Цвет

      В семь сорок четыре в квартире этажом выше раздались шаркающие шаги, через несколько мгновений перешедшие в топот, а еще немного погодя Кунцит услышал быстрый дробный стук под потолком.       Он только улыбнулся и глубже зарылся лицом в подушку. Его легкомысленная соседка в последнее время опаздывала с поразительной частотой, и по какой-то причине завела себе традицию будить по утрам заодно и его. Кунцит подумал, что сегодня вполне может сделать вид, что не услышал стука. Ведь может же быть такое, что он уснул так крепко, что тихий глухой звук не пробился сквозь плотную завесу сна? В конце концов, вчера они засиделись допоздна.       Однако через пять минут стук повторился, уже громче и настойчивее.       Кунцит сдался.       Он одним широким движением откинул в сторону одеяло, которое плавно приземлилось на пол у окна, и резким рывком поднялся с кровати. Это была привычка из прошлых жизней, которой он, пожалуй, был благодарен. Сайто всегда поднимался с трудом, каждое утро ощущая себя выбравшимся из могилы мертвецом, а вот первый лорд Терры Кунцит был воякой до мозга костей во всем, в том числе в легком раннем подъеме.       По привычке он задержался около торцевой стены, освещенной скупыми утренними лучами. На бледной поверхности в хаотичном на первый взгляд порядке расположились яркие пятна фотографий, распечаток из интернета и заметок от руки; между некоторыми из них были протянуты красные шерстяные нитки, соединявшие все это многообразие в единую композицию. В центре - две фотографии, сделанные тайком, и большой белый лист бумаги с неровными строчками записей.       С того дня, как девчонка (ее зовут Минако, такое нелепое имя, мягкое в начале, клацающее в конце - как внезапный щелчок по носу) провела с ним «воспитательную беседу» через дверь, прошло две недели.       Кунциту казалось, что прошли столетия.       Серость на улице сменилась первыми робкими цветами весны, насыщенной коричневой грязью, тонкой зеленью первых травинок, ранней желтизной нарциссов. В воздухе пахло свежестью и влажным деревом, а в квартире у его безалаберной соседки (Ми-на-ко) – терпким кофе и покупными сладостями.       Кунцит воспринял ее слова слишком близко к сердцу. Все, что она говорила, было правильным и уместным, но зацепил его все-таки вопрос, который был задан последним.       Если ты сейчас здесь, то, возможно, и остальные где-то неподалеку?       И это словно переключило тумблер в его голове.       Сейчас ему было немного стыдно за то, что эта мысль первой пришла к соседской девчонке (раньше у нее было красивое имя – Минория, - такое плавное и рычащее, как предчувствие летней грозы). Но, получив зацепку, лорд Кунцит, тут же взявший правление над остальными своими ипостасями, развернул поисковую операцию небывалой ширины. Работа в безликом офисе была тут же заброшена. Это оказалось достаточно просто – после того, как Сайто прогулял неделю без уважительной на то причины, расчет ему предоставили быстро и без лишних вопросов. Полученные деньги пошли в плюс к тем, которые уже лежали на банковском счете, и в сумме средств казалось достаточно на любые прихоти.       На то, чтобы найти частного детектива с хорошими рекомендациям, ушло еще несколько дней. В итоге Кунцит остановил свой выбор на бывшем морском офицере, который через секунду после знакомства разглядел в нем иностранца, перенесшего депрессию.       И работа закипела.       Девчонка (Минако!) объяснила ему, что далеко его друзей забросить не могли: если Кунцит очнулся в Токио, то и остальные будут здесь же. Это воодушевляло, хотя площадь для поисков все еще оставалась пугающе огромной.       Тем не менее, Жадеита он нашел уже через неделю.       Бывший морской офицер принес ему тонкую папку с информацией о молодом человеке, известном под именем Акира Ито - пока малоизвестном, но уже отмеченном критиками писателе. Кунцит удивился: он меньше всего ожидал увидеть Жадеита в творческой профессии. Но сомнений быть не могло. К папке была приложена небольшая фотография, с которой на Кунцита смотрел молодой светловолосый человек, с внешностью, которую принято считать типично европейской. Единственное, что выдавало в нем жителя Японии – это раскосые глаза под тяжелыми веками.       - Он хафу, - пояснил морской офицер. – Мать наполовину англичанка, отец – наполовину немец. В нем меньше японского, чем в американских суши-барах. В прошлом году выпустил две книги, которые вошли в десятку самых продаваемых книг в стране. В этом году должна выйти еще одна. Живет в Тайто вместе с младшим братом. Замкнутый парень, интервью не дает, на встречи с фанатами не ходит.       Кунцит улыбнулся, разглядывая серьезное задумчивое лицо на фотографии. Это было похоже на Жадеита: он никогда не переносил большого количества людей. Наверное, накладывала отпечаток прошлая жизнь на уединенных островах.       Напоследок детектив выдал самую важную информацию. Он сказал, что каждое воскресение, с восьми утра и до обеда господин Ито работает над новыми сюжетами в кафе «Корона».       Кунцит отправился туда в первый же выходной, для верности стянув длинные волосы в низкий хвост и прикрыв глаза солнечными очками, чтобы его сложнее было узнать. Соседка, увидев его в тот день, расхохоталась звонким чистым смехом, напела мелодию из «Джеймса Бонда», но потом искренне пожелала ему удачи.       День стоял солнечный и неожиданно теплый, так что в шерстяном пальто Кунцит быстро взмок. Он спрятался в маленьком кафе напротив «Короны», заказал себе кофе и попросил официантку обновлять напиток каждый раз, когда чашка опустеет.       К тому моменту, когда на противоположной стороне улицы появился Жадеит, девушка с кофейником подходила к столику уже трижды. Увидев старого друга, Кунцит напряженно выпрямился. Господин Ито, автор двух книг, отличался широким размашистым шагом, полным беспорядком на голове и отменным вкусом в выборе верхней одежды. В ушах у него были вставлены наушники, а на плече висела сумка для ноутбука. Перед тем, как войти внутрь стеклянного современного здания, человек, который когда-то был третьим лордом Терры, обернулся через плечо и подозрительно посмотрел прямо на высокого светловолосого мужчину за столиком уличного кафе.       Кунцит едва удержался от того, чтобы не помахать ему рукой.       С Нефритом все обстояло несколько сложнее. На то, чтобы найти его, потребовался почти месяц бесконечных поисков, напряженного интернет-серфинга и уточнения полученной информации. Наконец однажды бывший морской офицер примчался поздно вечером в квартиру Ми-на-ко, и, выпив три кружки кофе со свежим черничным кексом, поделился хорошими новостями.       - Прыткий он, скажу я вам, - начал он с набитым ртом. – Признаться, я порядочно побегал, чтобы о нем разузнать. Зовут Макото Нисияма…       Соседка Кунцита вдруг поперхнулась своим кофе, сильно закашлялась и принялась размахивать в воздухе руками. Он обеспокоено кинулся к ней с намерением оказать первую помощь, если это необходимо, но выяснил, что закашлялась она от смеха. Девчонка отмахнулась от его помощи, похихикала еще немного и принялась вытирать лужицу кофе на столе, бормоча себе под нос.       - В каждой компании нужен кто-то по имени Макото.       Мужчины переглянулись, пришли в своем непонимании женского пола к взаимопониманию, и продолжили разговор.       - Разведен, сыну пять лет. Живет в районе Кита, хотел бы перебраться за город, но работа не позволяет. Поэтому пока мотается из Токио в Мидзухо, где живет его бывшая жена и сын. Работает в пожарной части, по выходным любит водить ребенка в планетарий в районе Тюо.       Его могут звать как угодно, но любовь к звездам у лорда Нефрита от имени не зависит.       Посмотреть на второго лорда захотела и девчонка, и отговорить ее оказалось просто невозможным – у нее был просто талант к убеждению. Поэтому на следующий день после того, как частный детектив опустошил запасы кофе в квартире наверху, Кунцит и его юная и очень жизнерадостная спутница отправились «на прогулку» по району Тюо. Чтобы не привлекать к себе внимания, они изображали обыкновенную влюбленную парочку: покупали сладости на улице, болтали о всяких глупостях и делали эти дурацкие фотографии на телефон, к которым почему-то была так неравнодушна девчонка.       - Меня зовут Минако! Неужели так сложно запомнить? Честно говоря, немного обидно слышать, как тебя раз за разом называют «девчонкой»!       В итоге Кунцит увлекся настолько, что даже купил ей букет желтых, как ее пальто, нарциссов. Девчонка расцвела радостной улыбкой, взяла его под руку и торопливо повела в сторону планетария.       Они увидели господина Нисияма около входа, вместе с маленьким рыжеволосым мальчиком, который кружился вокруг него и поедал огромный ком сахарной ваты. Нефрит что-то шутливо выговаривал сыну, даже не пытаясь изображать из себя строгого родителя, а малыш только хулиганисто щурился и ускорял шаг. Кунцит присмотрелся. Господин Нисияма носил волосы несколько короче, чем его друг, а глубокие темно-карие глаза прятал за аккуратной золотистой оправой очков, но, в общем и целом, это был все тот же Нефрит – высокий, подтянутый, держащийся с такой статью, что женщины непроизвольно оборачивались.       - Может, ты хочешь подойти? – девчонка легонько подергала Кунцита за рукав, привлекая внимание, и он замотал головой так рьяно, что тщательно собранные волосы рассыпались по плечам.       - Я не готов еще к встрече с ними.       Через несколько минут они услышали, как Нефрита окликнул женский голос, а вслед за этим тоненькая фигура рыжеволосой женщины приветственно помахала рукой. Малыш, крутившийся у ног своего отца, счастливо пропищал что-то и бросился в объятия женщине.       - Нару… - выдохнула Минория (Минако!), не в силах оторвать от матери семейства взгляд.       Больше она не проронила ни слова до самого дома, где они разбрелись каждый по своим квартирам.       Последний, кого осталось найти – это Цоизит. И Кунцит очень надеялся, что с его младшим другом все хорошо.       Над головой вдруг неистово застучали по полу и послышались приглушенные бормотания.       - Ты что там, заснул опять, что ли? – с трудом разобрал Кунцит.       Он беззлобно хмыкнул, отвлекся от созерцания развешанной на стене схемы и вышел в гостиную. Ему следовало поторопиться, если он не хотел, чтобы настойчивая соседка проломила дыру в потолке. По пути захватив брошенный на диване ярко-красный кардиган, который она забыла прошлым вечером, Кунцит вышел из квартиры, преодолел несколькими широкими прыжками лестничный пролет и без стука зашел в квартиру наверху.       Девчонка, как всегда, устраивала в своем доме маленький вселенский хаос. Телефон надрывался мелодией будильника, на кухне шипела кофеварка и плевался хлебом тостер; говорящий белый кот (к этому тоже пришлось привыкать) причитал, что у его хозяйки мозгов столько же, сколько было в четырнадцать, телевизор сообщал последние новости, а девчонка носилась из одной комнаты в другую, стараясь одновременно высушить феном волосы, почистить зубы, накрасить глаза и съесть сэндвич. Она остановилась только на секунду, когда заметила вошедшего Кунцита, и то только для того, чтобы состроить умоляющую мордашку, и протянуть:       - Налей кофе, а?       А потом она выхватила у него из рук кардиган и унеслась в спальню переодеваться.       Первым делом Кунцит спокойно взял с тумбочки разрывающийся телефон и выключил будильник. Потом направился на кухню, вытащил из тостера подгоревшие кусочки хлеба, и выключил выкипающий кофейник. Поздоровался с Артемисом, достал ему из холодильника баночку тунца. Сделал для соседки пару бутербродов с фруктами и арахисовым маслом и налил в ярко-желтую кружку с символом Венеры кофе из кофейника. Подумал, оглянулся на возбужденно носившуюся по квартире Минако, и добавил в напиток щедрую порцию молока.       Затем налил черного кофе себе, в светло-голубую кружку, которая за это время уже стала считаться его.       И сел за стол.       - Спасибо! – выпалила Минако, наконец-то полностью собранная, и с разбегу плюхнулась на свободный стул.       Она жадно принялась пить кофе с молоком, откусывая от бутербродов большие куски, и не сводила взгляда с настенных часов.       - Не торопись, - предупредил ее Кунцит.       Минако в ответ только благодарно улыбнулась с полным ртом еды.       Кунцит любовался на все это великолепное многоцветие ее квартиры, и мысленно благодарил жестоко-милосердную судьбу, что подтолкнула его однажды подняться на одну лестничную площадку выше. Ведь если бы он этого не сделал, то не было бы у него голубой кружки, и желтых нарциссов, и красной ленты в девичьих волосах.       Не было бы книг господина Ито на прикроватной тумбочке и записанного соседкиной помадой номера телефона бывшей госпожи Нисияма…       В головоломке, которую задало Кунциту новое перерождение, не хватало только двух частей, чтобы он снова стал счастливым.       - Кстати, - произнесла вдруг Минако, и вслед за ее голосом раздалась переливчатая трель дверного звонка, - налей, пожалуйста, еще одну кружку.       Артемис, который методично уничтожал тунца из хрупкого фарфорового блюдечка, тихонько хмыкнул и поспешил выйти из комнаты. Кунцит посмотрел на него, на часы, которые показывали восемь утра, и в голову его стало закрадываться подозрение.       - Кто это, Минако? – дрожащим голосом спросил он, от волнения даже безошибочно произнеся ее непривычное имя.       Минако пожала плечами.       - Друг. Тебе давно пора было с ним встретиться.       И, схватив остатки бутерброда, унеслась в коридор.       Кунцит от страха не мог пошевелиться. Он услышал, как открылась входная дверь, как двое перебросились парой слов, а после девчонка звонко попрощалась со всеми, кто остался в квартире, и упорхнула на работу.       Его загнали в ловушку. Так просто и бесхитростно, что ему следовало бы разгадать этот коварный замысел в первые же секунды. Но он не смог. Повелся на яркие глаза, оранжевые сарафаны и теплую улыбку. Он ведь столько раз говорил ей за вечерними чаепитиями, что боится даже посмотреть лишний раз на любого из них. Что не хочет вмешиваться в их жизни, потому что они, очевидно же, счастливы и без него. А девчонка во время этих разговоров только понимающе кивала и заботливо убеждала его в том, что, когда придет время, то это сразу станет понятно.       Он, как и в прошлый раз, не разгадал.       Кунцит не отводил взгляда от двери на кухню, до боли сжав в ладонях голубую кружку. Из коридора раздались осторожные шаги, и в проеме показался высокий молодой человек, сжимающий в руках бутылку виски. Темные волосы в беспорядке лежали на высоком лбу, широко расставленные синие глаза смотрели настороженно и взволнованно, а четко очерченные губы сложились в улыбку давно знакомого принца.       - Ну здравствуй, лорд Кунцит, - дрожащим от счастья голосом произнес Мамору Чиба. – Значит, все тут счастливы и без тебя? Сдается мне, нам многое нужно обсудить.       Привыкший всегда выполнять просьбы своего правителя, лорд Кунцит поднялся и достал из шкафчика два стакана, когда его телефон тонким писком сообщил о пришедшем сообщении.       «Прости, но сам бы ты тянул с этой встречей до следующего пришествия Металлии. Удачного разговора!»       Кунцит обернулся и окинул взглядом человека, который когда-то был принцем большого королевства, а сейчас собирался вернуть в жизнь Кунцита самый важный из всех существующих цветов.       Глубокий искристый синий цвет настоящей дружбы.