К звездам

  Часто говорят, что перо сильнее меча, но что мы на самом деле под этим подразумеваем? Мы не имеем в виду, что писатель, автор или журналист сможет превзойти в бою воина. Также не имеем мы в виду, что даже талантливый сатирик или журналист может по-настоящему ранить обладающих властью. Много чернил было пролито в блестящих сатирах и убийственных обвинениях без того чтобы хотя бы задеть намеченную цель.   Сила печатного слова заключается в силе выражаемых им идей, и как таковое оно сродни идеологии и религии, и как таковое порой служит злу так же как и добру. Именно идеология и религия помогли в оргии кровопролития положить конец системе рабства в Соединенных Штатах, но именно идеология и религия в первую очередь и помогли построить эту систему. Именно идеология и религия привели к Тайпинскому восстанию, неизлечимо парализовавшему китайскую династию Цин, но именно идеология и религия тысячелетиями поддерживали китайскую династическую систему. И именно сила идей, ужасных идей сделала Гитлера невосприимчивым к ежедневным осуждениям, даже в Германии, и именно идеал национализма в итоге поставил его на колени.   В меньшем масштабе, скромные идеалы пронизывают микрониши общества, от одержимо смазывающих разделочные доски честолюбивых поваров – все время ворчащих о не ценящих их работу обывателях – до скалолазов, собирающихся еженедельно, чтобы проложить свой путь на вершину фрагментированной груды минералов. У каждого из нас и у каждой группы нас есть дорогие идеалы, проходящие по нервам и жилам общества, и, в каком-то смысле, именно эти идеалы с самых ранних дней скрепляют общество воедино.   Именно поэтому, когда индустриализация и модернизация уничтожили старую ткань общества, мир так содрогался в поисках нового клея, удерживающего общество вместе: национализм, политические партии, новые системы идеологии в крупном масштабе и, в меньшем масштабе, клубы, объединения, кружки, церковные группы, группы взаимопомощи и так далее и тому подобное. Без единого религиозного государства, диктующего жизнь всем внизу, индивидуумам приходилось искать другие пристрастия.   Но что происходит, когда размер идеала велик, но группа мала? Что происходит, когда представленные идеи, похоже, требуют реорганизации самого общества, но эти идеи никогда не просачиваются за пределы небольшого клуба? Это, полагаю я, культ, к добру или к худу, и порой эти культы ведут себя как микрокосмы потенциальных обществ и то, что могло бы быть в совсем другом мире.   — Кларисса ван Россум, «Размышления о жизни, истории и душе».   Глаза – зеркало души.   — Пословица.   Перемещение по внутренней части структуры сквозь стены, а не по обычным коридорам, было дерзким и редко практикуемым маневром. В то время как ясна была ценность шока и скорости, для этого обычно требовались мощный генератор барьера, способная эффективно проламываться через стены, и ясновидящая, способная спланировать маршрут и точно предсказать, будет ли скоро проломленная стена важна для структурной целостности здания. Не во многих ситуациях по-настоящему требовалась такая скорость, и с большинством таких ситуаций вполне можно было справиться телепортациями. Лишь Черное сердце и Гвардия душ практиковали «бульдозер», в ситуациях, когда команда теряла своих телепортеров.   Именно такую логику подавала Кларисса в разум Рёко, когда та ворвалась в соседнее помещение в душе мусора из стали и бетона, отраженного окружающим их золотистым барьером.   Однако не было времени размышлять или осматривать заполнявшее новое помещение загадочное выпуклое оборудование – с ощутимым стуком Элиза уже прорвалась через следующую стену, держа в одной руке щит, с помощью которого она проецировала барьер. Куски материала разлетелись от краев области удара, а желтоватые волосы Элизы скручивались от магической энергии.   Затем они оказались в следующем помещении, заставленном коробками крупном хранилище.   Так все и продолжалось, через еще один коридор и несколько лабораторных областей, прежде чем Грация подумала:   «В следующем помещении коридор с передвигающимися охранниками. Похоже, они отреагировали на наши действия и пытаются нас перехватить. Нужно приготовиться».   «В коридорах есть автоматическая защита», – подумала Мэйцин.   Это повторялись факты, уже появившиеся на их внутренних картах, но все ценили явное напоминание. Недостаток разрушаемых при перемещении стен в том, что противник легко может даже при маскировке отследить движения из-за остающегося позади явного следа из разрушенных стен. Хотя маскировка по-прежнему оставалась полезной, делая невозможным отслеживание в реальном времени.   По телепатической сети группы разнеслась серия всплесков, координирующих предстоящие боевые действия. Телепатические сообщения были оформлены не словами, а крошечными фрагментами намерений, достаточными лишь для передачи смысла. Это был быстрый, безличный способ общения, большинству людей напоминавший машин, таким образом, используемый только в бою.   Затем они прорвались через стену, барьер Элизы прошел прямо через охранника, достаточно невезучего, чтобы оказаться на другой стороне, в результате чего тошнотворно разлетелись кровь и внутренности, к счастью, пойманные самим барьером. Раздался резкий, непрерывный жужжащий звук, когда обстреливать барьер со всех сторон своим оружием принялись установленные в потолке автоматические системы обороны, боевые дроны и охранники, спешно занимающие укрытия дальше по коридору.   Конечно, для части охранников это было ошибкой.   Через мгновение Рёко телепортировалась за спину группы охранников слева, прихватив с собой половину группы, тогда как Мина взяла другую половину группы в другой конец коридора, по сути, зажав встречающих их в клещи.   Она сразу же выпустила очередь стрел, без разбора покрыв район перед собой, ярко-зеленые болты мерцали, находя и пронзая свои цели. Асами своей гравитацией сорвала с потолка системы автоматической обороны, три копии Кёко пронзили находящихся ближе всего, а Мэйцин стояла, готовая при необходимости весом земли наверху обрушить весь потолок.   Заметив краем глаза движение, Рёко снова скакнула, оказавшись перед тускло-черным покрытием бронекостюма. Она инстинктивно призвала в арбалет стрелу, рукой ударив им вперед, вместо того чтобы выстрелить.   Она увидела выплеснувшуюся кровь и гидравлическую жидкость, после чего повела стрелу вниз, прожигая ярко-зеленую дыру в броне охранника перед ней.   Она услышала, как втянула воздух, а затем охранник рухнул, и поняла, что смотрит дальше по коридору.   Мэйцин не потребовалось использовать свою специализацию – их первоначальная атака полностью зачистила коридор, оставив лишь дергающиеся тела в броне, так же как несколько выживших охранников в дальнем конце коридора, по-видимому, обезвреженных Наной, и одного, набором нитей привязанного к рукам Марианны.   Рёко с не столь уж незначительным чувством удовлетворения увидела, что многие из двадцати с чем-то солдат группы, по-видимому, были устранены ее стрелами, все еще активными и светящимися в точках попадания.   Затем она вспомнила, что Кёко как-то раз сказала о ее кровожадности, и убрала стрелы. Она почувствовала легкую тошноту, осознав, что оставила стрелы активными только чтобы можно было, так сказать, подсчитать свои «убийства».   Хотелось бы ей знать, что же такое нашло на нее посреди боя.   «Ладно, нужно продолжать двигаться, – подумала Кёко. – Марианна, Нана, прикончите охранников и идем».   Марианна передала ощущение отказа, после чего покачала головой.   «Что-то не так, – подумала она. – Структура имплантатов этих охранников…»   «Эти охранники не взрослые, – с круглыми глазами подумала Грация, по очереди оглядывая отключенные Наной фигуры в броне. Судя по их разумам – это подростки».   Остальные члены группы переглянулись, после чего Марианна указала на удерживаемую ею под контролем фигуру в броне.   Через мгновение печати в районе шеи костюма потеряли герметичность, охранница потянулась к своему шлему и медленно сняла его.   Все было как сказала Грация – пусто глядящее на них лицо принадлежало девушке-подростку, на несколько лет старше Рёко, с увязанными в короткий хвостик светлыми волосами.   Не осознавая, что делает, Рёко опустила взгляд на свою руку и на пропитавшую ладонь и рукав кровь.   На мгновение она снова увидела сон, увидела свои руки, покрытые после битвы кровью…   Но это был ихор кальмаров, а не красная человеческая кровь, и…   «Эмоциональное подавление активировано», – подумала Кларисса, и Рёко ощутила, как незамеченное ею онемение смыло ее увядание, заменив чувством холодного спокойствия.   Рёко оглянулась на Асами и увидела по ее лицу, что подавлены они обе.   Она почувствовала, как кто-то коснулся ее руки, и удивленно опустила глаза, обнаружив, что кровь на ее руках исчезла.   «Не оставляй что-то подобное, – подумала Элиза. – Плохо для здоровья».   «Что здесь происходит? – с отзвуками боли резко спросила Кёко. – Это те дети, которых мы ищем? Грация, прочти их разумы!»   «Насколько я могу сказать, имплантаты этой охранницы значительно серьезнее, чем позволено гражданским, – подумала Марианна. – И значительно серьезнее, чем у гражданских наверху. Для меня не должно быть так просто контролировать гражданского со взломанным имплантатом. Или эти колонисты серьезно модифицировали своих детей, или…»   Ее голос на мгновение стих, прежде чем она заставила себя закончить:   «… или мы смотрим на тех, кто рос в тех увиденных нами баках».   С видимой неохотой Грация жестом указала одной из подконтрольных ей охранниц приблизиться.   «Мне потребуется почти вся концентрация, чтобы прочесть глубокие воспоминания; Нана, можешь отключить остальных?»   Нана кивнула, подняв правую руку. Со вспышкой света остальные подконтрольные Грации охранницы рухнули на пол, не в состоянии двигаться без функционирующих сервомоторов брони.   «Готово, – подумала она. – Но побыстрее, сдерживание всей этой технологии напрягает мои силы».   Грация кивнула, когда шлем охранницы перед ней раскрылся.   Она поместила ладони по обе стороны от головы девушки с черными волосами и азиатскими чертами лица, заметно отличающейся от подконтрольной Марианне охранницы.   Группа долгое время стояла там, затаив дыхание, пока Грация не открыла снова глаза, продолжая удерживать голову девушки. Судя по ее лицу, казалось, что она сжевала что-то крайне неприятное.   «Она определенно выращена в чане, – подумала она. – У нее целая жизнь воспоминаний, но они, очевидно, введены искусственно, потому что они никак не отпечатались на ее душе. Ни одно из воспоминаний до ее двенадцатилетия не настоящее».   Грация выдохнула.   «Похоже, Кёко была права; их постоянно призывали заключить контракт. По-видимому, они жили здесь внизу, и им говорили, что их судьба заключить контракт».   «Кто-нибудь из них и правда заключил?» – спросила Кёко.   «Эта девушка никогда не видела, – подумала Грация. – По-видимому, после трех лет без контракта ее разум начал отвергать ложные воспоминания, так что…»   Грация сделала долгую паузу, на мгновение прикрыв глаза.   «Ну, после этого у нее нет никаких значимых воспоминаний, ничего не могу найти, – сказала Грация. – Явно многое удалено. Хотя дело в том, что технологически сложно подавлять воспоминания или поддерживать ложные. Даже лучшие телепаты не могут идеально справиться. Душа всегда помнит. Здесь довольно плохо справились; если дадите мне еще минут пять, я смогу извлечь отсутствующее».   «У нас нет пяти минут», – подумала Кёко.   «Подождите, есть телепаты, способные создать ложные воспоминания?» – подумала Мэйцин.   «Зачем ты вообще взяла новеньких? – раздраженно спросила Элиза. – Это совсем не для них миссия».   «Я знаю, что у нас нет времени, – подумала Нана. – Но мы уже здесь. Нам нужна информация. Мы не можем просто продолжать идти как ни в чем ни бывало».   «Также у нас тут девушки под эмоциональным подавлением, – указала Марианна на Рёко и ее двух подруг. – У них не будет достаточной боевой эффективности, пока мы их из него не выведем. Можем выделить время на попытку».   Кёко стиснула зубы, прежде чем оторвать взгляд от распростершихся на земле девушек в бронекостюмах.   «Ладно уж, потратим пять минут, – сказала она. – Но мы не можем оставаться здесь как сидячие утки. Сперва переместим всех несколькими короткими телепортациями. Затем скроемся под маскировкой. Рёко, Мина, берите по половине группы. Сделаем четыре прыжка. Оставьте лишних пленниц».   «Думаю, я могу снять тебя с подавления», – подумала Кларисса.   «Ты уверена?» – подумала Рёко.   «Ага; все равно оно не слишком сильно. К тому же лучше не оставлять его слишком надолго, иначе откат будет тяжелым».   Мир, казалось, стал чуть четче, когда эмоциональное подавление отступило. Рёко снова взглянула на свою руку, теперь чистую от крови.   Вопреки моменту, ей стало лучше. Ну, по сути, не совсем лучше – скорее, она смогла успешно отстраниться от только что произошедшего, отведя взгляд от усеивающих район тел и сосредоточившись над поставленной задачей.   Кларисса уже автоматически скоординировала, кого из членов команды она возьмет – Рёко заберет большую часть команды, тогда как Мина, из них обеих гораздо более опытная, заберет остальную команду и «пленниц».   Все было просто, Рёко, Мина и две ясновидящих быстро и неоднократно скоординировались, прыгнув ровно через четыре телепортации, пока не оказались в чем-то похожем на… жилые зоны.   «О Богиня», – подумала Мина, когда они заметили ряд двухъярусных кроватей,  очевидно, поспешно покинутых. На полу и на кроватях валялась одежда, выделяющиеся столы были завалены книгами и декоративными безделушками. Стены выкрашены в веселый розовый и украшены плакатами, похоже, лидера культа и некоторых охранниц.   «Начни извлекать воспоминания», – приказала Кёко, взглянув на Грацию.   «Уже», – подумала Грация.   Мэйцин отвела взгляд, с интересом уставившись в дальний угол комнаты. Рёко не хотелось быть на ее месте, в первый же раз узнать столько такого.   Марианна, в свою очередь, уже коснулась электроники в стенах.   «Если бы это не выдало, где мы были, я бы сорвала эти плакаты, – сказала Элиза. – Меня от них тошнит».   «Интересно, жили ли здесь кто-то из девушек, которых мы… мы убили», –  подумала Асами.   «Не думай об этом, – сразу же схватила Нана девушку за плечо. – Не сейчас. Мы никак не могли знать».   «Не нужно было нам вот так ломать стены, – подумала Рёко. – Если бы мы просто телепортировались, как сейчас, они потеряли бы наш след».   «Нам нужно было действовать быстро, – подумала Тэмми. – Кёко права. Теперь, раз уж они знают, что мы здесь, может произойти что угодно».   «По крайней мере, эти кровати уже некоторое время не были заняты, – подумала Кавита. – Если бы они только что были здесь, в инфракрасном было бы видно тепло, и выдвинулись бы они из-за нас».   «Черт подери, мы должны были понять, что они могут обнаружить исходящий телепатический сигнал, – подумала Мина. – Мы не подумали».   «Лидер здесь…» – начала Элиза.   «Тихо, все вы! – отрезала Нана, схватив Элизу за руку. – Сейчас нет на это времени. Мы должны сосредоточиться на нашей цели и завершить миссию. Помните свое обучение».   «Какова наша цель? – подумала Элиза. – Мы и правда уйдем, как только узнаем, что произошло с детьми? Это была наша цель, и уж точно не похоже, что это все, что мы здесь делаем. Мы импровизируем».   «Согласно местной электронике, девушкам здесь было от двенадцати до семнадцати, – подумала Марианна, отводя нити от стен. – Я могу перечислить их имена, но это не слишком информативно. Больше здесь нет ничего интересного».   «Есть ли здесь девушки старше? – подумала Нана. – И если так, где они?»   «Не знаю», – подумала Марианна.   «Посмотрите на плакаты», – указала на один на ближайшей стене Мэйцин.   Они обернулись взглянуть на голографический плакат с одной из охранниц, украшенный яркими белыми буквами «ВАШИ СТАРШИЕ СЕСТРЫ ПОМОГУТ ВАМ». Охранница стояла, стреляя из оружия в невидимого врага.   – Они что, учатся быть охранницами? – спросила Асами. – Зачем?   Рёко взглянула на Кёко. Все это время она просто молча стояла, глядя на работающую Грацию. Рёко тоже взглянула, размышляя о Кёко, гадая, будет ли она просто тихо стоять, пока все это происходит.   К счастью, Грация, наконец, убрала руки от подчиненной охранницы на полу, взглянув на Кёко.   «Все… хуже, чем я думала, – рваным голосом подумала она. – Похоже, после того, как она начала отвергать ложные воспоминания, ей сказали, что ее отведут к “родителям” на поверхность. Вместо этого ей установили имплантаты тотального контроля мыслей. Она много лет вынуждена была быть здесь охранницей. Я рада, что большую часть этого она была без сознания. По крайней мере, основа ее личности не слишком деградировала. К счастью, с микрохирургией это должно быть восстановимо. Может быть, в худшем случае, с каплей магии».   «Я не спрашивала о ее прогнозе, Грация», – с оттенком гнева в голосе огрызнулась Кёко.   Грация в шоке взглянула на нее.   «Прости, прости, это было неуместно, – торопливо извинилась Кёко. – Ситуация меня напрягает».   Грация втянула воздух.   «Ну, – подумала она. – Похоже, этим девушкам сказали, что подземный комплекс вроде интерната, сосредоточенного на заключении как можно большего числа контрактов. Если им не удастся заключить контракт к концу их пребывания, они вернутся на поверхность к своим родителям. Во всяком случае, такая история».   Грация снова вдохнула, пытаясь успокоиться.   «Я полагаю, они не смогли добиться долгосрочной стабилизации воспоминаний, так что решили “переназначить” старших девушек, у которых начали развиваться проблемы с памятью, в охранниц. Две птички одним камнем. Отвратительно».   «Тогда как во все вписывается это? – большим пальцем указала Марианна на плакат со “Старшей сестрой” позади нее. – Это подразумевает, что они знали, что произойдет».   Грация покачала головой.   «Может быть просто ужасное чувство юмора? Им говорили, что охранницы просто колонистки. Идея была в том, что охранницы помогут защитить их, если злые люди извне культа когда-нибудь придут за ними».   Кёко опустила взгляд на пол, крепче обхватив свое копье.   «Так с каким числом волшебниц мы будем иметь дело? – подумала Кёко. – С учетом того, как, похоже, работает потенциал, у подобных клонов шанс заключить контракт гораздо ниже, чем вы думаете. Но даже одна это уже слишком много, иначе бы мы не вляпались в это дерьмо».   «Дело вот в чем, – подумала Грация. – За все время, что эта девушка была… активна, не было ни одного контракта. Администраторы “школы” явно разочаровались. После становления охранницей ее воспоминания… отрывочны, так что, может быть, после этого было несколько контрактов, но, по крайней мере, первые пять лет ничего не было».   «Ну, есть как минимум одна», – подумала Кёко.   «Да».   Грация позволила взгляду опуститься на пол.   «Прежде чем мы оставили тех девушек, думаю, некоторые из них очнулись, – подумала она. – Нана отключила их имплантаты, те, что поддерживали их функционирование. Я слышала их ужас. Я рада, что мне больше не приходится это слышать, но мне жаль, что мы их оставили. В этих костюмах, с отключенной электроникой, они даже не могут двигаться».   Кёко почти слышимо стиснула зубы, и Рёко ощутила поднимающийся внутри нее кислотный ужас. Хотя Кларисса не предложила подавить эмоции, и Рёко не попросила. Кёко была права. К добру или к худу, ей придется научиться справляться с подобным, когда такое происходит, без препятствий функционированию.   Но в группе были и другие новенькие.   Кёко выпрямилась, отведя копье в сторону и повернувшись лицом к группе. Казалось, она вдруг резко проявила лидерство, и Рёко признала, что это – своего рода психический трюк Древней, опирающийся не столько на магию, сколько на силу воли, хотя порой и приправленную каплей магии.   «Девочки, – подумала Кёко. – Это мерзость. Я не должна вам это говорить, но все гораздо глубже. Когда мы основали МСЁ, цель была в том, чтобы больше никому никогда не приходилось страдать, как когда-то нам. Мы думали, что преуспели, но здесь мы стоим перед лицом мерзости, противной всему, что когда-либо отстаивала Богиня. Эти девушки страдали, но не думайте лишь об их страданиях. Думайте обо всех нас, страдавших на протяжении всей истории, плачущих во тьме. Мы сражались и мы убивали, по причинам хуже, чем когда мы убили этих охранниц в том коридоре. И все же, в конце концов, мы по-прежнему живы. Так же будет и здесь. Мы здесь в ловушке, с ограниченным запасом кубов горя. Мы не можем ждать – скоро оставшиеся на поверхности забеспокоятся тем, что с нами происходит. Скоро они могут ворваться в те двери и убить всех найденных внутри охранниц в броне. Мы никак не можем предупредить их, какой трагедией это будет».   Кёко развернулась, указав копьем в примерном направлении, где, подозревали они, блокировала их выход волшебница.   «Мы знаем, куда нам идти, и в итоге нам, возможно, придется убивать, чтобы добраться туда. Девушки, которых вырастили здесь, могут не прислушаться к голосу разума и могут оказаться невосприимчивыми к нашей оглушающей магии. В конце концов, нам может потребовать убивать ради большего блага. Так же как и всегда, и мы должны найти утешение в знании, что их жертва была не напрасна».   Кёко подошла к по-прежнему стоящим вместе Мэйцин и Асами, у которых все еще были остекленевшие глаза эмоционального подавления.   «Не волнуйтесь, – схватила она Асами за плечо. – Мы сможем через это пройти. Нам лишь нужно верить друг в друга. Мы не позволим совершаемым здесь преступлениям продолжаться, и мы не можем колебаться».   Пресыщенному уху Рёко своеобразная проповедь показалась вымученной, даже поддержанная немалой харизмой Древней. Она видела, что другие ветераны чувствуют то же самое.   Но Мэйцин и Асами потеряли остекленевший взгляд, моргая, уставившись на Кёко с, похоже, некоторым удивлением.   «Идем, девочки, – подумала Кёко. – Останемся под маскировкой, перемещаясь обычным образом и телепортируясь, когда удобно. Будем надеяться, мы сумеем уклониться от других охранниц и добраться до нижних областей. Не могу обещать, что мы никого больше не убьем, так что напоминаю вам не сдерживаться в бою. Порой люди должны умереть. Другого варианта нет. Вперед».   Элиза и остальные выглядели несколько успокоенными демонстрацией лидерства и объявлением вроде бы разумного плана. Тактический интерфейс Рёко указал, что группа согласилась разделиться на две группы, сосредоточенных на двух телепортерах, но двигаться вместе.   «Порой люди должны умереть», – со вздохом повторила мысленно Рёко.   «Любопытно», – подумала она.   Они пробирались через объект, избегая скоплений охраны, телепортируясь мимо препятствий и обычно выбирая то, что начало казаться самым кружным из возможных маршрутом. Это плохо согласовывалось с идеей, что им нужно как можно скорее решить проблему, и Кёко начала демонстрировать плохо скрываемое нетерпение.   Во время всего этого Рёко испытывала все больший трепет. Не пройдет много времени, как они достигнут места, отмеченного Грацией как источник их блокировки. Конечно, вполне возможно было, что упомянутая волшебница передвинулась, в таком случае Грация выдаст их позицию еще одной попыткой связи с поверхностью, но Рёко, как и, похоже, вся команда в целом, разделяла странную уверенность, что их цель будет ждать их прямо там.   Конечно, похоже было, именно так все и будет, так как по мере приближения к месту и внешней «стене», их ясновидение становилось все ограниченнее, становясь серьезным препятствием для случайных прыжков, что должны были делать Рёко и Мина. Для телепортера это было почти как клаустрофобия, быть так ограниченной, что, несомненно, способствовало мрачным предчувствиям Рёко.   «Кто бы ни наложила это подавляющее поле, ей должно требоваться чудовищное количество энергии, – подумала Марианна, когда они приблизились. – Если бы мы не спешили, мы могли бы просто ее переждать. Она не может получать здесь достаточно кубов горя».   «Я не знаю, сколько именно будет порождать демонов гигантская группа клонов-подростков и подконтрольных охранниц, но готова поспорить, далеко не ноль, – возразила Кёко. – Возможно, ей здесь много приходилось охотиться».   «Что я хочу знать, у этой колонии, конечно, должны быть несколько волшебниц и помимо клонов, верно? – подумала Нана. – В противном случае, почему же их не уничтожили демоны?»   «Когда мы приземлились, демоны были повсюду, – подумала Кёко. – Помнишь? Готова спорить, такое идиотское дерьмо, как эти клоны, как раз с этим и связано. Они не слишком-то близки к вменяемости».   «Но тогда где волшебницы?» – подумала Нана.   «Не знаю, – подумала Кёко. – Надеюсь, мы не узнаем».   «Разве мы не должны были уже их почувствовать? – подумала Рёко. – Или, по крайней мере, ту девушку, если она и правда сжигает столько сил? Должно быть возможно ощутить самоцвет души, если только это чувство тоже не блокировано».   «Это возможно», – с чем-то похожим на вздох подумала Кёко.   «Похоже, мы приближаемся к центральной геотермальной скважине этой части бункера, – подумала Мэйцин. – Не удивлюсь, если именно здесь они и скрывались. Хотя это большое помещение, так что будьте готовы».   «Я рада, что взяла тебя, – вполне искренне подумала Кёко. – Иначе бы мы двигались вслепую».   Мэйцин нервно хихикнула – но не вслух.   «Я… не могу честно сказать, что рада быть здесь».   «Это учебный опыт, новенькая, – подумала Элиза. – Встряхнись».   «Мы убили всех этих девушек, и ты хочешь, чтобы мы встряхнулись?» – подумала Рёко – про себя, не группе.   «Мы уже очень близко, – подумала Мэйцин. – Следующее помещение вплотную к стене энергостанции. Хотя не думаю, что там есть дверь».   «И как раз вовремя, – подумала Мина. – Вся эта телепортация требует массы кубов горя».   «Тогда нам стоит остановиться в следующем помещении, – подумала Марианна. – Использую нити на стене и таким образом разгляжу путь, раз уж это всего одна стена. Держу пари, чем бы оно ни было, оно не блокирует приземляющиеся на стену фотоны».   «Согласна, – подумала Кёко. – Можем воспользоваться моментом для перегруппировки и планирования. Хотя не слишком долго – на их месте я бы постоянно прочесывала охранницами ближайшие помещения».   Через несколько мгновений они оказались в упомянутом помещении, немалых размеров кладовке, усыпанной чем-то похожим на детали дронов. Как и обещала, Марианна сразу же выстрелила своими нитями в ближайшую стену, закрыв глаза.   «Попытаюсь телепатически отправить вам все увиденное, – подумала она. – Потребуется сосредоточиться, так что замрите ненадолго».   Через несколько секунд Рёко ощутила серию вторгающихся в ее разум мысленных образов, отвлекающих ее так же как и, полагала она, должны галлюцинации. Кёко и остальные ветераны выглядели невозмутимыми, но Рёко оказалось непросто наблюдать окружение и образы одновременно.   «Не волнуйтесь из-за этого, новенькие, – подумала Кёко. – Просто пока что закройте глаза».   Рёко была не уверена, чего она ожидала от вида геотермальной скважины, но уж точно чего-то поинтереснее. Может быть, светящихся огней. Вместо этого в помещении было полно обычного на вид металлического оборудования и труб, а также крупный купол, как она предположила, закрывающий саму скважину. По всему помещению стояли на страже охранницы.   В передней части купола одинокая девочка, одетая в черную куртку с капюшоном и плащ, распростерлась на молитвенном коврике. Ее самоцвет души сиял чисто-белым, яркий как звезда – хотя Рёко как-то почувствовала, что он начинает угасать.   «Думаю, мы нашли нашу волшебницу» – констатировала очевидное Грация.   «Но где другие волшебницы? – подумала Нана. – Должно же быть несколько! И где пропавшие дети и клоны? Все, что здесь есть, это еще больше охранниц».   «Так ли это важно? – подумала Кёко. – Устраним ее, разберемся во всей ситуации. Одного точного удара будет достаточно. Сомневаюсь, что она сможет сосредоточиться на чем-то помимо поддержки поля подавления».   «Что-то не так, – подумала Нана. – Нам стоит вместо этого захватить ее».   «В такой ситуации? – потрясенно подумала Кёко. – Нам стоит просто убить ее!»   «Мы не можем просто вот так убить ее! – подумала Мэйцин. – Стоит хотя бы дать ей шанс!»   «Не сейчас, новенькая, – явно сдерживаясь, подумала Кёко. – Мы не можем сейчас сомневаться. Жизни в опасности!»   «Рёко! Твой самоцвет души!» – подумала Асами.   Эта последняя мысль, отправленная по групповой телепатической сети, а не лично Рёко, показалась настолько неуместной, что на мгновение приостановила разговор и заставила Рёко открыть глаза и попытаться взглянуть на основание шеи.   Ее самоцвет души снова светился – слабо, но светился, заметно ярче обычного свечения самоцвета души.   «Что ты делаешь, Рёко?» – спросила Элиза.   «Нет, это что-то значит, – подумала Грация. – Разве ты не читала о миссии на Орфее? Это знак Богини!»   «Не впутывай в такой момент религию!» – искоса взглянула на Кёко Элиза – она явно удержалась от гораздо более резкого заявления.   Рёко выдохнула, осторожно поглядывая на остальных членов команды.   «Нет, это не так, – сказала она. – Или, по крайней мере, не должно быть. Вообще-то, он регулярно так делает, когда я неподалеку от чего-нибудь напоминающего червоточину – или, по крайней мере, я так думаю. Чего-то вроде сверхсветового привода или червоточины пришельцев. Хотя не думаю, что я понимаю, с чего бы ему светиться сейчас».   Рёко позволила словам на мгновение повиснуть в воздухе, понимая, что слова, которые она не сказала, почти так же важны как и сказанные.   «Естественный вывод в том, что здесь что-то есть, – подумала Нана. – Будет ли подобное оборудование на такой энергостанции?»   Она просто озвучила вопрос, так как было не совсем ясно, был ли кто-то в команде экспертом по геотермальной энергетике.   После долгого молчания заговорила Марианна:   «Ну, не могу представить, с чего бы кому-нибудь потребовалось в геотермальной скважине нечто похожее на сверхсветовой привод, если только колонисты не экспериментировали с чем-то радикально новым. Приводы космических кораблей и так достаточно дороги – энергостанция, которой для работы необходима экзотическая материя, сводит на нет большую часть причин своего существования. Асами, чувствуешь здесь что-нибудь?»   Асами покачала головой.   «Нет, – подумала она. – Но я особо не присматривалась. Может быть, будь у меня чуть больше времени…»   Она позволила голосу стихнуть.   «Нам стоит изучить район, – подумала Нана. – Пропавшие дети, пропавшие клоны, пропавшие волшебницы – мы не можем просто ринуться очертя голову. Асами, Рёко и Мэйцин – мы можем провести их по периметру».   «Это может быть поиском черной кошки в темной комнате, – прорычала Кёко. – Если мы просто избавимся от не дающей нам ничего увидеть девушки, у нас будет полный доступ к ясновидению, и это больше не будет проблемой».   «Мы действуем в недостатке информации, – подумала Марианна. – Мы должны понять, что происходит. Мы можем в любой момент ворваться и устранить ее – не то чтобы эти охранницы стали такой уж проблемой, даже если нам придется сосредоточиться на их отключении, а не убийстве».   «Там могут умирать люди, – подумала Кёко. – Каждая потраченная нами секунда может быть еще одним ребенком, а каждая потраченная на обыск секунда – это еще один шанс на обнаружение».   «У нас нет свидетельств твоих предположений, – сказала Нана. – Что у нас есть, так это свидетельства нахождения здесь какого-то устройства, которого не должно быть. Мы должны узнать, что это. Осмотримся. Это по всем признакам ловушка».   «Ну, ты здесь не во главе, – взглянула на Нану Кёко. – Не пытайся переступить через меня».   Ее слова были полны ледяного гнева, казалось, вымораживающего вокруг нее воздух.   «Не надо, Кёко, – подумала Марианна. – Мами…»   «Даже не начинай», – предупредила Кёко.   «Лишь то, что ты хочешь быть чертовой идиоткой, не значит, что мы должны следовать за тобой, – встала рядом с Наной Элиза и взглянула Кёко в глаза. – Мы последовали за тобой в этот бардак, но мы не последуем за тобой в очевидную ловушку».   «Ты переходишь черту…»   «Мы не военные, – шагнула вперед Нана так, чтобы оказаться лицом к лицу с Кёко. – Мы не то же самое. Теперь отступи…»   Кёко испустила крик разочарования, оттолкнув от себя Нану. Не вполне понимая, что делает, Рёко рванула вперед, схватив Кёко за руку и лишь после этого осознав, что она не дала Кёко бросить копье на пол. Она на мгновение стиснула зубы, чувствуя, как напрягаются ее магически улучшенные мышцы, сдерживая Кёко, ученица против наставницы.   «Пожалуйста, выслушай меня, – подумала Рёко. – Ты позволяешь своей истории повлиять на тебя. Когда ты привела меня сюда, ты твердила, что у Богини есть на меня какой-то план. Ну, может быть, Богиня планировала не дать тебе убиться. Если мой самоцвет души сообщает, что здесь что-то есть, нам нужно это найти».   Она встретилась взглядом с Кёко, впервые столкнувшись с ней в поединке воли, и поняла, что вместо ожидаемой ею непримиримой, непоколебимой Древней, она видит кого-то гораздо слабее и гораздо, гораздо уязвимее.   «Пожалуйста», – добавила Рёко.   Она на мгновение подумала, что совершила ужасную ошибку, но затем она почувствовала, как рука Кёко ослабла и упала.   Она отвела взгляд.   «Ладно, – подумала она. – Пройдемся по периметру. Оставайтесь настороже – вокруг полно охраны. Мы же не хотим сделать что-то глупое, что привлечет их внимание, вроде швыряния оружия на пол. Рёко, как думаешь, сможешь отследить сигнал?»   Вопрос удивил Рёко, растерявшуюся на мгновение, прежде чем суметь ответить:   «Возможно. Зависит от того, что это. Теперь, когда я обращаю внимание на самоцвет души, я смогу заметить, приближаемся ли мы к этому, но нам нужно двигаться».   «Тогда ладно; идем. Действуем побыстрее. Время все еще важно».   Никаких извинений. Даже никакого признания, что что-то произошло – но это было достаточно хорошо, и команда коллективно выдохнула.   Рёко кивнула, давая остальным собраться вокруг, ожидая, когда ясновидящие подберут для телепортации ненаблюдаемое место. Асами и Мэйцин, другие волшебницы, на которых рассчитывали при сканировании периметра, схватили ее за руки, и на мгновение Рёко почти смогла представить, что они все еще на обучении, тренируются для нового типа миссий.   Но, конечно, такого не было. Ни в какой учебной миссии не было ничего подобного только что ею пережитому. Было такое, к чему просто невозможно было подготовиться.   «Поняла», – подумала  Грация, указав, что нашла место для их отправления.   Марианна через мгновение проверила место, и Рёко наклонила голову, готовясь к прыжку. Ясновидящим потребовалось необычно много времени, чтобы найти безопасное место – в одном Кёко была права: гарнизон объекта не рисковал с энергостанцией. Во всяком случае, плотность патрулей только увеличилась, охранницы даже заходили настолько далеко, чтобы физически пройти через все осматриваемые ими помещения. Очевидно было, они беспокоятся, что Рёко и остальные найдут энергостанцию, но не было никаких признаков того, что они знали об обнаружении их волшебницы.   После телепортации Рёко сразу же взглянула на свой самоцвет души. Он был ярче, но…   Нет. Там что-то было, на краю ее осознания, но где?   Она открыла глаза, оглянувшись на Мэйцин и Асами. Они покачали головами.   «Ничего, – подумала Асами. – Это странно. Не думаю, что мы когда-нибудь вот так расходились».   Рёко выделила секунду оценить новое окружение. Согласно ее внутренней карте, основанной на полученной от ясновидящих информации, они переместились на небольшое расстояние вдоль края станции и поднялись примерно на два этажа. Хотя они по-прежнему были рядом с энергостанцией, так как станция была высока так же как и широка.   Теперь они стояли в узком, тускло освещенном проходе с необычно низким потолком. Вполне вероятно, это был какой-то служебный коридор, предназначенный скорее для дронов, чем для людей.   Хотя это не значило, что здесь так уж безопасно, что было подчеркнуто небольшим пустым грузовым дроном, скользнувшим мимо них, вынудив Элизу отойти и пропустить его, чтобы их маскировка не оказалась сорвана.   «Нужно двигаться дальше, – подумала Кёко. – Так как сигнал усилился, просто продолжим в том же направлении. Оставаться здесь небезопасно».   Рёко подняла руку, чтобы отмахнуться от этой идеи.   «Думаю, я смогу понять, где это, если мне просто дадут секунду сосредоточиться, – подумала она. – Пожалуйста».   Она закрыла глаза, пытаясь вспомнить состояние ума, которое она использовала, переоткрывая червоточину. Как там сказала Кларисса?   Что ей стоит очистить свой разум и постараться сосредоточиться на одной только магии.   Мягко говоря, это был напряженный день. Пока не попыталась расслабиться, она не осознавала, насколько она была напряжена. Была тысяча тем для беспокойства, тысяча надвигающихся бедствий, хаос и неразбериха. Кёко и Асами и клоны…   Она покачала головой, чувствуя, как распутываются ее волосы. Были лишь ее вдохи и выдохи, резкое свечение ее самоцвета души, рокот всех остальных самоцветов душ рядом с ней, некоторых спокойных и приглушенных, других напрягающихся от усилий поддерживать скрывающую их магию. Позади всего этого была бесстрастная, ровная гравитация окружающей их планеты, неизменная помимо шепотка активности, перемещение далеких океанов…   «Нашла, – резко открыла она глаза. – Что бы это ни было, оно прямо над нами, точно над энергостанцией».   Она указала на их внутренних картах примерное местоположение.   «Наверху? – подумала Марианна. – Что там может быть?»   «Полагаю, мы выясним», – подумала Кёко.   «Мы почти точно над ней», – три телепортации спустя подумала Нана.   «Ней?» – подумала Кавита.   «Девушкой, поддерживающей поле подавления, – подумала Нана. – Мы почти точно над ней».   «Думаешь, это что-то значит?» – спросила Кёко.   «Не знаю».   Рёко огляделась по сторонам. Теперь они явно были за пределами обитаемых районов объекта. Помимо пола, на котором они стояли, их со всех сторон окружал тщательно вырезанный камень со множеством поддерживающих балок и буферов. Самоцвет души Рёко ярко светился, и ей было несложно сказать, что перед ней что-то есть, внутри чего-то похожего на сплошную стену камня.   У Мэйцин и Асами было почти идентичные лица оцепенения и сосредоточения, и ясно было, что что-то не так.   «Я не понимаю, – подумала Мэйцин. – Не похоже, что я смогу сказать, есть ли там что-то – скорее то, что там нет того, что должно быть. Как будто эта часть планеты сформировалась неправильно, и эта часть каким-то образом не подключилась».   «Там определенно что-то есть, – сразу же после этого подумала Асами. – Кажется весьма знакомым, и я не знаю, почему я не ощутила этого ранее».   «Мне кажется вполне нормальным, – сказала Грация. – Камень, камень и снова камень. Это не значит, что там ничего нет, но сложно вести тщательный поиск, когда ты не представляешь, где тебе искать».   Им и правда ничего не оставалось, кроме как ждать. После кивка Кёко Мэйцин и Асами буквально прижались к каменной поверхности, как будто они могли пройти сквозь нее, если достаточно сильно надавят.   «Ну?» – подумала Кёко.   «Мне это напомнило время с Magi Cæli, – подумала Асами. – Что-то, что я чувствовала, пока была там, но почему-то я не могу определить… о. О».   Все вокруг сразу же повернулись взглянуть на Асами, казалось, сжавшуюся под пристальным вниманием.   «Я поняла, – отвела она взгляд. – Я лишь однажды по-настоящему видела корабли. И у кораблей есть сверхсветовые приводы, которые даже за маскировкой для меня ярки и очевидны. Хотя маскировка кальмаров на самом деле очень хороша, и обычно единственное, что я улавливала от приводов, это слабый след… ну, чего-то вроде этого. Думаю, это может быть маскировочное устройство».   «Маскировочное устройство кальмаров? Здесь?» – недоверчиво спросила Кёко.   «Или что-то очень похожее. Я не знаю. Но именно это оно мне напомнило».   «Я все равно его не вижу, – подумала Грация, – но, в зависимости от типа маскировки, мне может потребоваться время, особенно если оно мало. По сути, мне придется проверить каждую точку».   «Для меня то же самое, – подумала Марианна, ее нити уже вцепились в каменную поверхность. – Будь оно видимым или электронным, я бы его увидела, но это просто обычный камень, и, похоже, оно невидимо».   «Так как у нас есть смутное представление о том, где оно, я могу просто обстрелять камень моей обезвреживающей технологию магией, – подумала Нана. – Конечно, любой наблюдатель сразу же это заметит, так что это не самый безопасный вариант».   Кёко заметно стиснула зубы.   «Сколько потребуется времени, чтобы ясновидением обыскать этот камень?» – подумала она.   «Вдвоем? С поиском по сетке, возможно, полчаса, – подумала Грация. – Нам придется буквально осмотреть каждый кусочек камня отдельно, так что зависит от того, насколько большим оно окажется. Я могу найти его за следующие тридцать секунд. Или через час. Сложно сказать. Мы просто не взяли подходящего типа ясновидящую».   «Что бы это ни было, сомневаюсь, что это отвлечение, – подумала Элиза. – Если подумать, нам повезло вообще заметить его присутствие. И никто не знает, как сделать или сымитировать маскировочное устройство кальмаров. На это требуется собственный исследовательский проект. Это никак не может быть какой-то ловушкой только для нашего отвлечения».   «Здесь много вопросов, это уж точно», – подумала Тэмми.   Кёко на мгновение опустила взгляд, отстраненно потерев глаза, как будто чрезвычайно устав. Рёко могла посочувствовать: необходимо было принять слишком много решений при заметной нехватке информации, и, несмотря на недавний мини-бунт против лидерства Кёко, принятие таких решений по-прежнему ложилось на нее.   Наконец, она подняла глаза.   «Сделаю прыжок веры, – сказала она. – Ты была права, Рёко. Цепь приведших тебя сюда событий могла произойти только после того, как ты сообщила нам о своем видении. Я считаю это знаком, что бы оно ни было – это важно, потому что это связано с тобой. И мы не можем позволить себе получасовое ожидание. Нана, обстреляй камень. Если повезет, никто не будет пристально наблюдать. Я ни от кого из вас не хочу слышать ничего о моей религии».   «Ну, по-своему это неплохое решение, – подумала Марианна. – Хотя не думаю, что кто-нибудь здесь знает правильный выбор».   «Будьте наготове, девочки, – сказала Кёко, когда Нана вдохнула, обеими руками собирая перед собой шар фиолетовой энергии. – Возможно, нам придется чертовски быстро уходить отсюда. Если поднимается тревога, мы можем немедленно напасть на ту девочку внизу, в случае если она попытается бежать. Телепортерам приготовиться. По крайней мере, если она побежит, у нас, вероятно, снова будет полное ясновидение».   Через мгновение Нана выпустила заряд, фиолетовое свечение погрузилось в поверхность камня и исчезло.   Момент антикульминации, когда, казалось, ничего не происходило.   Затем у них в головах разом зазвучали сигналы тревоги, когда их внутренние дозиметры высветили предупреждения о замеченных признаках ядерного устройства, прямо перед ними.   «Ядерное устройство, неизвестное состояние, сокрытое за неизвестным маскировочным устройством, – подумала Грация, передавая им образы увиденного устройства. – Выглядит человеческого производства, но я не знаю…»   «Оно еще может сработать?» – уточнила Кёко, в жесте отчаяния уже нацелившись копьем на камень.   «Нет! Не может! – подумала Нана, упреждая реакцию всей команды. – Мои силы отключают все технологии позднее июля 1945. Это включает ядерное оружие! Пока никто не сведет вместе два куска урана, мы в порядке. Хорошо, что это была не антиматерия, иначе меня бы просто разорвало от сдерживания».   «У них не должно было быть никакого ядерного оружия! – подумала Шочи. – Сенсоры…»   «Нельзя полагаться на сенсоры! – отрезала Агнес. – Не когда у тебя есть люди, строящие сумасшедшие…»   «Всем успокоиться! – приказала Кёко. – Теперь, раз уж оно обезврежено, мы сможем его вытащить! Мэйцин!»   «Работаю», – подумала Мэйцин.   Затем, через мгновение:   «Оно раздавлено. В ближайшее время не взорвется».   «Поле подавления опущено! – подумала Марианна. – Я вижу! Они встревожены!»   «Ладно, – подумала Кёко. – Нужно двигаться. Посмотрим…»   «Здравствуйте? Здравствуйте? Вы обезвредили бомбу? – откуда-то из-под них раздался новый телепатический голос. – Хвала небесам! Пожалуйста, вытащите меня отсюда, прежде…»   Голос резко оборвался.   Они возникли в воздухе внутри энергостанции, намного выше накладывающей поле подавления девочки. Когда остальные мстительными ангелами обрушились на окружение, Рёко вместо этого телепортировалась еще раз прямо к земле, вместе с Шочи, одной из генераторов маскировки, и Марианной. В бою, где целью было отключение противника, силы Рёко оказались относительно бесполезны – лучшее, что она могла, это телепортироваться к противнику и осторожно стукнуть его по голове, стараясь вырубить. Не самый лучший маневр, особенно когда действовать приходилось через броню.   Вместо этого ее назначили проверить окликнувшую их волшебницу, которая сейчас рухнула на молитвенный коврик, не накладывая ни поля подавления, ни чего-либо еще.   Рёко нашла секунду быстро оглядеться, на Нану, обстреливающую область широкомасштабными полями отключения, и Грацию, берущую под контроль всех, кого могла, и Кёко, отвлекающую охранниц своими копиями.   Затем они с Марианной, все еще замаскированные, осторожно опустились рядом с девочкой, в то время как Шочи высматривала вокруг опасность.   Она сразу же потянулась к самоцвету души девочки с левой стороны ее груди, погруженному в ее похожий на мантию костюм. Вытащив его, она заметила, что в нем кружит порча. Они едва успели вовремя.   «Я не удивлена, – сказала Марианна. – С использованной ею мощью я поражена, что она еще не выдохлась. Держи, у меня есть несколько запасных».   Рёко поместила самоцвет души вместе с кубами горя в скрытый в ее костюме карман. Чтобы достичь полной чистоты их потребуется больше, но пока что этого будет достаточно.   – Зачем же она все это сделала, после чего попросила у нас помощи?   – Не знаю, – схватила Марианна девочку за заднюю часть шеи и протянув свои нити к заднему спинному порту.   Девочка судорожно вдохнула, из-за чего Рёко поняла, что до этого момента она не дышала.   «Похоже, ее внутренние имплантаты попытались активировать модуль самоубийства, – подумала Марианна. – К счастью, у волшебниц он на самом деле никогда не срабатывал. С восстановлением ее самоцветом души упомянутые имплантаты, вероятно, просто растворились ее магией».   Девочка открыла глаза, но Рёко была готова, вытащив самоцвет души девочки и держа его в руке. Шочи придвинулась ногами прижать руки девочки.   – Ни с места. Одно движение, и она раздавит твой самоцвет, – сказала Марианна. – Это тебя убьет. Какого черта ты здесь делала? Почему попросила о помощи?   – Я… еще жива? – сказала девочка. – Имплантат самоубийства должен был убить меня.   – У волшебниц он не работает. Хотела прикончить себя, нужно было раздавить самоцвет души, – сказала Марианна.   Девочка тихонько расплакалась, слезы ровным потоком полились из ее глаз, смачивая заправленную ею за уши челку. Ее костюм, похожий на современную интерпретацию пустынных халатов или одежду, популярную на Новой Терре, каскадами стекал с ее конечностей на пол. Именно тогда Рёко поняла, насколько молодо выглядела девочка. Она выглядела на одиннадцать, максимум двенадцать, и в этот раз у Рёко не было сомнений, что это отражает настоящий возраст девочки.   «Полегче, – подумала Кларисса. – Тебе не так давно было двенадцать».   «Есть разница между тем, чтобы проходить через все это дерьмо в пятнадцать и в двенадцать», – огрызнулась Рёко.   «Полагаю, с этим не поспоришь», – подумала Кларисса.   – Так просто? – выдавила девочка. – Я столько времени слушала его чертов голос просто так? Я могла просто не подчиниться?   Рёко и Марианна быстро переглянулись.   – Что ты имеешь в виду? – спросила Марианна. – Нет, не важно, не сейчас. Где дети из колонии? Где все жившие здесь девушки? Я не хочу тебя торопить, но мы спешим найти их. Кто-то заставлял тебя удерживать поле подавления?   Рёко заметила, что Марианна немного колебалась между фразами, и вполне понимала, что она опускает: клонов, охранниц.   Девочка огляделась, сперва измученно, затем с облегчением.   – Не убивайте охранниц, – сказала она. – Они клоны. Он установил имплантаты…   – Мы знаем! – схватила Марианна девочку за плечи. – Мы знаем. Скажи нам, куда он забрал…   – Я не знаю! – в видимой муке прижала она ладони к лицу. – Он нам не говорил! Я видела… я видела, что он сделал со старшими девушками, и попросила инкубатора окончить этот кошмар, и ничего не произошло. Он мне сказал, что у нас в головах имплантаты, так что мы должны делать, что он говорит – ему лишь нужно нажать на кнопку. Так что я делала, что он сказал, и…   – Тебе не нужно было слушать его, – сказала Марианна, пытаясь взглядом прижать девочку. – Расскажи нам, где дети и клоны, и мы спасем их. Они дальше внизу?   Девочка замотала головой, слезы все еще наворачивались на глаза, волосы хлестали вокруг нее.   – Не знаю, почему, но нам начали говорить, что идет Враг, и мы должны быть храбры. Моих подруг – моих сестер превратили в окружающих меня охранниц.   Марианна оглянулась на разворачивающийся вокруг бой, как ожидалось, заметно склоняющийся в их сторону, в значительной степени потому, что Мэйцин намеренно уничтожила все входы на энергообъект.   – Так это твои сестры? – сказала она.   – Да, – кивнула девочка.   Она рванулась вперед, схватив Марианну за руку, настолько напугав Рёко, что ее рука и правда дернулась на самоцвете души девочки.   – Мы в него верили, – сказала девочка. – Он сказал нам, что вы злые, и я ему верила. Почему бы и нет? Я… мы помнили наших родителей на поверхности. Если бы я не знала правды, я…   – Сосредоточься, – настояла Марианна. – Сосредоточься. Дети из колонии наверху пропали, и мы не знаем, куда этот человек их всех увел. Если они не глубже, то где они?   – Это должна была быть ловушка, – сказала девочка. – Смысл был в том, чтобы привлечь сюда как можно больше из вас, после чего, когда я бы умерла, бомба взорвалась и убила вас всех. Я не знала, что делать. Его голос всегда был у меня в голове, говорил мне, что делать, и если бы я не послушалась, имплантаты убили бы меня и активировали бомбу. С его голосом в голове я даже не могла думать.   Марианна стиснула зубы.   «Она вполне могла с каплей магии переопределить эти имплантаты, – подумала она Рёко. – Но она никак не могла этого знать. Не говори ей».   «Как она вообще могла попытаться? – подумала Рёко. – И рисковать срабатыванием ядерной бомбы?»   – Где дети… – в последний раз повторила Марианна девочке.   – Не здесь, – сказала девочка. – Их никогда здесь не было. Он сделал все похожим на то, что они внизу, после чего изменил всем память, чтобы сказали, что они внизу, но я помню. Я немного прочла его разум. База на другой стороне планеты.   Марианна вздохнула.   «Так что это все же была ловушка, – подумала она. – Хорошо, что ты заметила бомбу».   Рёко неопределенно кивнула, подумав о своем самоцвете души и о Богине. Кёко была права. Несмотря ни на что, она была здесь не просто так.   Это было по-своему странно утешающе. Она ненавидела мысль, что кто-то направлял ее жизнь, но теперь она видела, что когда мир катится в преисподнюю, хорошо испытывать уверенность, что все, что ты делаешь, делается к лучшему, по крайней мере согласно чьей-то концепции «лучшего».   Ей не нравилось испытываемое от этого чувство облегчения.   – Ты знаешь, куда он ушел? – спросила Марианна.   Девочка покачала головой.   – Я только знаю, что это под землей, – сказала она.   Марианна кивнула, после чего на мгновение опустила голову, словно задумавшись.   От вспышки красного рядом Рёко чуть не подпрыгнула в испуге, но это была просто Кёко, чье прибытие дало понять, что бой вокруг них завершился.   – Так какие новости? – спросила Кёко, указывая копьем на сидящую на полу девочку. – Все отчаянно хотят узнать, что здесь происходит.   С падением подавляющего поля одним из первых их действий стал краткий телепатический контакт с поверхностью, чтобы дать им знать, что команда в порядке. После этого их засыпали телепатическими сообщениями с поверхности, на которые у них просто не было времени отвечать подробно, когда у них был активный контакт.   – Многое нужно обсудить, – сказала Марианна. – Но получается, что лидера культа и детей здесь нет. Они скрыты в другой части планеты. Колонистов либо обманули, либо промыли им мозги, заставляя думать, что дети здесь, но на самом деле все это гигантская ловушка. По крайней мере, так она сказала.   Марианна опустила взгляд, в сторону девочки на полу, украдкой быстро взглянув на Рёко.   – Ладно, я здесь, – сказала Грация, через мгновение вывалившись из воздуха.   Мариана указала на девочку на полу.   – Сожалею, что приходится это делать, – сказала она. – Но происходящее здесь слишком для нас важно, чтобы поверить в этом тебе на слово.   – Я не понимаю, что вы имеете в виду, – сказала девочка, когда Грация опустилась рядом с ней на колени.   Рёко понимала, и от этой холодной логики у нее сводило живот, пусть и немного. В этом был смысл, но это все равно казалось столь… жестоким.   Она опустилась рядом с девочкой на колени, встретив ее ищущий взгляд, как она надеялась, обнадеживающим.   – Как твое имя? – спросила Рёко.   – Мое имя. А, ну, мне сказали, что мое имя Саснитэ. Саснитэ Тафани.   Девочка на мгновение обхватила свои колени.   – Хотя я не знаю, что об этом думать. Я по-прежнему помню, как родители рассказывали мне о моем имени и почему они его выбрали. Сказали «Белый цветок». Но я знаю, что эта память не настоящая, и я знаю, что они даже не знают о моем существовании здесь. Это чья-то еще жизнь, но я… я все равно считаю их своими родителями.   Рёко на мгновение опустила взгляд на бледно-серый пол энергостанции. Она не знала, что думать о ситуации, так что сочла, что лучше ни о чем не думать.   Через мгновение она снова встала.   – Желания всегда сбываются, – сказала она, свысока глядя на Саснитэ. – Верь в это.   После чего она ушла, потому что больше не могла этого видеть.