий сосед Донхек заявил, что не собирается жить под одной крышей с извращенцем. — И что, как мне связаться с этим твоим… кхм, Крендельком? — боже, ну и имечко. — Так он минут через десять должен подъехать. Сокджин так и застывает со смешно приоткрытым ртом. — То есть ты позвал ко мне домой какого-то хрена с горы, даже не спросив меня. Отлично. Просто замечательно. Тэхен хлопает ресницами и всячески строит из себя невинность. Выходит у него, надо сказать, не то чтобы очень. — Он же кореш Намджун-хена, значит, не хрен с горы. И к тому же выяснилось, что ему негде жить, а у тебя свободно, и я подумал, чего тянуть. Ну, и вот. — Ну, и вот, — передразнивает Сокджин, давя в себе приступ раздражения. Тэхен, конечно, хотел как лучше, но черт возьми, неужели нельзя было хотя бы спросить, прежде чем решать все за него? Честное слово, этот ребенок однажды доведет его либо до клиники, либо до тюрьмы. Если не окажется там раньше сам. Сокджин делает несколько глубоких вдохов и считает до десяти. Что ж, ладно. Ничего непоправимого не произошло, если этот парень ему не понравится (а Сокджин уверен, что так и произойдет), он просто выставит его вон. Да, точно. Так он и сделает. К тому моменту, как звенит дверной звонок, он успевает заварить чай, поставить на стол вазочку с домашним печеньем и даже вернуть себе прежнее хорошее расположение духа. Под смех Тэхена Сокджин вываливается в коридор и распахивает дверь. Парень на пороге ниже него, тощий и какой-то бледный, в драных джинсах и простой черной футболке — абсолютно не его типаж, к слову, и на свэг-телочки-тачки как-то не тянет. А вот на Кренделька — очень даже. Кренделек с интересом рассматривает Сокджина и уже открывает рот, чтобы что-то сказать, как его прерывает звучный голос Тэхена: — Юнги-хен! Мы как раз о тебе гово… Ай! Хен, ну ты специально эту тумбочку сюда ставишь, да? Знаешь же, что я вечно на нее натыкаюсь! — Тэхен, сопя, наваливается на Сокджина сзади и через него тянет руку. Кренделек, который Юнги-хен, пожимает ее и улыбается так ярко, что кажется, будто включили лампочку. Уголки губ Сокджина приподнимаются сами собой. — Ким Сокджин, — представляется он, тоже протягивая ладонь. Рукопожатие выходит неожиданно крепким. — Мин Юнги, — голос оказывается ниже, чем можно предположить по внешности, а взгляд — внимательным и цепким. Сокджин отходит в сторону и приглашающе машет рукой, впуская Юнги в квартиру и заодно — в свою жизнь. Позже Сокджин думает, что нужно было захлопнуть дверь, как только увидел этого парня, и навалять Тэхену, чтоб не давал его адрес всяким там, но понимает, что будь у него выбор, он поступил бы точно так же.