Эндшпиль

"Если какая-нибудь неприятность может случиться, она случается." Закон Мерфи "Если вам кажется, что ситуация улучшается, значит, вы чего-то не заметили." Второй закон Чизхолма

      Он знал, что зал будет пуст — Хоук лично дал распоряжение никому из охраны не появляться там до определенного времени, как правило, уже после его ухода. Но в этот день все как всегда должно было пойти не по плану.       Инквизитор обнаружил тевинтерского мага в ставке командования, куда отправился после недолгой прогулки, намереваясь изучить дислокацию лагерей венатори, обнаруженных агентами сенешаля. Тенериан нависла над картой, безразлично обводя взглядом изломанные границы государств, и не заметила — а, может, просто создала видимость глубокой задумчивости, — присутствие другого человека.       — Не ожидал увидеть тебя здесь, — раздался низкий голос Хоука, когда эхом разнесенный по комнате грохот двери окончательно стих. — Оттого что долго будешь смотреть на маркеры, они с места не сдвинутся, — усмехнулся Гаррет и присел на край стола рядом с тевинтеркой.       — Сегодня не до шуток, да? — Улыбка сползла с лица мужчины, едва он взглянул на лицо девушки: залегшие тени под ее глазами вряд ли являлись следствием скудного освещения.       Хоук рефлекторно вздрогнул, когда она наконец подала голос:       — Отец мне как-то сказал, что в жизни каждого наступает тот день, когда лучшим исходом для тебя оказывается вовсе не тот, к которому ты пришел сознательно, а тот, что сложился вопреки всем твоим решениям, — шелест ее шепота едва достигал уха Инквизитора и больше походил на шорох сухих листьев в сентябре.       — К чему это?       Тенериан пожала плечами.       — Не знаю. Отчего-то вспомнилось.       — Мне казалось, твой отец не философ, судя по твоим же рассказам, — ты говорила, у лаэтан едва ли хватает времени на подобные разглагольствования.       — Не философ, это уж точно, — бесцветно усмехается Хэдес. — Помню, он всегда носил одну диковинную брошь: завитой змей из белого золота с ониксовыми глазами окольцевал огромный рубин. При скудном освещении он казался хрустальным сосудом, наполненным кровью. Я все пыталась выпросить у него эту брошь, но отец только отмахивался. А в день, когда мне исполнилось шестнадцать, он подарил мне серебряный кулон с сердцевиной из алого камня.       Ее голос звучал слишком ровно, мягко и плавно, и Тенериан даже слабо улыбнулась, а потом просто замолчала.       На шее тевинтерки игриво блеснул камень рубина, опоясанный серебряными ветвями, и Хоук поймал себя на мысли, что даже невероятно везучему купцу не по карману даже такой мелкий камешек, чего уж говорить о драгоценностях покрупнее.       — Но ты ведь пришел не для того, чтобы мою исповедь послушать, так? — на губах Хэдес едва обозначилась сдержанная, но такая естественная, живая полуулыбка, что у Защитника мурашки прошлись по всему телу. — Вообще-то, я ждала тебя. Приходить сюда в конце дня вошло у тебя в привычку. Жозефина, — сразу отвечает Хэдес на немой вопрос, так и не сорвавшийся с уст Хоука, и продолжает, — за пару месяцев она узнала о всех твоих маленьких каждодневных ритуалах.       — Даже не буду делать вид, что удивлен. — Инквизитор выдыхает и качает головой. — Так, что ты хочешь?       — Рассказать кое о чем, что может сыграть нам на руку, — произносит маг и щелчком сбивает фигурку ворона на зеленом покрывале Крествудских лесов. Фигурка покачнулась и упала, покатившись куда-то в сторону Недремлющего моря. — Сомниари. Они обладают силой искажать сны, проникать в чужие, и спящий даже не будет знать об их присутствии. Но блуждая по чужим сновидениям, они невольно становятся желанной добычей для других существ.       — Демоны.       Тенериан слабо кивает, продолжая:       — К счастью для нас, сновидцы не могут долго скрываться от зорких глаз этих тварей. Сомниари могут сопротивляться им, даже пытаться сражаться, но это отнимет у них слишком много сил и времени. Тень — пристанище демонов, владения, где их власть распространяется гораздо шире, чем умения пришельцев. А еще сновидцы куда сильнее подвержены одержимости.       — Подожди, — останавливает ее Инквизитор, закачав головой. — Венатори ведь не могут об этом не знать. В дневнике есть что-то от том, что может помочь им укрыться от демонов?       — Титус сам не раз задавался этим вопросом, но ответа так и не нашел. А значит, и у венатори его нет. Это дает нам некоторое преимущество во времени.       — А почему именно потомок Каленхада?       — Активировать механизм можно только одним способом — дать ему испить драконьей крови. Не знаю, из каких приданий Титус это почерпнул, но он полагал, что в жилах рода Каленхада течет кровь древних драконов. "Она взывает к тому времени, когда Завесы не существовало, тайны не были забыты, а драконы властвовали в небесах," — выделанно витийствует Тенериан, заметив, как сморщился Инквизитор. — Это написано в дневнике. Но если коротко и по существу, Алистер — единственный из Тейринов остался в живых, и венатори...       — Пойдут на все, чтобы его подцепить, я понял. Наверное, тяжело быть единственным в своем роде, да? — Хоук усмехается, хоть и запоздало понимает, что шутка его не удалась. — Алистер как-то упомянул об отце — мол, ходили слухи, будто какая-то двинутая ведьма из Диких земель спрятала его в своей хижине на болоте, — Гаррет покрутил пальцем у виска, чересчур непринужденно, и делано снисходительно усмехнулся. — А еще он рассказал о некоем магистре из Тевинтера, который тоже искал бывшего короля. Как же его звали? Дай-ка вспомнить... Хм, может, Титус?..       На мгновение Тенериан в удивлении или, скорее, в замешательстве вскинула брови, но быстро собралась, несколько раздраженно качнув головой.       — Ты слишком легко относишься ко всему, — холодно изрекает Хэдес, не оценив воодушевленные порывы бывшего Защитника. Гаррет хорошо знал этот взгляд: так она смотрит на своих провинившихся подчиненных, на оголтелых церковных фанатиков и зазнавшихся орлейских аристократов. Так она смотрела на него в тот самый день, перед тем как исчезнуть. — Не стоит недооценивать тевинтерских магов — у них острые когти и длинные клыки, и твое громкое имя их не остановит.       Инквизитор лишь улыбается, уже с легким оттенком надменности, будто демонстрируя свое безразличие, — нет, презрение ко всякого рода опасностям.       — Что ж, тогда объявим сезон охоты чуть раньше, — с напускной беззаботностью произносит мужчина.       — Я не шучу, Гаррет. Они вцепятся тебе в горло и не отпустят до тех пор, пока ты не отдашь то, что им нужно. И если потребуется, от Алистера придется...       Маг не успевает закончить — грохнула дубовая дверь, впуская в помещение незваного гостя.       — Ми... милорд Инквизитор, — рвано начинает запыхавшийся подручный Лелианы, давясь воздухом. Паренек заметно стушевался в присутствии главы Инквизиции, растеряв былую решимость еще на подступах к ставке командования. — Прошу прощения, но наши агенты получили сведения о месторасположении Серого Стража.       Хоук хмурит брови.       — Алистер.       Инквизитор вопросительно смотрит на Хэдес — та лишь кивает на дверь.       — Иди. У меня остались свои незаконченные дела, да и вряд ли твой друг будет так рад тевинтерскому магу. Удачи.       — Не забудь о нашем разговоре: иногда приходится идти на крайние меры, — добавляет Тенериан в спину Гаррету, когда тот уже одной ногой переступил порог. Хоук медлит, но всего пару мгновений и, поведя головой, выходит в коридор следом за посыльным, решив, что на этот раз он обойдется без вынужденных споров.       — Если это поможет спасти твою жизнь, — шепотом произносит тевинтерский маг, когда эхо от грохота дверей тонет в непроницаемой тишине.

***

      Весь путь до нынешнего убежища Серого Стража в голове Хоука настойчивым эхом раздавались одни и те же мысли, снятые с языка другого человека: "не бойся идти на крайние меры; они не отпустят, пока не получат желаемого," что тезисно означало одно — "ты крупно попал", парень, ввязавшись в очередную авантюру, а фортуна имеет гнусную привычку поворачиваться задом всякий раз, когда проблема достигает своего апофеоза. И бывшему Защитнику думалось, что он исчерпал свой лимит на удачу.       С еще большим упорством в его разум въедалась только одна мысль — сомниари также беззащитны перед гневом демонов Тени, как и любой другой смертный. И эта маленькая деталь не давала Гаррету покоя. Странно опасливое предположение закралось к нему еще на подступах к заброшенной деревеньке, где нашел временное пристанище Алистер, и не покидала его до самого момента встречи: помимо "драконьей силы" кровь разносила по жилам Тейрина еще и скверну. Может ли она как-то повлиять на способности сомниари? Дать преимущество? Спрятать от зорких глаз обитателей Тени?       — Стой. — Гаррет спешился и спрыгнул с лошади. Тройка всадников, сопровождавшая его, остановилась чуть поодаль.       Взору Инквизитора открылась утонувшая в бледном саване тумана, давно брошенная прежними жителями деревня с развалившимися лачугами, теперь обитаемая разве что пауками да мерзкими, вечно голодными крысами.       Даже вороны не кружили в мрачном, обложенном непроницаемым сводом туч небе, а все насекомые и ползучие гады попрятались по своим норам, если вообще здесь обитали. Все вокруг безмолвствовало и, казалось, бездушные лица хибарок с темными впадинами окон и беззубой улыбкой полусгнивших, порушенных стен разделяли это зловещее предчувствие.       В нос сразу же забился запах плесени и гниющей древесины, наверняка давно изъеденной жирными короедами. Хоук брезгливо сморщился, оглядывая разрушенные халупы.       Его конь тревожно фыркнул и начал топтаться на месте, будто желая поскорее убраться из этого пугающего места, и если бы хозяин до сих пор не сжимал поводья в руке, то кинулся бы в поле, не разбирая дороги, лишь бы как можно дальше от деревни призраков.       Хоук бережно провел рукой по длинной морде своего скакуна, стараясь утихомирить разволновавшееся животное, и что-то прошептал, — тогда жеребец окончательно успокоился. Гаррет улыбнулся, "по-дружески" похлопав гнедого рысака по мощной спине.       — Дальше я сам, — из-за плеча бросил лучник Кассандре. Женщина недовольно сморщилась, но приказ приняла, коротко кивнув, хотя Инквизитор этого уже не видел — мужчина направился к ветхой хижине, всматриваясь в темные впадины окон, где не горел даже слабый свет.

***

      Варрик устроился в седле за спиной Тенериан, короткими пальцами вцепившись той в плащ, и изредка выглядывал на дорогу из-за темных фиолетовых складок, да все чихал из-за длинного меха на ее воротнике.       Сейчас гном рассматривал мелкие камушки на пыльной тропе под тяжелыми копытами аспидно-черного коня, вспоминая недавний разговор с Хоуком: бывший Защитник, уповая на благоразумие друга, настойчиво просил Тетраса сопроводить их общую знакомую в ее путешествии. "Присмотреть за ней", если быть точным. Не то чтобы ему не нравилась Хэдес или он волновался за нее меньше, чем за кого-либо из своих старых друзей, — хотя само ее присутствие частенько приводило его в легкий мандраж — но отлично развитое шестое чувство подсказывало гному, что тот должен быть в другом месте. И что кому-то из этих двоих сегодня точно надерут зад. Кому — Тетрас не мог для себя пока определить. Скорее обоим. Шмыгнув носом, гном не удержался от трескучего вздоха.       — Тебя что-то беспокоит, Варрик? — Тетрас вздрогнул, услышав внезапный вопрос, и даже успел подумать, что ему это почудилось — Тенериан вела себя как ни в чем не бывало, даже не повернулась в его сторону, но гном решил не переспрашивать.       Торговый принц чихнул, когда в носу защекотало от удивительно настойчивого пуха на мехе.       — Ну что ты, Хэди? — все же отвечает вопросом дворф, вытирая нос рукой в старой перчатке из грубой кожи. — Так просто. Не привычны гномы к тому, что между ног у них размещается огромное непарнокопытное... существо.       Конь недовольно фыркнул и затряс мощной головой.       — Осторожно, Тетрас. Дарк прекрасно слышит каждое твое слово.       Варрик не видит лица тевинтерки, но ясно ощущает, как ее слова сквозят неприкрытым сарказмом.       — Эта кобыла, что ль? Не смеши, Тенериан. — В тон ей отвечает торговый принц, легонько похлопав коня по боку. — Скорее уж у меня вырастут эльфийские уши и я побегу собирать цветочки на маковом поле, напевая под нос церковное песнопение.       Будто в опровержение слов гнома, Дарк резко хлестнул того хвостом по голове и со странной насмешливостью фыркнул, слыша, как Тетрас плюется конским волосом.       Тенериан оглянулась, испустив беззлобный смешок. Варрик выплевывал остатки волос под сардоническое фырканье Дарка, когда тевинтерка вновь подала голос и потянула поводья на себя.       — Мы на месте.

***

      — Хм, я ожидал, что грозный, вселяющий страх и ужас в своих врагов Инквизитор будет выглядеть несколько... солиднее, — мужчина выглянул из-под рваного капюшона и усмехнулся. Хоук действительно выглядел сегодня несколько простовато в сравнении с его теперь уже обыденным одеянием и больше походил на отшельника, промышляющего охотой и собирательством, чем даже на купца среднего звена, не говоря уже о более высоком титуле.       — Сказал победитель Пятого Мора, укутанный в грязные лохмотья, — усмехнулся Инквизитор и присел на хлипкий табурет, который тут же пошатнулся под его весом.       — Туше, Защитник.       Алистер снял капюшон и наконец соизволил, хоть и нехотя, убрать ноги со стола, где удобно расположил их получасом ранее.       — Я больше не пользуюсь этим титулом, ты же знаешь.       И как только под ним еще не переломился этот утлый стул? — подумал Гаррет, с сомнением оглядывая такой же ненадежный, шатающийся стол.       Страж хмыкнул, с хитрым прищуром озирая новоиспеченного Инквизитора с ног да головы.       — Теперь ноши заметно прибавилось, да, Гаррет? — мужчина делает короткую паузу, чтобы протянуть руку, и Хоук отвечает на рукопожатие. — Рад тебя видеть, старый друг.       — Взаимно, Алистер. Значит, такова награда за спасение целого мира от неминуемой гибели, — говорит бывший Защитник, замечая ироническую усмешку на лице товарища.       — Благодарность нынче не в почете, что ж поделать? Повезло еще, что голову не отрубили, — Страж провел указательным пальцем по шее, изображая клинок палача, и снова ухмыльнулся, но на этот раз как-то угрюмо и страдальчески. — В письме ты указал, что дело срочное. Случаем, это не касается того мало примечательного факта, что за мной охотятся какие-то яростные фанатики каких-то там древних богов?       — Они называют себя венатори.       — Значит, дело все же в этом, — Алистер вяло кивнув, облокотившись на столешницу и сцепив пальцы в замок. — В курсе, что им нужно конкретно от меня?       — Ты потомок Каленхада, и твоя кровь поможет им провернуть пару магических фокусов с каким-то там механизмом, кристаллом или чем-то еще — я в подробности не вдавался, да и не особо горю желанием. Проще говоря, они перевернут вес Тедас, чтобы тебя найти, и с живого точно уж не слезут, — с наигранным простодушием заявляет Хоук.       Глаза Стража сузились, выдавая его скептичность по отношению ко всему, что происходило в данный момент, а правая бровь взметнулась вверх.       — А ты за собой случайно хвоста не привел?       — Смеешься? — прыснул Гаррет, уловив абсурдность в этом осторожном вопросе, вполне очевидную для него и неясную для товарища, но и не смог скрыть в своем смешке толику обиды. — Я что, по-твоему, похож на мальчика-простачка? Им будет за кем погоняться, пока мы тут мирно беседуем, но медлить не стоит. Поэтому собирай все свои... — бегло окинув взглядом единственную в хижине мрачную комнатушку, Хоук обратил внимание лишь на внушительных размеров паутину в одном из углов и невольно сморщил нос, — пожитки, домашних паучков, и мы отправляемся в место, куда они не посмеют сунуться. В открытую уж точно.       — И куда?       На губах Инквизитора заиграла высокомерная ухмылка.       — В мою резиденцию. В Скайхолд.

***

      — Хэди, не знаю, как тебе, но у меня мурашки по коже от этого злачного местечка, — гном мимовольно поежился, ощутив зловещий холод, ползущий из недр старой пещеры. Тетрас был уверен: предчувствие его не обманывало, и ничего хорошего от этого похода точно ждать не стоит.       — Так и должно быть, Варрик, — Хэдес как и всегда воплощала собой само спокойствие, однако от глаз торгового принца не ускользнуло то, как она с опасливой настороженностью оглядывает залы пещеры и прислушивается к каждому шороху. — Иначе его уже давно бы облюбовали местные разбойники.       Она кивнула кому-то из своих людей, и тот неспешно направился вперед, освещая дорогу трескучим пламенем факела.       — М-да, на их месте я нашел бы себе пещерку, чуть менее заполненную всякими ползучими гадами, — вдруг заявляет гном, поудобнее перехватив любимый арбалет, и дует на маленького паучка, раскачивающегося на тонкой нити паутины прямо перед лицом Тетраса. — У Хоука точно негативная аура: там, где этот парень, вечно назревают проблемы вселенского масштаба, — Варрик настолько увлечен собственными размышлениями, что не заметил, как напоролся на спину замершей Тенериан. — Ты чего?       — Слышишь?       — Что? — непонимающе выпаливает гном, оглядываясь вокруг, но ничего подозрительного не замечает. — Паучки наверняка пробежали. Только не говори, что у тебя фобия, — с вымученным смешком выдавливает Тетрас, но так и не находит отклика на свою несмешную шутку, что лишь приводит его в еще большее беспокойство. — Тенериан?       Тевинтерка молча всматривается в плотную темноту коридора, и ее глаза сужаются, будто девушке все же удалось что-то разглядеть в жутком мраке. Ее верхняя губа дернулась, точно из молчаливого пренебрежения и беспредметной злобы, и маг лишь сильнее, до едва различимого скрипа кожаных перчаток, сжала рукоять посоха-трости.       — Идем.       Варрик с запозданием кинулся следом, еле поспевая за все ускоряющей шаг Тенериан. Остальные из ее сопровождения последовали следом, готовясь в любой момент броситься в бой, если того потребуют обстоятельства.       — А кто вообще додумался соорудить лабораторию в грязной пещере? — внезапно ей в спину задает вопрос Тетрас.       — Сказал гном, — искоса поглядывая на гнома в том же тоне отвечает Хэдес, постепенно сбавляя шаг.       — Если ты помнишь, моя жизненная позиция несколько отличается от стандартных гномьих принципов.       — Забудешь тут, как же. Еще один пунктик в копилку "Оригинальных черт Варрика Тетраса — единственного в своем роде."       — Туше, Тенериан. Ай, откуда здесь эта вонь, а?! — возмутился гном, размахивая рукой перед лицом, дабы отогнать неприятный запах.       Маг останавливается настолько резко, что идущий позади Варрик снова врезается ей в спину. Почесав макушку, Тетрас проследил за взглядом Тенериан и сглотнул. На каменном полу у самой стены валялся волчий труп. Еще не иссушенный, но начавшийся разлагаться — он источал до тошноты отвратительный смрад: омерзительно-сладкий и протухший, словно несвежая рыба, присыпанная жженым сахаром, да свежескошенной сырой травой.       — Наверное, помер от болезни или старости. Смотри, вон какие глаза — истекшие, грязные, — закрыв нос ладонью, промямлил Варрик и отвернулся.       Тенериан брезгливо сморщилась и легонько пнула мыском сапога мертвую голову зверя — та безвольно отвернулась в сторону, вывалив из пасти желтый, с засохшей слизью язык. Но Хэдес обратила внимание вовсе не на это: на плешивой волчьей шкуре местами багровела россыпь грязных пятен, а в районе шеи шерсть слиплась от запекшейся крови.       — Похоже, не только в болезни дело, — равнодушно бросила тевинтерка и продолжила путь, но, как заметил гном, теперь старалась идти гораздо тише, не создавая лишних шумов.       — Напомни-ка мне, зачем мы вообще сунулись в эту дыру, а? — С самым невинным видом интересуется гном, больше для того, чтобы успокоить самого себя.       — Шпионы донесли, что здесь может находиться осколок маграллена.       — Осколок? Так эту штуку еще и собрать как мозаику нужно? — торговый принц выдыхает с деланной досадой. — Подштанники Андрасте, всюду эти лишние сложности. Нет бы просто прислать курьера, мол, вот ваша охренительная штуковина, способная разнести на мелкие кусочки весь мир, а еще инструкция прилагается. Так нет же, давайте бегать по катакомбам, прыгать за горными козлами...       — Закончил? — со сквозящим в тоне голоса раздражением выпаливает Тенериан, поудобнее перехватывая рукоять трости.       — Погоди. О чем это я? Ах да! — Варрик с мастерством уличного актера похлопывает себя по лбу. — Прыгать за козлами — а, это я уже говорил, — лезть в логово троллей и махать волшебными посохом, чтобы в конце феерично лажануться.       — Теперь все?       — Теперь да.       Тетрас кивает, держа наготове верную Бьянку, и следует за Тенериан, точно слепой за своим поводырем, мысленно молясь Создателю, чтобы хотя бы в этот раз все обошлось без бессмысленных смертей.

***

      Капли крови разбиваются о холодный камень. Припадая на ногу, Хэдес отчаянно рвется к выходу, спотыкаясь о каменные глыбы, падая и поднимаясь, проглатывая пыль. Тевинтерка прячется за огромным валуном, надеясь, что чужая кровь, окропившая стены пещеры, отобьет ее запах. Она слышит, как стальные когти монстра скрежещут по твердому камню, как от топота мощных ступней сотрясается все вокруг. Маг закрывает глаза, стараясь как можно тише дышать, пока предсмертные крики в ее голове наконец не замолкают.       — Мы кого-то ждем? — окинув взглядом нервно долбящего пальцами по столу Хоука, задает вопрос Тейрин и вскидывает брови.       — А? — вздрагивает бывший защитник и наконец обращает внимание на друга. — Да… У кое-кого были свои дела неподалеку. Странно, они уже должны были быть здесь. — Последнюю фразу Гаррет скорее произносит для себя нежели для собеседника. Он нетерпеливо сминает пальцы, бегло оглядывая помещение трактира, в которой они остановились, но ни на чем не может зацепиться его обеспокоенный взгляд.       — Ты заметно напрягся, Хоук, — с ухмылкой подмечает страж. — А ты у хозяина спрашивал: может, твой друг или друзья решили тебя не дожидаться?       — Сразу же, как только приехали, — закачал головой Гаррет. — Но у него не останавливался никто, кто хоть как-то подпадал бы под их описание. И к тому же мы условились встретиться здесь — таков был уговор.       Алистер хмыкнул.       — Причина может быть самой банальной — от задержки в пути до простого невежества. Ну, ладно, про невежество я загнул, — отшутился Тейрин, поймав на себе строгий взгляд инквизитора, и поднял руки ладонями к нему в примирительном жесте. — Но ты же видел, какая мерзкая сейчас погода: слякоть, холод да сырость — я бы на их месте переждал. Давай выпьем по пинте за встречу — нужно уметь иногда расслабляться, и не мне тебе об этом говорить, — с отрадой восклицает серый страж и хлопает защитника по плечу, на лице которого наконец заиграла хоть и скупая, но все же улыбка.       Тенериан снова падает, зацепившись за что-то рваным плащом, и разбивает висок. Из раны хлещет кровь, а за спиной из глубины пещеры доносится свирепый рык, но Хэдес уже не слышит его: тьма — единственное, что имело значение.       Уже изрядно охмелевший Тейрин пускал развеселые байки о своих былых приключениях с Героем Ферелдена, где приукрашивая, где, наоборот, опуская некоторые неприятные подробности, да закусывал свои же истории любимым сыром. Хоук же охотно слушал его рассказ и с таким же увлечением осушал свою кружку.       Они порядочно засиделись — время уже глубоко за полночь, и все немногочисленные посетители разбрелись кто куда: кто побрел домой; кто продолжил свою веселую попойку, но уже в другом месте; а кто решил заночевать прямо на улице, растратив последние деньги на выпивку. Все, кроме этих двоих. Хозяину пора бы уже их разогнать, да отпустить девку, работающую у него, с миром спать, да вот только гости не буянили, были несказанно щедры, да и опасался он людей при оружии выставлять за шиворот. Их не так уж и много было — всего пятеро.       Наемники, поди. Своих сидят ждут, ворчал про себя трактирщик, подсчитывая сегодняшнюю прибыль.       Но долгие посиделки были прерваны громким хлопком отворившейся входной двери, (что и так скрипела от каждого дуновения ветра, а после столь мощного удара о стену и вовсе грозила отвалиться). Залетевший в трактир юноша кинулся к единственному занятому столу.       — Милорд, там… — с тревогой и страхом залепетал парнишка и, увидев выражение его лица, Хоук сбросил безмятежную улыбку.       — Что? — мужчина вмиг посерьезнел и, казалось, даже не был пьян, несмотря на хмельной душок. Парень же наклонился к его уху и что-то пробормотал — что именно Алистер не сумел разобрать, только лицом инквизитор вдруг побледнел, став похожим на чистый снег на пиках гор.       — Гаррет?       — Оставайся здесь и никуда не выказывай носа, — небрежно кинул стражу Хоук, чуть не выпрыгивая из-за стола и кинулся к выходу.       — Да что случилось? Хоук!       Хэдес не помнит, как ей удалось выбраться из смертельной ловушки — все, что ее сейчас занимало, были разорванный бок и настойчивая, неуместная мысль о том, что теперь на ее теле прибавится пара лишних шрамов.