Английская литература

В этот день Наоки была очень возбуждена. Она постоянно что-то болтала, зачастую комментировала свои действия, размахивала руками и часто улыбалась. Брендон не совсем понимал такое ее поведение, хотя если взять во внимание, что Наоки – это Ник, то он наверняка нервничает, так как может не успеть на вечернюю встречу. Но, об этом мужчина думал только первые несколько минут, затем он просто забыл обо все и любовался девушкой, ее улыбкой, глазами и тонкими пальцами. Решив немного успокоить свою спутницу, Бранбери повел ее в музей. Там девушка стихла и с интересом разглядывала экспонаты. - Ну что, такие картины же можно назвать прекрасными? – стоя у огромного полотна, на котором была изображена батальная сцена 18 века, поинтересовался мужчина. - Да, - мягко улыбнулась в ответ Наоки. - А ведь когда-то эти люди были никому не известны, - продолжил Брендон. – Они начинали с самых азов, с самого начала. Так что, думаю, что твои рисунки тоже могут оказаться в каком-нибудь музее. - Не говорите глупостей, - наморщила носик девушка и, вынув из кармана жилетки телефон, посмотрела на время. Сегодня она очень часто обращалась к телефону. Бранбери это тоже заметил и решил, что она хочет пораньше уйти. «Я тут же сяду на автобус, тогда мы можем с ней столкнуться, - промелькнула мысль у мужчины. – Если это все обман, ей нечего будет сказать в свое оправдание». Но, как только девушка с улыбкой обращала на него свой взгляд, Брендон тут же забывал про все эти подозрения и хотел просто подольше побыть с ней. - Ой, Мистер Бранбери, - посмотрев в очередной раз на время, проговорила Наоки. – К сожалению, мне пора, - она убрала телефон снова в карман и внимательно посмотрела на мужчину. – Извините, что сегодня так быстро, просто скоро Рождество, отец хочет подольше проводить с нами время. - Ничего страшного, - улыбнулся тот и, взяв девушку за руку, повел к гардеробу. По дороге он уже начал думать о том, как бы так умудриться сесть на автобус, чтобы столкнуться с Наоки. - Знаете, мне бы хотелось еще немного с Вами погулять, - снова заговорила девушка, когда Брендон помог надеть ей куртку. Тот браслет, который он ей подарил, немного зацепился за рукав, но, быстрым движением тонких пальцев, Наоки смогла все исправить. - Послезавтра Рождество. Этот праздник нужно проводить в кругу близких людей, - пытался быть спокойным мужчина. – Так что, не переживай. Оба вышли на морозный воздух. С неба срывались мелкие снежинки, которые тут же таяли. Народу было туча. Все спешили закупиться необходимым к праздникам. Радостные лица детей, с раскрасневшимися щеками, серьезные лица отцов, подсчитывающих расходы и обеспокоенные лица матерей, которые старались ничего не упустить. - Если хотите, то можете проводить меня до метро, - неожиданно подала голос Наоки. Брендон удивленно посмотрел на нее. В его планы никак не вписывалось то, что девушка поедет на метро. А уж тем более, что позволит себя проводить. Вообще мужчина никогда не был в метро Эдинбурга, как-то не появлялось такой необходимости. Он даже толком не знал, где какие станции находятся и где тут ближайший спуск. - С радостью, - улыбнулся он в ответ. Взяв мужчину под руку, Наоки снова начала говорить обо всем. Можно было бы сейчас расспросить ее об отце, но Бранбери не стал этого делать. Почему-то ему казалось, что это испортит ей настроение, а мужчине так хотелось слышать ее веселый голос. Ближайшая станция оказалась как раз в том переулке, куда обычно уходила Наоки, после встреч. Спустившись вниз вместе с девушкой, Брендон остановился неподалеку от турникетов. - Простите еще раз, - Наоки посмотрела снизу вверх на своего спутника. В ее черных глазах отражался блеск ламп, как будто на черной поверхности озера отражаются звезды. - Все хорошо, - неосознанно мужчина провел ладонью по ее волосам. – Следующая суббота будет канун Нового года. Ты сможешь прийти? - Я постараюсь, - улыбнулась девушка. Затем, вытащив из сумки проездной, направилась к турникетам. Пройдя через них, она обернулась и махнула рукой Бранбери. Тот улыбнулся и в ответ помахал. Не хотелось ему верить, что такое милое создание – это всего лишь образ, придуманный кем-то. В конце концов, нет никаких доказательств, что Наоки – это Ник. Ну подумаешь, ни разу не видел он ее шеи, ну одевается она так, что нельзя разглядеть фигуру. Некоторые настоящие девушки тоже так одеваются, потому что не у всех идеальная талия и бедра. В конце концов, она еще очень юна и еще может меняться. Немного успокоившись, мужчина направился обратно наверх, чтобы дойти до ближайшей автобусной остановки. Снег повалил сильнее, а людей на улице не уменьшалось. В итоге Брендон смог залезть только в третий автобус и добрался до колледжа, когда уже начало темнеть. - Мистер Бранбери! – услышал он голос, когда зашел в общежитие для преподавателей. Обернувшись, Брендон увидел Ника, который шел к нему от кафетерия. - Почему так легко одет? – нахмурился мужчина, увидев, что на мальчишке только джинсы с кроссовками, серый свитер из грубой ткани и спортивная куртка с капюшоном. - Да тут от нашего общежития до вашего два шага сделать, - улыбнулся в ответ Ники. - Ты за своей работой? – преподаватель пытался разглядеть хоть что-то, что было бы связано с Наоки, что-то, что могло бы точно доказать, что его дурят, но пока что ничего не находил. - Да, Вы сами сказали подходить, - пожал плечами мальчишка. – Я подошел чуть пораньше, чтобы Вы не прошли мимо меня, - снова улыбка, которая была похожа на ее улыбку. - Ну пошли, - поправляя очки, Бранбери направился вверх по лестнице. Открыв дверь, он первым запустил в комнату ученика. - Присаживайся за стол, я сейчас достану ваши работы, - дал указания он Нику, который начал стягивать кроссовки. Тоже разувшись, Брендон повесил пальто в шкаф и, скинув вещи со стула, который больше служил ему вешалкой, пододвинул его к столу. - Так, первый курс, первый курс, - бубня себе под нос, начал разбирать бумаги на столе мужчина. На соседнем стуле молча сидел Ник и наблюдал за всем. - Вот ваша группа, - наконец-то достал стопку нужных листов Бранбери и стал перебирать их, чтобы найти работу мальчишки. – Так, ну что я могу сказать, - взяв в руки лист, преподаватель внимательно посмотрел в начале на него, потом перевел взгляд на мальчишку. Тот смотрел в упор на Брендона, точно такими черными глазами отражающими свет от ламп. Непроницаемо черные, с черными ресницами. Когда он гулял с Наоки, то на ее ресницах всегда оставались снежинки и когда те таяли, реснички начинали липнуть друг к другу. - Можно я гляну, - протянул руку мальчишка. - А? – будто очнулся ото сна преподаватель. Он перевел взгляд на руку Ника и немного нахмурился. Рукав свитера прикрывал запястье, но сквозь ткань было видно, что на руке что-то надето. Закравшаяся мысль в голову мужчины показалась ему ужасной. Сейчас он пытался быстро решить, что ему делать. Если он попросить Ника отодвинуть рукав, то тот может не согласится, тогда подозрения еще больше усилятся. Если же он его отодвинет и там окажется совсем не то, о чем подумал Брендон, то с души упадет камень. Не надо будет больше строить дурацкие предположения. А если все же….. - Держи, - протянул в ответ лист бумаги мужчина. Но только мальчишка коснулся пальцами бумаги, как Бранбери тут же схватил его за руку и резко дернул рукав свитера. Ткань за что-то зацепилась, мальчишка дернулся, но все же Брендон добился своего. На обнаженном запястье красовались небольшие царапины, которые начинали краснеть, а остались они от браслета, того самого, который был подарен Наоки. Пару минут в комнате была полная тишина. Брендон не сводил взгляда с запястья мальчишки, которое он обхватил другой ладонью. Лист с работой валялся на полу между ними. - Простите, - наконец-то еле слышно выговорил Ник и, резко встав со стула, чуть ли не бегом кинулся к двери. Мужчина тоже поднялся и остановил мальчишку, перегородив ему выход. - Подожди, давай поговорим. - О чем? – не поднимая глаз, пытался надеть кроссовки Ник. - Я не собираюсь тебя ругать или что-то в этом роде, я просто хочу понять. - Я не могу ничего Вам сказать, - практически обулся мальчишка. - Да стой же ты, - Бранбери схватил Ника за руку и повел прочь от двери. Усадив его на кровать, он сел рядом. Ник по-прежнему не поднимал головы, положив руки на колени и нервно теребя рукава свитера. - Послушай, - мужчина снял очки и потер переносицу, после чего водрузил очки на место. – Я уже давно догадывался, что здесь что-то не так. Я понимаю, вам здесь, мальчишкам, полным энергии, скучно в четырех стенах, поэтому вы хоть как-то пытаетесь развлечься. - Для меня это не развлечение, - так же тихо вставил Ник. - А что тогда? – внимательно посмотрел на него преподаватель, но тот не отвечал, продолжая буравить взглядом пол. Было видно, как покраснели его щеки и кончики ушей, выглядывающие из-под волос. - Знаешь, я не буду задавать вопросы, на которые ты не можешь дать ответы, если ты мне сам расскажешь, что мне нужно знать. Мальчишка поднял голову и упулился куда-то вперед. Пристально смотря на него, Брендон понимал, что полностью одинаковых людей не бывает. Даже у близнецов есть свои различия. Он видел перед собой профиль Наоки, ее маленький нос, слегка пухлые губы, щеки, и длинные ресницы. Когда она отворачивалась к окну в кафе, он всегда мог ее хорошенько рассмотреть. - Я не хотел Вас обманывать, просто… Просто, когда Вы тогда подошли, я испугался, что Вы все расскажете здесь, - подал голос Ник. – Я бы мог не приходить на следующие встречи, но мне казалось, что так Вы начнете что-то подозревать. - А записка? – невольно на лице мужчины появилась улыбка. – Зачем ты ее тогда послал? - Я не могу Вам этого сказать, - снова опустил взгляд в пол Ники. - Где ты достаешь все эти шмотки? - Я же в театральный записан, имею доступ к их гардеробу, - улыбнулся Ники, но тут же снова стал серьезным. - Эм… Мне хотелось бы знать, тогда ночью, в первый мой приезд, я же не сошел с ума, верно? Тогда я видел тебя с каким-то парнем из старших курсов, но, почему-то на камере вас не было. Скажи мне, я же не псих? Ник отрицательно махнул головой. - Слава богам, а то я тогда подумал, что у меня крыша едет, - выдохнул Брендон, но тоже нахмурился. – А что вы там делали? - Я не могу сказать, – отвернулся мальчишка. - И ты со всеми так видишься по вечерам? - Я не могу сказать. - Зачем ты это делаешь? - Я не могу сказать. Мужчина тяжело вздохнул. Он не хотел давить, понимая, что может сделать так, что Ники еще больше замкнется. Но сложившаяся ситуация ему не нравилась. - Здесь замешан Алекс? - Я не могу сказать. - Так скажи что можешь! Я же не экстрасенс, в конце концов, - не выдержал преподаватель. Ник внимательно посмотрел на него. - Я обещаю, что подобное не повториться, - серьезно проговорил он. – Так что, забудьте что было, хорошо? - Нет, не хорошо, - начал раздражаться Брендон. – Ты полгода водил меня за нос, разыгрывал спектакль так, что я верил в это, а теперь просишь все забыть? Если такая фишка может пройти с твоими друзьями, то не значит, что со мной она пройдет. Я взрослый человек, со мной нельзя так. Ники слегка склонил голову на бок. - Если Вы расскажете, Вам никто не поверит, а после той истории с камерами, Вы только усугубите свое положение. Я не хочу, чтобы Вы страдали. - Тогда объясни мне все! Снова повисла тишина. Мальчишка опять опустил глаза. - Вы рассказывали, что в произведениях зачастую не говорят открыто о той или иной проблеме, - тихо начал Ники. – Зачастую ее просто завуалирывают и пытаются высказаться другими способами. Во времена жесткой цензуры писателям приходилось прибегать к множеству художественных способов, чтобы донести свою мысль. Знающий сразу все понимал, а другие видели только поверхностно, только развлекательный характер. Чтобы понять глубже, лучше, заинтересованные люди начинали разбирать это произведение, - он посмотрел на собеседника. – Простите, но не я пишу сценарий, поэтому не могу все Вам рассказать. А если сделаю это, будет только хуже. Бранбери нахмурился. С одной стороны его приятно удивило, что его внимательно слушают и не забывают его лекции даже в такой момент, но, с другой стороны, ему не нравилось все происходящее. Он видел, что Ники был далеко не дурак, он не может вот так рисковать, чтобы дурить преподавателя, а потом вешать ему лапшу на уши с умным видом. Здесь было что-то другое. - Можно я пойду? Брендон видел, как мальчишка продолжает нервно теребить края рукавов, как краска с щек уходит и на ее место приходит бледность. - Обещай, что дашь мне подсказки, - охрипшим голосом ответил мужчина. - Я не могу Вам ничего обещать, чтобы не навредить Вам же. Бранбери снова нахмурился. Он понимал, что нужно помочь, вернее, он чувствовал, что от него ждут помощи, но открыто не говорят. - Иди, - все же вымолвил мужчина. Мальчишка поднялся, быстро взял куртку и направился к двери. - Кстати, - открывая дверь, он обернулся. – Мое настоящее имя Наоки. Так меня звали, пока я не переехал сюда, - сказав это, Ник скрылся за дверью. Еще несколько минут Брендон сидел и пялился на закрытую дверь. Он не знал, с чего ему начать, но точно знал, что отступать уже поздно.