Будь как дома, Джек

К ночи стало совсем худо. Джек, уткнувшись лицом в старое одеяло, неподвижно лежал на своей койке. Глаза он закрыл, но и по звукам было понятно, что творится в бараке. Парни давно вернулись и по привычке сидят за грубо выструганным столом, но разговаривают тише, чем обычно и не смеются. В низкой печке бьется огонь, на стенах и потолке танцуют тени, похожие на стайку когтистых птиц. Если приглядеться, можно уловить, как одна из них упорно выщипывает свои перья. – Сукин сын! – шипит Богс. – Ты не можешь знать, что они делают. Ты их не видишь. – А вот и вижу, – возражает Джек, не размыкая губ. Богс злится, хлопает себя по упитанным бокам, но вдруг, издав чаячий крик, сам расплывается в темное пятно на потолке. Тени-птицы набрасываются на него, рвут когтями и клюют, растаскивают по кусочкам. Покончив с надзирателем, стая пикирует на спину Джека и хищно раздирает его покалеченную спину. Джек пытается отогнать их, увернуться, но ничего не выходит – он не может пошевелить и пальцем. Задыхаясь от боли и ужаса, Джек не выдерживает и зовет Драйзера. Пусть спасет его, прекратит пытку, пусть прогонит этих тварей. И Драйзер приходит. *** – Опять бредит, бедняга, – пробормотал Гренн. – Может, доктора позвать? – А толку от него? – возразил Алин. – Он уже приходил, и что сказал? Не тревожьте, поите, если попросит... Прекрасные советы. Я б ему даже скотину лечить не доверил. – Морфий нужен. – Да где его взять, умник? Хмурый Джон молча смотрел на Джека. Жаль парня, даром, что сам виноват. Предупреждали ведь все – и он, и Алин, и даже Богс – по своему, разумеется. Утром Джек пытался храбриться, но Джон прекрасно видел, что дело дрянь. Джек и по приезде сюда не казался особо крепким и выносливым, а потом от скудной пищи и тяжелой работы и вовсе сдал. Тощий, бледный, на лице одни глаза остались. А сейчас ему совсем плохо, и проклятый жар никак не спадает... Джон уже собрался предложить парням поочередно приглядывать за Джеком ночью, но не успел. Дежурный офицер, явившийся перед самым отбоем, велел ему немедленно явиться к Драйзеру. Немало удивленный, Джон спешно накинул верхнюю одежду и последовал за надзирателями. *** – Вы, верно, гадаете, зачем понадобились мне посреди ночи? – спросил Драйзер после того, как офицеры вышли. Он, против обыкновения, стоял у окна спиной к Джону и вглядывался в холодную осеннюю мглу. Джон пожал плечами, но спохватившись, выпрямился и неловко кашлянул. – Не имею понятия, господин Драйзер. Драйзер склонил голову, и казалось, задумался о чем-то своем, вовсе позабыв о Джоне, который переминался с ноги на ногу, но не решался заговорить первым. – Я хочу спросить о вашем товарище, – начал Драйзер после бесконечно-тягучей паузы. – О Джеке... О Джеке Лондоне. Как он? И это не могло подождать утра? Джон, недоумевая все больше, внимательно посмотрел на темный силуэт Драйзера. – Господин смотритель... Сказать по правде, я не силен в медицине. Возможно, лучше спросить господина доктора. – Но я спрашиваю вас. – Днем еще держался, – осторожно ответил Джон, – но к вечеру залихорадило. Горит весь, прикоснуться страшно. То мечется, то затихает, бредит постоянно, зовет... – Кого? Джон осекся. – Да бредит он, ерунду болтает. То птицы у него, то коты. К утру ему должно полегчать, так всегда бывает. Он молодой, живучий. Справится, вот увидите... – Можешь идти, – довольно резко оборвал его Драйзер. Джон не стал себя долго уговаривать, ему не терпелось поскорее закончить этот странный разговор. Уже взявшись за ручку двери, он еще раз взглянул на неподвижного Драйзера и сказал то, что сначала и не собирался. – Вас он тоже упоминал. – И что он говорил? – главный смотритель, наконец, обернулся, и обжег Джона испытующим взглядом. – Умолял прекратить, – коротко ответил Джон и вышел. До рассвета было далеко. *** Джек не мог сказать точно, сколько дней он пролежал, путая видения и реальность. Просто одним утром он проснулся от неожиданно яркого дневного света и понял, что сознание его никуда не уплывает. Мысли тоже казались ясными и легкими, но тело все еще отзывалось глухой болью при каждом движении. Он не знал, сколько еще не сможет лежать на спине, но не сомневался, что она постепенно заживет. С рукой дело обстояло хуже, хотя Алин говорил, что ему и здесь повезло, потому что не началось заражение. Джек не спорил. Он был так благодарен друзьям за поддержку и посильную помощь, что дал себе слово обязательно тоже сделать для них что-то хорошее. – Джек, ты как ребенок, ей-богу. Надо поесть, хоть бы и через силу. Джек решительно отказался – от извечной похлебки его порядком мутило и до болезни. – Лучше хлеб съем. А если сладким чаем запью, то поправлюсь еще быстрее. – Узнаю старину Джека, – хмыкнул Грен. – Тебе, между прочим, сахар в подарок Генри приносил, из пятой бригады. Когда ты был в отключке. Сказал – помощь борцу за свободу, что-то вроде того. Не знал, что вы такие друзья. – Он просто славный парень, – рассеянно кивнул Джек. – Вы так и не рассказали, что еще нового в мире творится. – Ничего не творится. Солнце всходит, куры несутся, Богс злой, как дьявол, все грозится устроить тебе веселую жизнь. – Взъелся же, – проворчал Джек. – Я же против него лично ничего не имею. Стережет нас, старый крокодил, да и бог с ним. Или черт. Угрозы Богса Джека не слишком пугали, но и относится к ним беспечно не стоило. Вряд ли надзиратель будет всерьез открыто его изводить, но крови уж попортит при таком старании. К тому же Джек чувствовал себя слишком слабым для каторжной работы, и во время коротких визитов доктора боялся услышать, что он полностью здоров и пора бы уже выходить в степь, как и раньше. Доктор, приходивший раз в два дня, Джеку не нравился. Пальцы его были холодными, а взгляд подслеповатых глаз отсутствующим. Говорил он редко и всегда одно и то же. Вплоть до последнего визита, все перевернувшего с ног на голову. Начиналось все как обычно – старик без особого интереса осмотрел заживающие раны Джека, но уходить отчего-то не спешил. – Медленно выздоравливаешь, – заявил он. – Виноват, господин доктор, – усмехнулся Джек. – Работать в полную силу ты пока не сможешь, это точно. – И что мне делать? – Господин Драйзер уже все решил. Его слуга Фрэнк уже совсем стар. Почтенный человек, надо сказать, хотя и происхождения скверного. Некоторые обязанности ему теперь выполнять тяжело, поэтому через два дня ты начнешь ему помогать. – Я что же – стану личным помощником господина Драйзера? – выпалил Джек. Но доктор поспешил охладить его пыл. – Слишком громко сказано. Ты меня слышал? Скорее личным помощником его слуги. Поворчав еще немного, он убрался восвояси. Удобно вытянувшись на койке, Джек стал раздумывать над словами доктора. По всему выходило, что новость он принес очень даже неплохую. Джек чувствовал приятный прилив сил – так бывало, когда он вытягивал ту самую нужную для победы карту из колоды. Нужно было все хорошенько взвесить и решить, как вести себя дальше. Ему, скорее всего, доверят самую неприятную и грязную работу, но вряд ли тяжелее и грязнее, чем расчистка дороги. И хотя слуга слуги – должность сомнительной значимости, ну да ничего. Может, оно и к лучшему – меньше придется пересекаться с Драйзером. Джек честно старался порадоваться и этому, но выходило почему-то неважно.