Ожившая карта

— Я не мог связаться с тобой все утро! Драко, в чем тебя обвиняют? Это ересь, мне сказали… — Кайл рванулся на встречу к арестанту, но оробело замер, сообразив, кто стоит рядом с Драко. — О! Зд-з-здравствуйте. Мистер Поттер? Добрый день. То есть, я… Окончательно запутавшись в формулировках, Кайл умолк и стушевался. Малфой впился в нежданного — нежеланного! — посетителя яростным взглядом. Он и думать забыл о Кайле, а если бы и вспомнил, уж точно не рассчитывал на свидание, памятуя о его боязни замарать репутацию. Драко около полутора лет был для Кайла скелетом в шкафу, этаким пагубным пристрастием, о котором тот не распространялся даже своим приятелям. Сам он приехал из Америки, и, кажется, лишь друзья по ту сторону океана знали, что он с кем-то спит. Тем поразительнее было соприкоснуться с Кайлом здесь, перед лицом закона, когда все его слова и показания непременно уйдут в протокол. Малфой почувствовал изрядное беспокойство. Кем представился Кайл аврорам, чтобы его впустили? Мог ли он иметь какое-то отношение к Ожившей карте? Это звучало как бессмыслица, но Драко уже ни в чем не был уверен. — К Драко Малфою посетитель. Назвался возлюбленным, — Джинни Уизли не стала скрывать усмешку. — Очень трогательный молодой человек. Кайл Маклин, двадцать семь лет, выпускник Илверморни, ныне сотрудник Гринготса, личное дело в порядке, к суду не привлекался, в том числе и на родине. Запрещенных предметов с собой нет, к расследуемому делу непричастен, — монотонно отрапортовав, она добавила уже более живо, обращаясь непосредственно к Кайлу: — Непричастен на первый взгляд, учтите, мистер Маклин. В ближайшее время никаких вылазок из графства. Драко мысленно чертыхнулся. «Возлюбленный», прекрасно. Только этого не хватало. Он покосился на Поттера. Тот стоял к вошедшим вполоборота, держа в опущенной правой руке волшебную палочку. Мантия его была в совершенном порядке, никаких следов недавнего бесчинства не осталось, разве что волосы, его извечная проблема, лежали совсем не так, как час назад. Поттер производил солидное впечатление, опасный аврор в камере опасного преступника, все правильно и логично, вот только его черты как-то неуловимо изменились. В них закралось нечто угрожающее, и Драко порядком растерялся, заподозрив, чем вызвано это преображение. — Джинни, с каких пор мы пускаем сюда возлюбленных? — отмерев, напустился на нее Гарри, и Малфой моргнул в удивлении — так резко Поттер с ней еще не разговаривал, во всяком случае, прилюдно. — Члены семьи, за редким исключением! — Но, Гарри... — смешавшись, пролепетала Джинни. Кажется, она опешила не меньше Драко, но живо взяла себя в руки и продолжила уже более уверенно. — Посетитель согласился выпить Веритасерум, а члены семьи к заключенному так и не явились, вот я и решила… — Да, хорошо, — прервал ее Поттер. — Господа, десять минут на встречу, не больше. Время пошло, — он одарил их тяжелым взором и стремительно скрылся за дверью. Все произошло слишком быстро. Джиневра окинула Малфоя не менее мрачным взглядом и, сказав напоследок «вы все поняли, мистер Маклин?», устремилась за Поттером, взмахнув на ходу волшебной палочкой, чтобы привести в действие запирающие чары. — Гарри, это было по регламенту, не будешь же ты отрицать, что… — послышался ее возмущенный голос перед тем, как дверь закрылась. Малфой в унынии посмотрел на наручники, которые красовались на его запястьях. Спасибо Поттеру, в этот раз он не стал сковывать его руки за спиной, то ли смилостивившись, то ли не придав в спешке этому значения. Драко понадеялся, что перед допросом никто не соизволит перестегнуть их, руководствуясь какими-нибудь идиотскими правилами безопасности. Он и так чувствовал себя беспомощным. Драко неловко потер виски и устало обратился к посетителю: — Зачем ты здесь? Теперь все знают, с кем ты спишь. Сдурел? Кайл слабо улыбнулся и, преодолев расстояние между ними, примирительно положил ладони Драко на плечи. — Когда мы поссорились, я понял, что, в сущности, все это так глупо, — сбивчиво заговорил Кайл. — А потом не мог с тобой связаться, это был ужас, ведь я… я решил, хватит молчать, я всем скажу, что мы друг для друга значим. Только бы отыскать, — он слегка покраснел. — Мне повезло, что меня отправили за отчетом в Министерство, там я случайно услышал, что тебя арестовали, и… понимаешь, я… — Стоп, стоп, — оборвал его Малфой, поморщившись. — Ужас? О чем ты? Прошли всего сутки. Тебе не стоило сюда являться, — он повел плечами, намекая, что Кайлу следует придержать руки, но реакции не последовало, и он без колебаний самостоятельно высвободился из объятий. Кайл поднял непонимающий взгляд на Драко: — Не стоило? Почему? Тебя обвиняют в ужасных вещах! — он вновь попытался прикоснуться к Малфою, но тот демонстративно отстранился. — Нет, Драко, я уверен, ты не способен… Что бы тебе ни приписывали, я точно знаю, какой ты на самом деле. А эта Карта… Мы что-нибудь придумаем. Я поручусь за тебя, хочешь? Мерлин, да это же моя вина… Какого черта я тогда набросился на тебя с обвинениями? Драко даже не нашелся, что сказать. Ирония заключалась в том, что уверовавший в его невиновность Кайл, что бы он там себе ни воображал, на самом деле очень мало знал о настоящем Драко Малфое, несмотря на время, которое они провели вместе. Чего, увы, нельзя сказать о, мать его, Поттере, который, мало того, что неплохо изучил его в Хогвартсе, но еще и проник в его сознание, обозвав впоследствии дерьмом и заявив, что не готов утверждать наверняка, причастен ли Драко к резне в Глазго. Если это объективная оценка его личности, то картина вырисовывалась безрадостная. Все это, право, звучало дико, ну просто обхохочешься, но Драко гораздо больше волновал грядущий допрос, и он не был расположен концентрироваться на душевных терзаниях еще и Кайла. Следовало поскорее от него избавиться, чтобы тщательно обдумать беседу с Чжаном. — Кайл, перестань. Мы разошлись, и это верное решение, — Малфой категорично выставил вперед скованные руки. — Я невиновен, конечно, но тебя это не касается. Давай же, уходи. — Драко, но как же, — Кайл облокотился о выкрашенный голубой эмульсией стол и хорошо знакомым Драко нервным движением начал сколупывать с него краску. — Я погорячился, сознаюсь, я был не прав, но… — Ты прав, Кайл, — оборвал его Малфой, рассудив, что признание — лучший способ от него избавиться. — Я был с другим, и мне это понравилось. Это достаточно цинично для того, чтобы ты перестал со мной возиться. Пожалуйста, уходи. Кайл ошарашенно уставился на Драко: — С другим? Понравилось? — он на минуту замер, обдумывая услышанное, и вдруг, скривившись, со всей силы ударил кулаком по столу. — Я так и знал, гребаный ты пидор! — его лицо пошло красными пятнами. — Но… блядь, Малфой, почему Деннис Криви? Ты не мог быть разборчивее? — Да с чего ты взял, что это Криви, идиот? — раздраженно передернул плечами Малфой. — Что за бредовая теория? — А кто тогда? Кто, Драко? — вторил ему Кайл, сотрясая кулаком в воздухе. — Или лучше спросить, кто еще? Я видел, как он терся у твоего поместья! Стоило мне оказаться рядом… Хотел зайти, подумать только, сделать сюрпри-и-из, — последнее слово он протянул на издевательски высокой ноте. — И вдруг Деннис идет вдоль ограды, довольный, будто весь день трахался! Что скажешь, Драко? Маменька его твоя захомутала? Чушь! Малфой нахмурился: — Он отирался у мэнора? Деннис Криви? Ты уверен? — Абсолютно, — презрительно фыркнул Кайл. — Когда это было? Уперев руки в бока, Кайл стоял, демонстративно смотря мимо Драко и, видимо, все же надеялся получить от неверного партнера извинения, но неожиданно сухой, прокурорский тон Малфоя вывел его из себя не меньше самого признания и, от души пнув ножку стола, он сердито прошипел: — Драко, ты издеваешься? Да я… — Когда это было, Кайл? — Малфой весь напрягся. Будь он проклят, но это точно что-то значило. Криви — стажер Отдела тайн. Он вечно крутился рядом, когда Малфой бывал в Министерстве Магии. Криви его определенно не любит, и причина вряд ли только в их прошлом. Тот же Рон Уизли сносно отнесся к присутствию Малфоя в доме лучшего друга, а уж у него поводов возражать несоизмеримо больше, а выдержки, в отличие от той же Гермионы Грейнджер, меньше в разы. Криви чокнутый фанат Поттера, вспомнить только его прическу и круглые очки. Он же секретарь мистера Чжана. Криви усмехнулся Драко напоследок во время их последней встречи. Хотя, казалось бы, у него не было для этого ни малейшего повода. Но каким, каким образом Деннис Криви попал в его поместье? Разве это возможно? — В понедельник, вроде бы, — Кайл нетерпеливо провел рукой по своим коротко остриженным каштановым волосам. — Драко, тебе не кажется, что… — Что именно ты видел? — Он вышел из поместья! Этого достаточно! — Кайл вновь повысил голос. — Только что ты признал, что ебешься на стороне! Драко, ну почему ты такая скотина? — он схватил Малфоя за локоть и встряхнул, то ли призывая к ответу, то ли все еще надеясь разбудить в нем голос совести. — Кайл, да отвали ты! — возмутился Малфой. Он высвободился и, сделав шаг назад, поднял скованные руки к груди. — Что именно делал Криви, когда ты застал его у дома? — Да не знаю я. Какого хрена ты к этому привязался? — набычился Кайл. — Если не он, то кто? С кем ты спал? Малфой стиснул зубы. Он почувствовал, что бьется в заколоченную дверь, и прикинул, не поразить ли Кайла в самое сердце, признавшись, с чьим именем связан его грешок. Но в нынешних обстоятельствах это было неразумно, да и продолжать слушать упреки Кайла он не желал. Поэтому, не дав вспыльчивости одержать над собой верх, Малфой предпринял еще одну настойчивую попытку: — Подумай еще раз, что делал Деннис Криви, когда ты заметил его у ограды. Кайл не оценил его выдержку. Сердито мотнув головой, он шумно выдохнул и, развернувшись, направился к двери. — Охренеть можно, Малфой! Я тебя напрямую спрашиваю, с кем ты, сукин сын, спал, но ты все равно пытаешься уйти от темы? Даже в кутузке у тебя не проснулась совесть, — Кайл забарабанил по двери. — Эй, откройте! Посетитель желает выйти! — Обернувшись, он с уничижением посмотрел на Драко: — К черту все это. — Погоди! — Малфой протянул к нему скованные наручниками руки. — Сначала ответь… Но разговор был обречен. Дверь распахнулась очень быстро, и в помещение вошла темнокожая девушка в форме аврора. Ну, да, именно та хладнокровная сучка, до которой Малфой часами не мог докричаться. На зов посетителя-то она живо откликнулась. Без лишних слов Кайл скрылся в проеме, не одарив арестанта напоследок и взглядом. Драко, в сущности, было все равно, как они расстанутся, но он был встревожен услышанным, и судорожно обдумывал эту новую деталь, которая, возможно, могла пролить свет на происходящее. Ожившая карта плюс Деннис Криви — звучало как полный вздор, но Драко был бы дураком, исключив, что произошедшее — звенья одной цепи. — Подождите, мисс! — обратился он к девушке. — Мне нужен Поттер! Мисс, Гарри Поттер. Это важно. Скажите ему, что у моего дома видели невыразимца Денниса Криви. Вы знаете Денниса? — Мистер Малфой, у вас будет возможность упомянуть об этом на допросе, — явно смутившись, сказала девушка и подняла волшебную палочку, чтобы запечатать дверь. — Мисс! Конечно, мисс, — поспешно кивнул Малфой, — Но это важно. Передайте. Прошу, передайте. Деннис Криви. У моего дома. Поймите, это улика, — он подчеркнуто горестно вздохнул, надеясь на ее сочувствие. Девчонка была совсем юная, и Драко предположил, что ей пока не доводилось сталкиваться на работе с серьезными мудаками, а значит ее характер не закалился, есть шанс надавить на жалость. — Клянусь, Гарри Поттер оценит вашу инициативу. Девушка потупилась, не зная, как ей поступить. Такое выразительное лицо... Где-то он ее видел. Драко предположил, что в Аврорате. И тут же спохватился, что ей, как новичку, возможно, еще не выдался шанс пообщаться с Поттером. Он замахнулся слишком высоко, чем смутил ее. — Мисс, а Джиневра Уизли? Обратитесь к ней или… или к Терри Буту, — других имен Малфой не знал, и мысленно взмолился, чтобы девушка хоть с кем-то из них была знакома лично. — Мисс, будьте благоразумны. Передайте мои слова аврорам Поттера. Помедлив, девушка ему кивнула. Драко понадеялся, что она серьезно отнеслась к его словам. Но как только он умолк, она с видимым облегчением ретировалась в коридор. Драко остался совсем один в этом светлом, неуютном изоляторе, в этот раз даже и не запертый в отдельной камере, но стоящий рядом с ней, распахнутой настежь. Наручники причиняли дискомфорт, кожу на запястьях покалывало из-за антиаппарационной магии, а от стен шел странный холод. Малфой поежился. Он предположил, что это какие-то охранные чары, и они были отвратительны, потому что, подобно дементору, высасывали положительные эмоции. Драко меланхолично отметил, что это достаточно эффективно, держать подозреваемых здесь перед допросом. В какой-то момент, когда он обнимал Поттера, Драко твердо для себя решил, что ни один эксцесс его не сломит, его оправдают, и он в ближайшие дни вернется к своему ненаглядному Маховику времени, а Министерство падет у его ног, желая принести извинения за клевету. Но теперь, когда от близости с Поттером осталось лишь послевкусие, и Драко остался один на один со своими мыслями, ему уже не казалось, что он держит ситуацию под контролем. Малфой попытался взглянуть на ситуацию со стороны Поттера. Тот хотел унять шумного подозреваемого, задал волнующие его вопросы, но вместо ответов получил просьбу замолвить за Драко слово в Визенгамоте и секс в качестве аперитива. Наверное, он считает Малфоя беспринципным подонком. Ну а то, что он тоже повел себя не лучшим образом, в общем-то, роли не играет. Будучи среди сильных, он мог позволить себе идти против правил. Вот только что им руководило? Слабость, которую он питал к своему заключенному или же банальная злость? Драко было чертовски любопытно. Он вздрогнул от неожиданности, когда дверь с уже привычным скрежещущим звуком медленно сдвинулась с места. Драко уперся в нее напряженным взглядом. Он ожидал визита Чжана, но все же не оставлял крошечной надежды, что к нему спешит Поттер. Реальность оказалась гораздо менее приятной. — Как поживаешь, Малфой? — не предвещающим ничего хорошего тоном приветствовал его Деннис Криви. — Мистер Чжан приболел, — его губы сжались в тонкую линию. — Так что я за него. Поговорим откровенно? Во время нашей последней встречи ты меня сильно разозлил, — он указал на него волшебной палочкой. — Гребаный убийца… Круцио!