Space battleship Heechul 2: хроники левиафана

Я не знаю, сколько прошло времени. У меня было ощущение, что я нахожусь в каком-то анабиозе, в полудреме, будто между сном и явью. Словно все, что я видел, есть какие-то сплошные галлюцинации больного или умирающего сознания, но у меня ничего не болело. Как мне казалось, или это что-то болело не у меня. К тому моменту, когда я наконец-то смог разделять свои и чужие чувства, левиафан заметно подрос. Все это время мы были вместе, и наконец-то мое сознание научилось разбирать все разнообразие ощущений и процессов, происходящих в левиафане. А еще я увидел себя и ужаснулся. Похоже, левиафан тоже понял, что я слишком истощен, поэтому… - Да, если мы разъединимся сейчас, ты умрешь… а я… - раздался не столько голос в моей голове, сколько мысли пришли в голову сами. При этом если придать мыслям эмоциональную окраску, то я бы сказал, что они звучали насуплено. - Как тебя зовут? - Ты не злишься, – удивленно прозвучало в голове, а затем снова насуплено, - Хичоль. Пожалуй, меня зовут так. Меня раньше никто никуда не звал. - Ничего. Ким Хичоль, - почему-то думать было очень тяжело, хотелось снова уснуть. – Хань Гэн… - а почему «Ким»?... – ответить я уже не смог, да я и сам не знал, почему «Ким»… Сознание уплыло, по-моему, куда-то в сторону самого корабля, поэтому следующий период времени надолго выпал из моего сознания.

***

Оказывается, там, в моей, как я думал, бессознанке, мы часто общались прямо так, по нервным волокнам, и нам уже необходимо было поскорее разделиться. Поэтому для общения ты стал прослушивать другие корабли и потихоньку учить всеобщий. Я его не знаю, мне он был не нужен. Я помню сон, хотя скорее всего, это был не сон. Как Хичоль долго преследовал какой-то корабль, будучи в невидимом режиме. Мы еще не очень хорошо нащупываем дыры в пространстве, но как только я поправлюсь, станет легче это делать. Как этот самый корабль где-то в пространстве между системами выплюнул небольшую капсулу, которую появившаяся красная капля тут же забрала внутрь. Уже позже четырехрукий Рёук аккуратно кормил меня с ложечки какой-то жидкой субстанцией. Левиафан теперь состоял из десятка небольших кают или отсеков, что пока оставляло его довольно небольшого и маневренного размера. Иногда четырехрукий переругивался с левиафаном, подучивая того всеобщему, и просил высадки в какой-то системе… Кажется, я понимал парня только потому, что все же соединялся с Хичолем периодически, он проверял моё состояние, но оно ни ему, ни мне не нравилось, поскольку так я мог видеть себя со стороны. Я почти не мог шевелиться, мышцы с трудом восстанавливали упругость, я аккуратно ходил за ручку по кораблю с наименее болезненным для меня уровнем гравитации. Иногда я задумывался, не была ли моя ответная тяга к красному кораблю ошибкой, все же за спасение левиафана я заплатил большую цену и теперь точно знал, что умираю. Может быть, стоило умереть тогда? В открытом космосе?

***

- Вы идиоты! – шипел, светя фонариком мне в глаз, высокий рептилоид, раздраженно помахивая хвостом. Ну нифига себе, эмоциональный рептилоид! – У него отсутствуют ресурсы для восстановления, как он не откинулся до сих пор - без понятия. Регенёры не встречаются в этом скоплении галактик. - Значит, за всеми ингредиентами пойдешь сам! – радостно и почти без запинки вещал Хичоль где-то над головой. Из-за цветных звездочек в глазах после просвета фонариком я различал действительность плоховато. - Интересно, почему это! Я не просил меня забирать с поверхности спутника! Мне и в ссылке было неплохо, – голос рептилоида звучал приглушенно, поднапрягшись, я разглядел пластик маски с трубкой для дыхания. - Ты задыхался. - Я прочищал горло! - Кровью? - И вообще… - Ты сейчас разговариваешь и дышишь благодаря мне и Хани, поэтому поднимаешь свой хвостатый зад и тащишься за ингредиентами, и что там тебе еще надо, чтобы Хани встал и смог придушить тебя самостоятельно! Рептилоид, которого, как я понял, зовут Кюхён, скривил задумчивую морду и, пару раз глубоко вздохнув, поднялся и направился к отсеку со скафандрами, но на полпути остановился. - А деньги у нас есть? Я, знаете ли, ничего не смыслю в воровстве, – язвительность в голосе никуда не делась, хотя рациональное зерно в его заявлении явно было. А за чей счет Рёук кормил меня и себя? Надо будет поинтересоваться при случае. Когда начну трезво мыслить, а сейчас мне хочется спать. Да что там, мне постоянно хочется спать, хорошо ещё, что ничего не болит. - Этот элемент довольно редкий в системе близнецов, так что там мы можем выручить за эти браслетики приличную сумму. – Рёук принес из комнаты свои магнитные браслеты, в которых был найден в той капсуле. - Нам нужна система Большого пса, необходимые соединения в системе Близнецов редкие и дорогие. А что это за сплав? – Кюхён сменил направление движения к звездной карте. Правда она больше изображала те системы, где пролетал Хичоль. Ну и то, что он умудрялся свистнуть у других кораблей. Незаметно, разумеется. Они втроём какое-то время еще проспорили о выборе места, где можно было бы отлично «толкнуть» Рёуковские браслеты и закупиться. Момент, когда они что-то там-таки решили, я пропустил. Было бы здорово все же получше узнать моих соседей, или наших жильцов, как их теперь называть? Но… Да, я снова лежал в своем углублении в связке с Хичолем, который внушал что-то успокаивающее и просил повторять за ним слова и фразы на всеобщем. Я был благодарен ему, поскольку так слабость ощущалась не так остро, и я даже чувствовал какое-то прояснение. Наверное, Хичоль направляет в мое тело подходящие элементы, имеющиеся у левиафана, но так он тоже долго не может. Моя раса, конечно, совместима почти со всеми во Вселенной (так говорил наш полковой врач), но все же восполнять свои ресурсы нам лучше извне и стандартным способом через систему пищеварения.