tattooed

Парень замирает в двух метрах от двери, не спуская с нее взгляда. В нее долбятся сильнее и настойчивее, слышатся удары ногами. Сердце Ви бешено колотится, он мгновенно обливается потом, сжимая в руках смартфон с открытыми контактами. — Твою мать, — харкается кто-то снаружи, — ушел что ли?.. Напоследок дверь получает еще пару пинков, и все затихает после шуршания. Ви стоит неподвижно еще пару минут и отмирает только тогда, когда убеждается в том, что возле двери точно никого нет, но вдруг замечает, что помещение пропиталось резковатым запахом, а стоит он уже в чем-то липком… Он медленно переводит взгляд на пол и понимает, что его ноги в луже крови, которая стекла к нему от трупа. Ви передергивает от отвращения, он четырхается, поскальзывается на вязкой красной жидкости и падает на пол, успев сориентироваться и упасть в противоположную от тела сторону. — Айщ, — шипит он, испачкав руки, что приземлились на пол и смазали все. Он ударился копчиком и, кажется, под его правой рукой только что хрустнул смартфон. Парень с надеждой смотрит на экран — треснул. Он поджимает губы и старается водить более менее чистым пальцем по экрану, но тот сенсор не реагирует, — твою мать… Он сжимает челюсти так, что видны желваки, отчаяние и страх накрывают с головой: он в одном помещении с трупом, он убийца, он в его крови. Тело остывает, а Ви нервозно жмется в угол мастерской, вжимаясь в стены, словно нашкодивший котенок. Тревога заботливо, отдавая всю себя, окутывает мастера, не давая ему мыслить здраво. Он забился в угол, ничего больше не понимая. В голове только вид грязного окровавленного тела, которое вызывает страх и отвращение. — Н-нет… Не может быть. Нет. Я не мог, — он зажмуривается и истерично вертит головой, пытаясь отогнать мысли. Он открывает глаза, но увиденное им ранее не меняется. — Нет… Миндже. Я должен позвонить Миндже, — он вновь хватается за телефон, все сильнее и сильнее тыкая в несчастный экран, который еле реагирует на сильные прикосновения. Сколько бы мастер не тыкал в экран, не делал попыток дозвониться до своего поставщика, его все равно холодно встречали гудки, а затем уже ненавистный голос девушки-оператора, что твердила свою речь без продыху. Сколько раз Ви услышал эти слова? 50? 64? Он не знает, не считал, да и не может, не в том состоянии сейчас. Ему просто нужно сбежать отсюда, он не может здесь находиться. Он решает, что звонит Миндже последний раз. Надеется, что на эту последнюю жалкую попытку дозвониться его поставщик все же ответит, но тот, кажется, вообще не имеет и никогда не имел телефона, а Ви бесполезно трезвонит на несуществующий номер. Может, ему кажется? Может, это сон? Нет. Он вновь переводит взгляд на тело мертвого мужчины, а к нему подбираются мурашки, липкий страх усиливается — он остался один. Один на один с трупом, с кровью, с проблемой. Ему никто не поможет. И тут Ви начинает жалеть себя: почему я? Почему всегда я? Что я сделал не так? Что им от меня вечно нужно?.. Ви потерялся в секундах, минутах, часах, днях… Он не понимает, сколько он сидит в этом злополучном углу и остервенело пялится в одну точку, сходя с ума. Лишь бы не смотреть на это тело. Лишь бы убежать подальше, закрыться, спрятаться… Внезапно парень чувствует вибрацию в своем телефоне, в голове проскальзывает надежда: Миндже перезванивает! Он мгновенно подносит телефон к лицу и обнаруживает неизвестный номер. Сердце екает, кажется, тут же останавливается в испуге, а затем с бешеной силой пытается вырваться из грудной клетки. Его обнаружили? Они знают, что Ви убил бойца? Они все видели? Они будут использовать его до конца дней? Или его швырнут в карцер, и он будет гнить за решеткой? Телефон продолжает настойчиво вибрировать, а Ви бояться. Почему это не Миндже? Почему?.. Но у него все равно нет выбора, поэтому парень, еле решившись, сильно ведет по зеленой трубке на экране телефона, отвечая на звонок, и подносит телефон к уху, шумно сглатывая. — Ну что, мать твою, допрыгался? — раздается в трубке знакомый хрипловатый голос. — Ш… Хен? — в надежде вылетает изо рта. Ви оживляется, вскакивает с места. — Я. Ну и какого хрена ты поперся туда? Совсем тупой что ли? Вот не живется тебе спокойно, надо в любую дырку свою честь запихнуть, — лениво глаголит Шуга. — Ау, — взывает он, — дебила кусок, мы уже давно не в то время живем, когда это модно было. Сейчас свою задницу спасать надо, если жить хочешь. Ви слушает голос хена и моментом успокаивается. Почему-то появляется ощущение, что к нему прикоснулось что-то родное и теплое, даря свое спокойствие. Это, наверное, одно из свойств Шуги. Рядом с ним ты чувствуешь себя либо также расслабленно, либо также, как и он, пылаешь огнем от его вдохновляющих действий и слов. Иногда Ви кажется, что быть боссом корпорации с бойцами немного не для Шуги, ему бы больше подошло что-то такое, что могло менять жизни людей. Быть журналистом, ведущим, артистом или там, на худой конец, психологом, что будет раздавать пинки своим клиентам, но Шуга есть Шуга, он тот, кто смог осуществить свою мечту — выбрался из канавы и взмыл до небес, преодолев все трудности, наплевав на них с высокой колокольни. Тэхен всегда смотрел и завидовал: он не мог так. Все, что он умел делать — это калякать на бумажках карандашиком свои жалкие эскизики, пытаясь воплотить на бумаге свой глобальный ворох фантазии. Корпел над ними днями и ночами, смотря на успехи приятеля, боясь, что тот осудит или скажет: «Что это за дерьмо?» Он мог, Ви знал. Мог, но не говорил ни слова, поэтому он премного благодарен Юнги за его молчание. Он просто садился рядом и наблюдал за тем, как Тэхен рисует, а затем и сам принимался за дело, разбирая кипы бумаг, в которых он проводил дни и ночи втайне от других подростков и воспитателей детского дома. — Хен… Помоги мне, — произносит он тихо в трубку, и Шуга осознает, что тот, похоже, действительно влетел не по-детски.

__________

Когда помещение, бывшее временным местом прислуживания Ви, полыхает огнем, а тело внутри него обугливается, черный джип находится уже в трех километрах от пожара. Ви оставил там все свои вещи. Теперь он чист. Если не считать того, что он сидит на заднем сидении салона весь в крови. — Сейчас мы направляемся в корпорацию Черной пантеры, господин Шуга ждет вас, — учтиво говорит водитель, ставя Ви в известность. — Спасибо, — отвечает мастер и молча отворачивается к окну, размышляя о дальнейших действиях. Что с ним будет? Что будет с Сон ХиРаном? Точнее, сложно предугадать, как он отреагирует на произошедшее. Точно! Ви совершенно забыл о Миндже. Парень тянется к карману, но осознает, что там пусто. Он же оставил смарт в мастерской. — Черт!.. — вырывается у него. — У вас все в порядке? — через зеркало заднего вида смотрит заинтересованно водитель. — А? Да. Конечно. Спасибо, — неловко улыбается Ви. Водитель кивает и отстает. Через полчаса Ви уже стоит на пороге кабинета своего старого знакомого. Он тут не был ни разу в жизни. Не знал, что Шуга добился таких высот. Кругом по периметру охрана и камеры, а вот… — А-а-а-а, — орет, как резанный, Ви, когда видит здоровенного рычащего ротвейлера, что мчится на него с громким лаем. Глаза моментом расширяются от страха, тело напрягается, он уже принял готовность к побегу, как вдруг слышит ясный и громкий приказ: — Гон, свои! — Ви поворачивает голову и, кажется, его челюсть готова лежать на полу. Перед ним тот самый парень, который выпотрошил из него информацию. — Т-ты… — удивленно проговаривает Ви, тыкая в дворецкого пальцем, что подходит к нему с собакой. — Я? — спрашивает он спокойно, вздернув бровь, затем стучится и открывает дверь в кабинет босса, и, игнорируя Ви, заходит туда с собакой, оставляя проем свободным. Мастер хмурится, но заходит следом. Он видит, как этот парень стоит перед ним и кланяется на 90 градусов Шуге, что сидит за столом и не обращает на него внимания, хмурится, перебирая бумаги. Собака смиренно сидит рядом с этим парнем и смотрит на хозяина. Ви довольно фыркает. Хах, этого юнца игнорируют. Так ему и надо. — Эй, хен, — говорит оптимистично Ви, ступая было ближе к столу, но тут же оказывается остановлен чужой рукой — этот парень смотрит на него строго и ведет головой, мол, не стоит приближаться. — Все в порядке, уходи, — Шуга отрывает свой холодный равнодушный взгляд от бумаг и пристально смотрит на Чимина. Тот незаметно сжимает кулак и с каменным лицом выходит вон. Когда двери закрываются, Шуга встает с кресла и жмет руку пришедшему Ви в приветствии. — Давно не виделись, — говорит он и хлопает по плечу. — Да. Хен, спасибо большое, я не знаю, как тебя благодарить, — начинает тут же мастер, — ты очень помог- — Хорош, — морщится Шуга, прерывая старого приятеля, — что вышло, то вышло. Ты лучше скажи, есть у Чонгука шанс победить? — Юнги жестом показывает на кресло перед своим столом, а затем усаживается в свое, готовясь слушать. Мастер с секунду размышляет, затем говорит: — Я особо не изучал его модификации, просто сделал ту, которую должен был. Если ты предоставишь мне информацию на анализ, то вполне возможно, что я смогу сказать, — Ви начал осматриваться по сторонам: как обычно, все просто, дорого и со вкусом. — Мне не нужно твое «вполне возможно», мне нужно точно. Я могу тебе самого Чонгука предоставить, если надо. Надо? — босс уже было потянулся к телефону, но Ви его в панике остановил. Встречаться с Чонгуком после того случая желания особо не возникало. — Нет! Мне хватит простого отчета, — уверяет его мастер, — еще желательно, чтобы имена мастеров были прописаны. Шуга решительно кивает, затем жестом просит подождать, отлучаясь на пару минут, а когда возвращается в кабинет, отдает мастеру в руки большую черную папку, где напечатана вся биография бойца, и описаны его модификации. — Слушай, ну вот так, на вскидку… Что там с шансами? — все же пытается унять свой интерес Шуга. — 60 на 40, — тянет Ви, просматривая придирчиво только что принесенные материалы. Шуга пытливо смотрит, мол, ну, говори, не томи, в чью пользу? — А вот в чью пользу… Это мы узнаем во время боя, — серьезно говорит Тэхен. — Ты шуточки свои себе в жопу засунь, — гаркает шутливо босс, — узнает он… — Честно. Хен, я не могу сказать, мне нужно разобраться с модификациями твоего Чонгука, потом поговорим. Но одно я могу сказать точно — Сон ХиРан должен быть сильнее, потому что все модификации ему делал только я. А вот у Чона… С этим проблемки, — он поджимает губы и опускает взгляд на бумаги, мол, так уж вышло. — Черт… Ну смотри, его забивали лучшие мастера. Некоторые даже из США- Ви мотает головой: — Не имеет значения. — Блядь, — Юнги выдыхает воздух и вновь тянется за сигаретой и зажигалкой. Они потерпят просто неебические убытки, если Чон проиграет.

____________

Шуга, как истинный директор своего детища, хочет, чтобы все было в лучшем виде, поэтому не так уж трудно догадаться, что на следующий день Ви оказывается с Намджуном в наблюдательном пункте, смотря за тренировкой Чонгука и Джина. Менеджер Ким говорит Чону драться, применяя модификации, мол, пора по-настоящему биться, физических тренировок было сполна. Чон хмурится, но делает так, как сказали, а Тэхен усаживается напротив мониторов со своими только ему известными листами и начинает наблюдение и анализ, задавая менеджеру бойца вопросы, тот безукоризненно отвечает на каждый, дополняя и поясняя все, что нужно. Толковый чувак, думает Тэхен, делая очередную заметку на листе, а потом не без любопытства смотрит на экран монитора. Чонгук быстро скользит по бетонному полу, активируя на одной ноге наколенник, а на другой структуру камня. Выпрямленная нога влетает в стену, оставляя немаленькую дыру с трещинами, а Джин, отпрянув в сторону, уже готовится совершить прыжок сверху. Чон мгновенно реагирует, откатываясь назад, смотря за тем, как удар его соперника настигает теперь уже пустого места. Ви хмыкает, снова утыкаясь в листок, а Намджун подмечает: — У Чонгука хорошая реакция. Он думает, что это и ежу понятно, если ты хоть раз смотрел бои с Чоном. Но Ви не смотрел, он этим вообще не интересуется. Пару раз они с Миндже смотрели, но Ви, знающему татуировщику, было не особо интересно. Иногда все довольно предсказуемо, особенно, если это уличные бои. Какой-нибудь более менее сильный боец кичится и бросает вызов определенно тому, кто слабее. А тот, в свою очередь, боится отказаться, ибо его посчитают слабаком, а потом будут издеваться. Но они итак будут. Ви сталкивался с этим множество раз, он знает, как это работает, но тут подвернулся интересный случай — судя по собирающейся сейчас информации, догадки Ви действительно правдивы, и силы бойцов приблизительно равны. Чон знает о модификациях Сон ХиРана, но он не знает его навыков в близком бою. Татуировки — это далеко не все, что нужно для победы, но и тут Ви помочь не сможет, он ни разу не видел способностей своего постоянного клиента. Чон дышит частицами бетонной стены, ибо только что туда влетел кулак Джина, раздробив часть. Брюнет хрипит и продолжает тренировки в режиме нон-стоп, но тут Джин выдает удивляющее: — Перерыв! — он поднимает ладонь в жесте, останавливающим схватку. Намджун обеспокоенно вздыхает, смотря на монитор. Джин на пределе возможностей, у него низкая выносливость, если сравнивать с Чонгуком. Ви вздергивает брови вверх, удивляясь. — В смысле? Намджун игнорирует вопрос мастера и дает согласие. — Чонгук, поднимайся. Брюнет абсолютно не понимает, почему тренировка вдруг остановлена, поэтому двигается к наблюдательному пункту с нахмуренными бровями и твердым намерением выяснить, какого черта здесь происходит, но застывает на входе на секунду, потому что в одном из кресел сидит Ви, как в своей тарелке. — Привет, — вопросом произносит Чон, подходя к распластавшемуся в кресле мастеру. — Даровки, — давит лыбу он, прищурив глаза, как последний придурок. — А мы тут за тобой следим! Чон переводит взгляд на ошалелого Намджуна, что застыл с кружкой кофе в руке, и задает немой вопрос: какого хрена ЭТОТ тут делает? — Ну, тут долгая история… Если в общем и целом, то Ви сейчас анализирует твои способности, чтобы мы хоть приблизительно знали, какие шансы на победу ты имеешь. Или не имеешь, — добавляет менеджер, обреченно вздыхая и отпивая кофе, а затем ставит в известность: — Пойду Джина найду. А то опять свалил куда-то… И это означает, что Чонгук и Ви останутся наедине. «Твою-то мать, как неловко-то», — думает Ви. «Зашибись», — заключает Чон. Когда дверь закрывается, Чон усаживается напротив мастера и задает вопрос в лоб: — Ну, и как у меня дела? — смотрит прямо в глаза, а Ви не смеет отвести взгляд. Мастер видит, что дела на самом деле замечательно, Чонгук молодец, но говорит противоположное. — Хуево, — цыкает однобоко, — выглядишь, как подбитый бомж. Если это все, на что ты способен, то победы тебе не видать. У Чона закипает кровь, а лицо вспыхивает. Да за кого он его принимает?! — Это только малая часть того, что я могу, — начинает он почему-то оправдываться. Звучит глупо. — В прошлый раз, помнится, ты тоже так говорил, — усмехается Ви. Он не знает, почему это всплыло в его памяти, он не знает, почему говорит об этом. Кажется, он сам роет себе могилу. — Слов на ветер не бросаю, — твердо отвечает Чонгук. Он бы это доказал прямо сейчас, только вот вид у него не очень для этого подходящий — на нем одни черные шорты, а от тела исходит зловонный запах пота, который подсыхает, пока Чон сидит. А Ви, кажется, считает наоборот. Мускулистое, поджарое, чуть влажное тело выглядит очень сексуально, а моды, влитые в кожу, делают Чонгука мужественнее, брутальнее. Его накаченные бедра просто не могут не привлекать внимания. Ви только сейчас осознает, что перед ним сидит действительно не очень обычный человек, он правда словно идол. На него молятся все девушки и женщины страны. Да и не только они. Кажется, Ви тоже скоро запишется в ряды этих бестолковых фанючек. Конечно, чисто с эстетической точки зрения. — Охохо, какие мы пафосные, — тянет мастер, а у Чонгука что-то внезапно руки чешутся — хочется вмазать ему по красивой роже. — Хуяфосные, — резко обрывает Чон. — Я серьезно спрашивал. — А я серьезно отвечал, — блефует Ви, не боясь смотреть в глаза. Чон хотел было ответить что-то в роде «не пизди», но в последнюю секунду замешкался: — Ясно. Татуировщик видит, как дергаются желваки у парня на лице и внутри себя ликует: он обвел его вокруг пальца! Но зачем?.. Ай, да неважно, пусть батрачит, это никогда не помешает. Только вот не учел парень, что Чонгук итак работает на износ, а его внутренние органы вот-вот готовы разорваться на части от перегрева, ведь частенько экран показывает красный цвет, обозначающий критическое состояние. — Тогда пойду дальше тренироваться, — поджимает губы Чон, запихивая свою гордость в задницу. Раз уж Ви сказал, что он слаб для Сон ХиРана, значит, нужно хотя бы не допустить проигрыша. Он встает с места с каменным лицом, но Ви улавливает перемену в его настроении не в лучшую сторону, поэтому уже чувствует себя виноватым, а потом вдруг выдает: — А научи меня? Чон с удивлением оборачивается, осматривает его с головы до пят взглядом а-ля «ты дурак?» и застывает на пару секунд, раздумывая. Если попросил, значит, ему это нужно? А телосложение у мастера вроде неплохое, роста они почти одинакового. — Давай, все. Пошли, — быстро кидает свои бумажки Ви и выпихивает Чонгука из наблюдательного пункта, толкая к ступеням, ведущим в тренировочный зал. — Эй! Стой. Ты нормальный вообще? — недоумевает брюнет, пятясь от него подальше, — какой научить? Мне к бою говориться надо! — Ученье свет! А тренировки твои могут подож- Чонгук не дослушивает и быстро направляется в зал, игнорируя слова сумасшедшего татуировщика. — …дать, — заканчивает предложение Ви, с недовольством смотря в спину этому напыщенному идиоту. Ну что, трудно что ли пару приемчиков показать? Ну уж нет, он так просто это не оставит. Парень быстро спускается вслед за Чоном и проскальзывает в зал. — Ви, выйди, — настойчиво просит Чон. — Я тебе хен вообще-то, — деловито сообщает мастер, не обращая снимания на просьбу. — Выйди, хен, — повторяет Чонгук. — «Пожалуйста». — Хен, выйди, пожалуйста, — начинает закипать Чон. Ему нужно тренироваться, а не заниматься этой ерундой. — Нет, хых, — снова глупо улыбается Ви, раздражая бойца. Последняя капля терпения наполнила чашу — через край. Чон резко перемещается к Ви и мгновенно хватает его за грудки, чуть приподнимая вверх. Мастер смотрит на него, словно загнанный кролик, сверху вниз, еле удерживаясь на носочках. Еще немного и, кажется, его любимая футболка треснет. — Вот видишь, — пытается говорить он, но выходит плохо — руки бойца давят на кадык костяшками, — какой я слабый и беззащитный. Научи меня постоять за себя, — выдавливает он сквозь улыбку. Чон хмурится, но, подобрев от внезапной искренности парня, отпускает. Тот откашливается: в горле першит. — Ты идиот? — вздыхает Чон. Но ему льстит, что мастер просит о таком. — Давай не сейчас. — Нет, сейчас! — настаивает он. Это Чонгука, откровенно говоря, веселит, мастер словно маленький ребенок, — вот если на меня нападут, а я не смогу сбежать или защититься? Этот мир потеряет такого крутого модификатора, ты только подумай! — раскидывает руки он, распинаясь, — к тому же, ты татушечку еще от меня хотел, — вдруг подмигивает Ви. Чонгук окончательно добреет, а его лицо растягивает улыбка. Он не знает почему. Просто вот так оно выходит, располагает к себе этот Ви и внешностью, и своими неординарными манерами. — Ладно, — сдается Чон под напором, — только ненадолго. Ви быстро-быстро кивает, сияя, словно только что начищенный толчок. Он проходит вглубь зала за Чонгуком, который становится в странную стойку. — И-и-и?.. — тянет озадаченно мастер, стоя напротив. — Нападай, — говорит Чон, — посмотрим, на что ты способен. Судя по тому, что я видел, ты умеешь только драпать, — ухмыляется он, вздергивая правую бровь. Ви щурится, мол, ну все, конец тебе, тела татуированного ты кусок, сейчас ты огребаешь, и медленно приближается к бойцу в упор. Нос к носу. Миллиметры. Глаза в глаза. Чон не двигается, не реагирует — ждет. Ви юркнул под бок, сильно щипнув Чонгука ногтями, тот, тут же среагировав, хватает того за шкирку и сильно держит, не давая возможности выбраться. В боях одежда только мешает, поэтому они и дерутся относительно без нее. Но тут Ви провортно выворачивается юлой, вылетая из футболки, и отскакивает на 2 метра, озорно улыбаясь и двигая бровями: — Попробуй поймать!