Предатель

Локи никак не мог понять, куда Тор так целеустремленно держит путь. Вот брат спустился по почти отвесному склону – уже подвиг для такого массивного воина. Вот он ступил на хрупкий весенний лед, и маг чуть за голову не схватился. Идиота кусок! Кто идет на неверный, норовящий предать настил?! Только Тор, только у него недостаточно мозгов, чтобы додуматься не рисковать! Однако брат не просто решил прогуляться. Он держал путь к конкретной цели, не отклоняясь от курса и не обращая внимания на трещащий под его весом лед. Локи же не видел ничего, что заслуживало такой самоотверженности и глупости, хоть глаз выколи! Ни живой души не было возле водопада... Подмерзшую руку, которую Локи засунул в карман, вдруг больно обожгло. Он с шипением вытащил ладонь и уставился на красный след на коже. Что за ерунда? В кармане не было ничего ценного, кроме защитного амулета, оберегающего сознание от вредоносного воздействия... Стоп. Он нагрелся? В мгновение ока трикстер вышвырнул артефакт из кармана, и на него тут же обрушился напев чудовищной силы. Дивная мелодия буквально вдавливала мозги внутрь черепа, ломая возведенные щиты, руша волю к сопротивлению. Со вскриком Локи рухнул на колени, всеми силами борясь с наваждением, восстанавливая оборону. К счастью, ему это удалось и жуткий пресс исчез. Теперь он видел полупрозрачную фигурку, танцующую под замерзшими струями водопада, слышал ее нежный голос. Все мгновенно встало на места. Локи вскочил на ноги и закричал: - Тор, стой! Это же ундина! Песня духа реки, заманивающего в сети жертв красотой и волшебным голосом, взвилась в небо, достигнув предельной верхней ноты. Локи с ужасом смотрел на брата, которого коварное существо как-то умудрилось зацепить и затащить в глубину леса. Теперь понятно, почему Тора так тянуло в чащу, почему он ни разу не сбился с пути! Ундина не позволяла добыче заплутать в лесу и на глаза показывалась лишь ей. И как только достала? После долгой спячки зверский голод толкал и не такие подвиги. Только на последних шагах, когда молот пытался спасти своего хозяина, хищница вложила в свой голос столько силы, что амулет Локи почувствовал атаку, направленную на другого. Однако предупреждение опоздало. Русалки одурманивают разум жертвы, подчиняют себе ее волю, а Мъелнир не посчитал личность хищницы достойной себя. С грохотом молот проломил лед и утянул наследника за собой в воду. Локи не сомневался ни секунды, спрыгнув с утеса. Вместе с ним вниз покатилась целая груда камней и обломков, но сейчас было не до сохранения природной красы – ундина с протяжным воем скользнула в реку, намереваясь начать трапезу. Легкий маг пролетел стрелой по разломанному льду и, выхватив кинжал, с плеском нырнул в воду. Она разом вонзила тысячу ледяных кинжалов в его тело. В первое мгновение конечности сковала такая боль, что невозможно было пошевелиться. Но шок прошел также быстро, как и возник. Вода бурлила, от шума закладывало уши. Рушилась броня, заковывающая водопад – тот рвался на свободу. Локи уже заметил на самом дне Тора – молот надежно держал своего владельца, не позволяя всплыть и вдохнуть живительного воздуха. Если утонет – отец магу голову с плеч снесет, не пожалеет... Да он и сам себя не простит! Пара мощных гребков, и вот трикстер уже около старшего брата. Конечно, поднять его вместе с Мъелниром не выйдет – придется рубить ремень. Локи поднял кинжал, примериваясь, но руку вдруг оплело нечто скользкое и живое, а в плечо вцепились острые зубы. От боли Локи выпустил все запасы воздуха, поднявшиеся к поверхности воды пузырьками. Ундина не собиралась так просто отказываться от своей добычи и захотела добыть не только завтрак, но и обед, оттащив от Тора его спасителя. Девушка, чье лицо больше не было ангельски невинным, оплела мага руками, волосами, так и норовя вцепиться в горло. Воздуха катастрофически не хватало, перед глазами плясали цветные пятна. В отчаянии подросток оттолкнулся ногами от дна и с хрипом вдохнул воздух, вынырнув на миг на свободу. Ундина тут же налегла на него сверху, желая утащить обратно, в свое водяное царство. Но теперь Локи не страдал от удушья и всадил в ее прозрачное тело кинжал по самую рукоять, когда хищница вгрызлась ему в плечо. Та завизжала, отстраняясь и отрывая зубами кусок плоти, и исчезла из виду, решив предпочесть трапезе жизнь. Перерезать крепеж ремня оказалось крайне трудно – альвы постарались на совесть. Не будь у трикстера зачарованного кинжала, подаренного ими же, пришлось бы пилить прочную кожу до скончания века, а так хватило двух заходов. «Наверное, захлебнулся, - подумал мрачно Локи, вытаскивая безвольное тело брата на берег и обессиленно растягиваясь рядом. – И поделом. Даже жалеть не буду, вот клянусь!». Выбрались они вовремя: рухнули последние рубежи обороны зимы, и водопад с грохотом обрушил свои потоки в реку. Словно и не была она скована льдом полчаса назад – шумела вода, плескались волны, приветствуя весну. Тор рядом закашлялся и сплюнул воду. Локи даже оборачиваться не стал – слишком был обижен. До глубин души! Насквозь промокшего, его нещадно знобило. Прокушенную в двух местах руку дергало от боли – клыки у ундины подходили для того, чтобы разрывать жертву на части и выдирать куски плоти. Возможно, она утащила в своей пасти мясо себе на обед – более глубокая рана болела просто ужасно. - Локи?.. – тихо и жалобно спросил наследник. Маг, решившись, повернулся к нему. - Очнулся? Живой? - Да... Вроде... – прошелестел Тор. Тогда Локи размахнулся и от души врезал брату по челюсти, отводя душу и мстя за его глупость. Выместив злость, он потер костяшки пальцев и процедил: - Бестолковый увалень. Олицетворение тупости. Непроходимый идиот. Как же я тебя ненавижу, братец. - Локи... – кажется, Тор даже не обиделся на то, что младший брат ударил его со всей силы. Память начала возвращаться к севшему наследнику, и утешения воспоминания явно не приносили. Зрачки юноши расширились от ужаса, который пришел слишком поздно. - Что Локи?! – взвыл маг, хватая брата за воротник мокрой рубашки. – Допустим, ты не услышал моего крика! Допустим, был не в себе! Но идти навстречу первой попавшейся девке в чащу – как это называется?! Ты мечтал найти свою великую любовь? Или принцип у тебя такой – ни одной юбки не пропускать?! - На ней не было юбки, она была голая, - беспомощно возразил наследник, который и сам прекрасно понимал, в какую передрягу влип и чуть брата не втянул. Хотя, если вдуматься, у него получилось вмешать туда и Локи: тот тоже насквозь промок и продрог. - Я тебя еще раз ударю, братец! – выдохнул трикстер, сжимая кулак. Тор зажмурился: наказание будет заслуженным, но удара не последовало. Он робко приоткрыл глаза и увидел, как младший брат стягивает с себя потяжелевший камзол и выливает из сапог залившуюся туда воду. При этом Локи ворчал, что никогда более не подаст и знака, что приходится Тору родней, что он знать не желает такого тупицу, что он вообще устал, замотался и хочет домой, к родным книгам, теплому чаю и уюту. И наследник был полностью с ним согласен. Тор со стоном запустил пальцы в мокрые светлые волосы. Произошедшее больше напоминало сон. Сейчас он и сам не понимал, как мог поддаться на очевидное внушение. Ведь понятно было, что ничего хорошего в лесу его не ждет. Однако зов ундины так глубоко пустил в сердце корни, что наследник вел себя как обезумевший – шел сквозь чащу навстречу собственной гибели, которую желал более всего на свете. Даже в последний момент, увидев русалку своими глазами и услышав крик Локи, он мечтал прикоснуться к дивному созданию, чего бы ему это ни стоило... Брат прав, он безнадежный дурак. И без мага, который явно искупался не от любви к плаванью, Тор так и остался бы под водной гладью, утянутый ко дну молотом... Мъелнир! Как вовремя он вспомнил о легендарном оружии. Юноша положил руку на пояс, но нащупал только обрезанные крепежи. Сердце рухнуло вниз и разбилось на тысячи осколков. - Э-э-э... Локи... А где мой молот? – с опаской спросил Тор. Маг ткнул пальцем в сторону реки, видимо, решив не разговаривать с братом ближайшую сотню лет. Наследник растерянно взъерошил волосы. – В смысле «там»? Он что, в реке? - Я что, непонятно показал?! – вскипел трикстер. Тор уставился на бушующий поток и сглотнул. Локи продолжил, ни к кому конкретно не обращаясь: - Ундина тебе не только разум, но и достоинство отшибла напрочь: даже Мъелнир не пожелал более тебе подчиняться и ушел на дно, причем буквально. Я его даже понимаю... - Дело в том, что... Я еще не научился призывать его, - признался испуганно наследник. Маг даже соизволил взглянуть на него, и в зеленых глазах медленно разгоралась радость вкупе с восторгом. Альвхейм огласил истошный вопль, полный неподдельного счастья: - О да! Существует справедливость! О да!