Научи меня летать

Драко был абсолютно выжат после тяжелой тренировки. Он просил метлу, умолял. Потом, сменив тактику, начал кричать на нее. Угрозы и сотрясение воздуха руками ничуть не помогли. Он даже поклялся рассказать о чертовой метле отцу! Но, видимо, метла относилась к тем немногим, которые не боялись Люциуса Малфоя.  Малфой-младший выдохся. Отвлекаясь, то на издевки Мадам Хуч, то на шпильки однокурсников, Драко не мог сконцентрироваться и заставить метлу прыгнуть к себе в ладонь. Гарри кружил над ним и в определенный момент ему показалось, что Малфой был уже готов предложить деньги метле, лишь бы она взлетела в воздух.  Невилл, оказывается, не был самым отстающим учеником из-за его полного отсутствия знаний в области Зельеварения. Был кто-то кто был хуже него. И это был Драко. Он не мог летать. Абсолютно не мог.  С этим же заданием, Невилл справился чуточку лучше, но не так блестяще, как все остальные. Как только он взмыл в воздух, его метла завертелась волчком и упала прямо к мясистым, крепким ногам Мадам Хуч. Она подняла крик и все ребята на метле слетелись к ней обступив лежащего Невилла. Поттер понял, что это шанс спасти его нового друга.  Гарри подлетел к Драко, пользуясь всеобщим замешательством, и слез со своей метлы.  - Вверх! - скомандовал Поттер, и метла Драко оказалась в его руке. Подмигнув блондину и сунув ему в руку непослушную метлу, брюнет вскочил на свою и был таков. Через пару секунд, Гарри уже был в толпе, со всеми, вокруг потерявшего сознание Лонгботтома. Драко посмотрел вслед Гриффиндорцу и неожиданно даже для себя, мягко улыбнулся. Через секунду, вдоволь насмеявшись над беспомощным Невиллом, к Малфою вернулись Крэбб и Гойл.  - Ты чего такой довольный, Драко? - спросил Крэбб, пытаясь отдышаться после бега. - Смотри, он метлу поднял, - захохотал Гойл за что получил по макушке тяжелой рукой Крэбба: - Думай, что говоришь. Улыбка мигом сошла с лица юного Малфоя и он, надев маску а-ля «почему-все-вокруг-такие-идиоты» пошел, ведя метлу по воздуху, к Мадам Хуч. Профессор полетов была неприятно удивлена тем, что Малфой все-таки умудрился поднять метлу в воздух. Она бы, конечно, поиздевалась над ним, заставив летать, но, к счастью Драко, урок уже завершился и Мадам Хуч засуетилась вокруг Невилла. С победным видом - хоть оду пой! - Драко, расправивши плечи, поспешил прочь с этого "минного" поля. Тут ему было явно не по душе. Гарри стоял в стороне, смотря на него. Каким чувственным и веселым мог он быть, когда знал, что никто не смотрит! С веселым выражением лица Драко прошествовал к замку и скрылся в нем. Поттер тоже долго не простоял на улице, а получив пять баллов Гриффиндору от Мадам Хуч за то, что быстрее всех поднял в небо метлу, пошел в замок, готовится к следующему уроку, которым была Трансфигурация с профессором МакГоннагал. Когда он зашел в класс Гермиона сидела рядом с Роном, а место где должны были сидеть он с Драко пустовало. Ну что ж. Так было даже легче для Гарри. Если бы там сидел Малфой, Поттеру пришлось бы думать, занять место возле него или лучше уйти куда подальше и не попадаться на глаза. Одной проблемой меньше. Гарри удовлетворенно выдохнул и заняв свое законное место внимательно посмотрел на Рона и Гермиону. По тому, как они резво отвернулись стоило только Гарри взглянуть на них, он понял - Рон знает. И не собирается прощать ему. Гарри знал только одно - им наверняка стоит поговорить. Урок начался и Профессор МакГоннагал поприветствовала класс вежливой, но крайне сдержанной улыбкой. Опоздав на пару минут в класс на всех парах влетел Малфой. Он выглядел как обычно, но только Гарри рассмотрел маленькую перемену. В глазах мальчика плескалось удовольствие. Ну, или что-то крайне похожее на него. Поттер довольно хмыкнул. Ему удалось! Удалось растормошить тину в душе этого мальчишки. - Мистер Малфой, позвольте узнать, что вас задержало? - в своем неизменном вежливом и холодном тоне, которому бы позавидовал даже Люциус, спросила профессор. Драко замер у двери, пораженный тем, что у него кто-то осмелился что-то у него спросить.  - Это... - заикнулся он и посмотрел на Крэбба и Гойла, - Это все дурацкие лестницы! Профессор МакГоннагал строго посмотрела на него, но ничем своего неверия не выдала. - Присаживайтесь, мистер Малфой, - она окинула взглядом класс, - Рядом с Гарри Поттером. Драко вздохнул. Гарри подумал, что у него была такая же проблема, как и у него. Сидеть или не сидеть? Слава Мерлину, МакГоннагал спасла их от принятия губительных решений. Драко молча прошел к своему месту и сел рядом с Гарри, не поворачивая к мальчику головы.  «Так даже лучше, - подумал Гарри, - ему совсем не обязательно делать показательное выступление о ненависти ко мне для Слизеринцев». «Так даже лучше, - подумал Драко, - я сижу рядом с ним и не стану презрительно смотреть на него. Не хочу и все!» Когда урок пошел своим ходом, Драко медленно и неуверенно повернулся к Гарри. ... Его боялись. Боялись и ненавидели. Но никогда не презирали. Самое страшное - увидеть в чьих-то глазах презрение. Увидеть, что его не боятся. Ему было страшно увидеть что-то подобное в глазах Гарри после того, как Драко не смог справится с метлой. Ведь этого Драко не сможет простить. Собственная душа, изломанная Cruccio, не смотря на желания своего собственного хозяина, не дала бы ему простить Поттера.  Он не знал радоваться ему или печалиться. Может, Гарри просто поиздевался, помогая ему? А может, его порыв был искренним? Драко искал ответы и не находил их... Но, все опасения блондина были напрасными. В глазах Гарри, мальчик не заметил никаких существенных изменений: ни ненависти, ни презрения. Отметив это, Малфой постарался не улыбнутся в ответ на открытый взгляд Поттера.  Гарри быстрым движением окунул перо в чернильницу и на пергаменте набросал: «Как ты?». Драко прочитавши это решил удовлетворить свою гордыню и самолюбие. «Прекрасно. Просто превосходно». Хоть переписка велась тихо и никто не произносит ни звука, Гарри почти почувствовал эту полуусмешку-полуулыбку, которой наградил его Малфой.  - Почему у тебя не выходит с метлой? - написал Гарри. Малфой мгновенно стал писать ответ. - Я не знаю стоит ли об этом говорить. - А ты попробуй, - Гарри улыбнулся, адресуя улыбку клочку пергамента. - В детстве я упал с метлы. Это было похоже на откровение. Гарри удивился тому, как смело Малфой может говорить о каких-то неприятностях. Поттер думал, что это дастся ему намного труднее. Но, видимо, влияние Люциуса на мальчика еще не было таким губительным. Как известно, характер формируется до совершеннолетия. «Ага, - хмыкнул внутренний голос гриффиндорца, - А под действием Cruccio до одиннадцати». - И что, сильно досталось? - если бы это было сказано голосом, Драко бы обиделся, потому что там скользило сочувствие. А его, как известно, и его лучшую подругу Жалость, Малфой-младший ненавидел. Принять помощь - выше собственного достоинства. - Шрам под коленкой. Гарри чувствовал, как стены потихоньку становятся меньше. Он знал, хоть и был маленьким мальчиком, что стены не рушатся в пару дней, но он верил, что через пару лет этот парень сможет доверять ему.  - Покажешь? - Поттер рассмеялся собственной просьбе. Даже МакГоннагал заметила и сделала ему замечание. - Захочешь - покажу. Расскажи, каково оно летать? - строки ровно ложатся на пергамент аккуратным малфоевским почерком. Гарри даже подумал, что у каждой аристократической семьи был свой собственный почерк. Если судить человека по его почерку - то Малфой был крайне скрытным, осторожным и аккуратным. С первыми двумя чертами можно согласится, на счет последней Гарри не знал наверняка. Поэтому, не нашел ничего лучше, чем написать: - Драко, а у тебя чисто в комнате? Ты аккуратный?  А насчет полетов... Это изумительно. Я - Герой. Это давит на меня. А сегодня в воздухе, я почувствовал, что наконец-то свободен... Драко написал ответ: - Да. Отец приучил. Сердце Гарри тихо заныло: - Надеюсь не Cruccio? - У него свои способы, - с яростью давя на перо, начертил Малфой и отложил перо, показывая, что больше не намерен это обсуждать. Гарри был не против. Мальчик и так слишком много доверил ему за весь день. Но, через пять минут Гарри не выдержал: - Хочешь, помогу с полетами? Драко ошалело уставился на бумажку: - Поттер.. Я не могу. Брюнет перевел взгляд с пергамента на слизеринца, вид которого был крайне растерянным. - Почему же? - почерк у Поттера совсем не такой, как у Малфоя. Он большой и размашистый, как душа мальчика, немного острый, сродни его импульсивности.  - Астрономическая Башня, в десять, - написал Малфой и окончательно отложил перо, отодвинул подальше чернильницу, признавая разговор завершенным.