Бабочка

      Чонгук всю ночь ворочился. Ему никак не давала покоя назойливая мысль: «Все ли у нее в порядке?» Он лег на спину и уставился в потолок. Непривычно было спать на втором ярусе Джина. «Но ведь надо привыкать». До потолка рукой подать. Чонгук перевернулся на правый бок, затем на левый. Полежал так с минуту и лег на живот, распластавшись как морская звезда. Он поднял голову и уронил ее лицом на подушку. Еще раз и еще. «Хочу пить!»       Чонгук резко поднялся и тут же задел макушкой потолок. «Тц… надо поменяться с Чимином местами». Зажмурившись и обхватив голову руками, он посидел так еще немного. Как только боль отступила, тихо спустился вниз.       Подойдя к двери, он окинул взглядом спящих соседей. Казалось, ничего не изменилось. Техен все еще спит со своим львенком. Юнги ругается на родном диалекте даже во сне. А Намджун спит громче всех. «Конечно, с утра до поздней ночи батрачить в больнице», подумал Чонгук.       Он бесшумно проскользнул в дверной проем и оказался в гостиной. Она же столовая и кухня. Юми по прежнему была на диване. Одеяло на полу. Ее рука свисает вниз. Чонгук подкрался, поднял одеяло и накрыл им девушку. Заметив что рука спящей касается пола, он поднял и ее. Хотел было уложить обратно. Но Юми сжала его руку и не отпускала. Где-то внутри Чонгука йокнуло. «Рефлекс?»       Он помахал ладонью перед ее лицом. Никакой реакции. «Спит», облегченно выдохнул Чонгук. Осторожно высвободившись, он осмотрел ее. Руки и лицо девушки были покрыты слоем запекшейся крови. «Так не пойдет». Направившись в ванную, захватил с собой небольшой таз. Спустя несколько минут, Чонгук поставил его, уже наполненного теплой водой, возле дивана и обмакнул мягкое белое полотенце.       Аккуратно взяв руку Юми, он провел по ней мокрым полотенцем. Кровь никак не хотела отмываться. Поэтому Чонгуку пришлось одолжить у Намджуна антисептик. Когда парень закончил с руками, он поглядел на воду в тазике. Насколько позволяло ему видеть лунное и уличное освещение, он решил все же сходить и сменить ее.       Чонгук легко поднял таз и побрел в ванную. За дверью он услышал шорох. Свет был выключен и видимость нулевая. Но кто-то там был. Чонгук завертелся с тазом. «Куда спрятать?» Он уже было направился к кухне, как услышал: «Чонгук? Ты что ли?» «Юнги хен», замерев, подумал Чонгук. — Да. Я. — Не спится? — Я ходил воды попить. — Целый тазик? — Ха-ха. Заодно решил ноги помыть… — нервы на пределе. «Попался». Но тут случилось чудо. — Как знаешь. Я спать пошел. Не засиживайся. — Юнги развернулся и вразвалочку побрел в спальню.       Чонгук все же дошел до ванной, сменил воду и предельно осторожно устроился на полу у дивана. Оглядываясь, он смочил полотенце и поднес его к лицу девушки. Он убрал кровяные подтеки со лба, щек, скул, ушей. Но они настойчиво спускались вниз по шее. Чонгуку показалось, что сглотнул он слишком громко. Удостоверившись в том, что Юми крепко спит и за ним никто не наблюдает, он вновь смочил полотенце, выжал и принялся водить им по шее девушки. Чонгук заметил, какая у девушки светлая кожа под этими темными слоями крови. Казалось, в ночном свете, она ничем не уступает луне. Далекая и хрупкая, излучает еле различимое холодное свечение.       «Стоп. Сосредоточься, болван! Пялиться на спящую девушку — это неправильно! И вообще, пялиться — это уже неприлично!», Чонгук встряхнул головой и отвлекся. Уже через несколько минут, он закончил. Время от времени Юми лишь слегка жмурилась. Но Чонгук был предельно осторожен.       Он последний раз зашел в ванную, чтобы слить грязную воду. Чонгук постарался отмыть полотенце. Но, увы, белым ему больше никогда не быть. Его пришлось выкинуть вместе с пустым тюбиком антисептика. Направляясь в спальню, он задержался у дивана и еще раз поправил одеяло. Девушка выглядела умиротворенно. И на душе у Чонгука тут же стало спокойно. В спальне он забрался на второй ярус и мгновенно уснул.

***

      Первым проснулся Техен.  — Джин, мне омлет. — сонно промямлил он. — Вот иди и сделай завтрак всем сразу. Джина здесь нет! — кинул в него подушкой Хосок. — Нет, он здесь… — запротестовал Юнги. — Он приехал? — спросил Чонгук. — Он навсегда останется здесь…в наших сердцах… — вкрадчиво и с чувством произнес Юнги. В него тут же полетели все пять подушек вместе с «Готовь ты!» и «Ащщ». — Почему я? — Теперь ты за старшего, хен. — напомнил Чимин. — Ладно, что-нибудь придумаю. Лобстеров не обещаю. — Юнги медленно поднялся с кровати. Вместе с ним вскочил Чонгук. — Хен! Не надо. Я сам все сделаю! Отдыхай~ — скрылся за дверью макне. — Я так плохо готовлю? — пробурчал Юнги уже под одеялом.       Чонгук быстро забежал в ванную, умылся, почистил зубы и провел ладонью по волосам несколько раз. Выглянув из-за угла, он заметил пустующий диван. «Где она?»       Звук закипающего чайника выдал Юми. Она была на кухне. Надев рубашку, оставленную вечером Намджуном, она медленно помешивала нечто на сковородке. Волосы собраны в растрепанный пучок. Рукава рубашки закатаны. Чонгук никак не решался выдать свое присутствие. Но тут Юми обернулась и, устало улыбнувшись, спросила: «Голодный?» Свободной рукой она держалась за левый бок. — Помощь нужна? — Накрой, пожалуйста, на стол. — Юми двигалась медленно. Казалось, каждое движение отдавалось ей болью. — Я и сам мог приготовить. Зачем встала? — Чонгук раскладывал тарелки, кружки и палочки, стараясь выглядеть как можно больше равнодушным. — Надо ведь и мне что-то полезное сделать. Не целыми же днями валяться на диване. К тому же, я проголодалась. — смущенно призналась Юми, помешивая омлет с помидорами.       В гостиную зашли Чимин и Хосок. Увидев Юми, они тут же скрылись в ванной. Следующим был Юнги. Кажется, присутствие девушки его никак не смущало. В боксерах и майке он дошел до холодильника, отпил минералки и только после этого представился с неуклюжим поклоном: «Юнги, Ваш покорный слуга».       С воплями «Еда», на горизонте показался Техен. — Как вкусно пахнет. Это ты приготовила?! — в радостных порывах он обнял незнакомую девушку. Юми побагровела. — Омлет пригорает! — запаниковала она.       После завтрака, во время которого все непринужденно вели беседу с Юми как со старым другом, из комнаты вышел сонный Намджун. — Утро доброе. Я первый в душ. — Я второй! — утвердил Юнги, подняв левую руку в верх. Третьим стал Чонгук, затем Хосок, Техен и … — Я снова последний?! — не унимался Чимин. — Можешь пойти со мной и стать вторым. — подмигнул Юнги. Все кроме Юнги как по команде изобразили рвотный рефлекс.       Юми, наблюдавшая за ними все это время, улыбнулась, встала из-за стола и направилась к дивану. Тут же к ней подбежал Хосок и, позволив ей опереться на себя, помог дойти. Чонгук сделал вид, что не заметил этого. Но ему никак не давала покоя рука Юми, которую она ни разу не оторвала от бока. Он молча сидел и пил чай, стараясь не обращать на вновь участившееся дыхание девушки внимание. Чего не скажешь о Намджуне.       Он вышел из ванной с полотенцем на еще мокрых волосах, огляделся, зевнул и подошел к девушке. Намджун положил руку ей на лоб, затем прикоснулся к шее и нахмурившись замолчал. Он попросил Чимина отнести Юми в комнату и положить на единственную одноярусную кровать Чонгука, а сам начал рыться в рюкзаке. «Что-то явно не так. Зачем ему инструменты?», вздрогнул Чонгук.