Глава 34
28 июля 2021 г., 21:01
От нервов подташнивало. Сердце норовило вот-вот выпрыгнуть из груди. Вспотевшие от волнения руки непроизвольно крепко сжимали пакеты с покупками. Фрэнк быстрым шагом шёл вдоль Суитс-авеню, чтобы как можно скорее подойти к месту встречи и наконец успокоиться. Айеро надеялся на то, что Джерард придёт, но не мог быть на сто процентов в этом уверен, потому что Уэй так и не ответил на сообщение.
«Давай встретимся в Суитс Фонтейн парке, что недалеко от дома, в восемь. Надо поговорить. Надеюсь, ты придёшь».
Сидя на скамейке с сигаретой в зубах, Уэй перечитывал сообщение снова и снова. Его губы были сложены в лёгкую улыбку, внутри разливалось приятное тепло от осознания того, что Фрэнку не всё равно. Любовь затуманивала разум и стёрла никчёмную обиду с лица земли.
Без пятнадцати восемь. Солнце медленно багровело, проваливаясь за горизонт и освещая город угасающими лучами. Зелёная листва приятно шелестела от невесомых прикосновений ветра к кронам высоких деревьев. Людей здесь практически не было, а шум проезжающих мимо машин приглушал звон ручейков в фонтане, бриллиантами переливающихся на солнце и отражающих слабую желтизну вечернего неба. Пение птиц умиротворяло. Дым сигареты струился в воздухе, развевая запах жжёного табака.
Джерард сделал затяжку и спрятал телефон в карман. Его взгляд был задумчивым. Уэй будто бы не обращал внимания на всё происходящее вокруг. Мысли вихрем вертелись в голове, затмевая собой реальный мир, и он совсем не заметил, как рядом с ним кто-то тихо присел.
— Привет, — послышался со стороны хрипловатый голос, заставивший сердце Джерарда вздрогнуть.
Он узнает этот голос из тысячи ему похожих.
«Фрэнки», — ненароком пронеслось в голове Уэя, но он старался сохранять невозмутимое выражение лица. Пытался не переводить на него взгляд и ничего ему не отвечать.
— Я думал, что ты не придешь, — Фрэнк чувствовал себя неловко. В горле пересохло от нарастающего напряжения.
Айеро надеялся на то, что, как только он встретится с Джерардом, ему станет легче. Но, похоже, он никогда так не ошибался.
Надменное молчание со стороны Джерарда лишь сильнее накаляло атмосферу. Айеро терялся в словах, терялся в себе. Не знал, что говорить и делать дальше.
Он боялся, что Уэй ему почему-то не рад.
По крайней мере, сейчас Джи выглядел слегка высокомерным в глазах Фрэнка.
«Похоже, мне действительно придётся убить Берта», — подумал Фрэнк, чувствуя что-то неладное во всём этом.
Наверное, это был тот самый случай, когда Айеро не мог довериться даже Джи.
— Я не знаю, чем обидел тебя, что ты последние двадцать четыре часа так охладел ко мне, — Фрэнк опустил взгляд на свои пальцы, которые он не мог остановиться сминать — он делал это так крепко, что они покраснели. — Я бы хотел извиниться, если это вдруг что-то очень серьёзное. Я был бы рад, если бы ты сразу говорил мне о том, что не так, чтобы мы могли вместе решить какие-то проблемы, связанные с нашим недопониманием, или что-то типа того…
— Ты ничем не обижал меня, Фрэнк. И я не хочу, чтобы ты испытывал чувство вины из-за моих загонов, — внезапно ответил Джерард, глядя куда-то вдаль. Сделав очередную затяжку, он тонкой струйкой выпустил дым из лёгких и продолжил: — Возможно, я не должен был так себя вести, но у меня сейчас так много переживаний внутри, что я предпочёл просто от всех изолироваться на какое-то время, чтобы не натворить глупостей. Мне очень приятно, что ты проявил инициативу и предложил поговорить, правда. Мне даже немного стыдно за то, что я, возможно, не достаточно ценю тебя, — Уэй улыбнулся, позволяя Фрэнку с облегчением выдохнуть и едва покраснеть от нахлынувших эмоций.
И впервые за это время наконец взглянул на Айеро.
— Фрэнк? — удивленно вырвалось у Уэя. Джерард остолбенел от увиденного, словно перед ним сидел не Фрэнк, а его призрак.
По телу пробежались мурашки, сопровождаясь приятной щекоткой в животе. Джи затаил дыхание. Это необыкновенное чувство, называемое любовью, будто с новой силой вспыхнуло красками в голове.
Фрэнк был до безумия прекрасен.
Айеро непроизвольно заулыбался и попытался отвернуться. Знал, что подобная реакция со стороны любимого вызвана именно его преобразившимся внешним видом.
— Посмотри на меня, — попросил Джерард, ошеломлённо улыбаясь изменившемуся Фрэнку — он был до ужаса красным от смущения. — Фрэнк, — он позвал ещё раз, но тот лишь сильнее засмущался, принимаясь теребить край надетой на него маджентовой футболки. — Не хочешь смотреть? — ехидно улыбаясь, поинтересовался Уэй и сделал последнюю затяжку.
Фрэнк, сгорая от смущения, лишь сильнее отвернул голову от Джерарда и поджал губы, растянувшиеся в глупой улыбке. Внимание Уэя для него было чем-то вроде самой вкусной еды, которую он когда-либо пробовал.
— Тебе очень идёт, — тихо произнес Джи, его голос был кисло-сладким на вкус и вызывал мурашки по коже.
— Спасибо, — робко ответил Айеро, чувствуя, как внутри него всё переворачивается вверх дном. — У тебя будет закурить? — внезапно выдал он, словно пытаясь убежать от своих чувств и перевести тему.
— Да, конечно, — сказал Уэй, передавая Фрэнку пачку сигарет и зажигалку.
Айеро закурил. Джерард видел, как сильно трясутся его руки в момент первой затяжки.
«Волнуется», — пронеслось в его голове.
Взгляд Уэя стал таким ласковым, таким мягким, что в нём хотелось утонуть. Вряд ли он бы смог вызвать у Фрэнка такую реакцию, если бы Айеро было всё равно на него. В голову Джерарда наконец пришла умная мысль: что, если Берт действительно говорил правду?
Уэй сделал вид, что не заметил его тремор, и решил выкурить вторую сигарету за компанию. Он наблюдал за чертовски привлекательным Фрэнком и понимал, что вот-вот — и сдастся воле своих желаний сесть максимально близко к нему, взять в руки его миловидное лицо, с головокружительно любовью заглянуть ему в глаза и нежно поцеловать в губы, такие мягкие, такие…
Джерард полностью отдавал себе отчёт в том, что может поступить неправильно в данный момент, что вторгаться в личное пространство другого человека — это низкий поступок, что это может иметь плохие последствия. Но, наверное, если он не решится на это сейчас, то не решится никогда.
— Я прям чувствую, как ты на меня смотришь, — неожиданно сказал Фрэнк, широко заулыбавшись. Эти слова вызвали у него эффект дежавю.
Джерард тихо рассмеялся.
— Ты можешь тоже на меня посмотреть, я буду не против, — Уэй пребывал в кокетливом настроении, чем продолжал смущать Айеро. Однако Фрэнку это очень нравилось, несмотря на то, что он стеснялся показывать всю глубину своих чувств.
— Я могу посмотреть только мимо тебя, если хочешь, — Фрэнк рассмеялся в ответ и почесал свободной рукой глаз. Он чувствовал себя таким придурком сейчас, что не мог сделать ничего лучше, кроме как пытаться отвлечься прикосновениями к своему лицу.
— Почему-у-у? — протянул Джерард. Кажется, у него начало получаться потихоньку выводить Айеро из зоны дискомфорта.
— Цвет моего лица тебе ни о чём не говорит? — с шуточным возмущением спросил Фрэнк, всё ещё пытаясь не смотреть в сторону Уэя.
— Я тебя смущаю? — задал вопрос Джерард, прищурившись, и, не дав Айеро ответить, продолжил: — Не знаю, возможно, ты думаешь, что раз я не краснею от любого взаимодействия с тобой, то это значит, что внутри меня совсем ничего не происходит. Но это не так. Не думай, что мне это даётся легче, чем тебе, — признался Уэй и затаил дыхание, надеясь на то, что Фрэнк поймёт его скромный намёк.
Однако даже если бы Айеро понял, он вряд ли бы осмелился сделать этот малюсенький первый шаг.
Фрэнк не нашёл, что ответить, и тяжело вздохнул. Он чувствовал, словно его внутренности разрывает неведомая сила. Айеро не ожидал, что общение с Джерардом будет для него таким тяжёлым сейчас. Ожидание «чуда», кажется, съедало последнее живое, что было в нём.
— Хочешь знать, что я на самом деле чувствую? — вопрос Уэя, кажется, добил Фрэнка полностью.
Джи затушил и выбросил недокуренную сигарету в урну. Он подсел к Айеро так близко, что их бёдра соприкоснулись. Фрэнк не знал, чего сейчас можно ожидать от парня и что конкретно он имел в виду. Но слова и действия Джерарда заставили Айеро с толикой недоумения и страха посмотреть на него.
Фрэнк неуверенно смотрел в сверкающие любовными огоньками глаза Джерарда, так нежно заглядывающего в его душу. Искра вновь стрельнула между их взглядами, и сердце Уэя замерло от нахлынувших чувств. С каждым днём он влюблялся в Айеро всё больше, и он уже не сомневался в том, что Фрэнк — именно тот человек, с которым он хотел бы провести всю свою оставшуюся жизнь.
Они находились так близко друг к другу, что Фрэнк, ощущая, как сердце бешено колотится в груди, подумал:
«Мне кажется, я сейчас умру».
Он был настолько уверен в своей никчёмности и безответных чувствах к Джерарду, что мысль о взаимности вызывала чуть ли не панику.
Уэй выглядел настолько серьёзным, что пугал своим видом, но внутри испытывал мощный переполох чувств.
Один вдох, взмах ресницами — и его лицо приблизилось к лицу Айеро. Фрэнк замер от шока, будто притворяясь мёртвым.
«О боже. О боже! О БОЖЕ!!!» — вертелось у него в голове. Его глаза стали огромными. Голову вскружило так, словно он вот-вот потеряет сознание.
Фрэнк отказывался верить в то, что это всё происходит на самом деле.
Он так много об этом мечтал, каждую ночь смотрел на старую фотографию Джерарда и постоянно думал о нём. Представлял их первое свидание, первый поцелуй и сгорал от безответной любви. А он ведь и подумать не мог, что когда-нибудь его мечты воплотятся в реальность.
В горле застрял неприятный ком, мешающий свободно вдохнуть и сглотнуть.
Джерард ненароком взглянул на такие манящие тонкие губы парня и тут же получил ожидаемый взгляд на свои в ответ. Фрэнк покраснел так сильно, что ему казалось, будто его лицо сгорит живьём. Сердце ускорило темп, руки онемели. Уэй прикрыл веки и прислонился своим носом к носу Фрэнка, опаляя его губы горячим дыханием.
Айеро был на грани. Он чувствовал, как горло сдавливает всё сильнее, как в носу начинает щипать — Фрэнк не мог принять своей сентиментальности.
Джерард прильнул к его губам с намерением поцеловать, но не успел коснуться их своими: Фрэнк едва-едва отстранился, словно приблизился к раскалённому металлу. Уэй напрягся, осознавая, что, наверное, поспешил с поцелуями. Айеро совершенно не умел целоваться, и, возможно, это его немного напугало.
Но дело было совсем не в этом.
Фрэнк почувствовал, как слезливая пелена накрыла глаза, и зажмурился. Мурашки прошлись по телу.
В полной боли, несправедливости и мрака жизни мечты о взаимной любви с Джерардом были чем-то приятным и светлым, тем, что слегка поддерживало, несмотря на то, что они были нереальны. До этого момента. И именно сейчас бетонная плотина, сдерживающая напор эмоций, дала трещину. Айеро неожиданно, даже для себя, всхлипнул. Слёзы градом потекли по щекам Фрэнка, вызывав у Джерарда панику.
К такой реакции Айеро он точно не был готов. И тем более не знал, как на это реагировать.
— Фрэнк… о боже, прости меня, я полный идиот, раз позволил себе полезть к тебе без твоего согласия. Я не хотел тебя обидеть, правда, — Джерард извинялся и чувствовал, что ещё чуть-чуть — и заплачет сам. Ему было до отвращения больно. Уэй понимал, что запорол единственный шанс на взаимность с Айеро, и от этого становилось ещё больнее. — Я просто… просто подумал, на мгновенье, что я тебе тоже небезразличен… И… — он гладил Фрэнка по плечу, боясь обнять, чтобы не сделать хуже. — Я сделал ужасную глупость, Фрэнк… Слышишь?.. Я не хочу делать тебе больно, — его голос дрожал от подступающих слёз. — Ты можешь сделать всё, что угодно: ударить меня, уйти домой, отвернуться от меня. Всё, что угодно, чтобы ты не чувствовал себя плохо из-за меня. Я смирюсь со своей неудачей, только, пожалуйста, не…
Джерард не успел договорить: Фрэнк заключил его в крепкие объятья, укладывая голову на его плечо. Айеро шмыгал носом и, прислушиваясь к сильному сердцебиению любимого, понемногу успокаивался. Уэй опешил. Кажется, он больше ничего не смыслил в этой жизни.
— Не говори о себе плохо только потому, что я не умею адекватно реагировать на такие вещи, — полушёпотом проговорил Фрэнк, позволяя Джерарду с облегчением выдохнуть.
— Ты меня очень… ОЧЕНЬ сильно напугал, — признался Уэй и обнял Фрэнка в ответ, вжимаясь холодными от испуга пальцами в его плечи. Джи прислонился губами к макушке Айеро и закрыл глаза, пытаясь хоть как-то прийти в норму.
— И кто теперь тут больше идиот? — задал риторический вопрос Фрэнк и засмеялся сквозь всё ещё идущие слёзы.
Джерард чувствовал, как Фрэнк дрожит в его объятьях.
— Я такой сопляк, мне очень стыдно, — Айеро был самокритичен, но его чувства можно было понять. — Просто, чёрт возьми… я… я так давно этого ждал, я так много думал об этом, что… что… я просто… — он тяжело вздохнул, пытаясь не расплакаться вновь. — Ты и представить не можешь, что я чувствовал в тот момент, и что я пережил, наконец его дождавшись.
Джерард гладил Фрэнка по спине, надеясь тем самым его успокоить. Он словно чувствовал всю его боль, переживания и страх оказаться отвергнутым даже любимым человеком.
В голову молнией вонзилась мысль:
«Неужели он всё это время испытывал чувства ко мне?»
— Я постоянно думал о тебе, — хрипловатым голосом бубнил Фрэнк, чувствуя приятные прикосновения рук Уэя к своим плечам. — После смерти моей мачехи ты был единственным, за кого я держался из последних сил. Да, это очень глупо. Безумно глупо, ведь мы не были знакомы, и ты мог оказаться последним мерзавцем. Но во мне жила надежда на то, что я не ошибаюсь в тебе. И в конечном итоге, она спасла мне жизнь.
Джерард молча слушал Фрэнка, понимая, что для него это один из самых значимых моментов в жизни. Его хотелось жалеть, лелеять, любить. Уэю было одновременно сложно принять то, что Айеро любил его так долго, и в то же время его рассказы вызывали в нём бури эмоций.
Насколько болезненным было его прошлое, что он нашёл поддержку в человеке, которого слепо и безответно полюбил.
— Когда я случайно натыкался на тебя в школе, я всеми силами старался не попадаться тебе на глаза, потому что думал, что я слишком жалкий для твоей компании. Мне было очень стыдно предстать перед твоими глазами таким, какой я есть, и произвести не лучшее впечатление. Хотя мне очень хотелось хотя бы дружить с тобой. И я, наверное, даже поступал не очень красиво, когда мог подслушать ваши с Бертом или Линдси разговоры, чтобы узнать тебя получше. Ты можешь считать меня конченым сталкером, я не стану обижаться на это, потому что на правду не обижаются.
У Джерарда щемило грудь от рассказов Фрэнка. Он закрыл глаза, чтобы не заплакать, хоть очень, очень хотелось. Он не винил Айеро и не обижался на него, ведь на его месте он наверняка бы поступил так же.
— А когда ты мне позвонил сам с просьбой помочь с математикой, я просто охренел. У меня было чувство того, что я попал в рай, и в то же время будто меня засунули живьём в котёл с кипящей лавой. Потому что познакомиться с тобой для меня было тем ещё стрессом, — Фрэнк рассмеялся, вызывая сдержанную улыбку на лице Уэя.
Айеро шмыгнул носом и вытер застывшие на щеках слёзы. Истерика постепенно уходила, уступая место умиротворению. В какой-то момент Фрэнку стало так спокойно и так хорошо, что ему показалось, будто это всё какой-то слишком реальный сон.
— Чего мне только стоило молчать все эти два года, что я влюблён в тебя. Ты был одновременно очень близко и так непостижимо далеко. Меня разрывало от безответности, но я очень долго пытался смириться с этим. Я был готов к тому, чтобы отпустить тебя.
«Иногда мне казалось, что лучше бы меня не откачали после попытки самоубийства, потому что я не выдерживал, честно», — Фрэнк не стал говорить об этом, чтобы не нагнетать обстановку и закончить своё признание на нейтральной ноте.
Джерард решил взять инициативу на себя и распустил объятья, чтобы взглянуть в заплаканные глаза Айеро и проговорить всё, что накопилось внутри него, вслух.
Он взял в руки его прохладное и влажное лицо. Фрэнк был очень робким и даже после такого душевного признания с трудом мог смотреть Джерарду в глаза.
Уэй выглядел искренне растроганным и по уши влюблённым.
— Ты самый сильный, смелый, преданный и чувственный человек из тех, которых я когда-либо встречал, — мягко проговорил Джерард, легко улыбаясь в ответ и поглаживая большим пальцем щёку Фрэнка. — Я никогда не переживал того, что пережил ты, но при этом я очень хорошо понимаю твои чувства. Мне понадобилось намного больше времени, чтобы разобраться в том, что я чувствую к тебе, — голос Уэя был успокаивающе мягким.
Глаза Фрэнка блестели в оставшемся от заката небесном свете. Айеро был заплаканным, но всё ещё прекрасным в глазах с упоением смотрящего на него Джерарда. Уэй видел счастье в глазах Фрэнка, видел застывшую в них любовь, и его сердце замирало в груди, а реальный мир вокруг испарялся, оставляя после себя темноту. Этот взгляд больших ореховых глаз словно въелся в разум, и Уэй задыхался. Задыхался от чувств к нему и понимал, что не сможет без него жить.
— И я уверен, даже если бы случилось так, что ты сказал мне об этом раньше, то я бы не отвернулся от тебя. Не из жалости. Я довольно быстро привязался к тебе. И очень искренне, от всего сердца готов был помогать тебе до конца. Я просто очень долго не задумывался над этим. Но рано или поздно это время пришло. И вот я здесь, глажу твои румяные щёчки и надеюсь увидеть радостную улыбку на твоём лице, — произнёс Джи, и Фрэнк широко заулыбался, свойственно себе покраснев и опустив глаза.
Уэй улыбнулся в ответ. Внутри всё трепетало от сильных чувств. Он так умилялся Айеро, что готов был зацеловать его до смерти.
— Я бы очень хотел, чтобы твоё прошлое действительно осталось в прошлом, — сказал Джерард и соприкоснулся своим лбом с его, прикрывая глаза.
Фрэнк сильно размяк, чувствуя тепло любимого. Ему было так хорошо сейчас — он хотел, чтобы эта скромная близость длилась вечно.
Джерард плавно переместил руки на его плечи.
— Я надеюсь, что мы начнём всё с чистого листа. Вместе. Потому что я безумно люблю тебя, — Джерард чуть не запнулся на последней фразе, потому что признаваться в своих чувствах было очень волнительно для него.
От этих слов у обоих пробежались мурашки по коже.
Этими словами Фрэнк грезил два с лишним года. И, наконец услышав их, готов был умереть от радости, переполнявшей его сейчас. Хотя умирать было рано: ещё столько всего его ждало впереди, о чём он даже не догадывался.
Они снова соприкоснулись своими носами и замолчали на некоторое время. Фрэнку было очень сложно говорить о любви к Джерарду напрямую — он лишался дара речи каждый раз, когда хотел сказать об этом.
— Ну что, теперь жених может поцеловать жениха? — спросил Уэй, чем вызвал смех со стороны Фрэнка — они немного отстранились друг от друга.
— Господи Иисусе, зачем же ты меня так сильно смущаешь, — Фрэнк попытался закрыть своё пунцовое личико руками, но Джерард вовремя перехватил их и положил себе на плечи.
Уэй понимал стремление Айеро укрыться от того, к чему он не привык, но в то же время хотел помочь ему стать раскрепощённее. Джерард накрыл ладонями его талию и будто бы попытался присесть к нему ещё ближе, хотя ближе было уже некуда.
— Ты не хочешь? — Уэй приподнял одну бровь. На его лице плясала заманчивая улыбка.
— Да нет, блин, не в этом дело… — извивался Фрэнк. От прикосновений к Джерарду немели руки. От прикосновений Джерарда летали бабочки в животе.
— Тогда в чём?
— Я не умею и не хочу позориться перед тобой.
— Пф, знаешь, какой-нибудь кариес будет более уважительной причиной отказать мне в поцелуе, чем просто неумение целоваться, — фыркнул Уэй и рассмеялся.
— А-а-а, мы на улице, вдруг кто-то увидит… — промямлил Фрэнк, в это время находясь в лёгких и точно не дружеских объятьях Джерарда. На улице. Где их мог вдруг кто-то увидеть.
Уэй вздохнул, понимая, что спорить с Фрэнком бессмысленно. И в этот раз, чтобы избежать своих прошлых ошибок, решил без разрешения не лезть.
— Тогда хотя бы в лобик, — сказал Джерард и быстро чмокнул Фрэнка в лоб, заставляя вновь раскраснеться до предела.
Айеро так сиял от радости, что, похоже, мог осветить весь мир.
— Побудем здесь ещё немного или пойдём домой? — поинтересовался Джерард, заглядывая своему парню в довольные глаза. — Я, если честно, за целый день почти ничего не съел, поэтому я был бы не против перекусить на ночь.
— Пойдём, я за сегодня очень устал, — Фрэнк легко улыбнулся.
Город постепенно засыпал. В окнах близстоящих домов зажегся свет. Парни шли домой молча, наслаждаясь одним лишь присутствием друг друга. Идти было совсем недалеко, но Джерард был настолько воодушевлён взаимностью с Айеро, что пройти две сотни метров без прикосновений к нему оказалось непосильной задачей.
Людей на улице совсем не было. Уэй, недолго думая, аккуратно взял Айеро за руку, переплетая их пальцы и тем самым вызывая внутри Фрэнка всплеск свежих, незабываемых эмоций. Фрэнк не мог сдержать улыбки. Это было так романтично для них обоих, так атмосферно. Мир для них словно перестал существовать. Им было всё равно на изредка проходящих мимо них людей, которые косо пялились на их сплетённые руки.
Это было чем-то таким простым, но таким необычным для Фрэнка. Он держал Уэя за руку только в своих самых сокровенных мечтах, а сейчас он ощущал тепло его ладони наяву.
Всё, чего боялся Айеро на данный момент, — это то, что произошедшее сегодня могло оказаться всего лишь сладким и безумно реалистичным сном.
Они вернулись домой к девяти вечера. Дома было тихо и темно. Вероятно, Донна уже легла спать, а Майки мирно отбывал день в своей комнате, не намереваясь в ближайшее время из неё выходить.
Довольные времяпрепровождением друг с другом, парни прошли в кухню.
— Садись, я приготовлю нам чай, — негромко сказал Джи, словно боялся, что его голос сможет дойти до второго этажа и разбудить маму.
Фрэнк наблюдал за тем, как Джерард ставил чайник, доставал из навесного шкафчика кружки и коробку с чаем, и не мог оторваться. Подперев подбородок рукой, он периодически засматривался на его зад и вместе с тем смущался этого, будто делал что-то противозаконное.
Уэй справился довольно быстро и, достав из холодильника остатки сегодняшнего маминого пирога, накрыл на стол.
Джерард, не стесняясь, присел вплотную к Фрэнку и взял его за руку, переплетая его пальцы со своими, чтобы не только видеть, но и ощущать его присутствие рядом.
Айеро понемногу привыкал к ласкам Джерарда. И в какой-то момент ему даже начало казаться, будто так было всегда. Словно они были вместе как минимум несколько месяцев.
— Я надеюсь, мы после ужина не разойдёмся друг от друга по разным комнатам? — спросил Уэй, загадочно посмотрев на Фрэнка. Тот немного покраснел, заулыбавшись. Инициатива Джерарда ему безумно нравилась.
— И чем ты предлагаешь заняться? — мило и немного кокетливо ответил Айеро. Он мельком глянул на Джи, делая первый глоток вкусного горячего чая.
Лицо Уэя стало ещё более загадочным.
— Ну-у-у… — протянул он и облизнул губы. — Чем могут заниматься два влюблённых парня ночью, сидя наедине в одной комнате?
Фрэнк сильно покраснел после этих слов. В голову без предупреждения ворвались всякие похабные навязчивые мысли.
Джи рассмеялся, заметив его пунцовые щёки.
— Я догадываюсь, о чём ты подумал в первую очередь, — говоря об этом, Уэй не скрывал своей широкой улыбки, от которой Фрэнк сходил с ума. — Но можешь расслабиться, я имел в виду совершенно другое, — он смотрел на Айеро, чьи влюблённые глаза смущённо смотрели на него в ответ, и поднёс его руку, зажатую в своей ладони, к своим губам. — Разве ты не хочешь провести со мной больше времени сегодня?
— Очень хочу, — ответил Фрэнк. Его сердце замирало от каждого действия и слова Джерарда. И каждый его вдох был как последний.
***
Перекусив, парни ушли умываться в разные ванные комнаты, предварительно договорившись встретиться в гостиной. Айеро справился раньше, поэтому решил расстелить постель. Он присел на край разложенного дивана у подлокотника и, глядя на одинокую подушку, лежащую напротив, задумался. Фрэнк будто выпал из реальности на какое-то время, падая в бездну воспоминаний о сегодняшнем дне, который вызывал бабочек в животе. Мягкий свет единственной горящей напольной лампы падал на затемнённый силуэт Айеро. Было настолько тихо, что он мог слышать своё дыхание. Погружённый в свои мысли, Фрэнк не заметил, как Джерард, скрипнув дверью, вошёл в гостиную и присел рядом с ним. Айеро слегка вздрогнул и поправил упавшую на глаза чёлку. В одну секунду ему стало так волнительно, что он остолбенел, глядя в тёплые глаза улыбающегося Уэя. Джерард не спешил выключать свет или включать телевизор, чтобы разбавить приятное напряжение посторонними звуками или спрятать его в темноте. — Иди ко мне, — сказал Джи полушёпотом и обнял Фрэнка за плечи, как можно сильнее прижимая его к себе. Айеро не сдержал улыбки. Он ватными руками обвил торс Джерарда, ненароком прислоняясь своей щекой к его. Едва заметная щетина Уэя приятно кололась. Фрэнк чувствовал, как лёгкая слабость и щекотка в животе переходили в слабое возбуждение. С одной стороны, он был готов к тому, что сегодняшний вечер не закончится на объятьях, а с другой, безумно этого стеснялся. Будь он хоть чуточку увереннее в себе и с опытом, всё было бы по-другому. Джерард повернул голову в сторону и столкнулся своим носом с его. Фрэнк чувствовал его тёплое дыхание. Он словно терял над собой контроль, доверяясь Уэю полностью. Джи чувствовал, как внутренности завязываются в тугой узел. Он тёрся своим носом о нос Айеро, накрывая ладонью его горячую от смущения щёку. И Фрэнк не успел опомниться, как почувствовал мягкий поцелуй Джерарда на своих губах. Айеро рвано вдохнул и задержал дыхание от неожиданности. Внизу живота возросло напряжение. Глаза непроизвольно закатывались, сердце отбивало сумасшедшие ритмы. Чувства калейдоскопом пестрили в голове. Взаимная любовь давала бутонам эмоций раскрыться, расцвести и подарить незабываемый аромат этой близости, навсегда запечатлевшийся в их памяти. Фрэнку было так хорошо сейчас, что он совсем размяк. Голову вскружило. Его руки непроизвольно сжали на спине спальную футболку Джерарда. Уэй будто сходил с ума, чувствуя каждую клеточку Фрэнка, его запах, тепло. Джи чутко, аккуратно и до безобразия нежно целовал его губы, не боясь, что Айеро так и не ответит ему, ведь понимал, что он не умел целоваться. — Расслабь губы, — полушёпотом проговорил Джерард, слегка отстранившись, и Фрэнк послушал его. Уэй снова поцеловал Айеро сначала в верхнюю, затем в нижнюю губу. Им это нравилось до бабочек в животе, до мурашек по коже, до возбуждения. И стоило только Фрэнку попытаться ответить на поцелуй, как всё заиграло совершенно иными красками. Более насыщенными и яркими. Выходило у Айеро не очень в виду отсутствия опыта и практики, и его сухие и неуверенные поцелуи, казалось, могли всё испортить. Но Джерард практически не обращал внимания на его лёгкую скованность, ведь ему было достаточно просто чувствовать его рядом. И смелость, и опыт — всё это придёт потом. У них было ещё немало времени. Айеро чувствовал, как одна рука Уэя поглаживала его спину и поясницу, а вторая — шею и щёку. Чувствовал тепло и то, как трепетно сжимается сердце в груди. Звук тихих причмоков усиливал напряжение внизу живота Фрэнка. С каждой секундой он всё сильнее входил во вкус, и это вызывало в нём новые эмоции. Новые желания. Превозмогая все свои страхи, стеснение, волнения, он осторожно, не разрывая поцелуя, попытался устроиться поудобнее. Но только захотел это сделать, как Джерард перенял его инициативу. Он схватил Фрэнка за бедро, пока тот весьма неуклюже пытался подогнуть под себя ноги, и попробовал каким-то магическим образом усадить его себе на колени, что у него, собственно, и не получилось. Конструкция из двух парней, разорвавших поцелуй, рухнула — Фрэнк едва успел упереться руками в диван, чтобы не стукнуться лбом с лежащим на спине Уэем. Он нависал над Джерардом, глядя озадаченным взглядом в его чайные глаза. Айеро было очень неловко и непривычно видеть Уэя в таком ракурсе, поэтому он остолбенел и покраснел. Джерард молчал и старался сохранять спокойствие, надеясь увидеть то, как поступит Фрэнк в такой ситуации. — Хочешь сделать небольшую паузу? — спросил Уэй, видя растерянность Айеро, и тот ожил, тихо рассмеявшись. — Прости… Чёрт, мне так неловко, — заговорил Фрэнк. Он весь трясся от адреналина. Для него всё происходящее было слишком в новинку — его мозг охреневал от этих ощущений и не мог придумать ничего лучше, кроме как пустить по телу мандраж. Айеро встал с Джерарда, позволяя тому подняться вслед. Уэй наблюдал за Фрэнком с искренним восхищением и улыбкой на лице. И надеялся спустя некоторое время продолжить, потому что ему очень понравилось. — Я понимаю, что тебе неловко из-за того, что у тебя такое впервые. Я, на самом деле, тоже волнуюсь, не меньше, чем ты. Но я бы очень не хотел, чтобы объятья и поцелуи со мной вызывали у тебя такие чувства, — сказал Джерард, глядя на то, как Фрэнк, усаживаясь в позу лотоса, обнимает подушку, словно пытаясь как-то закрыться от своего позора. Уэй поджал губы и присел к нему ближе. — То есть, я переживаю. Я хочу, чтобы ты получал удовольствие от этого так же, как и я. Это очень важно… Фрэнк посмотрел на взволнованного Джерарда: его лицо было необычайно красивым в тусклом жёлтом свете всё ещё включённой напольной лампы. Айеро видел его переживания и точно так же переживал сам. Ему было очень сложно на это решиться, но он взял Уэя за руку и очень быстро приблизился своим лицом к его. Он аккуратно чмокнул Джерарда в уголок губ, молча показывая, что ему не всё равно, что ему это нравится, чем вызывал у него счастливую улыбку. Джерард глубоко и громко вдохнул, после чего схватил обеими руками лицо Фрэнка и впился в его губы мягким поцелуем вновь, прикрывая потяжелевшие веки. Внутри Айеро всё за мгновенье связалось в тугой узел, в животе защекотало. Он ответил на поцелуй, и в этот раз смелее и увереннее, чем в прошлый. Через полминуты движения его губ стали плавными, лёгкими. Айеро быстро влился в процесс. У него начало получаться намного лучше. Он получал сногсшибательное удовольствие от неглубокого поцелуя, крепко обвивал руками шею Джерарда и сопел, вновь и вновь соприкасаясь губами с Уэем. Глаза были плотно закрыты, но Айеро не был окружён безграничной темнотой: разум рисовал яркие абстрактные картинки в его голове. И Фрэнк сильно опешил, когда внезапно почувствовал во рту скользкий язык Джерарда. Он рефлекторно отстранился и смутился. — Всё хорошо? — спросил Уэй. Он вновь заволновался из-за того, что сделал что-то не так. — Ты засунул свой язык мне в рот, — это предложение звучало утвердительно. Заметно покраснев, Айеро нахмурился, глядя куда-то сквозь Джи, и глупо заулыбался, пытаясь сдержать истерический смех. Как ни странно, Фрэнк очень мало знал о поцелуях и не представлял, что можно целоваться с языком. Этот факт позабавил Джерарда. — Ну да, а тебе не понравилось? — парень прикусил нижнюю губу, заулыбавшись. — Это… необычно, что ли? — Айеро тихо рассмеялся, отводя взгляд в сторону. — Я не совсем смог понять, если честно. — У тебя есть шанс это исправить, — усмехнулся Уэй и накрыл ладонью его шею, обратно притягивая к себе. Он прислонился своими губами к губам Фрэнка, когда тот оказался совсем близко, и прикрыл глаза, проговорив: — Открой рот пошире. Айеро послушно открыл рот и через секунду почувствовал, как язык возлюбленного снова соприкоснулся с его языком. Сердце Фрэнка вздрогнуло, и он рвано вдохнул и с тихим стоном, который даже не заметил, выдохнул, чувствуя, как по коже проходятся мурашки. Ему это казалось приятнее обычного поцелуя. Определённо. Они целовались медленно и чутко, боясь упустить хотя бы одну эмоцию, хотя бы одно приятное чувство. И Айеро наслаждался каждой его секундой. Сначала отвечать на такой поцелуй у него получалось неважно, но спустя несколько неудачных попыток ему всё же удалось сделать это так, как хотелось. И это подарило ему просто незабываемые ощущения. Настолько незабываемые, что у него встал. Фрэнка настолько переполняли эмоции, что он не сразу понял это. В один момент в голову ударили гормоны с такой силой, что он почувствовал себя невероятно привлекательным и смелым в своих самых похотливых желаниях. Он лёг на спину, потянув за собой Джерарда — тот, стараясь не отрываться от поцелуя, прилёг рядом, опираясь на локоть. Свободной рукой он гладил торс Айеро, спускался от груди, задевая пальцами затвердевшие соски, проглядывающие сквозь спальную футболку, к животу и поднимался обратно. И вдруг Фрэнк запаниковал, когда его член начал ныть от перевозбуждения. «Вот блять!», — пронеслось в голове Айеро. Кажется, это было одним из его самых сокровенных страхов: возбудиться от поцелуя. Он не знал, что ему делать сейчас. Фрэнку было безумно стыдно перед Джерардом за то, что он, такое «похотливое чудовище», не смог сдержаться от обычного поцелуя. В первый же день после признания. У Фрэнка было три варианта: А) Прервать поцелуй и признаться, чтобы грамотно подойти к решению проблемы. Б) Попытаться соврать и сбежать в туалет. В) Пустить всё на самотёк и вместе с признанием в любви и первым поцелуем в один день прожить ещё и первый секс. Во всех трёх случаях, как считал Айеро, его ждал позор. Но какой из них меньше позор — это та ещё дилемма. У него было слишком мало времени, чтобы принять правильное решение. — Джи, — сквозь поцелуй произнёс Фрэнк, надеясь на то, что у него получится оторваться от Джерарда и незаметно убежать прежде, чем Уэй заметит его стояк. — Что? — на секунду отстранившись, хрипловатым голосом ответил Джерард и, чтобы дать Фрэнку слово, начал усыпать его лицо и шею мелкими поцелуями, от которых Айеро почувствовал очередную, сильнейшую волну возбуждения. Его голос был таким сексуальным. Его запах был таким сексуальным. Его существование было таким сексуальным. — Джи… Я… Джи… М-м-м… — протянул он полустоном, когда Джерард начал целовать его за ушком. От его прикосновений волосы становились дыбом. Дыхание Фрэнка участилось. Наверное, он никогда в своей жизни не был возбуждён настолько сильно. — Отпустишь меня ненадолго? — всё-таки смог попросить Фрэнк вопреки всем своим желаниям засунуть свой член куда-нибудь в Джерарда, например. Уэй слегка отстранился и бросил томный взгляд в глаза Айеро, словно ожидая объяснений. — Я очень быстро, честно. Глядя на Джи, Фрэнк заподозрил, что он, возможно, был бы не против развить их поцелуй во что-то большее. Но, несмотря на сильное возбуждение, Айеро точно не был готов сегодня, в первый же день их отношений, показаться парню голышом. — Не смею тебя задерживать, — полушёпотом проговорил Уэй и, поцеловав напоследок, отстранился. Фрэнк в ту же секунду, молясь всем возможным богам, в которых не верил, чтобы Джерард ничего не заметил, подорвался с дивана и, даже не обернувшись, вышел из гостиной. Поведение Айеро насторожило Джи. Он посмотрел вслед уходящему парню. О том, что Фрэнк мог неожиданно возбудиться, Уэй не думал. Почему-то, беспокоясь за каждый его вздох, Джерард подумал, что, наверное, ему стало плохо. «Или я что-то снова сделал не так», — он пожал плечами, подумав об этом, но пока не стал подрываться за Айеро. «Я ебал это всё!» — неиронично пронеслось в голове Фрэнка, когда он ворвался в ванную комнату и заперся. Включив воду, Айеро сел на крышку унитаза и уставился на свой стояк. — Что мне с тобой делать?! — гневно прошипел он и тяжело вздохнул. Вопрос к самому себе был настолько глупым, что Фрэнк рассмеялся. Он понимал, что лучше подрочить и забыть до завтрашнего дня о всяких конфузных ситуациях. «Это не займёт и пары минут», — успокаивал себя Фрэнк, с позором засовывая влажную руку себе в трусы. Ему было безумно стыдно сейчас за то, что он собирался сделать. Но он больше не мог терпеть. Вообще. Айеро достал горящий от перевозбуждения член и занялся мастурбацией. Водя рукой вверх-вниз, он чувствовал, насколько непривычно быстро приближается оргазм. Ноги непроизвольно разъехались в стороны, и Фрэнк крепко сжал рукой внутреннюю часть бедра. Он едва сдерживал рваные вздохи, ему так хотелось стонать от тех приятных ощущений, которые испытывал сейчас, но продолжал терпеть. На какое-то время он забыл о стыде и о совести. Айеро на секунду представил, что вместо его руки сейчас могла оказаться рука Джерарда, и от этой мысли обильно кончил, случайно прокусив изнутри нижнюю губу. — Блять… — вырвалось у него, когда он почувствовал металлический привкус крови во рту. Фрэнк чудом успел добежать до раковины, чтобы не заляпать одежду спермой и кровью. Он постарался смыть всё как можно скорее, и если со своими скорострельными проблемами он справился быстро, то кровь из губы он пытался остановить подольше. Настолько подольше, что в дверь постучался Джерард. — Фрэнк, у тебя там всё в порядке? — Уэй будто превратился в заботливого папашу. Долгие походы Айеро в туалет он раньше так близко к сердцу не принимал. В эту же секунду послышался щелчок, и из щели приоткрытой двери показалось лицо Фрэнка. — М-м-м, да-а-а. А что-то должно быть не в порядке от похода в туалет? — оправдывался и краснел Айеро — но он мастерски быстро выключил свет в ванной комнате, чтобы Джерард не успел увидеть его алых щёк. Уэй сразу же заподозрил неладное. Он опёрся плечом о стенку и скрестил руки на груди, загадочно улыбнувшись. — Мы так и будем стоять у туалета или пойдём обратно? — спросил Фрэнк, глядя на Джерарда. Смотреть на Уэя в темноте после всех этих манипуляций со своими гениталиями было намного проще, чем, например, попробовать взглянуть ему в глаза после такого в свете дня. Джи какое-то время молчал, пристально наблюдая за Айеро: что-то ему не нравилось в его словах. И спустя несколько секунд усмехнулся. — Ты пока иди, а я зайду в свою комнату и возьму подушку с одеялом. Без тебя я сегодня точно вряд ли усну, — его слова вызвали широкую улыбку на лице Фрэнка. Он словно позабыл о своих делах позорных в этот момент. Джи подарил ему долгий поцелуй в лоб и ушёл к лестнице на второй этаж, оставляя Айеро наедине со своими мыслями и совестью. «Я сегодня либо умру, либо сойду с ума — это точно», — подумал Фрэнк, чувствуя не отступающий жар на своих щеках и побрёл в сторону гостиной, боясь представить, какие эмоциональные потрясения его ждут завтра.
