Ненаписанные летописи Верстратена

Это не могло закончиться хорошо. Ничто, начавшееся плохо, хорошо не заканчивается. Король Кай — вспыльчивый мальчишка, совсем не похожий на иронично-сдержанного Элиаса де Вита, — вёл себя совсем не так, как должно королю, говорил не так — будто все вокруг ему по гроб жизни должны. За двенадцать лет Тессу никто и никогда не бил — ни разу, даже когда она уронила служанке на голову мамину любимую статуэтку крылатой кошки и сожгла какую-то жутко ценную книгу из бабушкиной библиотеки. Это было… Не столько больно, сколько неожиданно. Неприятно. Обидно. И унизительно. “Неправильно, неправильно, неправильно…” Гордо выпрямившись и поджав губы, Тесса молча смотрела в глаза мужчины, посмевшего поднять на неё руку. “Спи... Засыпай…” Астарта не раз говорила о необходимости контроля. Эрна, временами присутствовавшая при подобных разговорах, ехидно посмеивалась и советовала не слушать бестолочь, ничего не знающую о жизни, и “обидел - мордой об стол, чтоб зубы от стен отскакивали”. Тессе нехитрый совет тёти-пиратки всегда казался жестоким, но сейчас… Она остро сожалела, что ей всего двенадцать и она не умеет драться. “Спи… Засыпай… Твои сны тебя ждут...” Но она умеет кое-что другое. Не столь материальное, хотя, если вспомнить экипаж корабля, забравшего её из монастыря — вполне себе наоборот. — Я не забуду этого, Ваше величество, — презрительная улыбка определённо удалась, вон как короля перекосило — наверняка задумался о новом ударе. “Не забуду… Спи, королёк, засыпай… Тебе понравится…” Тесса не умела управлять снами — почти, не умела создавать сны из ничего — только изменять имеющиеся. Но сны — субстанция пластичная, податливая и послушная воле того, кто хотя бы немного умеет с ними управляться, им достаточно лишь слабого толчка в нужном направлении. Никому ведь не интересно, почему “дорогая гостья” средь бела дня завалилась спать?...