Ожившая карта

Вторая половина дня у Драко выдалась сумбурной. После наиболее приятного допроса в своей жизни Малфой, преисполненный противоречивых мыслей, отправился в Гринготс, как и планировал с утра, чтобы проверить состояние счетов. Требовалось срочно подсчитать, сколько денег ушло за месяц и какова прибыль от оставшихся у семьи источников дохода, которые, несмотря на заключение под стражу Люциуса и частичный арест имущества, по-прежнему числились за Малфоями. Для рядового волшебника и нынешний доход семьи Малфой был бы в радость, но этот волшебник не жил в старинном особняке, который постоянно нуждался в ремонте и защитных чарах. Эти чары являлись крупнейшей статьей расходов, потому что были намертво вплетены в территорию мэнора, так что раз в полгода приходилось оформлять специальную заявку в Министерство, дабы лучшие специалисты из Отдела магического хозяйства за очень, очень большие деньги поработали с их обновлением. Драко всегда отлично справлялся с заклинаниями и уже в Хогвартсе мечтал заниматься составлением собственных формул. Он прочитал немало пособий и старался ежедневно практиковаться, но успех никак не шел ему в руки. Приходилось обращаться к специалистам, хотя он и лелеял мечту через три, пять… да хоть десять лет, но стать профи. Пока этого не произошло он хватался за голову от ужасающих счетов. К счастью, последний раз всю сумму оплатил Альбер, что дало Драко и Нарциссе возможность сэкономить. Когда Драко, не желая становиться объектом чьего-то неуместного внимания, быстрым шагом добрался закоулками до Гринготса, он, как на зло, столкнулся у входа с Гермионой Грейнджер, которая покидала банк в компании незнакомой Драко юной темнокожей волшебницы в аврорской мантии. Они смеялись, и когда перед ними в дверях неожиданно вырос Драко, Грейнджер не успела стереть с лица широкую улыбку, бросив ему на автомате приличествующее ситуации «здравствуй». Почувствовав себя от этого неловко, она тут же отвела глаза и, поспешно обогнув Драко, не оборачиваясь, устремилась вперед. Ее спутница, окинув Драко безразличным взглядом, потянулась следом, возвращаясь к прерванному разговору. И хотя этот эпизод абсолютно не заслуживал внимания Драко, он разволновался. Увидев обращенную к нему улыбку Грейнджер, он на мгновение вообразил, что Поттер рассказал ей о том, как провел обед, и теперь все его друзья то ли ополчатся на Драко, то ли начнут злословить за его спиной. Поражаясь, что додумался до такой глупости и к тому же начал из-за нее переживать, Драко широким, уверенным шагом, в который вложил весь протест и недовольство собой, проследовал к ближайшей конторке, за которой стоял с юности знакомый ему гоблин Элфрик. — Мистер Малфой, — кивнул ему гоблин. — Хотел бы получить выписку со счетов, — немного поспешней, чем того требовала вежливость, сказал Драко. Мимолетная встреча с Гермионой Грейнджер как будто выдернула его из оцепенения, которое охватило его после посещения Аврората. Драко вдруг захотелось как можно скорее завершить все насущные дела и отправиться домой, чтобы в благословенной тишине предаться воспоминаниям, а затем неспешно поужинать на террасе и хорошенько поразмыслить о сведениях, почерпнутых от Поттера. Ему не давала покоя мысль о доносчике. Кто-то пытался его подставить. Речь шла не о денежных махинациях, не о чем-то запрещенном, а о человеческих жизнях. Во имя всего святого! Его невидимый враг наверняка спятил. — Пожалуйста, ожидайте, — гоблин отошел от конторки, чтобы свериться с бумагами. Драко понадеялся, что спускаться в подземелья к фамильной ячейке ему не потребуется. Время от времени гоблины по какому-то своему разумению требовали от клиентов выполнять эту досадную формальность, проверку сбережений, даже если из хранилища не изымалось при этом ни кната. Драко с детства не любил езду на вагонетках по сырому мрачному подземелью Гринготса, поэтому всячески избегал этого ритуала. Он оперся локтями о конторку Элфрика, дожидаясь, когда гоблин закончит рыться в документах. — Драко Малфой! — неожиданно раздался за его спиной знакомый голос. В этот миг и вагонетка пришлась бы кстати. Кайл. Драко очень не хотелось вступать сейчас в давно наскучивший ему дежурный диалог, заготовленный Кайлом для их неожиданных прилюдных встреч, чтобы кто-нибудь ненароком не подумал, что примерный банковский служащий связан с представителем семьи Малфой чем-то большим, нежели шапочное знакомство. Они раз семь прогоняли этот диалог на публике, поэтому у Драко с первых же слов начиналась зевота. Но что-то пошло не так. Кайл приближался к нему с тщательно отрепетированным удивлением на лице вплоть до того момента, пока расстояние между ними не сократилось до метра, затем его взгляд изменился, стал колючим, и он, наплевав на все свои предосторожности, собственническим жестом схватил Малфоя за локоть и потащил куда-то в сторону. — Пошли в уборную, на минутку, есть вопрос, — тихо, скороговоркой, пояснил он свой порыв и повернулся к гоблину с извиняющимся видом. — Элфрик, прошу прощения, я ненадолго заберу посетителя? Эмм… за ним числится небольшой штраф. Кайл был кем-то вроде посредника между Гринготсом и Министерством, работал с мелкими нарушителями, которым выписывали штрафы за сомнительные делишки вроде несанкционированного выращивания мандрагоры. Поэтому, заслышав его объяснения, Малфой нахмурился. Штраф? Кайл выставил его перед Элфриком то ли мошенником, то ли тупицей. Если у него не припасено действительно что-то важное, Драко хватит и минуты, чтобы высказать ему все, что он о нем думает. — Решил развлечься в туалетной кабинке? — усмехнулся Драко, отлично зная, как это подействует на любовника. Кайл поджал губы и быстро оглянулся. Не дай Мерлин услышат коллеги. Драко закатил глаза — ну что за паранойя? Когда они зашли в сверкающую белизной уборную для сотрудников, Кайл, прежде чем начать разговор, первым делом проверил, нет ли здесь еще кого. — Так что? — Драко потянул его за галстук. — Слабо, мой сладкий? — Перестань дурачиться, — шикнул Кайл, но тут же продолжил, впрочем, едва слышно. — Где ты сегодня был? Драко. Скажи честно. Ты с кем-то спишь? Вот так, без приветствий и лишних слов. Драко дернулся от неожиданности. У него что, на лбу написано, что пару часов назад ему засадил Гарри Поттер? Он перевел взгляд на широкое прямоугольное зеркало, расположенное над керамическими раковинами. О, ну конечно. Это написано у него не на лбу, а узорами на шее. Посторонний не придал бы этому значения, но у Кайла, как у любого законченного ревнивца, был нюх на такие вещи. Прислонившись плечом к выложенной кафелем кипенной стене, он пристально смотрел на несколько слабо заметных, красноватых отметин, и вид у него был очень мрачный. — Не сходи с ума, — скривил губы Драко, не желая врать или оправдываться. Признаваться вот так, прямо, тоже не хотелось. Для чего затевать неприятный разговор, из-за которого Кайл выльет на него ушат помоев? Позволять кому-либо на себя орать Малфой не собирался, да и прекращать с Кайлом отношения не спешил. В этот конкретный миг Кайл его порядком раздражал, одним своим подозрительным видом отравляя воспоминания об охренительно крутом, головокружительном, во всех смыслах порочном сексе с Поттером, но позже, может быть, через два дня, а может быть, через две недели, Кайл снова ему понадобится — потому что Гарри Поттер наверняка пропадет с горизонта Малфоя также быстро, как и появился, а Кайл, заботливый и послушный любовник, останется. Пусть Драко и не рассматривал их встречи как полноценную связь и никогда не давал Кайлу повод думать, что между ними назревает нечто серьезное, однако он признавал — Кайл бывал остроумен, неплохо трахался и даже готовил для Драко ужины, подгадывая их к его визитам. — Ты был сегодня в Министерстве? — подозрительно сощурился Кайл, и его карие глаза стали темными от ревности. — Отдел Тайн? Аврорат? Неужели… «Интересно, догадается?» — скорее с любопытством, нежели волнуясь, прикинул Драко. Кайл знал историю о Карте лишь в общих чертах. Драко рассказал ему, что предложил артефакт невыразимцам, а те подключили в дело авроров, и теперь оба отдела требуют от него гребаную кучу сведений. Про встречу с Поттером Драко тоже рассказал — не удержался. Но Кайл, видимо, был далек от мысли, что достославному Гарри Поттеру придет в голову идея перепихнуться с Драко Малфоем. — Тот пацан… — Кайл оттолкнулся от кафельной стены и, подойдя практически вплотную к Драко, цедя слова, затряс у него кулаком перед носом. — Деннис Криви, да? Я заподозрил его еще в тот раз! Я же видел, как он… — Кайл, ты охренел? — грубо прервал его Драко, резким движением отпихнув в сторону руку любовника. Это было уж слишком. Он упоминал о придурке Криви мимоходом, потому что считал, что нелепый невыразимец — повод для отличной шутки. Но то, что Кайл в состоянии ревновать даже из-за издевательских пассажей, отпущенных Драко на чужой счет, вызывало недоумение. С таким любовником церемониться не стоило. Рано или поздно он точно сорвется с катушек и доставит Драко немало неприятностей. Не хватало еще переживать из-за идиотских выходок с его стороны, типа вопиллера с угрозами или Амортенции в чай. — Я даже ни разу не был в твоем доме, — Кайл вдруг сбавил обороты, став скорее печальным, нежели рассерженным, — но ему повезло больше, да, Драко? — Что за бредни? — передернул плечами Малфой. Этот пошлый разговор следовало заканчивать. — Кайл, я спешу, поговорим позже… как-нибудь, — он направился к выходу. — Не доставай меня беспочвенной ревностью. Раздосадованный кратким, но неприятным разговором, Драко от души хлопнул дверью в уборную и задел в коридоре плечом незнакомого бородатого мужчину. Ругнувшись себе под нос, он поспешил в холл, чтобы поскорее решить дела с Элфриком. К счастью, тактичный гоблин не стал задавать вопросов о «штрафах», иначе бы ему пришлось выслушать от Драко неприличествующую воспитанному волшебнику грубость. Увы, спуститься в подземелья все же пришлось, но это, вероятно, спасло Драко от попыток Кайла еще раз перехватить его в холле, поэтому он не остался в обиде. Бегло осмотрев ячейку, Драко попросил Элфрика выпроводить его из Гринготса через другие двери. Покинув банк, он вздохнул полной грудью и, окинув задумчивым взглядом освещенную золотистым фонарным светом улицу, не спеша побрел по Косому переулку. Стемнело. Вечер, казалось, пришел слишком быстро. Погода испортилась, накрапывал мелкий дождь. Людей вокруг почти не было, и Драко решил прогуляться по тихой улице. Но по сторонам темнели витрины, было холодно, и он никак не мог выкинуть из головы слова Поттера о том, что ему стоит быть начеку. Окончательно замерзнув и признав, что ему немного не по себе, он со вздохом остановился напротив Дырявого котла и нащупал в кармане железный ключ, портал в особняк. Его ждал вечер в одиночестве. Какая-то частичка него воспрянула с надеждой — не зайти ли в Дырявый котел, где сейчас тепло и шумно? Он года два там не появлялся, хотя в детстве ему нравилось ходить туда на ужин, жаркое в пабе подавали замечательное. Родители не слишком уважали это место, но иногда шли сыну на встречу. В пользу Дырявого котла было и то, что в мэноре остался всего один домовик, Хенки, и он был прекрасен во всем, кроме готовки. Помявшись в нерешительности у входа, Драко все же передумал. Сейчас там, должно быть, куча посетителей, и на него будут поглядывать изо всех углов. Мерзость. Выудив из кармана портал, Драко вздохнул. Зато его ждет умиротворение, поскольку в доме никого, мать и Альбер уехали в Люксембург повидать родственников. Драко подозревал, что дядюшка не прочь закрутить с матерью роман. Это не вызывало у него беспокойства, потому что Нарцисса смотрела на Альбера с еще большим холодом, чем Драко. Но ей удавалось неплохо им вертеть. Вот и сегодня, пользуясь шансом, она встречалась в Люксембурге с троюродным братом отца, который, она надеялась, сможет повлиять на приговор и вернуть часть имущества Малфоев. Драко же воспользуется тишиной и поразмыслит о сложившейся ситуации. Так странно, ему столько нового открылось об Ожившей карте, а он никак не может избавиться от приятной дрожи при мысли о руках Поттера на своем теле, вместо того, чтобы успокоиться и холодным рассудком проанализировать, кому было выгодно подставить его перед Авроратом. Единственное, что его по-настоящему задевало в этой истории, так это как его воспоминания вскоре заискрятся серебром в чужом Омуте памяти… у человека, который хоть и не отказался перепихнуться с ним ради забавы и извращенного чувства справедливости, но вряд ли окажется настолько тактичен, что при осмотре будет игнорировать фрагменты, которые Драко предпочел бы скрыть. И все же когда Драко вспоминал про эту «забаву», он не мог отделаться от мысли, как все-таки Поттер был с ним… едва ли не заботлив. Да, их секс был грубым и раскованным, но в нем не было ни унижения, ни обезличивания, они скорее походили на разгоряченных любовников, которые дорвались друг до друга и потому отдавались по полной, пренебрегая какими-либо запретами. Драко усмехнулся при мысли, что у Поттера это хроническое — отдаваться делу без остатка, бросаясь с головой в новую авантюру. Он, кажется, все в своей жизни делал именно так. И сегодня, на очередном аврорском рейде, наверняка также отчаянно боролся с нарушителями спокойствия. Малфой взглянул на часы. Интересно, он уже дома? Его миссия с успехом завершена, и он, один или в компании партнера, — есть у него кто-то? — готовится к ужину. Или им и не до ужина вовсе. Как можно думать о еде, когда ты в любой момент можешь затащить в постель кого-то столь заманчивого, как Поттер? Стоп. Неимоверным усилием воли Драко изгнал из головы неуместные фантазии и попытался вернуться к загадке о доносчике. Но это казалось ему чем-то непонятным, далеким... Он и в Глазго-то ни разу не был. С идеями было плохо, зато образ склонившегося над Омутом памяти Гарри Поттера поселился в его сознании прочно, и Драко с удивлением понял, что на самом деле его волнует даже не то, что Поттер за вечер просмотрит всю его жизнь будто маггловское кино, но то, что он может увидеть там нечто неприглядное, неловкое, и поэтому ему обязательно нужно пояснить, рассказать, оправдаться… Побуждение прошило Драко словно удар тока, потому что он ясно помнил, что до недавнего времени моральных терзаний перед Поттером не испытывал, да и хотел от него не так уж много — внимания, разового секса и признания за собой определенного статуса в его жизни. «Но и какого хрена тогда..? Черт, Поттер!» — Драко честно признался самому себе, что не сможет спокойно спать до тех пор, пока не дождется от него хоть каких-то новостей. Он с раздражением сжал в руке портал. Оказавшись в просторной прихожей мэнора, Драко едва ли не бегом бросился в спальню, ни словом не обмолвившись со встревоженным Хенки, который встретил хозяина робким предложением отужинать. Драко не знал адрес Поттера, но надеялся, что эту проблему решит. Зачерпнув Летучего пороха, раза в три больше, чем следовало — сказывалась нервозность, — он швырнул его в камин, едва не засыпав пламя. Невыразимец Чжан отозвался очень быстро, но вид у него был крайне недовольный. Рабочий день давно закончился, и он искренне не понимал, что от него могло понадобиться нежданному визитеру. — Мистер Чжан, добрый вечер. Мне нужно связаться с мистером Поттером. Простите за беспокойство, но мне больше не у кого запросить его контакты, — вежливо и с нарочитым смущением произнес Драко. Он тщательно подбирал слова. Раздавать контакты Гарри Поттера всем желающим вряд ли в порядке вещей для Чжана. Известны ли ему подробности расследования? О чем с ним можно говорить, а о чем лучше умолчать? Он не производил впечатление инициативного сотрудника. Но стал бы тогда Поттер накладывать в том злосчастном кабинете Отдела Тайн столько защитных заклинаний? — Мистер Малфой, в чем дело? В такое время? — мужчина выразительно покачал головой. — Мистер Чжан, это срочно, — Драко так и не определился, стоит ли выдумывать оправдательную байку, и постарался добавить в голос волнение. — Передайте ему, что у меня есть важные сведения об Ожившей карте. — В такое время? — озадаченно повторил Чжан. — Да. Гарри сказал, что примет меня даже ночью. Не сомневайтесь. Драко всегда считал, что красноречивое молчание лучше длинных оправданий, но не удержался от колкости, которая прозвучала почти двусмысленно, во всяком случае, ему так показалось. Но Чжан, конечно, не придал этому значения. — Сказал и не дал вам адрес? — со скепсисом поинтересовался он, но не слишком уверенно. — Ладно, я поговорю с мистером Поттером. Он откроет для вас камин, если захочет. Драко кивнул. Все оказалось довольно просто. Чжану стоило быть подозрительнее при такой работе. Прервав связь, Драко сел на угол кровати и задумался. Вряд ли Поттер обрадуется попытке обманом проникнуть в его дом, но отправлять к нему сову, не зная точный адрес, да еще в ночь, точно было бессмысленно. Глядя на камин, Драко в нетерпении скомкал край одеяла и несколько раз глубоко вздохнул. Долго ему ждать не пришлось, спустя несколько минут в камине возник Чжан, но вид у него был как будто опечаленный. — Отправляйтесь по этому адресу, — он протянул Драко клочок бумаги. — Но я советую вам извиниться перед мистером Поттером и отложить дела до завтра. Мне кажется, ему сейчас немного... не до вас. Что-то случилось? Драко буквально вырвал из рук невыразимца бумажку с адресом. Отложить дела до завтра? Ну уж нет, после этих слов в нем лишь возросла решительность. Как там Поттер? Снова куда-то вляпался? Как только Чжан, попрощавшись усталым голосом, растворился в языках пламени, Драко шагнул к камину, зачерпнул Летучий порох и с замиранием сердца произнес заветный адрес.