Ожившая карта

Деннис планировал удар заранее. Он бил уверенно, твердой рукой, вложив в заклинание столько усилий, что Драко мгновенно оценил силу его волшебства. Когда луч заклинания пронзил его, он уже точно знал, что почувствует. Ужасная, обжигающая боль сбила с ног, заставила корчиться от невыносимых мук, открыв рот в беззвучном крике, и повалила на пол, где совсем недавно он испытывал столько ярких, замечательных эмоций. — Что ты… творишь? — прохрипел Малфой, когда заклинание ослабло. Он попытался приподняться и восстановить дыхание, но тело слушалось с трудом. — Ну что, выблядок, поиграем? — Криви потянулся свободной рукой в карман мантии и вытащил оттуда маггловский теннисный мячик. Насладившись замешательством Драко, он едко добавил: — Шучу. Это портал, через десять минут перенесет нас в Глазго. Готовься к встрече с близкими. Не имея возможности оказать достойное сопротивление, Драко почувствовал себя жалким, как насекомое, и бездумно, дико возненавидел в этот миг и Криви, и собственное невезение, и всю судебную систему магической Британии. Но сознание все же выловило из потока слов Денниса одно, ключевое. Глазго. И это было самое страшное. — Поздравляю, Малфой, ты сбежишь из Аврората. У тебя верный подельник, — Драко непонимающе склонил голову, и Криви, довольный, что сумел дважды его озадачить, пояснил с кривой усмешкой: — Не я, разумеется. Твоя мать. Наложила на меня Империус, чтобы я помог ее сынку сбежать, — он занес руку для заклинания. — Хорошая сказка? Пару дней назад Нарцисса Малфой отправилась на континент, и больше ее не видели. Крайне подозрительно, когда ее сын задержан. Мадам тоже виновна? Круцио! — Чтоб ты сдох, — Драко пронзил еще один остервенелый приступ боли, и, прежде чем лишиться всякой координации, он в бессилии ударил ладонью о пол. — Что ты… несешь… аааа, черт… про мою мать! — Это ты, Малфой, скорее сдохнешь, — Деннис старался вести себя уверенно, но на последнем слоге его голос предательски дрогнул. В тот же миг пыточное заклинание ослабло, и он досадливо ругнулся сквозь зубы, удерживая арестанта под прицелом. — Думаешь, миссис Малфой с Альбером в Люксембурге? Но ее там не нашли. Какова мишень для подозрений, а? — Люксембург? — с недоумением повторил Драко. — Альбер?! Какого хрена, Криви? Откуда ты знаешь моих родственников? — Угомонись, Малфой, — скривился Деннис, с неприязнью оглядывая его сверху вниз. — Поболтаешь с ними при встрече. Обессиленный ужасающей ломотой, Драко боролся с ускользающим от боли сознанием лишь благодаря ядовитому желанию — отомстить, избить, да что уж, вспороть его к чертовой матери, как скотину... Однако и Криви приходилось нелегко. Подняв волшебную палочку в третий раз, он устало поморщился — запрещенная магия отнимала много сил. При этом Деннис не походил на отъявленного садиста, задумавшего пытку ради удовольствия. И то, как у него дрожала нижняя губа, а лицо выражало отталкивающую смесь решительности, ненависти и ужаса, свидетельствовало об одном: им движет желание мести, искусно подогретое кем-то очень расчетливым. — Так за этим стоит Альбер? — Малфой с усилием перевернулся на спину, чтобы восстановить дыхание. Легкие будто скрутило в тугой узел. — Как ты на него вышел? Да что... что у вас может быть с ним общего? Наверное, это была защитная реакция, но он действительно не мог принять факт, что дядюшка, зануда, сноб и чудак, мог его подставить столь кошмарным образом. Да и возможно ли его заподозрить? Это удел мошенника, а не ученого. К счастью, Деннис не спешил продолжать экзекуцию. Он с нетерпением разглядывал зажатый в левой руке желтый теннисный мяч. Драко взмолился, чтобы портал каким-то чудом не заработал. Если девчонка-курсант отправилась с донесением к аврорам, они должны среагировать немедленно. Им наверняка известно, что процедуру перевели на Криви. Мальчишка находился в очень, очень шатком положении, даже если не осознавал этого. — Мистер Чжан познакомился с Альбером во время испытаний, — удивительно, но Деннис ответил. — Заклинания подрыва горных пород. Мистер Чжан упомянул, что у него есть стажер, который умеет составлять заклинания. Альбер заинтересовался и предложил мне поучаствовать в проекте. Новость, что сукин сын талантлив в том, чем всегда хотел заниматься Драко, отозвалась ноющей болью в сердце. А еще Драко с гневом вспомнил, как Альбер проводил на территории мэнора опыты с подрывной магией, чем доводил их с матерью до отчаяния. Дернувшись, он попытался приподняться, но Деннис отрывисто предупредил его: — Не смей. — Круцио? Снова? Да у тебя сил не хватит, Криви. Я же вижу, что ты выдохся, — откликнулся Малфой презрительно. Деннис не оставил этот комментарий безнаказанным. Подскочив к нему в мгновение ока, он схватил его побелевшими пальцами за шею: — Вот за это я тебя и ненавижу, гнида! Ты всегда обращался с людьми так, будто они грязь из-под твоих аристократических ногтей! Он отвел кулак в сторону и с размаху обрушил его на Драко, затем еще раз и еще. — Какого черта ты такая мразь? — прошипел он ему в лицо. — Сначала я охренеть как не хотел идти к Альберу. Подумать только, родственник Малфоев! Но он оказался совсем другим. Он... рассказал, каким засранцем ты бываешь. Как ведешь себя с ним, родственником, гостем... хотя, казалось бы, — Криви схватил его за волосы и, потянув, безжалостно ударил головой о пол, — надо… уважать… старших. — Что он тебе наплел? — придушенно прошептал Драко. Его голова раскалывалась, а кровь залила лицо. Удары Криви оказались неожиданно сильными. — Причем тут Чжан? Это вы… написали донос? — Чжан беспечный мужик, — Деннис с беспокойством посмотрел на портал. Несмотря на браваду, он нервничал. — Он ничего не знает о нашем… предприятии. Донос написал я, мог бы уже догадаться. — Зачем? — Драко с трудом продолжал диалог, но, заметив, что портал начал светиться, понял, что у него есть лишь крошечная возможность отвлечь Денниса, и для этого надо говорить. Не исключено, кто-то все же придет… Может быть, его слова дойдут до Гарри. — Малфой, ты думаешь, я выложу тебе все прямо здесь? — поднимаясь на ноги, недовольно пропыхтел Криви и вновь направил на него палочку. «Великий Мерлин, только не Круцио», — чувствуя себя совершенно сломленным, подумал Драко. Но, вероятно, Деннису действительно не хватало мощи для очередного Непростительного, и поэтому, дабы замять унизительный для себя факт, он заговорил с преувеличенным апломбом: — В Глазго будет достаточно времени для разговоров. Альбер сохранил у себя Карту северной части города. На те улицы никто не сунется, артефакт убьет любого незваного гостя, и авроры это знают. — А что потом? Тебя посадят, Криви, — бесцветно произнес Малфой. Он смотрел на юное лицо своего мучителя, на его круглые очки, на веснушки на носу, на отросшие, выкрашенные в темный цвет волосы, и испытывал тошноту. Нет, в нем не было ни капли от Гарри Поттера, он выглядел даже и не как дурная копия, но сущее издевательство, и если бы Драко мог, он бы отделал идиота лишь за это. Криви с сомнением цокнул языком: — Мы прикончим вас, Малфой. Обставим все так, будто вы в бегах. Авроры хоть весь земной шар прочешут, но вас не найдут. — Зачем? — все также без всякого выражения спросил Драко. — Ты бывший Пожиратель. Это справедливо, — глядя на него как на дурака, объяснил Криви. — Ну а Альбер получит причитающиеся ему владения. — Причитающиеся ему владения?! Он задумал это для того, чтобы забрать мэнор? Мерлин, он решил убить меня и мать, чтобы присвоить имущество? — Драко сомкнул веки, чтобы хоть на минуту отстраниться от гнусности, что разворачивалась перед его взором. — Чокнутый аферист… — Ты сам во всем виноват! — взвился Криви, защищая наставника. — Мы были уверены, после резни в Шотландии тебя на всю жизнь упрячут за решетку, — Деннис попытался пнуть его ногой, но оступился и едва не потерял равновесие. — Но, подумать только, ты раздобыл где-то Карту Эдинбурга и притащил ее в Министерство прямо перед арестом. Начались слежка, допросы… Гарри использовал легилименцию! Ты почти ушел от наказания, — Криви предпринял еще одну попытку пнуть его, и в этот раз не промахнулся. Охнув от неожиданности, Малфой схватился за живот и сжал зубы, чтобы Криви не услышал от него больше ни одного скулящего звука. — Нам повезло, что авроры провели с Картой поисковый ритуал. Но когда тебя задержали, стало ясно, что от тебя следует избавиться. Следствие заработало по полной, они выясняли, почему в твоих воспоминаниях столько пробелов. И Гарри, со временем Гарри наверняка бы понял… Но он не оценит, не примет, что я... — Криви нервно передернул плечами, избавляясь от наваждения. — А какой у нас выход? Барьеры! Иначе они скажут, на Альбере лежит часть вины! — О чем ты, черт возьми? — непонимающе воскликнул Драко. — Какие барьеры? Он никак не мог связать воедино убийства и план Альбера, а также страх Криви перед тем, что Драко подвергнут легилименции. Альбер не стал бы убивать стольких людей ради мэнора, здесь определенно отсутствует какое-то звено. Поттер то и дело повторял, что воспоминания Драко подозрительно чисты, словно их выхолостили. Неужели Альбер действительно исказил ему память? Это казалось невозможным. Драко всегда был очень осторожен. Но Альбер даровитый волшебник, пожалуй, ему по плечу обставить двоюродного племянника. «Я что-то знал о его делишках? Но в таком случае…» — Драко догадался, что Деннис и Альбер не представляют, сколь много Гарри вытянул из него легилименцией. Поттер не стал бы рассказывать Криви о произошедшем в кабинете, а значит, мстительный сукин сын недооценивает объем воспоминаний, что подконтрольны Аврорату. И пусть Альбер искусно вымарал опасные эпизоды, со временем Гарри непременно сломит его волшебство и узнает, кто настоящий преступник. Портал в руке Криви сиял очень ярко. Это значило, с минуты на минуту они покинут Министерство. Не представляя, чем бы еще его отвлечь, Малфой окинул взглядом помещение. Но все было тщетно, Деннис, конечно, заметил преображение портала и, приосанившись, с нехорошей усмешкой посмотрел на заключенного. — Скользкий ублюдок, — произнес Деннис, — ненавижу тебя со школы. Я никогда не пойму, почему волшебники, которые боролись в той ужасной войне, решили дать тебе шанс. Даже Гарри… Блядь, даже Гарри стоял на этом! Как он мог, не понимаю… — глаза Денниса заволокла странная пелена, подозрительно похожая на слезы. — Ты же чудовище, Малфой. — Мерлинова борода, ты бредишь, Криви? — Малфой ненавидел, когда его попрекали событиями десятилетней давности, это была его больная мозоль, и он не собирался давать Криви на ней топтаться, проще вытерпеть новые побои. — Визенгамот принял взвешенное решение, равно как и Поттер, и я им за это благодарен. — Взвешенное решение? — с ожесточением повторил Деннис. В его глазах полыхнуло бешенство, и было что-то очень жуткое в том, как быстро менялись его эмоции. — К дьяволу такое благородство! Я никогда не приму выбор Гарри. Это мог быть кто угодно… кто угодно, Малфой, но не ты. Не ты! Сначала Драко не уловил смысл сказанного и насторожился, ожидая, что Криви подкрепит свою отповедь рукоприкладством, но в следующий миг оторопело замер, приоткрыв губы в беззвучном «о!». Сделав усилие, он приподнялся на локте и глухо переспросил: — Что? О чем ты? — Ты ведь знал, да? Знал и использовал свое влияние, гаденыш. Прошли годы, но, вновь попавшись, — Деннис нервно затряс палочкой на манер указки, и из нее посыпались искры, — ты исполнил старый трюк? Что ты наговорил ему? Ты спал с ним?! Слова Денниса медленно доходили до Драко, словно тот вещал из-за каменной стены, и приходилось напрягаться, чтобы поймать каждый слог. Криви утверждал, что Гарри… питает к нему, Драко, чувства? Верно он понял сказанное? И сколько в этом правды, если малец определенно слетал с катушек? — Ты спятил, — уйдя от прямого ответа, надменно сказал Драко. — Слышал бы ты себя со стороны. В его устах замешательство прозвучало наглостью, которую, в свою очередь, Деннис расценил как издевку, и это ему совершенно не понравилось. — Я? Спятил? — насупился он, мгновенно превращаясь из агрессора в уязвленного. — Слышал бы ты его со стороны. Вот кто спятил! — Криви провел пятерней по лбу, вытирая испарину. — Как тебе такое, а, Малфой? Гарри с Джинни вусмерть пьяны, она виснет у него на шее, но ему плевать, потому что он спит с парнями. Он говорит об этом так уверенно! Но хуже всего в этом омерзи… — Да что ты несешь, Криви? — оборвал его Драко, чувствуя, что теряет нить событий. Деннис замолчал, не зная, как расценивать этот неожиданный бунт, и Малфой спешно опустил голову, чтобы не получить за свой длинный язык еще один удар. Криви следил за Поттером? Любопытно, Гарри в курсе, что Деннис сует нос в его личную жизнь столь бесцеремонным образом? Вот уж вряд ли. Криви выглядел недовольным. Разговор шел не так, как ему хотелось. Его ступор позволил Драко тянуть время, и он возблагодарил Мерлина за то, что мальчишкой легко манипулировать. Из хаотично пересказанной истории выходило, что ни алкоголь, ни близость спальни не помогли сексапильной (чего уж таить?) Уизлетте соблазнить Поттера. Драко даже немного смягчился по отношению к девице, которой абсолютно не везло с ее любовным предприятием. Но неудача Уизли мало вязалась с фактом, что Криви ополчился на Драко. Рискуя, Малфой воззрился на Криви с насмешливым недоверием, надеясь спровоцировать его на откровенность. — Воспоминание Гарри по ошибке попало в Омут главного аврора. Такое случается, — большей изобретательности от Драко и не требовалось, Деннис клюнул на его уловку. — Он месяца три грозил Гарри, что если тот будет с ним спорить или провалит хоть одно задание, его секрет попадет в Пророк. Это несправедливо! Я хотел помочь Гарри. Пробрался в архив, чтобы украсть воспоминание, — Деннис скривил губы, и Драко понял, что причина его обиды заключена в этой части истории. — Но мне не стоило его смотреть. — Тебя не просили лезть в чужое дело, — закатил глаза Малфой. — Поттер трахает парней? Ты доволен, Криви? — подозревая, что за этим последует буря, Драко все же бросился в словесную атаку. — У тебя на лбу написано, что ты его хочешь. Или ты еще не определился? — он желчно усмехнулся. — Если ты не в ладах с ориентацией, то причем тут я? — Да пошел ты! — шикнул на него Деннис. — Ты... убийца! Ты не понимаешь... — он захлебнулся возмущением. — Ты бы видел, как она на него смотрела! Джинни, хитрая сучка. А Гарри все повторял как заведенный... «черт бы побрал Малфоя». Говорил, она не будет для него заменой. Только не она. Видите ли, по отношению к ней это предательство. Да он и есть предатель! Подумать только, полстраны мечтает увидеть тебя в тюремной камере, а он… он! Герой войны, один из лучших авроров, хочет тебя... тебя! Драко слушал, затаив дыхание. Казалось, в изоляторе вдруг стало невыносимо душно. Он не верил Деннису Криви. Дурак заблуждался. Все эти годы они с Поттером виделись урывками, случайно, и наивно предполагать, что тот вспоминал о Драко хоть немногим чаще. Другое дело сам Драко. Перед его глазами день за днем проходили газеты, журналы, рекламные баннеры, сводки… Куда ни плюнь, везде был Поттер-Поттер-Поттер. Возможно, ему это только казалось, и разгадка заключалась в том, что он невольно обращал внимание на все, что связано с заветным-ненавистным именем. Но у Гарри Поттера такой проблемы явно не было. Имя Драко значилось разве что в судебных документах. — Аврорат всегда присматривал за такими, как ты, — словно прочитав его мысли, сказал Деннис, внимательно следя за его реакцией. — И Гарри с таким рвением в этом участвовал... Держу пари, он видел тебя гораздо чаще, чем ты думаешь. Но ты подозревал, верно? Я все понял у него дома. С каким блядским видом ты меня выпроваживал. Что ты хотел продемонстрировать, Малфой? — Криви нехорошо улыбнулся. — Что закон тебе не указ? Что ты выиграл? Но я уже тогда знал, что тебе конец. — Если Альбер втянул тебя в эту хрень из-за разбитого сердца, то ты феерический мудак, — выпалил Драко с презрением. Если бы у него имелось в запасе больше сил, он попытался бы вырвать у Криви палочку и сделать хоть что-то, способное исправить его положение. Но, увы, тело его не слушалось. Деннис резко отступил от него на шаг. Его взгляд заледенел. Слишком поздно Драко понял, чего стоила ему сиюминутная несдержанность. Глубоко вздохнув, Криви сжал в руке теннисный мячик и произнес уже совсем другим, глубоким голосом: — Нам пора, Малфой. Не думай, что я не слежу за порталом. Драко питал последнюю робкую надежду, что антиаппарационные наручники не позволят ему корректно переместиться. Ощутив знакомый рывок, Малфой зажмурился, уповая на то, чтобы не оказаться в Глазго, но и не быть расщепленным. К сожалению, когда он с опаской распахнул глаза, перед ним уже склонилось скуластое, бледное лицо Альбера. — Мальчики, прибыли, наконец, — он удовлетворенно хлопнул в ладоши. — Деннис, почему так долго? Не успевший подняться на ноги после жесткого из-за министерских барьеров перемещения Криви стыдливо потупился, опустив взгляд на усыпанный деревянной стружкой пол: — Простите, сэр. — Привет, дядя. Это я заговорил твоего друга, — Драко тут же влез в разговор, стараясь если не выглядеть, то хотя бы звучать прилично. — Где мама? Ты понимаешь, что затеял редкостное дерьмо? Альбер кашлянул и степенно поправил полосатый галстук-бабочку. Драко впервые видел его в маггловской одежде, и оттого происходящее казалось фарсом. Альбер взял у Криви палочку, легонько взмахнул, и крепкие веревки обвили Драко. Бросив на него ликующий взгляд, Криви резко поднялся на ноги, и Драко, связанный, лишившись опоры, повалился на устланный стружкой дощатый пол. — Дорогой Драко, — любезно улыбаясь, Альбер задумчиво склонил голову на бок. — Деннис рассказал тебе про наш план? — Где мама? — твердо повторил Драко. По его спине заструился противный холодок. Он боялся услышать, что уже слишком поздно. — Спит, — посерьезнел Альбер. — Не переживай, я не причиню Нарциссе боль. Мне очень жаль, что с ней придется так поступить. — Ты не посмеешь! — воскликнул Драко. У него в запасе еще оставался козырь, и, быть может, это как-то изменит его судьбу, заставит ублюдков задуматься о мнимой безнаказанности… — Гарри Поттер применял ко мне легилименцию, — Драко старался говорить уверенно. — Он выкачал из меня гораздо больше, чем вы думаете. Я что-то знал об Ожившей карте? Я мог вас сдать, верно? С таким объемом информации Поттер до всего докопается, он чертовски хороший легилимент. Воцарилось молчание. Деннис прожигал Драко ненавидящим взглядом, и Малфой задался вопросом — известно ли Криви, каким образом Поттер ворует чужие мысли. Альбер барабанил пальцами по длинной обшарпанной столешнице, стоявшей посреди комнаты. Он не смотрел на племянника, а разглядывал испещренную длинными, глубокими царапинами поверхность. Приглядевшись, Драко понял, что на ней лежит клочок Ожившей карты, тот самый, что Альбер оторвал от Глазго. Он тщательно наблюдал за обстановкой на севере города. Вокруг Карты серебрились всполохи следящих заклинаний. Драко огляделся. Они находились в заброшенном здании, похожем на фабричный цех. У стен стояли маггловские устройства из ржавого металла, наполовину разобранные, и Малфой не имел ни малейшего понятия о том, куда его забросило. Возможно, если бы он уделял маггловедению немного больше времени, он бы знал про север Глазго что-нибудь еще, кроме сухой статистики, утверждающей, что в настоящее время там не проживает ни один волшебник. Кажется, маги предпочитали селиться на юго-западе, но в данной ситуации это было абсолютно неважно, и наводило Драко лишь на одну горестную мысль — у него не было палочки и на нем красовались наручники, которые, как назло, не смогли перебороть мощь портала, но удерживали его от побега. — Альбер, мертвы два десятка магглов. Остановись, — призвал его к благоразумию Драко. — Рано или поздно тебя схватят. Увлеченно разглядывающий Карту Альбер лишь спустя несколько долгих, тягучих минут поднял на племянника тяжелый взгляд серых глаз. — Мемориум! — не трудясь пояснить свои действия, указал он волшебной палочкой на Драко. Альбер спрятал его воспоминания о Карте очень далеко, в самые глубины подсознания. Но ему, творцу, было под силу вернуть память заклинанием. Из палочки не исторгся ни луч, ни искра, и Драко подумал было, что заклинание не подействовало. Однако уже в следующую минуту глаза Драко расширились от ужаса, и он, мертвенно побелев, прижал скованные руки к лицу. Лучше бы они сразу его прикончили. Он бы умер, так ничего и не узнав. — Если Гарри Поттер докопается до истины, у меня будут проблемы. Я показал тебе Карту. Но убийства… нет, — Альбер участливо покачал головой. — Драко, мне очень жаль, но это ты прикончил всех в Глазго.