Хорошо быть дальтоником

      — Блейз, не тяни! — гулко проговорил Крэбб. — Ты же обещал рассказать.       — Да, Забини, — согласился Нотт. — Надеюсь, ты не передумал? Мы всё утро ждали твою «сенсацию». Давай, признавайся, что на Малфоя нашло?       Блейз заговорщицки огляделся, убеждаясь, что Драко и Пэнси ушли далеко вперёд и не могли ничего слышать:       — Короче, — улыбнулся он, — Пэнси мне кое-что рассказала.       — Да поняли мы уже! — воскликнул Нотт.       Забини усмехнулся, выдерживая театральную паузу:       — Малфой неровно дышит к Поттеру, — наконец вывалил он.       В их маленькой группе повисло неловкое молчание, после чего Крэбб, Гойл и Нотт разразились гомерическим хохотом.       — Слушай, — проговорил Нотт, с трудом справляясь с приступами смеха, — Паркинсон, конечно, та ещё сплетница, но это слишком даже для неё.       — Можете ржать сколько угодно, — пожал плечами Блейз, сохраняя абсолютно серьёзное выражение лица. — Если бы вы хоть на минуту включили мозги и задумались над поведением Малфоя в последнее время, вы бы сами всё заметили.       — И что же мы упустили? — вызывающе спросил Нотт, не любивший, когда кто-то ставил под сомнение его умственные способности.       — Сам подумай: Драко постоянно докапывается до Поттера, даже когда причин вообще нет; он хороший ловец, но всегда проигрывает Поттеру, когда мы играем с Гриффиндором; вокруг него увивается куча девчонок, но он не встречался ни с кем, кроме Паркинсон.       На лицах парней отразилась смесь изумления и недоверия.       — К тому же, — добил последним аргументом Блейз, — Паркинсон — его девушка, зачем ей врать, что Малфой влюблён в кого-то другого, а тем более в Поттера? Это ударит, прежде всего, по её репутации.       Повисло неловкое молчание: Нотт, Крэбб и Гойл пытались переварить услышанное.       Получалось плохо.       — То есть, — начал, наконец, Нотт, — ты хочешь сказать, что Малфой у нас теперь по мальчикам?       — Это не мои слова: Пэнси мне рассказала. Сам бы я вряд ли додумался, — пожал плечами Блейз.       — А мы с ним спим в одной спальне… — пробормотал себе под нос Гойл.       Крэбб и Нотт скривились, как от зубной боли.       — Я одного не понимаю, — опять вступил Нотт. — Зачем Паркинсон просила всех ничего не говорить Малфою про шарф? Если он так этим гордится и решил в открытую показать свои… предпочтения… — он сплюнул себе под ноги.       — Думаю, не хочет ранить его чувства, — пожал плечами Блейз. — Она-то в него до сих пор влюблена.       Нотт подозрительно прищурился, но ничего не сказал. Как только они вошли в холл, он отправил Крэбба с Гойлом на обед, а сам оттащил Блейза за рукав в сторону.       — Признавайся, — потребовал он.       — В чём? — невинно осведомился Блейз.       — Вот только не надо строить из себя саму невинность, — усмехнулся Нотт. — Паркинсон узнала, что Малфой влюблён в Поттера, и решила пощадить его гордость? Большего бреда я в жизни не слышал!       Блейз огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает:       — Обещай, что никому не расскажешь, — заговорщицки прошептал он.       Нотт утвердительно кивнул с выражением крайней заинтересованности на лице.       — Малфой не знает, что на нём гриффиндорский шарф, — сообщил Блейз.       — И как же это вообще возможно? Он не выходит из комнаты, не повертевшись перед зеркалом минут десять. Как минимум.       — Пару лет назад ему исправляли зрение, и колдомедик напутал что-то с рецептом зелья. Ох, не завидую я этому старикану… В общем, Малфой теперь дальтоник. Он не различает красный и зелёный.       Нотт задумался. Его лицо поочерёдно выразило удивление, сомнение и, наконец, понимание, а губы растянулись в коварной улыбке.       — То есть он…       — Именно, — ухмыльнулся Блейз в ответ.        — А Паркинсон?..       — Мстит за Гринграсс.       — А ты каким боком умудрился в это вляпаться?       — Тебя ведь забавляет ситуация с шарфом? — спросил в ответ Блейз.       — Ну, допустим.       — Представь, как тебе понравится, когда Малфой узнает, кто его так подставил перед всей школой.       Нотт понимающе усмехнулся:       — А ты не ошибся с факультетом, Забини, — одобрительно произнёс он. — Посмеёшься над Малфоем, потом над Паркинсон, а сам выйдешь сухим из воды.       — Именно. Только теперь ты должен мне подыграть: никому ничего не рассказывай, дай слухам самим распространиться по школе. Крэбб, Гойл и Булстроуд уже обработаны, так что ждать недолго осталось, да и Паркинсон масла в огонь подольёт.       — Идея с влюблённостью в Поттера — тоже её? — поинтересовался Нотт.       — Конечно. Не сам же я до такого додумался, — пожал плечами Блейз.       Нотт хохотнул в ответ:       — Неплохо, неплохо. Не хотел бы я оказаться на твоём пути, — одобрительно кивнул Нотт. — Да и Паркинсон хороша. Даже жаль немного, что ей придётся пережить такое…       — Все должны уметь платить за свои ошибки. А довериться не тем людям — ошибка, пожалуй, самая опасная.       — Ладно, я в деле. — Нотт хлопнул Блейза по плечу. — Пошли обедать, а то желудок сводит уже.       Блейз согласно кивнул и улыбнулся своим мыслям. Подставить Малфоя; представить шарф и влюблённость в Поттера, как идею Пэнси; получить своё. Пока всё шло по плану.