Злая шутка.

— Я никогда тебя не брошу! Правда, правда не брошу! А хочешь, мы с тобой в отпуск в одно время пойдём и съездим куда-нибудь? Хочешь? — Нескончаемый поток Настиных слов раскаяния лился уже несколько минут, но Андрей её почти что не слушал. Он мучился, не зная, как ей во всём сознаться. Он планировал дождаться победного "Я брошу Антона" и раскрыться, а дальше всё путём, как он думал, но не рассчитывал на такую жуткую реакцию, и теперь, если он скажет ей всю правду, то сведёт её с ума. В общем, ничего хорошего из этого не выйдет. — Настя, прости меня. — Брякнул Быков. Он не собирался рассказывать ей ничего и пустил всё на самотёк, но прощения он не мог не попросить. — Андрюша, за что? За что ты извиняешься? Это я виновата во всём, я! "Андрюша" молчал. Вот что теперь ей сказать? Рассказать ей всё, свести с ума и окончательно порвать все отношения или продолжать вводить в заблуждение и издеваться над ней? Но ведь именно этого он и хотел, заполучить Настю с помощью жалости. Он проклял то мгновение, когда согласился на план Купитмана. — Мышка, передай Купитману, что он... — Что, Андрюш, что? — Да нет, ничего... Быков решился. Он будет играть до конца, пока какая-нибудь счастливая случайность не покажет действительность Насте. В конце концов, не в первой же ему играть с ней в игры, всячески обманывая её. — Хочешь пить? Давай я тебе воды налью... — Заботливая Кисегач уже наливала воду в стакан и приподняв Андрея потихоньку вливала жидкость в него. — Настя, а можно я к тебе перееду жить? — Всё тем же хриплым голосом спросил терапевт. — Конечно! Конечно можно! Я так рада, Андрей, так рада! Как только ты выздоровеешь, мы тут же перевезём твои вещи ко мне домой, обещаю! — Мышка так и сияла от счастья. Она пообещала ему, что он переедет. Быков добился своего и всё ещё надеялся на какое-нибудь недоразумение. Он посмотрел на Настю каким-то пьяным взглядом и ничего ей не говорил. Он словно изучал её взгляд, который так жалобно смотрел ему в глаза. Андрей должен был что-то сделать, чтобы доказать ей свою любовь. Сцена с суицидом казалась ему недостаточно убедительной. Вот если он её поцелует... "Да неееет. Ну же! Сделай это хоть раз не по пьяни... Ну что я за человек такой, блин?! Беда..." — Вот что бы прочла Настя, если бы умела читать мысли. "А может она сама меня поцелует, чё я-то сразу? Да, точно, так и сделаю.". Быков немного приподнялся на руке, но Настя поспешила уложить его, положив свои руки ему на плечи и уверяя Андрея, что ему нужно лежать. Он не растерялся и взял Настю за руки. Кисегач от такой неожиданности чуть не упала на него, и теперь их лица были на расстоянии одного-двух сантиметров друг от друга. Мышка прикрыла глаза и приблизилась к нему ещё на пару миллиметров... Андрей и Настя слились в жарком поцелуе. Она легонько обняла его, боясь случайно задеть рану, которой там в общем-то и не было. Слёзы подступали к глазам... Дверь внезапно открылась и в палату влетела Люба, говоря что-то на ходу. — Андрей Евгеньевич, здорово вы нас с Купитманом-то опять разыграли, а! Я ж поверила, что вы... Из окна-то в-выкинулись... А, ну я тут не кстати, я пойду пожалуй. — Увидев целующихся Быкова и Кисегач, Люба поспешила уйти из палаты. — Настя, всё могу объяснить...