Улли и я

Так, собственно, и состоялась роковая встреча. О её значимости и крутости я так и не узнал — просто-напросто забыл. Да и следующая скорая (ОЧЕНЬ скорая) встреча шокировала меня намного больше, чем предыдущая. На следующее утро у меня раскалывалась голова. Прямо как колокол. Я хотел пить, чтобы голова не болела и тихонечко полежать в тенёчке и испустить дух. Улли был неприлично бодрым после того, сколько он выпил. То есть, выпил-то он наверняка меньше, чем я, но учитывая, что его сносит с одного-двух коктейлей, я ожидал больше страданий поутру и больше нытья в стиле Уиллиама Сайфера. — Боже, дайте мне тихо сдохнуть, — страдальчески простонал я, когда улыбчивый Улли уселся на своей части нашего общего дивана-кровати, и протянул мне таблетку аспирина. Принял я её дрожащими руками, и конечно же был настолько неудержим, что половину содержимого стакана пролил на себя. — Ох, Диппер, — покачал головой Улли. — Что-то ты совсем плох. Может, примешь душ? — А ты потрёшь мне спинку? — с надеждой повернулся я к другу и уставился на него просящим взглядом. Улли скептически приподнял бровь. — Ты знаешь, мне иногда кажется, что наша дружба уже давно вышла за рамки простых дружеских отношений, — заметил он. — Это потому, что мы ЛУЧШИЕ друзья, Уиллиам, — торжественно объявил я. Впрочем, душ — это неплохая идея. Я с кряхтением поднялся с нашей постели и поплёлся в ванную комнату. Мдаа, в зеркале отражалось нечто унылое и встрёпанное. Я со вздохом попробовал пригладить свои кудряшки, но скоро бросил это безнадёжное занятие. Почистив зубы и решив, что лёгкая небритость мне к лицу, я полез в душ. И только после 10 минут плескания в горячей водичке я вспомнил, что не взял с собой сменную одежду. Чертыхнувшись, я крикнул, стараясь перекрыть шум воды: — Улли, дорогой! Я забыл захватить шмотки в душ! Можешь принести мои вещи, солнышко моё ненаглядное? Так и не дождавшись ответных возмущённых воплей, я с ухмылкой подкрутил кран и окатил себя прохладной водой. Буквально через две минуты я услышал, как дверь нашей ванной комнаты открылась и кинул через плечо взгляд на силуэт у дверей. — Ну наконец-то, — закатил глаза я. — Я думал уже, что придётся выходить так. Хотя ты бы не возражал, правда, Улли? Улли не ответил. Чего это с ним? Неужели опять думает о той рождественской выставке, на которой будут выставляться лучшие художники нашего универа? — Кстати, раз уж ты здесь, — сказал я. — Может, всё-таки потрёшь мне спинку? В своё оправдание хочу сказать — я и правда думал, что в дверях стоял Улли. Я даже не предполагал, мать вашу, что там может оказаться кто-то другой! Дверь душевой кабинки отъехала в сторону, когда я только начал намывать плечи. — О, отлично, — вскользь заметил я, не оборачиваясь на лучшего друга. Всё-таки, он немного стеснялся вот таких вот сценок, это я мамонт непрошибаемый, я бы и не подумал краснеть как девчонка или ещё что делать такого. — Ты просто душечка, Улли! Думал, тебя опять надо будет убалтывать полчаса. Кстати, давай быстрее забирайся, а то воды на пол натечёт, потом опять эти придурки из 614-той скандал нам закатят. — Потереть спинку? — раздался у меня за спиной вкрадчивый и совершенно чужой голос. — Надо же, какие интимные подробности мне удалось узнать о личной жизни моего дорогого кузена. Я резко обернулся, но лучше бы я этого не делал. Во-первых, я увидел кузена Улли, стоящего чуть ли не впритык ко мне, и смотрящего на меня таким… таким голодным взглядом, что впору было грохнуться в обморок, как девице 18-го века. Ну, а во-вторых, увидев того, кого тут быть не должно, я запаниковал, слишком резко дёрнулся и поскользнулся. Билл оказался быстрее и подхватил меня за талию и бедро, прижав к себе очень близко. Мы оказались в довольно двусмысленном положении — полностью неодетый и в мыле я, и полностью одетый, но со стояком и тяжело дышащий Билл Сайфер, прижимающий меня к себе всё сильнее и сильнее. А ещё мы мокли под душем, и жёлтый канареечный костюм напитывался влагой очень, очень быстро. Только тогда я завопил… даже не знаю от чего — от страха, от неожиданности или от злости. Просто издал короткий вопль, упёрся спиной в плитку и вытолкнул кузена своего лучшего друга из душевой кабинки. — Ах ты ж чёрт! Чёрт! Мать вашу, какого хрена?! — тяжело задышал я. — Улли! УЛЛИ!!! Билл вывалился из кабинки, как тяжёлый мешок с картошкой, и зачертыхался прямо с пола. Я быстро отключил воду, и поскальзываясь на мокрой плитке вылетел из ванной, успев прихватить полотенце и замотать бёдра. — Улли!!! — снова заорал я. — Уиллиам!!! Улли нашёлся на кухне, прижатый к стене Ламаником. Ламаник схватил его за ворот рубашки, подтянул пониже и нашёптывал ему что-то на ухо. Таким бледным я своего друга ещё не видел. Я взбесился и набросился на кузена, оторвав его от Уиллиама и попытавшись засветить ему по лицу. Ламаник поймал удар на блок и сам зарядил мне в живот. Я согнулся пополам, пытаясь отдышаться, перед глазами проносились цветные вспышки. — Диппер! — испуганно выдохнул Улли, в два счёта оказываясь рядом со мной. Он обнял меня и прижал к своему боку. Я схватил его за руку. — Он тебе ничего не сделал? — засипел я, пытаясь распрямиться. — Боже, какая драма, — сцепив зубы, презрительно процедил Ламаник, глядя на нас сверху-вниз. — Парочка голубых милуется на кухне и не обращает никакого внимания на гостей. — Да пошёл ты! — вызверился я. — Я тебя сюда не звал! Как вы вообще сюда попали?! — Твой голубой дружок открыл нам дверь, — фыркнул Ламаник. — И я в который раз тебе заявляю, что мне не нравится его кандидатура на роль твоего молодого человека. — Тебя забыл спросить, — огрызнулся я. На этом моменте диалога в комнату вошёл абсолютно мокрый Билл Сайфер с глупой улыбкой на губах. Ламанику потребовалась всего лишь пара секунд, чтобы осознать причину, по которой я с такими истошными воплями вывалился из ванной комнаты, и по которой на лице его приятеля сияла сейчас такая широкая ухмылка. — Ах ты, ничтожество! — зашипел он, стремительно оказываясь рядом с другим Сайфером. — Что ты там делал с моим братом, говори! В чём Ламанику не откажешь, так это в верности семье и людям, которых он уважал и любил. Да, мы с ним постоянно собачились по поводу и без, и вообще с удовольствием устраивали мордобития, но в таких ситуациях он прямо превращался в образцового старшего брата, готового порвать за мою честь любого, кто на эту честь пытался покуситься. Рыцарь недоделанный, блин. — Боже, Никки, да ничего я твоему братцу не сделал, — фыркнул Билл, ловко уворачиваясь от хорошо поставленного удара. Ламаник занимался фехтованием и боксом, так что засветить в глаз мог вполне профессиональным образом. Мне приходилось соответствовать, да, так что я тоже дрался относительно неплохо. Или это Ламаник мне поддавался... хотя это предположение скорее на грани фантастики, мда. — Зато мой кузен точно соврал про то, что они лучшие друзья. Твой дорогой братец чуть ли не умолял меня потереть ему спинку и называл меня своей душечкой. — Диппер! — Сайфер! — рявкнули мы одновременно с Улли. — Я думал, что ты принёс мне шмотки! — начал оправдываться я, глядя Улли в глаза. — И вообще! С каких это пор мы с тобой лучшие друзья? Нашему ребёнку ты будешь говорить то же самое? Что мы просто живём вместе, а его усыновили просто так? — Какой ещё ребёнок? — побледнел Ламаник. — Её зовут Диана, — с возмущением уставился я на кузена. — И если ты будешь так реагировать постоянно, я тебя точно не буду с ней знакомить, когда мы её удочерим! — Диппер! — плаксиво простонал Уиллиам, закрывая рукой лицо. — Прекрати. Ты ставишь нас в неловкое положение своими глупыми речами! Прошу прощения, он просто шутит. — А мне кажется, что от моей маленькой шутки ситуация глупее не станет, — мрачно заметил я, с намёком подтягивая полотенце на бёдрах повыше. — И если бы кое-кто предупредил меня, что придёт в гости со своим дружком… — Он мне не «дружок»! — оскорбился Ламаник, всё ещё бледный после моей ремарки про дочь. — …то мы бы вообще не попали в такую неловкую ситуацию. А сейчас, с вашего, чёрт возьми, позволения! Я пойду и переоденусь. И надеюсь, что никто в этот раз вламываться в ванную комнату ко мне не будет! — едко завершил я свой коротенький спич. — Кстати, тебя это не касается, Улли. Можешь заходить, когда захочешь. Я буду только рад остаться с тобой наедине в условно-замкнутом пространстве. Подальше от этих… наших кузенов. Фыркнув, я потрепал Улли по волосам и направился вытаскивать свою одежду, старательно обходя по широкой дуге Билла Сайфера. Вот же чокнутый приятель у моего братца оказался! И где он только таких типов откапывает, а?