Хорошо быть дальтоником

      Пэнси инстинктивно взялась за протянутый ей локоть и вместе с Драко пошла по направлению к школе. Шарф девушки из серебристо-зелёного уже был жёлто-красным. Это, несомненно, привлекло внимание студентов, встречавшихся им на пути, но, видя невозмутимое выражение на лице Малфоя, смеяться они не решались — лишь провожали парочку недоумёнными взглядами. Драко переполняла гордость от того, как ловко он выкрутился из весьма щекотливой ситуации. Осталась только одна небольшая проблема, которая именно сейчас, по закону подлости, встретилась им на пороге школы.       — Малфой!!!       Драко едва заметно вздрогнул, но выражение полного спокойствия на лице ни на мгновение его не подвело:       — Ну, что тебе, Поттер? — растягивая слова, с нарочитой небрежностью осведомился он.       Не говоря ни слова, Гарри схватил его за ворот мантии и с силой прижал к ближайшей стене. Острый камень больно упёрся Драко под рёбра. Пэнси попыталась было возмутиться, но Гарри посмотрел на неё с таким бешенством, что она предпочла поспешно скрыться за дверью школы.       — Я же тебя предупреждал! — выкрикнул он в лицо Малфою.       — Фу, Поттер, — наигранно поморщился тот, — держи свои слюни при себе. Я, конечно, понимаю, что у маглов с гигиеной проблемы, но…       — Заткнись! — оборвал его Гарри. — Ты думаешь, это смешно?       — Да уж, точно не грустно, — огрызнулся Драко.       — Просто скажи, зачем тебе эти идиотские слухи? — уже чуть спокойнее спросил Гарри, поняв, что криком всё равно ничего не добьётся.       — Почему сразу слухи? Неужели ты настолько не уверен в себе, что даже представить не можешь, чтобы кто-то в тебя влюбился? — с издёвкой осведомился Драко: ситуация забавляла его всё больше и больше.       Гарри с трудом удержался, чтобы не разбить Малфою нос. Вместо этого он ещё сильнее вдавил его в стену. Драко уловил лёгкий приятный аромат, исходивший от Поттера. У него даже промелькнула мысль о том, чтобы спросить, каким одеколоном тот пользуется, но Малфой быстро вспомнил, с кем имеет дело, и усмехнулся.       — Чего ты ухмыляешься? — подозрительно спросил Гарри. Злость и раздражение немного отступили, и теперь он чувствовал себя неловко.       — Да вот, думаю, как сильно объятия у стены подогреют слухи о нашей неземной любви, — хохотнул Драко.       Гарри поспешно отшатнулся от Малфоя и с нарочитой брезгливостью вытер руки о мантию.       — Тебе повезло, что я в хорошем настроении, Поттер, — прищурился Драко, резко меняя тон с шутливого на предельно серьёзный. — Не злоупотребляй моим терпением.       — А иначе что? Пожалуешься папочке? — Гарри спокойно выдержал пристальный взгляд Малфоя, из-за чего тот почувствовал мимолётное волнение.       — А если и так? — прошипел Драко. — По крайней мере, мне есть, кому жаловаться.       Гарри не сразу понял, что произошло: в один момент перед ним стоял совершенно обычный Малфой, но уже в следующее мгновение у Драко из носа хлестала кровь, а кулак Гарри неприятно ныл от боли. Слизеринец и сам как будто даже удивился произошедшему: конечно, он хотел довести Поттера до белого каления, но не ценой же таких жертв! Драко запрокинул голову и осторожно потрогал запачканный свежей кровью нос — вроде перелома нет. Он достал палочку из кармана и взмахнул, останавливая кровотечение. Получилось только со второго раза: произносить заклинание с затекающей в рот кровью оказалось не так-то просто, к тому же Драко впервые пришлось использовать его на практике.       — Поттер, ты идиот? — прохрипел он. — Нет, не так. Поттер, ты идиот!       — Не смей трогать мою семью, — тихо, но очень отчётливо проговорил Гарри, пропустив оскорбление мимо ушей. — И сними уже этот дурацкий шарф!       Он с силой дёрнул за край незавязанного шарфа, с лёгкостью скидывая его с шеи Малфоя на траву.       — А ты запрети мне его носить, — прошипел Драко, но наклоняться за гриффиндорским атрибутом не стал — не хватало ещё опускаться на колени перед Поттером.       Гарри прищурился, внимательно изучая лицо Малфоя, после чего коротко кивнул и улыбнулся своим мыслям.       — Что? — напрягся Драко.       Гарри неопределённо пожал плечами, выжидательно глядя на входную дверь школы. Через неё постоянно входили и выходили студенты, бросавшие заинтересованные взгляды на парней, но те стояли достаточно далеко, чтобы никто не услышал их разговора, а ученики — пример британской вежливости — не смели задерживаться рядом, хотя умирали от любопытства. Но именно в эту секунду небеса, будто ответив на мысленную просьбу Гарри, послали ему подарок в виде покидавших школу сестёр Патил.       — Нет, Малфой! — нарочито громко воскликнул Гарри, игнорируя недоумённый взгляд Драко. — Я уже говорил: мы никогда не будем вместе, я тебя не люблю! Спасибо, что не побоялся рассказать о своих чувствах, но, пожалуйста, больше не преследуй меня! Твои попытки ни к чему не приведут! А это, — Гарри быстрым движением поднял с земли шарф, — мне приятно, что ты принял свою любовь, но не стоит заявлять о ней на каждом шагу.       Не давая Малфою опомниться, он поспешно развернулся и большими шагами направился в сторону теплиц, оставив Парвати, Падму и Драко позади. Девочки мгновенно начали перешёптываться и хихикать, а до Малфоя только теперь дошло, что сделал Гарри.       — Эй, Поттер! — заорал он. — Мне плевать на тебя! Слышишь?! — Драко повернулся к сёстрам Патил: — И вы слышите? Нет у меня к нему никаких чувств, он это просто выдумал, чтобы…       Наткнувшись на сочувственные взгляды девушек, Малфой понял, что только зря сотрясает воздух и лишь сильнее закапывает свою репутацию далеко и надолго. Он шумно втянул носом воздух и с тихими ругательствами толкнул тяжёлую дверь. Сразу за ней обнаружилась Пэнси, которая, как оказалось, всё это время ждала буквально за стеной и теперь с ужасом смотрела на испачканную кровью мантию Малфоя.       — Драко, что с тобой про…       — Поганая тварь, — выплюнул он и прошёл мимо.       Девушка опешила от такой резкой смены настроения: ещё пять минут назад ей казалось, что кризис в отношениях практически исчерпан.       — А ещё говорят, что у женщин логики нет, — раздражённо пробормотала она и направилась в Большой Зал — заедать переживания. По дороге она вспомнила, что до обеда осталось как минимум часа два, и окончательно расстроилась.       — Эй, Паркинсон!       Она обернулась на знакомый голос и оказалась лицом к лицу с Блейзом.       — Как дела? — осклабился он.       — Лучше не бывает, — огрызнулась Пэнси.       — Серьёзно? А я только что столкнулся в коридоре с Драко, и он как-то совсем не лестно о тебе отзывался, — усмехнулся Блейз.       — Не твоё дело. И вообще, с какой стати он во всём винит меня? В конце концов, это ведь ты менял шарф!       — Под твоим чутким и неусыпным руководством, — с издёвкой добавил Забини.       Пэнси прищурилась и внимательно посмотрела ему в глаза.       — Сволочь, — негромко произнесла она. — Ты же меня подставил, да?       — Ну, Пэнси, мы ведь старые друзья! — притворно возмутился Блейз. — Неужели ты такого низкого обо мне мнения?       — Отвечай на вопрос, — прошипела она, чувствуя, как внутри всё закипает от гнева.       — Я просто не подставился сам, — спокойно произнёс Блейз. — Или ты ожидала, что я костьми за тебя лягу? Нет уж, увольте.       — Какая же ты мразь, Забини. Ненавижу тебя.       С этими словами Пэнси развернулась и пошла, сама не зная куда. Ей просто хотелось оказаться подальше ото всех, она с трудом сдерживала слёзы обиды и жалости к себе, хотя где-то в глубине сознания понимала, что сама виновата в сложившейся ситуации. Блейз не стал её догонять — просто смотрел ей вслед с лёгкой полуулыбкой на губах.       — Замечательно, моя хорошая, — тихо, чтобы никто не услышал, произнёс он. — Мы ведь знаем, что от ненависти до любви один шаг.