Lost in Translation/Трудности перевода

Эмма медленно крутилась на стуле в офисе шерифа. Она всё ещё переваривала новость, которую Грэм рассказал ей утром. Он уезжает из Сторибрука. Ему нужно что-то вроде найти себя, что, по-видимому, заключается в переезде в Канаду. Это само собой сделало Эмму новым шерифом, шерифом с двухнедельным опытом. Кажется, всем она нравится, но это не значит, что она готова патрулировать весь город. Откинув голову назад и застонав, она продолжила крутиться на стуле, наблюдая, как потолочные плитки становятся всё размытее. Несколькими минутами спустя её депрессия была прервана двумя стройными ногами, которые довольно быстро подошли к её столу. Услышав стук дорогих каблуков, Эмма расслабилась, зная, кто это был. Эмма развернулась на стуле к Реджине, которая залилась смехом. Эмма так смешно выглядела, будто охваченная паникой. Реджина знала, что у блондинки много работы, в связи с повышением, и по лицу Эммы было видно, что так и есть. — Не смейся надо мной! У меня кризис, — заныла Эмма, продолжая пытаться изображать панику. Но при виде Реджины невозможно было не улыбнуться. Эмма, наконец, расслабилась, давая волю улыбке, в то время как Реджина подошла к её столу и села на него. На смену улыбки пришли выпученные глаза и отпавшая челюсть. Почему Реджина сидящая на её столе ещё и со скрещенными ногами была в миллион раз сексуальней, чем Реджина просто стоящая здесь? Брюнетка наклонилась, чтобы взять блокнот с другой стороны стола Эммы, пока Эмма держала для неё ручку. На лице Реджины появилась соблазнительная улыбка. Она знала, какой эффект она производит на Эмму. За последнюю неделю Реджина поняла, что совсем не понимала, что происходит между ней и Эммой. Также она пришла к выводу, что от флирта ещё никто не умирал, от него просто влюблялись. К счастью, ей это не грозит, подумала она про себя. Никто никогда не захочет влюбляться в глухую женщину. Она, конечно, не могла не отметить того, что она была довольно привлекательной женщиной, чтобы привлечь внимание окружающих, но влюблённость несёт за собой доверие, общие интересы, разговоры. И всего этого не может быть, когда твой метод связи с человеком разорван. Нет, ей определённо не стоит беспокоиться о том, что кто-то влюбится в неё. Реджина написала в блокноте и передала его Эмме, которая качалась вперёд-назад на стуле. «Всё будет в порядке. У должности шерифа почти такие же обязанности, как и у заместителя. Разница только в том, что ты главный. Вы уже наняли себе помощника?» Эмма забрала ручку у Реджины, брови Реджины нахмурились в замешательстве. — Что? Мне хочется писать сегодня, — ответила она и перевела взгляд на блокнот. Реджина побледнела. Это то, что ей нравилось больше всего в Эмме: она всегда готова быть наравне с ней. Эмма передала блокнот и раскрутилась на стуле, ожидая ответа. «Ага, я наняла Дэвида. Кажется, он милый. Грэм сделал огромную ошибку, когда оставил всё это на меня. Вам нужно найти другого шерифа. Я только испорчу всё.» Реджина посмотрела на самоуверенную женщину: было так странно видеть её такой осторожной, и всё же это Реджина расслабилась. «Вы взяли на себя ответственность за Генри, как только приехали сюда и пока Вы хорошо с этим справляетесь. Должность шерифа, по сравнению с этим, цветочки.» Эмма читала запись с приподнятыми бровями. Она меньше всего ожидала, что Реджина втянет Генри в разговор. Обычно это тема, которую они пытались не затрагивать, чтобы не начать спорить. Эмма одарила Реджину снисходительным взглядом прежде чем ответить. «”Пока” это всего пара недель. Вы делали это 10 лет. Я даже представить не могу, как тяжело самой воспитывать ребёнка» Эмма положила блокнот в ладонь Реджины. Как только Реджина нагнула голову, чтобы начать читать, Эмма вдруг выхватила его и добавила ещё одно предложение. «Только если ты не растила его в одиночку. Я просто предположила. Мне не стоило.» Реджина подняла глаза и увидела взволнованный и извиняющийся взгляд девушки. Реджина буквально заставила своё лицо закаменеть и ответила: «И почему Вы подумали, что я была одна? Потому что я глухая?» Эмма начала извиняться. Когда Реджина увидела испуганное лицо Эммы, она начала громко смеяться, зная, что у неё получилось вывести блондинку. Это самый прекрасный звук, который Эмма когда-либо слышала. Она не могла понять, как кто-то, кто не слышит самого себя, может смеяться так мелодично. Какой бы ни была причина, ей это нравилось. Реджина продолжала смеяться и Эмма осеклась, осознавая, что Реджина только что достигла вершины в их никогда не заканчиваемом поддразнивании. Она игриво сузила глаза и выхватила блокнот из рук Реджины. Она написала свой ответ в самом низу листа. «Я бы сказала, что я просто приняла желаемое за действительное. Не думаю, что могла бы с кем-то делить тебя и Генри.» Эмма знала, что слабостью Реджины была доброта. Всё ещё смеясь Реджина начала читать сообщение Эммы. Дочитав, она тут же замолчала. Эмма самодовольно улыбнулась. Реджина почувствовала, как её лицо начинает гореть и перечитала слова Эммы. Делить тебя и Генри. Не только Генри, но и её. Эмма не хотела ни с кем делить её? Эта мысль сама по себе была непостижима. И она была не в том положении, чтобы обдумывать это. Поэтому она просто решила перевести тему. «А что насчёт отца Генри?» Достаточно было увидеть мрачное лицо Эммы, чтобы понять. Не смотря на это, она быстро ответила: «Он не в курсе.» Реджина кивнула и поняла, что это было всё, что ей нужно знать. Она вдруг вспомнила, зачем пришла в участок и написала в блокноте, в котором теперь уже было исписано полторы страницы. «В любом случае, я пришла сюда, чтобы Вы заполнили несколько бланков. Я подумала, что мы можем заняться этим за обедом, если ты еще не ела?» Реджина нервно заёрзала на месте, ожидая ответ Эммы. Эмма посмотрела на часы, прочитав предложение, и написала ответ: «Прости, я не могу. У меня есть кое-какие дела. Оставь бланки, я заполню их позже.» Реджина кивнула и слезла со стола Эммы. Она достала бумаги из сумки и кинула их на стол. Эмма промолвила «спасибо» и Реджина, кивнув, ушла из участка, размышляя, почему она вообще подумала, что пригласить Эмму на обед будет хорошей идеей.

***

— Нет. Скорее вот так, — сказала Миссис Хэмилтон, учитель языка жестов Эммы, ставя руку Эммы в правильную позицию. Эмма повторила жест, исправляя себя, как ей показали. — Отлично! — каждый раз, когда Эмма или миссис Хэмилтон говорят что-то вслух, они это повторяют жестами. Миссис Хэмилтон говорит, что это поможет Эмме скомбинировать слова и фразы. Так Эмма сможет выучить их, не заучивая, что-то вроде того, когда люди подхватывают слова на иностранном языке из-за того, что слышали их много раз. Эмма без понятия, работало ли это, но она не стала спрашивать женщину с сорокалетним опытом. — Ладно, что дальше? — Эмма очень хотела выучить язык, и это было видно. Она ходила на занятия почти каждый день, плюс, практиковалась перед зеркалом с тех пор, как нашла объявление в газете. — Как насчёт попробовать поговорить? — Э... — у Эммы расширились глаза, она ещё не настолько хорошо знала язык. — Не волнуйся. Мы не будем спешить, — сказала миссис Хэмилтон. Эмма кивнула и миссис Хэмилтон начала разговор. «Привет.» «Привет.» «Как ты?» «Хорошо, а Вы?», — Эмма старалась показывать как можно лучше. Она знала, что миссис Хэмилтон спокойно реагировала на её медленные движения. «Отлично. Не хочешь рассказать мне, почему ты начала учить язык жестов?», — Эмма нахмурила брови. Миссис Хэмилтон повторила движения ещё раз немного медленней. Теперь Эмма поняла. «Так я смогу говорить с кто глухой» «Попробуй ещё раз. Ты пропустила одно слово», — у миссис Хэмилтон всегда такой милый и спокойный тембр голоса, даже когда она говорит Эмме, что она запуталась. Эмма повторила всё сначала, добавляя ещё одно движение. «Так я смогу говорить с тем, кто глухой» Миссис Хэмилтон кивнула, гордясь Эммой. «С любимым?» — спросила она. Эмма только отпила немного воды и тут же выпрыснула её на юбку бедной миссис Хэмилтон. «Простите», — показала Эмма. — Не сказала бы, что она моя любовь, — сказала Эмма вслух. — Понятно. Значит, кто-то, кого ты хочешь удивить? — спросила миссис Хэмилтон и, отказываясь прерывать занятия, продолжила показывать жестами. — Думаю, да, — сказала Эмма, продолжая делать руками движения, которые она знала. — Как Вы догадались? — Никогда не видела, чтобы кто-то так горел желанием учиться. Должно быть, она действительно особенная. — сказала миссис Хэмилтон с милой улыбкой, но Эмма была слишком занята руками женщины, который двигались довольно быстро, чтобы увидеть эту улыбку. «Особенная», — повторила Эмма, запоминая это слово. Это может пригодиться.

***

Эмма ехала обратно в Сторибрук, держа руль одной рукой, а второй повторяя жесты. Когда она проехала указатель «Добро пожаловать в Сторибрук» на часах было около 5:30. Она мысленно вернулась к обиженному взгляду Реджины, когда она отказала ей пообедать вместе. Вместо того, чтобы повернуть к своей новой квартире, она продолжила ехать прямо к особняку и выдохнула с облегчением, когда увидела машину Реджины на парковке. Реджина заметила мигающую лампочку и пошла к входной двери. Когда она открыла её, Эмма стояла там с засунутыми в карман руками, пиная камушек на земле. Это было невероятно мило. Эмма подняла взгляд, когда услышала, как открылась дверь, и улыбнулась Реджине. Она хотела предложить на языке жестов прогуляться и поесть мороженое, но она занервничала, увидев Реджину. А что если она запутается? Она повторила движения раз десять, но теперь она была не совсем уверена, правильные ли они. Эмма увидела протянутую руку Реджины и вытащила из своей кожаной куртки ручку и блокнот. Она теперь везде с ними ходила, на случай, если Реджина забудет свои. Лучше подожду, пока не станет получаться лучше. Тогда я покажу ей, подумала Эмма про себя. Написав в блокноте, Реджина повернула его к Эмме. «Наслаждаетесь видом или есть какая-нибудь причина вашего прихода сюда?» — усмехнулась Реджина. Она как всегда дразнила Эмму. Они обе поняли, что могут продолжать те перепалки, которые у них были раньше, но в более приятном смысле. — Да я и видом наслаждаюсь, — поиграла бровями Эмма и Реджина закатила глаза, — а еще я пришла спросить, не хочешь прогуляться со мной Генри и поесть мороженое? Знаю, уже поздно, но на улице такая хорошая погода, и мне очень жаль, что я пропустила обед с… — Реджина прервала бормотание Эммы, шагнув ближе к ней и положив палец на губы Эммы. Реджина, теперь осведомленная, какие мягкие у Эммы губы, убрала палец с губ Эммы и подняла его вверх, как бы показывая «минуточку». Эмма кивнула, сосредотачиваясь на том, чтобы вернуть свой пульс в нормальный ритм, пока Реджина зашла в дом. Пару минут спустя Реджина вышла с сумочкой и практически визжащим Генри. — Мороженое с тобой И Эммой? Ты лучшая, мам! — в этот раз Генри говорил это именно Реджине. Она почувствовала, как её сердце залилось теплом. Она улыбнулась ему, и Генри побежал к Эмме, сжимая её в объятиях. Эмма посмотрела через его голову на Реджину. «Ты лучшая, мам», — забавно перекривляла она Генри, убирая от него руки. Реджина улыбнулась и, покачав головой, игриво ударила Эмму в плечо. — Ай! Втроём они пошли вниз по тротуару, Генри шёл между женщинами. — У твоей мамы болезненный правый хук, пацан. — Сказала Эмма, потирая ушибленную руку. — Наверно, это из-за её занятий кикбоксингом, — просто сказал Генри, пожимая плечами. Эмма остановилась с открытым ртом. Взгляд Эммы метался с Реджины на Генри, которые обернулись, чтобы узнать, почему она остановилась. Эмма продолжала стоять там, ожидая услышать, что это была шутка. — Стоп, стоп, стоп, стоп, стоп, твоя мама действительно занималась кикбоксингом? — с недоверием спросила она, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех. — Оу, да, она…— рука Реджины прервала Генри, накрывая его рот. Он начал хихикать. Реджина посмотрела на Эмму и покачала головой, как бы говоря «не правда». Эмма ускорила шаг и присоединилась к ним. — Как скажете, Муххамед Али, — Эмма стала в боксёрскую позицию и дважды ударила воображаемого соперника перед собой. Добавляя правый хук, Эмма кинула взгляд на Реджину, которая смотрела на неё, мотая головой, удивляясь дурачеству Эммы. Эмма подняла руки вверх, защищаясь. — Хей, просто не избивай меня, — умоляла Эмма с широкой улыбкой. Реджина закатила глаза, не в состоянии убрать с лица улыбку.