Умереть, чтобы жить.

В кабинете директора.

— Альбус, я считаю Гарри Поттеру не место в Слизерине. Любой другой факультет был бы рад принять его. — Минерва, шляпе Гриффиндора лучше знать на каком факультете будет лучше ученику. Слизеринцы такие же дети, ничем не отличаются от остальных. Даже больше — представители этого факультета более амбициозны и целеустремленны. Это достойно похвалы.

***

Оказавшись в гостиной, куда нас привел староста Слизерина, я слушал речь, как вести себя истинному Слизеринцу: о поведении, правилах безопасности и тому подобное. Гостинная и комнаты располагались в левой части подземелья замка. В конце коридора есть стена, которая сначала мне показалась тупиковой, а на самом деле открывающая потайной ход, ведущий в гостиную моего нового факультета Слизерина. Со вкусом обставленная общая гостинная в которой мы могли отдыхать и делать уроки мне понравилась, на стенах висели гобелены, изображающие жуткие расправы знаменитых слизеринцев в средние века, например, со сценой убийства единорога. У стен стояли старинные буфеты из темного дерева. Не смотря на наличие каминов в комнате стояла прохладная температура. Освещение здесь под стать обстановке — волшебные светильники освещали пространство холодным болотным светом. Наши комнаты находились прямо над Черным Озером и представляли собой помещения с высоким потолком, стульями с темно-зеленой обивкой, низкими старыми темно-зелеными и черными кожаными диванами. — Знакомься, Поттер, это Крэбб и Гойл, — представил Малфой своих друзей. Я поприветствовал обоих крупных парней, они с интересом смотрели на мой шрам. — Я Теодор Нотт, — подошел к нам еще один первокурсник, худенький и высокий. — Вот уж не думал, что ты, Поттер, будешь учиться на Слизерине, — усмехнулся он, протягивая руку. — Думаю, нет разницы, на каком факультете учиться, — в ответ пожал я руку.

***

Уже на следующий день у нас начались занятия. И я в первый же день попал в немилость своего декана Северуса Снейпа, у меня было не приятное ощущение словно он был против моего появления на своём факультете. — Гарри Поттер. Наша новая знаменитость, — с неприязнью сказал Снейп. Я спокойно посмотрел на преподавателя, хотя и чувствовал некую неприязнь к декану. Черные, холодные и пустые глаза Снейпа почему-то мне напоминали темные туннели. Снейп обвел аудиторию внимательным взглядом после знакомства с классом: — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную науку, — он говорил почти шепотом, но ученики отчетливо слышали каждое слово. Снейп обладал даром без каких-либо усилий контролировать класс. Здесь никто не отваживался перешептываться или заниматься посторонними делами. — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего зелья в котле, источающего тончайшие запахи, или силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум и порабощая чувства. Я научу вас, как разлить по флаконам известность; как сварить триумф; как заткнуть пробкой смерть. Но всё это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое приходит на мои уроки. После этой короткой речи царившая в классе тишина стала абсолютной. Его вступительная речь показалась пафосной, но не могла не впечатлить. — Поттер! — неожиданно произнес Снейп. — Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать? Гермиона тут же вскинула руку, чуть ли не переваливаясь на парту. Я поднялся с места: — В желудке козы, сэр. — Что получится, если смешать толченый корень асфоделя с настойкой полыни? — тут же задал он второй вопрос. — Глоток Живой Смерти. Так же известно, как снотворное зелье, сэр, — спокойно ответил я. Снейп кивнул, задав еще один: — В чем разница между волчьим корнем и царем-травой? — Волчий корень и царь-трава — это одно растение, иными словами, аконит. Я без запинки мог процитировать каждое предложение в книге не заглядывая в неё, не потому что выучил, а ответы сами всплывали в голове. — Пять баллов Слизерину. А теперь разбейтесь на пары и приготовьте простейшее зелье для излечения от фурункулов, — велел профессор, — рецепт на доске! Снейп кружил по классу, шурша своей длинной черной мантией и следил за взвешиванием подсушенных листьев крапивы и толчением в ступках змеиных зубов. Он раскритиковал всех, кроме Малфоя, меня, Забини и Гринграсс. Вдруг, темница наполнилась ядовито-зеленым дымом и громким шипением. Все испугано посмотрели в дальний угол. Тот самый круглолицый мальчик с несчастным выражением лица, который носится со своей мерзкой жабой, каким-то образом умудрился растопить котел и тот превратился в огромную бесформенную кляксу, а зелье, которое он готовил, стекало на каменный пол, прожигая дырки в ботинках стоявших поблизости учеников. Через мгновение все с ногами забрались на стулья, а первокурсник, которого окатило выплеснувшимся из котла зельем, застонал от боли. На его руках и ногах появились красные волдыри. — Идиот! — прорычал Снейп, одним движением ладони сметая в угол пролившееся зелье. — Как я понял, прежде чем снять котел с огня, вы добавили в зелье иглы дикобраза? Невилл вместо ответа сморщился и заплакал, теперь и нос его был усыпан красными волдырями. — Отведите его в больничное крыло, — скривившись, произнес Снейп, обращаясь к его напарнику — Уизли. — И десять очков с Гриффиндора. По окончанию урока я заработал для своего факультета десять баллов за правильно сваренное зелье. Весь день я только и замечал на себе взгляды студентов, некоторые даже не стеснялись и громко меня обсуждали. — Вон он! — Где? — Да вон, рядом с блондином. — С Малфоем? — Да! Ты видел его шрам? Шушуканье преследовало еще с того момента моего прихода на завтрак в большой зал. Ребята, толпящиеся перед классами, приподнимались на мыски, чтобы лучше разглядеть меня, другие нарочно разворачивались и направлялись в обратную сторону, чтобы еще раз пройти мимо. От такого поведения других детей меня охватывало презрение, и жутко раздражало когда кто-то показывал на меня пальцем. Будучи весьма любознательным, я не упускал возможности изучить замок. Хогвартс будто жил своей жизнью. Я смотрел на всё с благоговением и, разумеется, не мог не зайти в каждый угол. Казалось, тысячелетний замок был пропитан магией: каждый закоулок и камушек будто пропитался древней и могущественной силой. Я был уверен, замок хранит множество тайн. В нем было сто сорок две лестницы: широкие и просторные; узкие и шаткие; были и те, которые вели совершенно не туда, куда надо; попадались такие, где на полпути исчезала ступенька и приходилось прыгать. Обнаруживались двери, которые не открывались, пока их вежливо об этом не просишь; или такие, за которыми оказывалась сплошная стена. Иногда они и вовсе могли исчезнуть, появившись в другом месте. Люди на портретах постоянно ходили друг к другу в гости, а рыцарские доспехи, я был абсолютно в этом уверен, могли ходить. Привидения не облегчали жизнь. Неприятным шоком был каждый раз, когда одно из них внезапно проскальзывало прямо сквозь дверь, которую ты пытался открыть. Кровавый Барон всегда был рад указать новым слизеринцам нужное направление, но полтергейст Пивз был хуже двух запертых дверей и одной лестницы с подвохом, особенно если ты встречал его, когда опаздывал на занятия. Он сбрасывал на голову корзины для использованных бумаг, выдёргивал из-под ног коврики, кидался кусками мела или, будучи невидимым, подкрадывался сзади, а потом хватал за нос с воплем «ПОПАЛСЯ!». Единственный кого боялся Пивз — это Барон. Смотрителем в школе был Аргус Филч. Он постоянно ходил со своей кошкой миссис Норрис: тощей, с серовато-коричневой шерстью и выпученными, напоминающими фонари, глазами, в точности как у хозяина. Она в одиночку патрулировала коридоры. Малейшее нарушение правил и мгновенно удалялась за Филчем, который, тяжело дыша, объявлялся через пару секунд. Я и Драко умудрились впасть к нему в немилость уже в самое первое утро. Филч застукал нас в тот момент, когда мы пытались открыть одну из дверей, которая к нашему несчастью, оказалась входом в запретный коридор на третьем этаже. Он не поверил, что мы просто заблудились, уверенный в том, что мы пытались проникнуть туда умышленно, и грозился запереть нас в подземелье, но меня и Драко выручил проходивший мимо профессор Квиррелл. Я очень удивлялся тому как смотритель мог оказаться, быстро рядом на месте происшествия и не хуже призрака, мог внезапно оказаться перед тобой? Студенты, как один, ненавидели его и заветным желанием многих было: дать миссис Норрис хорошего пинка. Сам я старался быть примерным учеником и не нарушать правила. Да и не за что мне было ненавидеть старика Филча. Его и так жизнь обидела, родиться сквибом. Каждый вторник, в полночь, мы смотрели в телескопы и изучали ночное небо, заучивали названия различных звёзд и траектории планет. Три раза в неделю отправлялись в теплицы позади замка на уроки Гербологии, которые вела маленькая коренастая волшебница - профессор Спраут. Там мы учились ухаживать за странными растениями и грибами и узнавали, для чего их используют. К моему разочарованию, самым скучным предметом была История Магии - единственный урок, преподавателем которого был призрак. Профессор Биннс был очень старым, когда заснул перед камином в учительской, а на следующее утро пришёл на занятия уже без тела. Биннс рассказывал не интересно и монотонно, а мы записывали имена и даты. В магловской школе история мне нравилась, но не здесь. Если по всем предметам знания у меня были отличные, то с историей были кое-какие пробелы. Поэтому после уроков, я бегал в библиотеку и облаживаясь литературой, самостоятельно изучал предмет. . Профессор Флитвик, преподаватель Чар, был крошечным волшебником, которому приходилось становиться на стопку книг, чтобы видеть класс из-за своей кафедры. В начале первого занятия он делал перекличку и, когда дошёл до меня, взволнованно пискнул и свалился под стол.

***

Профессор Макгонагалл же была совсем другой. Мне она показалась строгой и умной, она произнесла наставительную речь сразу же на первом занятии: — Трансфигурация — один из самых сложных и опасных видов магии, который вы будете изучать в Хогвартсе, — сказала она. — Любой, кто вздумает хулиганить на моих занятиях, покинет этот кабинет раз и навсегда. Я вас предупредила. — После этого она превратила свой стол в свинью и обратно. Все были крайне поражены, я оценил её представление. После длинного конспекта, каждому раздали по спичке, чтобы мы попытались превратить их в иголки. Я выполнил задание со второго раза, превратив спичку в иголку. Макгонагалл была в восторге, но баллов не начислила. К концу урока у Гермионы Грейнджер удалось немного изменить спичку. Профессор Макгонагалл одарила её редкой улыбкой и прибавила баллов их факультету. Драко не нравилось, что у маглорожденной Гермионы удавалась учеба лучше, и он забыв о присутствии преподавателя назвал её "Грязнокровкой" за то и получил первое взыскание, потеряв двадцать баллов с факультета и получив отработку. Все, а так же я, с нетерпением ждали занятий по Защите от Тёмных Искусств, но уроки Квиррелла оказались какой-то шуткой. Его кабинет насквозь пропах чесноком. Как все уверяли, он должен был отпугнуть вампира, которого профессор встретил в Румынии и боялся, что тот вот-вот может явиться за ним в замок. Тюрбан, по словам Квиррелла, подарил ему африканский принц в знак благодарности за то, что он избавил того от докучавшего зомби, у меня было подозрение, словно это не правда. Во-первых, когда Блейз Забини попросил рассказать, как Квиррелл сразил зомби, профессор покраснел и завёл разговор о погоде. А во-вторых, все заметили странный запах, исходивший от тюрбана. — Старая кошёлка! Любительница грязнокровок и убогих. — Драко выражал негодование, профессор по трансфигурации назвала его " Невоспитанным и бестактным". — Тебе следует потренироваться — держать свои эмоции при себе. — Сказал я. — И ты туда же, Поттер? — Рассерженно посмотрел он на меня, хмуря светлые брови. — Малфой, я хочу сказать, когда рядом преподаватель, чтобы ты хотя бы немного думал. Прежде чем открывать рот. Блондин кинул на меня косой взгляд. — Ну-ну, мой скользкий друг, ты же знаешь, что Макгонагалл за своих грифов с астрономической башни готова спрыгнуть, у них же синдром «спасем других — себя угробим». — Попытался пошутить я. — Согласен, — с ухмылкой проговорил сероглазый, расслабившись. Свободного времени у меня было мало. Учеба нравилась, мне всё казалось интересным и большую часть времени я проводил в библиотеке, хотя не только из-за этого, студенты Слизерина не очень жаловали меня на факультете, и не скрывали того. Я старался не обращать внимания на их косые взгляды, плохого им я не успел сделать. Но неприятное ощущение, словно кошки когтями скребут по ребрам каждый раз когда, кто-то задевал меня плечом или глядели, словно виноват я, что их отцы и деды просиживают в Азкабане, или остались на свободе, лишившись половину своего имущества. Я не считал себя виноватым, не я преклонял своё колено перед Темным Лордом и не я на него рассчитывал. В целом в Хогвартсе я чувствовал себя, как дома. Чего никогда нельзя было сказать о приюте.

***

Утром, в канун дня всех святых. На уроке чар профессора Флитвика мы изучали заклинание «Вингардиум Левиоса»*. — Не забудьте, чему я вас учил. Движение кисти легкое, плавное! — пищал профессор Флитвик, примостившись, как обычно, на стопке книг. — И постарайтесь точнее произносить слова! Помните чародея Баруффио, который как-то раз случайно изменил «с» на «з» и в результате оказался на полу, а сверху на нем сидел бизон! За гриффиндорским столом стало шумно, я с любопытством наблюдал, как Уизли громко проговаривал: — Вингардиум левиоса-а-а! — при этом он во все стороны размахивал палочкой. — Ты всё неправильно говоришь! — раздался сердитый голос Гермионы Грейнджер. — Вин-гар-ди-ум Ле-ви-о-са. «Гар» надо хорошенько потянуть! — Вот и делай сама, раз такая умная! — прорычал Рон. Девчонка засучила рукава своей мантии, взмахнула палочкой и произнесла: — Вингардиум Левиоса! — перо сорвалось с парты, взлетело и застыло метрах в полутора над её головой. — Ах, умница! — вскричал Флитвик, хлопая в ладоши. — Дети, смотрите все: у мисс Грейнджер чудесно получилось! Драко фыркнул, пробормотав: «Гриффиндорская заучка» и принялся дальше тренироваться. Задача для меня оказалась легкой. Передвигать предметы я мог до школы, поэтому получилось у меня со второй попытки, и перо, которое лежало на парте, взлетело к потолоку. — Превосходно, мистер Поттер, пять очков Слизерину, — защебетал маленький профессор. К концу урока у Драко всё-таки получилось. И он вовсю издевался над Роном, поддразнивая, что даже у маглорожденной Грейнджер получается лучше колдовать, чем у Уизли. Мальчишка был мрачнее тучи и грозился ему все кости переломать, но в итоге замолчал, потому что у сидевшего около него Симуса вспыхнуло перо и Рону пришлось сбивать огонь своей шляпой.

***

Уже выходя в переполненный коридор, я услышал слова Уизли, идущего впереди, сказанные Финнигану: — Ну, ничего удивительного, что с ней никто не водится, это же не девочка, а кошмар какой-то, честное слово. Мимо них быстро прошла Гермиона, задев плечом Уизли. Я заметил, что всё лицо у неё было в слезах. Гермиона была не плохой девочкой, начитанная и целеустремленная, уже сейчас можно было сказать, в будущем она будет сильной ведьмой и построит хорошую карьеру. Ей место в Когтевране, там, таких как она, встречают с распростертыми объятиями. Я подозревал в Гриффиндорском коллективе девчонка не прижилась. Из-за её прямолинейности и пунктуальности с Гермионой никто не хочет дружить. Не все учителя и ученики приходят в восторг от её знаний, её назидательный тон в разговоре с сокурсниками не способствовали завязыванию знакомств, а готовность ответить на любой заданный на уроке вопрос вызывали насмешки. К тому же Гермиона с первых дней услышала в свой адрес «грязнокровка» от слизеринцев, и наверняка уже знает значение этого слова. Иногда она бывает слишком высокомерной и чрезмерно гордится своими успехами в учёбе, и старается приручить этому и других сокурсников, но никому не нравится когда к тебе лезут с нравоучениями, тем-более если это твоя ровесница. По дороге в большой зал на пиршество в честь кануна дня всех святых Драко мне сказал, что слышал краем уха, как гриффиндорка Парвати Патил говорила своей подружке Лаванде, что Грейнджер рыдает в девчачьем туалете и просит всех от неё отстать. Я как раз накладывал себе печеной картошки, как в зал ворвался профессор Квиррелл. Тюрбан у него сбился набок, а в глазах был смертельный ужас. Все следили, как он подбежал к креслу профессора Дамблдора, облокотился на стол и, задыхаясь, выпалил: — Там… В пра-в-вом по-по-дземелье… Тролль… Н-н-надо… Предупредить… — после чего он рухнул в обморок. Я почувствовал неприятное ощущение, словно это еще не все за сегодняшний вечер. Поднялся страшный шум. Профессору Дамблдору пришлось выпустить из своей палочки не меньше десятка лиловых ракет, прежде чем снова стало тихо. — Префекты! — пророкотал он. — Немедленно уводите свои колледжи по общежитиям! Я посмотрел на гриффиндорский стол, там была жуткая возня, их староста — Перси Уизли, — пытался быстрее вывести своих студентов. Я заметил, среди всех первокурсников отсутствовала Гермиона Грейнджер, затем вспомнил раннее сказанное Драко. Стефан Аддингтон — префект Слизерина, — тоже не отставал и выстраивал учеников в колонну. — Без паники, следуйте за мной. Я провожу вас по другому пути в гостиную. Первокурсники, не отставайте и держитесь рядом. — Как тролль мог сюда забраться? — спросил я у Драко, следуя за своими однокурсниками. — Я сам не знаю. Вообще-то, они безнадежно тупые, — ответил Драко. — Может, Филч его впустил. Этот сквиб сам себе на уме! Или же Пивз решил, что на этот раз шуточка у него удастся. Группы людей пробегали, торопясь, в разные стороны. Проталкиваясь через толпу всполошенных Когтевранцев. Мне снова вспомнилась Грейнджер, и я остановился, схватил Драко за рукав мантии. — Слушай, я тут вспомнил, Грейнджер ведь про Тролля не знает. — И ты решил сейчас ей об этом рассказать? — Драко, собрался идти дальше и бросил мне через плечо.— Не трать время, до нее дойдут слухи. — Ты не так понял, Малфой. — Мои слова заставили его остановиться, — Грейнджер сейчас как раз там, где поблизости может быть Тролль. — Терпеливо объяснил я. — Ладно идем, — сдался приятель, — только чтобы не заметили наше отсутствие. — Вздохнул блондин. Я и Драко пригнулись и быстро убежали в другую сторону, и ускользнули в пустой коридор и двинулись к туалету. — Ты безрассудный идиот. — Сказал мне по дороге Драко. — Знаю. — И тебе место в Гриффиндоре! — Ладно. — Не стал отрицать я. — У тебя комплекс героя, и зануды. — Продолжал белобрысый. — Будь, по-твоему. Мы уже дошли, и, втянув воздух, едва не закашлялись. В нос ударила отвратительная вонь, как от грязных носков и давно не мытого общественного туалета одновременно. И тут мы услышали низкое кряхтение и шарканье гигантских ног. Драко указал пальцем — в другом конце бокового прохода, слева от нас, двигалась какая-то гигантская тень. Мы услышали звук приближающегося бега. Я развернулся и увидел бегущих к ним троих гриффиндорцев — Уизли, Финнигана, и Долгопупса. Драко закатил глаза и прошипел сквозь зубы: — Кто бы сомневался, гриффиндорцы! Приблизившись, Рон задал вопрос: — А вы чего тут делаете? — Тот же вопрос и вам! — парировал Драко. — Господа, как мне кажется, сейчас не время спорить. Где-то рядом ходит Тролль! — Сказал я. Все замолкли и вжались, в страхе смотря, как тень подходила все ближе и наконец, пересекла полосу лунного света. Мне и однокурсникам открылось жуткое зрелище: перед нами четырехметровый высоты страшилище. Тело его было серого цвета и напоминало грубый, неотесанный булыжник, на который кто-то прицепил сверху маленькую, не больше кокосового ореха, головку. Ноги, короткие и толстые, как дубовые стволы, заканчивались плоскими ороговевшими ступнями. Смрад от него исходил невероятный, и я почувствовал как горло подступает тошнота. В руке, свисавшей почти до пола, он держало огромную дубину, которая волочилась по каменному полу. Тролль остановился у ближайшей двери и заглянул внутрь. Его длинные уши встали торчком. Похоже, он напряженно раскидывал своим жалким умишком. Наконец, он медленно потащился в комнату. — В замке торчит ключ, — прошептал я. — Запрем его. — Отличная идея, — робко сказал Рон. Мы впятером подкрались к открытой двери, каждую секунду опасаясь, что тролль из неё выскочит. Драко одним прыжком метнулся к ней, захлопнул и повернул ключ. Похоже Драко сам от себя такой смелости не ожидал и довольно ухмыльнулся. Буквально через пару секунд нас настиг жуткий вопль, из-за чего Малфой быстро вернулся на место жутко напуганный. Вопль исходил с той самой двери, которую заперли. — Только не это, — сказал Рон, бледный, как Кровавый Барон. — Это был туалет! — воскликнул Симус Финниган. — Гермиона! — крикнули трое гриффиндорцев хором. И почему-то все посмотрели на меня. — Вы ведь поможете нам? Там ведь может быть Гермиона! — С умоляющим видом спросил Долгопупс. Драко закатил глаза: — С чего это нам помогать вам, Долгопупс?! — С того, вы тут и можете помочь! — подхватил Финниган. — Ты же герой, Поттер! — Герой? — насмешливо спросил я. — Ты ведь победил Сам-знаешь-кого в годовалом возрасте! — размахивая руками, нервно сказал Рон. Я и не собирался уходить, не такой уж я и эгоист, но мне жутко не хотелось и было страшно подвергать себя опасности. Рональд быстро подошел к двери и после непродолжительной борьбы с ключом, открыл её. Он распахнул дверь, и мы все вбежали внутрь. Гермиона стояла, прижавшись к противоположной стене. Вид у неё был такой, словно она сейчас упадёт в обморок. Тролль надвигался на неё, сшибая по пути умывальники. — Отвлеките его! — крикнул я им, а сам схватил с пола валявшийся водопроводный кран и изо всей силы швырнул его об стену. Тролль остановился в нескольких шагах от Грейнджер. Потом он неуклюже обернулся, тупо помаргивая, чтобы посмотреть, что это за шум. Его маленькие злобные глазки меня заметили. Он поколебался мгновение, а потом пошел на меня, поднимая свою дубину. — Эй, урод, — крикнул Драко с другого конца комнаты и метнул куском железной трубы. Тот и не поморщился, когда труба треснула ему по плечу, но крик Драко задержал его на месте. Он повел своим рылом в сторону Драко и у меня появилась возможность обежать его кругом. — Ну, давай, беги! — закричал я Грейнджер, пытаясь подтолкнуть её в сторону двери, но она не двигалась. Казалось, она намертво приросла к стене, рот у неё раскрыт в немом крике ужаса. — Дура! — Выругался я. — Не стой на месте! Шевелись! — Эу, кусок навоза, смотри сюда, — пытался отвлечь Уизли Тролля. Симус и Невилл кидали в тролля разными железяками и осколками разбившихся умывальников. Я понял, девчонка не собирается уходить и мысленно её проклял, на кой черт я вообще вздумал идти за идиоткой, составила бы лучше компанию плаксе Миртл, прок и то бы был. У меня было неприятное ощущение, словно этот день мне аукнется в двойном размере, девчонка и вправду в будущем создаст проблем не мало, и я еще не раз клясть буду, свой порыв в детстве. Достав волшебную палочку, я начал вспоминать заклятия, которые могут помочь: — Difindo! — почти шепотом произнес я. Из палочки вырвался луч и попал в Тролля, тот взревел от боли и на его плече появился порез, откуда полилась струйка густой темной крови. — Konfundus! Ничего не получалось. — Cupido somni! — Мощное заклятие сна не действовало на него. — Seko, Petrifikus Totalus, Rellasio!***** — без остановки я выпустил цепочку заклятий, точные движения палочкой и названия всплывали в голове сами, я их не знал, но часть Реддла во мне так не считала. Все заклятия достигали своей цели, но на тролля они мало действовали. Я прицелился палочкой прямо в голову Тролля: — Затмись! — чёрная повязка сразу же накрыла глаза Тролля и тот с ревом схватился за неё, но, по-видимому стянуть не получалось. Он начал махать в разные стороны дубиной. Рон стоял в опасной близости от тролля и старался целиться в дубину. Я догадывался, что он не знает, что именно собирался делать с ней. И выпалил заклинание, которое мы сегодня учили: — Вингардиум Левиоса! — дубина неожиданно вырвалась из лапы тролля, поднялась высоко в воздух, застыла и медленно перевернулась, после свалилась на голову своего владельца с отвратительным хрустом. Тролль пошатнулся и грохнулся плашмя, да так, что стены затряслись. Рон стоял с палочкой в руке и застыл в недоумении, видимо пытаясь понять, как у него получилось. Поднять перо в воздух, усилием магии, для многих первокурсников затруднительно, и Рон будет сильным волшебником, раз смог поднять огромную дубину. Первой заговорила Гермиона: — Он что, умер? — Нет, — ответил я за всех. — Я думаю, что он в отключке. — Грейнджер, ты глухая? — до этого стоявший молча, возмутился Драко с раскрасневшимися щеками. — Чего ты встала, как ослиха, когда надо бежать! — Прикуси язык, Малфой! Наверное, в штаны от страха навалил! — сказал Рон, сжимая кулаки. — Уизли, я был уверен, что этот запах витавший в воздухе от Тролля. Оказалось, из твоего рта. — Протянул Драко, — Что, Уизли, не знаешь, что люди чистят зубы? — Ах, ты слизеринский гад! — Рон накинулся на Драко, тот его оттолкнул и мгновенно достал и наставил палочку на Уизли. — Правда глаза колет? — ехидно спросил Драко. — Оставь его, Рон, он тебя провоцирует! — воскликнула Гермиона, и при этом посмотрела на меня. Я не вмешивался — это их дело. Внезапно дверь громко хлопнула, и раздались быстрые шаги. Я посмотрел вверх. В пылу битвы мы забыли о том, какой грохот подняли, но внизу, конечно же, были слышны и падающие умывальники, и рев тролля. Секундой позже в комнату ворвалась профессор Макгонагалл, Снейп следовал за ней по пятам, а Квиррелл держался сзади. Бросив один взгляд на Тролля, Квиррелл слабо вскрикнул и присел в уголке, схватившись за сердце. Я почувствовал, как во мне что-то начало колоть, и словно мечется и не может вырваться... уже не в первый раз такое происходит. Впервые это случилось, когда профессор Квиррелл пришел на первое занятие — это мне казалось очень странным. Снейп нагнулся над троллем. Профессор Макгонагалл смотрела на своих гриффиндорцев и на меня с Драко, строгим взглядом. Никогда мы еще не видели её такой рассерженной. Губы у неё побелели. Похоже, нам сейчас будет качественный вынос мозга. — О чем вы вшестером думали? — осведомилась профессор Макгонагалл голосом полным холодной ярости. — Вы и не представляете себе, как вам повезло, что всё так обошлось. Почему вы не в общежитие? Снейп метнул в нас разъяренный взгляд. Но тут из угла донесся слабый голос: — Не сердитесь, профессор Макгонагалл, они пришли искать меня. — Мисс Грейнджер! — Я пошла за троллем, потому что… потому что я думала, что могу с ним сама справиться… потому что я про них все читала… Рональд уронил палочку. Гермиона Грейнджер, которая явно врет учителю? Даже Невилл, тихо стоявший в стороне, удивленно на неё посмотрел. Я тоже поразился, но совсем не потому, что гриффиндорка врет. А тому, как можно быть одновременно сметливой, но глупо и совершенно не умело врать? — Если бы они меня не нашли, я бы погибла. Поттер затмил ему глаза повязкой. Малфой, Симус и Невилл пытались отвлечь тролля, а Рон треснул по голове его же собственной дубиной. Они просто не успели никого позвать на помощь. Он уже собирался меня прикончить, но тут пришли они. — Поттер, и почему я не удивлен вас здесь увидеть! Такой же заносчивый, безмозглый, высокомерный и самоуверенный как ваш отец. — Выдержки Снейпу не хватило промолчать, он мрачно сверлил нас обоих глазами. Я удержался, чтобы не хмыкнуть и спросить Драко, может у нас там дыры на лбу прожглись. В слова его я не старался вслушиваться, каждый раз выслушивать его помойную речь терпения не хватит, а он этого точно добивался, но я ему такого удовольствия не доставлю. Меня больно кололи оскорблениями про меня и моего отца, но я молчал. Мой отец мертв и он уже не поднимется с земли. Покойному Джеймсу — нет дела до его слов. А я не стану оспаривать слова декана, старшему Поттеру — это не поможет. Своего отца я не помню, а так хоть, отношения с деканом усугублять не буду. — В таком случае… — сказала профессор Макгонагалл, внимательно осматривая всех нас. — Мисс Грейнджер, глупая девчонка, как вы могли даже подумать о том, чтобы идти на горного тролля в одиночку? Гермиона виновато опустила голову, на что Драко фыркнул, а заметив пристальный и очень недовольный взгляд декана, сам уткнулся взглядом в ботинки. — Мисс Грейнджер, из-за вашего поведения с Гриффиндора снимается пять очков, — сказала профессор Макгонагалл. — Вы меня весьма огорчили. Если вы не поранены, ступайте в Гриффиндорскую башню. Ученики заканчивают ужин в общих комнатах своих колледжей. А вам, мистер Долгопупс, мистер Уизли и мистер Финниган, присуждается по десять баллов в пользу Гриффиндора. А так же мистеру Поттеру и мистеру Малфою по десять баллов Слизерину. Я всё ещё считаю, что вам просто повезло, молодые люди, но тем не менее, не всякий первоклассник решится напасть на взрослого горного тролля. Теперь расходитесь по гостиным. Я и Драко, тут же выбежали и понеслись в гостиную, пока нас не задержал декан и не устроил взбучку. Кажется, взгляд Снейпа не предвещал ничего хорошего, и если сейчас он нам ничего не сказал, не значит, что не напомнит позже. Особенно переживал Драко, его крестный мог написать Люциусу. Тот уж точно найдет, управу на непоседливого сына, когда узнает, что он спасал грязнокровку и подвергал себя опасности.