L'airsailles | Близкие небеса

      Сойдя с тропинки на мягкую траву, Аанг на мгновение останавливается и вдыхает полной грудью. Горный воздух не только необычайно свеж, но и, благо, полон запахов разнообразных зеленых насаждений, коими богато украшен храмовый двор. Если прикрыть глаза, то можно отдаться в недолгий плен заблуждения относительно того, где находишься в настоящий момент. Это позволяет Аангу представить, что его ноги мчат свободной лесною тропою, что кружит меж высоких елей, где каждый поворот обещает порадовать чем-то новым. Правда, не всегда исполняются обещания, но такое маленькое поражение только подогревает любопытство и надежду, что все интересности еще ждут впереди…       Аанг уже предвкушает, что их маленькое путешествие принесет ему много радости и новизны. Когда они ходили с Эолом в город, их путь пролегал через лес, и как же хорошо, что Аватар все равно из дороги мало что запомнил, а что и запомнил, пока сидел под замком и набивал голову полезными знаниями, уже успел забыть. Может, он в своих убеждениях капельку странный, но такая забывчивость и невнимательность его в данной ситуации необычайно радует.       Еще никогда тяжесть дорожного рюкзака не казалась ему такой приятной. Хотя его багаж и тяжелым назвать-то нельзя: предпочитая по жизни быть налегке, Аанг упаковал с собой только бутерброд, яблоко и бутыль с водой. Последний же предмет мальчик взял только потому, что так же сделала Ксия. Да. А еще перед этим она успела посмеяться над его непредусмотрительностью и поклясться, что ни при каких обстоятельствах она не даст ему и глотка сделать из своей фляги. Если честно, однако, Аанг вообще не понимает, зачем брать с собой в путь воду, если они собираются к кристально чистому пресному источнику. Разве нельзя будет там напиться? По расчетам Аанга, выведенным из оценки ландшафтов, что виднеются из окна его кельи, лес не такой уж и большой, а значит, если жажда начнет мучить в дороге, где бы ни находилось лесное озеро, можно будет потерпеть, потому что это в любом случае недалеко.       Палящее полуденное солнце игриво слепит глаза, заставляя Аанга жмуриться и еще шире улыбаться. Дополнительная порция солнечных ванн в привычно дождливую осень — что может быть лучше?       Аанг возвращает себе полноценное виденье после того, как его тело от солнечных лучиков укрывает тень толстого, разросшегося во все стороны дуба, что, кажется, живет во дворе Восточного Воздушного Святилища уже целые века. Бегло окинув взглядом присутствующих, мальчик немного удивляется тому, что проводить его на прогулку вызвалась сама мудрейшая глава Ринпоче. Юный Аватар отмечает почетность сего, но все же не может избавиться от мысли, что это странно. По крайней мере, в его родном Южном Храме так не было заведено. Наверное, Аанг никогда не устанет ставить новые места в сравнение с его прежней обителью. — … Весьма прискорбно, мудрейшая, что вы усомнились в моем профессионализме и умении сохранить дисциплину, — эти слова принадлежат мастеру Ютакке, что стоит прямо напротив Ринпоче с опущенным, словно в искреннем сожалении и раскаянье, взглядом. Но создание видимости не означает правдивость.       Ютакка не косит взора в сторону стоящей рядом с ним хмурой Ксии, но в том, что причиной недовольства является она, Аанг отчего-то не сомневается. Однако ему остаются непонятны претензии мастера воды: он ведь вчера сам рекомендовал Аангу просить, чтобы монахиней, что отправится вместе с ними, была именно Ксия, разве нет? — Ничуть. Я просто подумала, что, раз уж это внеучебное время, несправедливо лишать Аанга общения с однолетками, которым он мог бы вдоволь насладиться, оставшись на большой обеденный перерыв в храме, — Ринпоче говорит спокойно, со свойственной ей величавостью, однако Аангу удается уловить в ее голосе даже нотку нежности и заботы. И это при том, что при разговоре ни один мускул ее лица не дрогнет. — Ну да, ну да. Я так и подумал. Как бы там ни было, эта прогулка организована мной, главным образом, с целью практики моего ученика в водной магии рядом с местом, что может предоставить более широкие возможности, чем фонтан Восточного Храма Воздуха. И я напомню, — мастер Ютакка выдерживает паузу, живо скользя взглядом вверх на мудрейшую монахиню, — что ученик у меня только один — и это Аанг. А значит, и ответственность на меня прошу возлагать только за одного ребенка, в случае чего… Мне же никто не желает доплачивать за второго, — его рот искривляется в подобие недоброй улыбки. — Само собой. Однако я уверена в Ксие настолько, что не поддаю тени сомнения факт того, что она не создаст вам лишних хлопот и проблем. Только лишь приятную компанию… — Аанг, не отрываясь, глядит в лицо говорившей главы храма и почему-то до последнего надеется увидеть на нем хотя бы беглый блеск улыбки. — Да будет так…

****

      Весь последующий путь члены компании держат в молчании и весьма ощутимом напряжении. Его сопровождающие стараются не пересекаться взорами, но если уж и делают это ненароком, то такие молнии метают друг в друга, что вздрагивать приходится юному Аватару. Они идут в этаком шахматном порядке, где Аанг, находящийся в середине, то и дело становится плечом к плечу с учителем или Ксией, в зависимости от того, ускоряет или замедляет он свой шаг. — Ой, смотрите, какие желтые цветочки! — с энтузиазмом восклицает вдруг мальчик, вскидывая руку в правую сторону, чтобы указать на растительность, что дикой клумбой окружила покрытый слоем зеленого мха большой камень. — И? Ты, конечно, глупый ребенок, но радоваться сорнякам, это уж ты меня прости… — Скрестив руки на груди, Ксия тоже останавливается, пренебрежительным взглядом окидывая сначала растение, а потом Аанга. Юный Аватар начинает чувствовать себя пристыженным. — И правда, Аанг, — и учитель вставляет свое словечко, — это ведь простой проломник. Он растет даже около того фонтана, возле которого мы всегда тренируемся. Неужели ты не замечал? — Кажется, мастер воды удивлен. Нет, разумеется, мальчик замечал, просто он таким образом пытается покончить с игрой «в молчанку», желая привлечь внимание спутников к красотам места, в котором они оказались. Что в этом такого? Цветы же попадаются на глаза юному монаху совершенно случайно. — Нам еще долго идти? — Унылость пути, кажется, перечеркивает все ранее мысленно перечисленные Аангом достоинства путешествия. — Не совсем, молодой человек. Еще немного… — отзывается учитель, расплываясь в улыбке. Пытается мальчика подбодрить? Что же, тогда стоит его поблагодарить. — Уточните, пожалуйста, сколько еще таких «немного». Если не ошибаюсь, то эту фразу я уже слышу пятый раз. — Недовольный голос идущей позади Ксии заставляет мальчика тот же час обернуться, а учителя, что назло той, что ли, упрямо продолжает изучать дорогу впереди, попросту оскалиться. — Простите, юная леди, что вынуждаю вас слушать свои однообразные речи. Как видите, у меня нет приборов, что точно измеряют время и остаток непройденной дистанции. — А такие уже изобрели? — не выдержав натиска своего любопытства, выпаливает Аанг. — Нет, болван! — От резкого ответа девочки голова мальчика невольно вжимается в плечи. Ну сколько еще раз она опустит его дух и личность? Ведь еще вчера ему казалось, что они стали ближе и даже поладили. Почему же с утра Ксия снова ведет себя так, будто не было тех слез, душещипательных откровений и дружеских объятий под звездным дождем… Да, в определенный момент вечера холодный ветер напомнил об особенностях времени года, и Аанг совершенно случайно заметил, как Ксия обняла себя руками, начав поглаживать. «Ради этого она даже отложила свою трубу, а это уже о чем-то говорит!» — подумал тогда мальчик, считав ее жесты как последствия ощущения мерзлоты. Юный Аватар, в совершенстве овладевший техникой согревания своего тела собственным дыханием, решает таким незамысловатым способом, как объятия, помочь и Ксие согреться, не имея других альтернатив. Подумать только: они обнимались целых пять секунд! Потом она, увы, отвесила ему звонкую пощечину, на что мальчик, конечно же, тогда сразу обиделся. Он ведь как лучше хотел!       Но, как бы там ни было, все равно в памяти Аанг сохранил эти несколько приятных секунд, стараясь задвинуть подальше воспоминание о последствиях. Зачем омрачать такой момент? — … Не кажется ли вам, мисс, что вы слишком многое себе позволяете? К вашему сведенью, стремясь оскорбить моего ученика в моем присутствии, вы оскорбляете и меня. Я был лучшего мнения о «достойнейшей из воспитанниц» храма… — Спасибо, — слова благодарности мастеру Ютакке непроизвольно слетают с уст мальчика прежде, чем он успевает поймать на себе взгляд черных очей Ксии. О духи, лучше бы он молчал, ибо в таком случае не пришлось бы ощущать ту связывающую тело тягостную дрожь. — Всегда пожалуйста, мой ученик. Я почитаю традиции места, в котором нахожусь. А одними из главных правил воздушных монахов есть справедливость в суждениях и уважение прав каждого человека, так? — Да… — теперь уже голос Аанга звучит уж совсем тихо и несмело. Вопреки всему, он пытается преодолеть себя и достигнуть гармонии в коллективе: — Ой, да ладно вам… Может, сыграем в какую-нибудь игру? — решив не сдаваться после прошлой неудачи, снова начинает Аанг. Монах натягивает на лицо улыбку, что вместо солнца, чьи лучи с трудом пробираются сквозь ветви, призвана освещать жизнерадостностью путь. Она у мальчика совсем неглупая, как привыкла о том говорить Ксия, он это точно знает. — Еще одна «гениальная» идея авторства его аватаршества… — …Так кто же вам мешает поделиться с нами своими предложениями. Или вы, мисс, только критиковать горазды?..       Дети почти одновременно сжимают кулаки после услышанного. Вот только по разным причинам. В тот момент Аанга впервые охватывает столь сильная тоска по своей прошлой дорожной компании. Генгис и Эол хоть и тоже были любителями словесных баталий, однако, кажется, никогда при том не испытывали столь честной и искренней неприязни по отношению друг к другу. Да и больше всего мальчика радовало то, что, невзирая на все, кочевники-торговцы относились одинаково дружелюбно к нему, Аангу, прислушивались к его просьбам…       Он не чувствует от мастера Ютакки враждебности в свою сторону, однако и искреннего соратничества между ними тоже нет. Может, это снова глаголят в нем ничем не обоснованные и глубоко скрытые подозрения, но даже в его словесной защите доброго имени юного Аватара Аанг улавливает фальшь. — Я вот, например, не против немного поиграть! — Правда? — словно не веря своим ушам, переспрашивает мастера магии воды Аанг. — Ну да. Почему нет? — Тогда давайте в слова! Я начну, если никто не против, — молвит Аанг, оглядываясь по сторонам с целью узреть реакцию собеседников. Мастер Ютакка согласно кивает, а Ксия неоднозначно фыркает. Можно ли юному Аватару засчитывать это как согласие? — Паукоед*! — Движение, — подхватывает уроженец Племени Воды, заставляя Аанга расплыться в улыбке, которая тут же невольно исчезает, когда он переводит взгляд на телохранителя. Так она играет, или снова его черед? — Ересь. — Порой, и одно слово, даже если оно брошено не самым дружелюбным тоном, способно подарить радость. По крайней мере, у мальчика так бывает. — Сладости! — Игра… — произносит Ютакка, одаривая ученика многозначительным долгим взглядом. Вскидывая бровь, Аанг молча задается вопросом: хочет ли мастер таким образом ему что-то сказать? Мальчик начинает вникать в смысл всего сказанного и происходящего с куда большей внимательностью. — Ассонанс. — Сироп! — Прятки… — после последнего ответа учителя на мальчика словно снисходит озарение: «Ну, конечно, мастер предлагает сыграть в куда более подвижную игру. И прятки — это прекрасный вариант!» — И… — И я хочу играть в прятки! — не сдерживается Аанг, взрываясь стихийным ликованием, оборвав начавшую говорить Ксию на первой же букве. Мальчик этого, однако, не замечает: настолько его захватывает идея с прятками в этом лесу. Монаху даже сложно представить, сколько разного вида укромных местечек здесь можно отыскать. — И… Исключено! — на его реплику тут же реагирует Ксия. Девочка останавливает поступь, упирает руки в бока, тая во взгляде что-то еще, кроме предостережения, несогласия и невысказанных словами претензий. — А давайте сыграем! Не помешает перед тренировкой немного размяться! — говорит мастер и расплывается в довольной, как никогда, улыбке. Аангу же греет душу гордость от того, что, кажется, он начинает постигать мастерство чтения между строк. — Мастер Ютакка, — снова заговаривает Ксия, — ладно он, а вы что, не понимаете, что это может быть опасно? Не знаю, как вы, но ни я, ни мальчишка не знаем леса в совершенстве. Слишком большой риск потерять друг друга! — Тогда предлагаю такое решение: на розыск тратим не больше получаса, а в случае неудачи в течение заданного времени тот, кто ищет, может выйти из игры и вернуться в храм. Приблизительный путь к нему из любой части леса вычислить несложно: достаточно забраться на самую высокую ветку любого из деревьев. Храм видно отовсюду. А вам же, мисс, как покорительнице ветров, это не составит труда? — Кстати… Ты водишь, Ксия! — выкрикивает Аанг, и, не сговариваясь с учителем, они почти одновременно бросаются прочь от пребывающей в недолгом замешательстве девочки. Причем в разные стороны: Аанг, ловким движением соорудив воздушный самокат, ныряет меж двух стоящих справа их тропинки деревьев, проворно исчезая из поля видения; в то время его учитель, соорудив водный мост из жидкости, что досель находилась в его фляге, словно серфер на волне, с легкостью перелетает через густые заросли шиповника, что растут по левую часть дороги. — Аанг, стой! Мы должны быть!.. Всегда вместе… — Мгновение ока — и Ксия остается стоять одна.       Когда девочка спохватывается и бросается вдогонку юному магу, оказывается слишком поздно. Нет смысла в скорости, когда без вести пропадает ориентир.

****

      Аанг мчит лесным царством, пребывая вне себя от радости и неверия, что все это наяву. Его лицо действительно обдувает ветер, скоростью закруженный замысловатыми петлями вокруг и между деревянных стволов, а в крови бушует адреналин. Впервые за столько времени юный Аватар ощущает себя настолько свободно.       Вспомнив, что играют они ныне в прятки, а не в догонялки, мальчик решает таки остепениться, дабы осмотреть просторы в поисках подходящей свободной норы или дупла. Это дело не столь просто, как кажется, так как не всякое жилище, предназначенное изначально для лесных жителей животного мира, способно приютить человеческого ребенка двенадцати лет. Остановившись на неизвестной опушке, мальчик слезает с воздушной скоростной сферы, принимаясь за изучение доступной серым глазам местности. Хватает нескольких минут, чтобы мальчик на сто процентов удостоверился, что занесло его на приличное от исходной тропинки расстояние. Должно быть, он капельку увлекся, но, с другой стороны, так куда более высока вероятность, что Ксия найдет его уж точно не первым. Он ведь так не любит водить! В поисках нужного места мальчик преодолевает еще несколько метров, заглядывает едва ли не под каждый куст и ущелье. — Ягоды! — Под стволом поваленного непогодой дерева приятным сюрпризом обнаруживаются красные плоды земляники.       Пока Аанг для удобства вкушения находки перегибается через вышеупомянутую древесину, он и сам становится находкой для кого-то. — Вот ты где! — Шелест листвы — и всполошенный мальчик расторопно оборачивается в сторону раздавшегося голоса. — Чудеса цепной реакции… Мастер Ютакка! Как вы меня нашли? — Я часто выбираюсь сюда на прогулки в свободное время, чтобы не сидеть в храме. Это было несложно. Ты ведь слышал мой разговор с Ринпоче накануне ухода? Значит, понимаешь, зачем мы на самом деле здесь. — Для покорения воды из лесного озера? — спрашивает с улыбкой Аанг, пытаясь совершить несколько дел одновременно: начинает двигаться навстречу учителю, тем временем движением рук создавая своеобразную воздушную сеть, пытаясь ею захватить ягоды. Мальчик от неожиданности ойкает, осознав, что вследствие приложенных им больше необходимого усилий он вырывает зеленые стебельки с земляникой вместе с корнями и бело-желтыми цветами. — Косвенно. Я исполнил данное тебе обещание, и теперь нам никто не сможет помешать… — Подождите, — Аанг начинает тормозить, вспомнив о кое-чем важном. Точнее, о кое-ком. — А как же быть с Ксией? Разве она найдет нас у озера? — Конечно же, нет, если учесть, что ты все это время двигался в противоположную от него сторону. Но это ведь то, чего мы хотели! Пойдем же! — Мастер нетерпеливо похлопывает Аанга по спине, мотивируя мальчика двигаться дальше, идти за ним.       И все же — юный Аватар оборачивается, окидывая беглым взглядом направление, из которого мальчик прибыл — его не покидает стойкое ощущение неправильности. Неправильно, что они сознательно бросают девочку в незаконченной игре. Он шевелит пальцами ног — почва под ним не делится с мальчиком своей твердостью и основательностью.

****

      «Нет, ну что за детский сад!» — в который раз раздраженно молвит Ксия на всеуслышание лестным жителям. Пробежавшая мимо белка, кажется, пытается что-то ей ответить, но девочка отмахивается: вряд ли рыжая проказница и любительница орешков в силах чем-то ей помочь. — Аватар! Игра окончена, выходи, и мы пойдем домой! — в который раз голосит сестра, все еще надеясь, что не тщетно. — Да что б вас… — она из последних сил давит в себе грязное ругательство, что просто изнемогая, умоляет о воле, когда Ксия уже в который раз наступает ногой на колючий сорняк. Юная особа обреченно осматривается вокруг, отмечая, в какую чащу забрела. Кажется, что уже и нет намека на просвет, на протоптанную людьми тропу.       Исцарапав и изжалив лодыжки крапивой, наставив затяжек на трепетно холимой ею одежде, Ксия уже готова проклинать всё и всех. Хочется просто прибить этого клятого мелкоглазого мага воды, доставшего ее своей глупостью бестолковщину-Аанга, что недотепа такой, коих, она уверена, еще свет не видывал. А как же раздражают расплодившиеся здесь вражеские человеку сорняки и столпившиеся слишком близко друг к другу заросшие противными монахине мхами деревья, что то и дело норовят своими тонкими прутиками выколоть ей глаза, ухватить за старательно уложенные с утра волосы, в конец испортить и без того паршивое настроение. Сил нести свою массу выше всего этого на протяжении столь долгого времени оказывается недостаточно. Магия слишком изматывает ее. — Да где же ты, придурка кусок! Кох тебя дери. — Нет, ну что не говори, а такие неудачные деньки в жизнь девочки не стучались уже очень-очень давно. Сама она, право, осознает это только сейчас, ибо, как известно, все познается в сравнении.       …И девочка готова взвыть, когда после преодоления целого лесного поля боя ее встречает кустарная стена несколько метров в длину, которую природа не обделила и статной высотой. Обогнуть заросли по воздуху не представится возможным не только в силу состояния девочки, но и в совокупности со слишком низко склонившимися над кустом кронами близ стоящих деревьев. Вот что судьба прикажет делать в такой ситуации?       На душе скребутся кошки, а на лице колючки (и здесь они есть), когда Ксия, сцепив зубы, не находит выхода лучше, чем пробираться напрямую через кустарник. Кажется, она выдыхает слишком громко, когда после пережитой пытки перед глазами волшебницы предстает поляна со сравнительно невысокой и, на первый взгляд, безопасной травой. Словно приглашенный величавый гость, а точнее хозяин поляны, в самом ее сердце возвышается дерево внушительного размера и возраста. На его-то поднявшихся над землей корнях, коим будто мало места было под землей, девочка и решает перевести дух после всех приключений.       Расслабленная ввиду того, что благодаря последним двум часам она почти свыкается со свободой одиночества, Ксия не брезгует выливать все волнующие ее думы в слова. Это дивным образом схоже со сбрасыванием допекшей до живого тяжести и является на деле снотворным для бдительности и остроты восприятия.       Когда Ксия слышит за спиной нечленораздельные звуки нечеловеческого происхождения, ее руки терпнут и холодеют, а разум вздрагивает от осознания: у нее не остается возможности надеяться, что все не всерьез и только послышалось. Слишком угрожающе, слишком натурально, слишком близко. Близко…       Ее голова, словно на шарнирах, оборачивается до неестественного медленно, потому что услышанное очень похоже на рык изголодавшегося зверя, что стоит вон там, прямо за ее спиной, около того же дерева…

****

— … Вот таким образом мой отец ловил рыбу, я научу тебя, немного погоди, — упоенно ведает мужчина, что после исчезновения из их компании Ксии, стал вести себя так же, как и во время обычного урока. Разве что, отмечает Аанг, говорит Ютакка больше положенного. — Даже, быть может, сегодня, если у нас останется время. Мы совсем близко…       И действительно, после всего пройденного пути, встав на цыпочки, вдали Аанг замечает обещанную синеву. — Слышишь? — Бурлит! — то ли в удивлении, то ли в восхищении вскрикивает Аанг. — Погодите, а я думал, что вода в озере ведет себя тихо. — Обычно так и есть, — поясняет Ютакка, — но в нашем случае совсем рядом находится устье одного из рукавов горной реки. Это и есть причина звука, что сейчас ты слышишь. К слову, ничего нет лучше чаепития под музыку водоема. Я угощу тебя особым сортом напитка… — вкрадчиво загадочный тон и сверкание глаз мастера почему-то лишь вызывают в мальчике желание подавить смешок и вместо этого искренне улыбнуться. — Хорошо, — кажется, Аанг хочет еще что-то сказать, но мысль об этом выветривается из его татуированной головы прежде, чем оказывается озвученной. И причина тому — двое маленьких белоснежных зверьков, что, играя, перекидываются на соседней поляне. Мальчик замечает их мимолетом, но они тут же приковывают его внимание. — Вы посмотрите туда! Там такие малыши, я таких еще не встречал… — Вскинув палец в направлении животных, Аанг сменяет курс в пользу приближения к ним.       Игнорируя оставшиеся позади возгласы учителя, что озеро совсем рядом, а он идет не в том направлении, мальчик ускоряет себя покорением и спешно оказывается на нужной лесной полянке. — Привет! Я вас не напугал? — пытаясь не нарушать гармонию игры малышей, а лишь стать ее частью, Аанг как можно тише ступает, почти крадется к зверькам, один из которых всполошено убегает в их своеобразное жилище весьма внушительных для таких крох размера, второй же замирает, сначала в страхе, а потом уже с интересом разглядывая мальчика.       Аанг, вдохновленный такой реакцией, и сам становится смелее, протягивает руку, собираясь ею накрыть светлую голову с крохотными бугорками-зародышами будущих рожек. — Даже не думай их трогать. — Ой, а я уже… — Аанг оборачивает голову к учителю, но рукой все также продолжает гладить зверя. — Это нерадостная весть. Матери этих животных необычайно агрессивны по отношению к чужакам, у них обостренных нюх и материнский инстинкт. Я немного ведаю о животных в целом, но этот вид уже встречал и знаю, о чем говорю. — Да? А я вот вижу их впервой. Что это за чудо-зверьки? — слишком беспечная реакция мальчика не приходится по вкусу педагогу. — Ох, детеныши дикой рогатой саблезубой гориллы. — Взрослая такая особь опасна? — Люди — питательная закуска для нее. — Ой, это страшно! — вскрикивает Аанг, притом самостоятельно еще не осознав, испытывает он трепет от боязни или воскликнул от того, что считает белых пушистых зверьков до невозможного милыми существами. — Более чем. Так что лучше пойдем отсюда… — кажется, учитель еще о чем-то толкует, но Аанг на тот момент уже увлекается обителью животных, из-за чего он решает переместить туда детеныша гориллы с помощью рук. — Интересно, где ваша мама? Вы голодны? Ой, у меня же есть яблоко! — Вовремя, как ему кажется, вспомнив о своих запасах, мальчик тянется к рюкзаку, чтобы тотчас достать провиант.       Протянув дружелюбному животному яблоко в надежде, что тот поделится гостинцем с родственником, Аанг непроизвольно окидывает взглядом всю берлогу. Нестранно, что малыши хрустят яблоком с такой охотой — в их доме, кроме объедков, из съестного ничего нет. — Что это, кости? — Аанг нервно сглатывает, когда подойдя чуть ближе, именно этот твердый орган он узнает в лежащих в углу отходах.       Аватар долго всматривается в зверьков, делая для себя выводы о том, что, хоть они и едят с аппетитом сейчас, детеныши не похожи на тех, кому привычно приходится голодать, да и мало чем пока напоминают зверей-охотников. Значит, не сироты. Значит, еду добывает их родительница. И делает она, вероятнее всего, это именно сейчас где-то в глубине леса. — …Так что вы говорили о взрослых саблезубых гориллах? Какого мнения они о людях? — Аанг выходит из пещеры сам не свой, его голос выткан нитями робости и назревающих опасений. — Молодой человек, ты меня вообще никогда не слушаешь? — Простите… — … Они едят нас. — Теперь эта фраза не кажется Аангу такой безосновательной. — Тогда нам нужно найти Ксию! — выпаливает мальчик, уже поймав воздушную струю и готовясь создать из нее самокат.       Аанг снова уносится прочь, оставляя сердитость учителя где-то за спиной. Деревья однообразно пролетают мимо него — погоня не приносит былого удовольствия. Мальчик во весь голос зовет девочку по имени и кашляет, глотая на ходу холодный воздух. Татуированная голова мечется по сторонам, но видят духи, как ему хочется хорошенечко стукнуть по ней: его импульсивность позволила остаться на поляне близ пруда единственному знающему, судя по всему, местность человеку. Для Аанга же каждый поворот выдается удивительно похожим на предыдущий, и он с трудом осознает, откуда начал и куда вообще следует стремиться. Стираются детали уникальности между деревьями, и лес ему кажется сплошным безвыходным лабиринтом. Идти в темноте незнания на ощупь нетрудно, но почти невозможно искать и найти в ней что-то определенное.

****

      Говорят, зеленые глаза настолько удивительно чарующее, что то и дело приковывают к себе. Ксия тоже смотрит в глаза животного, не отрываясь, но нельзя сказать, что это имеет какую-то связь с заявленной выше причиной. Просто слишком жутко ей смотреть выше, на заостренные природою рога, что, наверное, с легкостью проткнут ее горло, и слишком не по себе от созерцания мощной клыкастой челюсти с обильно стекающей по ней слюной — в животе образуется узел, что плавно движется ко рту — хочется рвать и ринутся прочь.       Ни того, ни другого Ксия сделать, тем не менее, не может, будто кто-то иной берет под контроль ее слабое тело, безжалостно вынуждая стоять на месте.       «Ну же, беги!» — и она бежит. Уже после того, как хищник пытается сократить дистанцию между ним и невольной жертвой одним мощным прыжком. Ее тело движется неосознанно, благодаря инстинктам и врожденному дару к покорению стихии ветра — довольно быстро. Но взгляд — словно в тумане. Мозг соображает в привычном ритме, но работает в полном диссонансе с другими органами.       Девочку бы, вероятнее всего, настиг куда больший успех, если бы с поляны было куда бежать. Она хаотично оглядывается — вокруг одни заросли!       «Нет, только не в кусты! Только не опять!» — твердо решает для себя Ксия, вследствие чего траектория догонялок становится замкнутым кругом. Нелепая стратегия. Чего она пытается этим достичь? Надеется, что противник устанет от «игры» быстрее, чем монахиня? Стыдно признаться, но она лелеет в себе надежду, что все произойдет как в детской сказке: она зажмурит глаза — и монстр пропадет.       В момент, когда эмоции и грезы управляют человеком, а не наоборот, легко оплошать: Ксия непроизвольно жмурит глаза, и несколько секунд слепого движения в данном случае возымеют прискорбный эффект. Нарисованная гонимым ими ветром окружность размыкается, когда девочка, не успев притормозить, вписывается в заросли. Влипает. В самом буквальном смысле и всем телом. Липкий репейник** имеет славу наиболее приставучего из всех растений. Как ни пытается она — привлечь на помощь магию не удается: не оторвать ни руку, ни ногу, ни голову. Растение словно впивается меж ее кос, неизменно тянет на себя, заставляя жалобно, до крови прикусив губу, скулить.       Животное издает звук, который Ксия воспринимает как победный рык. И она зажмуривает глаза — второй раз, но уже более чем осознано. Не потому что нет сил глядеть в глаза опасности, а потому что нет желания увидеть в зеленом отражении свой жалкий вид и последующую смерть.       Она ждет… Но совсем не сильного порыва ветра, что сдувает животное с ног, заставляя кувыркнуться и припасть к земле. Ранее она тоже пыталась атаковать зверя, но в силу того, что девочка при этом постоянно вынуждена была расходовать энергию и на бег, созданные ею порывы были более отвлекающим маневром, чем действительно существенным отпором.       Ее же спаситель, атакуя с удобного положения и оставляя за собой эффект неожиданности, в этом плане имеет явное преимущество. Его руки и ноги свободны, а значит, соответственно, им удается привлечь и направить во врага куда больше воздушных потоков. — Ну, наконец-то… Его аватаршество собственной персоной… — едва слышно шепчет она, когда в поле зрения ее неподвижной головы попадает юркая фигура юного Аватара.       Первоначально сбив зверя с ног, мальчик окончательно не обезвреживает его, а всего лишь выигрывает немного времени. И для себя, и для Ксии. Уголки губ монаха невольно ползут вверх, когда он замечает ее.       Это чистой воды везение, что ему среди звуков привычной лесной возни удается уличить необходимые и последовать в их сторону. Ксия ведь не кричала совсем, не звала на помощь, случайность, что он при таком раскладе подоспел вовремя.       Заметив, что животное пришло в себя, Аанг супит брови, готовясь к защите, а между тем… — Не хочу с тобой драться, ты очень милый зверь, но я не могу позволить тебе съесть мою подругу. Осмотрись: как много вокруг ягод и листьев! Может, пришло время разнообразить рацион?       Дружелюбие мальчика приходится не по душе противнику, из-за чего, взревев и ударив кулаками по земле, белая саблезубая горилла — Аанг уже не сомневается в том, что это именно она — начинает скоро нестись на него.       Он успешно уклоняется раз, потом еще раз, освежает животного небольшим вихрем — и опять от него уклоняется. «Но не может же так продолжаться вечно! Нужно что-то придумать…»       Идея не заставляет долго ждать: на помощь приходят воспоминания о том, каким образом сшит его рюкзак, и что он скрывает от любопытных глаз содержимое с помощью веревки, которая стягивает верхние края вещицы. Веревки, что не вшита внутрь ткани портфеля, а продета в петельки, ее достаточно просто изъять, уверен Аанг, и использовать по ситуативному назначению!       Мальчик запускает в гориллу максимально сильный порыв ветра, чем на время дезориентирует ее. После чего Аанг расторопно снимает рюкзак с плеч и пытается изъять веревку. Не получается — узел тоже не желает сдаваться рукам мальчика без боя. Как не вовремя! — Что ты там так долго?!.. — неожиданно раздавшийся резкий голос Ксии тут же перетягивает внимание юного Аватара на себя. Чему девочка не сказать, что рада: — Не отвлекайся! — Не могу… — Сзади! — выкрикивает она, напоминая Аангу о том, что воюет он теперь на два фронта: появление в роли противника злосчастного слишком тугого узла не аннулирует опасность гориллы. Мальчик и в этот раз успевает отскочить и увернуться от занесенного над его головой кулака.       Понимая, что время и возможности поджимают, юный Аватар принимается действовать решительнее: с помощью зубов обращает узел в почти ровную кривую, которую теперь не составляет труда отделить от рюкзака. — Есть!       Конечно, на связку всего зверя длины добытой веревки явно не хватит, но перевязать передние, наиболее опасные, лапы — вполне, тем более, веревка рюкзака Аанга была продета в петельки дважды, то есть ее длина превышала стандартную в два раза.       Зверь все так же следует за мальчиком, а тот хитростью движений заставляет животное принять нужное Аватару положение: обнять лапами дерево. Мальчик, поймав на мгновение коснувшиеся друг друга пушистые запястья, захватывает их в веревочное кольцо, надежно связывая. Теперь не уйдет! — Угрозы больше нет!       Довольный своей работой, Аанг тыльной стороной ладони смахивает, к его удивлению, так и не появившийся пот, направляясь к лесной заложнице со счастливой улыбкой победителя. — Что скалишь зубы? Помоги мне лучше освободиться! — …Не оценили — мальчик терпеливо выдыхает, начав прикидывать, как можно решить новую возникшую перед ним задачу. — Нет! — Аанг отдергивает протянутые руки, будто ошпарившись. — Руками не трогай ни меня, ни кусты — иначе сам влипнешь. Лучше принеси воды и попробуй совместить ее действие с порывом ветра. Это, я думаю, поможет! — Ой, а у меня нет с собой бурдюка… — неловко подмечает Аанг, почесывая затылок. — Как нет?! Ты же брал его с собой в лес! — Ну да… Так он это… Остался там… — Эх, допустим, — Ксия выдыхает и непривычно терпеливо отвечает: — Я не буду спрашивать, где «там», потому что смысла, я так понимаю, никакого. Как и в том, чтобы напоминать тебе, что ты бестолковый… Ты все равно не делаешь никаких выводов. — Конечно! Ведь я же тебя спас! Значит, вполне толковый! — Аанг произносит эту фразу со своим детским восторгом, который так неприятен обычно Ксие. — Да что ты говоришь?.. Это твоя работа! Ладно, будем думать дальше, как выйти из положения. — Я могу сбегать за нашим учителем! Он где-то у озера… — «Где-то у озера», — с издевкой перекривляет его Ксия. Состояние и поза, в которой она застыла, похоже, почти никак не сказывается на ее привычном поведении. — Ты даже не знаешь, где конкретно он, как отсюда дойти туда и вернуться обратно. Как ваше аватаршество себе все это представляет? — Точно, извини, не подумал. Тогда я тоже присяду. — Аанг в тот же момент плюхается на зеленый травяной ковер. — Подождем мастера Ютакку вместе! Я уверен: он поможет тебя освободить. — И сколько ждать прикажешь? Сутки? Трое? — Ну, не знаю… В прошлый раз учитель нашел меня довольно быстро, — с улыбкой заверяет Аанг. А в желудке в тот миг забавно заурчит, и мальчик вспоминает, что из принятых приемов пищи в его сегодняшнем списке числится только завтрак. — Надо бы поесть! — Изъяв из отброшенной в сторону во время боя сумки бутерброд, Аанг с довольным видом протягивает его сначала Ксие. Он ведь хорошо воспитан. — Будешь? — Издеваешься? — цедит она. Его выходки скоро доведут ее до сказа. — Каким образом?.. — Я тебя покормлю! — как нечто само собой разумеющееся говорит Аанг. — Я вижу, что ты совсем рассудком тронулся… — девочка обреченно закатывает глаза. — Небеса, куда смотрел дух Аватара, среди тысячи новорожденных в первые минуты после смерти Року выбирая тебя? — Эй… Я не… — Без «эй». Как отвратительно вести беседу с человеком, что разговаривает с набитым ртом. — Извини… — Жуй! — выкрикивает она, после, взяв недолгую паузу, переводит тему: — В рюкзаке, что у меня за спиной, есть бурдюк, наполненный водой. Проблема лишь в том, что рюкзак так же, как и вся я, прилепился к этому гадкому растению, благодаря слизи, что оно выделяет… — О, тогда ничего страшного! — глотнув последний кусок сэндвича, возглашает мальчик. — Я смогу освободить тебя, используя имеющийся запас воды. — Как? А пробку кто отворит? — вопрос Ксии заставляет юного Аватара призадуматься. — Я попробую… — мальчик опускает веки — это помогает ему сосредоточиться — и начинает плавно двигать руками. Чтобы освободить воду, нужно немного поработать с ее плотностью и напором. Ну же, он делал уже что-то подобное раньше! На одном из уроков. — Получилось! — не удерживается от комментария мальчик, когда задуманное ему таки удается. Не теряя контроля над стихией, Аанг манипулирует привычной водной мягкостью, и с помощью аккуратного использования приема «водное лезвие», в течение нескольких минут ловко дарит телохранительнице свободу от липких оков. — Вот видишь, Ксия, талантливому магу достаточно владеть одной стихией, чтобы выбираться из разных жизненных передряг… — Это ты себя только что назвал «талантливым»? — с нескрываемым ехидством вопрошает она. Приняв, наконец, удобную для себя сидячую позу, девочка принимается массировать затекшие запястья. — Ну, да… А что? — Ничего. В любом случае, мудрецы ведь говорят, что завышенная самооценка, на самом деле, — не так уж и плохо. — Ох, Ксия, твои придирки хуже репейника… — Не смешно. — Я знаю… — Но Аанг все равно против воли смеется. Слишком уж в забавную гримасу преображается лицо девочки. И все-таки, чтобы Ксия там себе не думала, он никогда, никоим образом не пытался вызвать ее агрессию или раздражение. Вот и сейчас заметив, как багровеют ее щеки и злобой наливаются черные очи, Аанг расплывается в миролюбивой улыбке, запрокидывая голову наверх.       Где-то высоко проплывают мимо них налитые закатным розовым светом облака. — Каким прекрасным сегодня выдался день… — Какой ужасный сегодня день. Какое счастье, что он скоро подойдет к концу…       И дело в том, что так всегда: два противоположных мнения существуют в одной реальности, противореча, но дополняя друг друга, создавая единую истину. Вся жизнь — ларец кругов инь-янь.