Дело Дяди Феанора

Тихо пиликнул почти разрядившийся телефон, слабо засветившись в темноте спальни. Майтимо, пару минут назад вышедший из душа, поднял трубку и зажал смартфон между щекой и ещё влажным плечом. -А-а-ало-о! - заорал в трубку Фингон. -Ты? -Я, - кивнул Майтимо, промокая полотенцем мокрые волосы. -Хочешь прикол? - как-то слишком довольно протянул Финдекано. Маэдрос представил, как на другом конце трубки, в его квартире, кузен лежит, раскинувшись на кровати и закидывая ноги на спинку кровати или стену, скрещивает их. У друга была такая привычка, и обычно именно так он и делал, разговаривая по телефону с клиентами в своём офисе, пока рыжий за ним наблюдал. -Давай, - Нельяфинвэ развалился на кровати, на которой спал до того, как переехал в собственную квартиру. Старая добрая комната, старая добрая скрипучая кровать, старый добрый скрипучий дом с кучей вещей, которые навевали воспоминания о детстве и юности, и ностальгию, которая щемила сердце. -Турукано и Ириссэ дети Иримэ, а Элэнвэ-дочь Арафинвэ, - на одном дыхании выпалил Нолфинг, и даже на расстоянии Маэдрос почувствовал чужое довольство. Кажется, Финьо ожидал реакции, ожидал с тем-самым-светящимся-лицом, с которым обычно ожидают смеха в ответ на неудачную шутку. Майтимо аж сел на кровати от неожиданности и уставился в экран, будто ожидая там увидеть подтверждение чужих слов. Фингон, приняв и "переварив" всплеск эмоций -коктейль из удивления, веселья и отчего-то возмущения- издал какой-то непонятный звук, похожий на ехидный смешок и высокомерный фырк одновременно. -Что, серьёзно? -спросил Феаноринг. -Ну, это не точно, но скорее всего. -Тургон нам двоюродный брат, и он женат на своей... На ком? -Понятия не имею, - слишком уж весело и легкомысленно ответил Финдекано. Кажется, он уже прекратил всерьёз воспринимать то, что творится в их семье. - Если Элэнвэ действительно дочь Арафинвэ, то они с Турьо просто чуть более близкие родственники, чем если бы она не была ею. На мгновенье все звуки вокруг Фингона затихли, и в этой тишине печальный и усталый вздох прозвучал как-то особенно громко, грустно и печально. -Эй, ну ты чего? - смутился Финьо. - Расстроен? -Нет, я просто уже даже удивляться устал. Вот скажи, что с этими людьми не так? "С кем?" хотел было спросить Нолфинг, но вовремя понял, что брат говорит о всей их семье, и замолчал. -Не знаю, - пожал он плечами после недолгой паузы. - Я и сам уже не рад, что полез во все эти хитросплетения. Скину это все на Арафинвэ, пусть сам разбирается, и больше не полезу в то, что связано с нашей семьёй, никогда больше. Никогда. Майтимо ничего не ответил ему. Он молчал и слушал, как чем-то шуршит кузен, как ходит по его -их - квартире, как поскрипывает его, Маэдроса, кровать, когда Финьо на неё садится. Говорить не хотелось, но и сбрасывать тоже желания не было. Не хотелось оставаться одному, в тишине, и хоть друг был далеко и молчал в трубку, но иллюзия чужого присутствия, иллюзия не-одиночества приятно грела душу. - Ну так, ты когда домой? - как можно более небрежно спросил Финдекано. "Домой? Соскучился?", хотел было ответить вопросом на вопрос рыжий, и конечно, тоже добавил бы в голос сарказма, насмешки и даже издевки, чтобы не выдать внезапно накатившую нежность. Чтобы Фингон не понял, что Майтимо на что-то надеется, что это "домой" всколыхнуло что-то в нем. Но Фингон, конечно, понял бы, смутился и почувствовал себя неловко, а Руссандолу этого не надо было. Эмоции сменяли одну за другой, следуя за стремительно мелькавшими мыслями, и Маэдрос был уверен, что бедного Нолфинга на том конце провода сейчас кидает то в нежность, то в горечь благодаря ему. Ставить барьеры не хотелось, и Финьо наверняка мог прочитать его, сопоставить реакцию со словами и все понять. Кузен всегда все понимал. - Не знаю, завтра вечером, наверное, - выбрал наиболее нейтральный из всех возможных ответов Майтимо. Слова прозвучали также небрежно и лениво, и Финьо даже фыркнул, показывая, что этот маленький спектакль не прокатит с ним, пока существует эта их "связь". - А что? -Да так, надо бы...- темноволосый замялся. - По работе. Знаешь, накопилось тут дел... Что там с Финродом? -Он сказал, что это просто появилось из воздуха и грызануло его. Он видел, как летучая мышь превратилась в человека. -Я тоже это видел, - фыркнул недовольно Фингон, неудовлетворенный такой неполнотой информации. -И ты видел. Все мы это видели. -Он был в сознании все время, только под конец отключился. Несколько секунд Фингон молчал, соображая. -Ох, Господи... Разговор снова сошёл на нет. Парни несколько минут молчали, занимаясь каждый своими делами. - Про Элэнвэ ты уже сказал Арафинвэ? -Ага. - Турьо? - Да. -То есть, мне в последнюю очередь? - Tвою реакцию на десерт припас. Руссо хмыкнул. - И как тебе? - Весьма неоднозначно. - в голосе Нолфинга Майтимо уловил самодовольные и весёлые нотки. Но тот почти мгновенно посерьезнел и спросил: - Как там обед? -Отвратно, - устало выдохнул Маэдрос и залез под одеяло. - У мамы такой вид, будто это я во всем виноват. Попытка собрать семью за одним столом явно не удалась. Завтра надо... О, Господь милостивый, сколько всего завтра надо... - Ну, не вздыхай так тяжко. Выспишься и все сделаешь, куда ты денешься? Я буду в офисе завтра, наверное. Заедешь? -Возможно, возможно. Посмотрим. И он скинул трубку. Чуть позже Руссандола разбудило тихое жужжание. Он глянул на экран - почти два ночи, сообщение с неизвестного номера. "От Алатара", гласила маленькая подпись в правом верхнем углу. "Финьо дал мне твой номер. Загрузи файл и удали сообщение. На этот номер не пиши и не звони. Прикреплено: "DF-2.txt."(текстовый документ). Загрузка началась автоматически, и через пару минут Руссандол уже листал электронные страницы дневника своего покойного отца. Записи не чаще двух раз в неделю и короткие, к некоторым подписи типа "прил. Стр.14." или "рис. 6". Первая странная запись ровно за три месяца до дня смерти. С каждой неделей все страннее и более жутко. Майтимо с недоумением наблюдал, как с каждым днём вокруг отца происходили страшные вещи, или у него прогрессировала паранойя. "17:21.Я начинаю задумываться, что все то, что говорила Ириссэ, может быть правдой. Анализируя свое прошлое и прошлое своих родных, я нахожу много схожих моментов с биографией меня из книги. Это в определенной степени пугает, но так же и притягивает. И еще: если задуматься, то возникает много вопросов по поводу истории моего народа. Все это похоже на недоделанную, плохо прописанную историю в игре. Несовершенный сюжет. Много пробелов и лазеек в матрице.". От этой мысли у рыжего пробежали мурашки, настолько близка была мысль его отца к сомнениям, одолевавшим его в последние дни. Руссо тряхнул головой-нет, нельзя позволить упадническим и бредовым мыслям умершего захватить себя. "С.Д.Ф.№2.19:47. Буду вести отдельно этот дневник и иногда делать пометки где-то еще, чтобы не мешать работу и паранойю. Люди Артано зачастили ко мне с визитами. Он слишком часто спрашивает о моих творениях и слишком активно пытается "сотрудничать и обмениваться опытом и работниками". Ириссэ жалуется, что он угрожает ей. Прямых угроз нет, но намеки и предупреждения есть. Я не знаю, как все это связано, но это меня настораживает" "СДФ№3,23:14. Я ЧЕРТ ВОЗЬМИ ВИДЕЛ, КАК ЭТА МРАЗЬ ПРЕВРАТИЛАСЬ В С О Б А К У. 23:19.Мне нужно успокоиться, и только потом я смогу написать что-то внятное. Надо зашифровать дневник, закодировать, поставить пароли. Мало ли. 00:02. Я не знаю, как это и что это, но за мной следило нечто человекоподобное. Видел в отражении, в окне машины, как оно обернулось ЗДОРОВЕННЫМ ПСОМ. Я думаю, оно хотело броситься на меня, шло по пятам, немного отставая и принюхиваясь, бегая вокруг, как обычная, НО ОЧЕНЬ БОЛЬШАЯ И СТРАШНАЯ собака.(рис.4) Я услышал рычание и буквально спиной почувствовал, как эта тварь собирается на меня броситься, но на нее прыгнуло что-то другое. Я не видел, что это было, но делаю вывод, что их много и они не дружат меж собой. И если уж полностью верить словам Арэдэль, то это, черт меня побери, оборотни, а оборотни в подчнении были только у одного существа в Арде." Если бы прямо сейчас это читал и Финьо, то Нэльяфинвэ следовало быть рядом, ибо у того могла случится истерика. Проникнуть в мысли кузена Руссандол не смог- слишком уж крепки и напряжены барьеры. А если они подняты-это значит, что Фингон не спит, и не хочет, чтобы Майтимо видел происходящего в его голове. С какой-то стороны, Руссо был ему благодарен -он не хотел снова почувствовать на себе весь тот ужас и обилие пугающих образов, которые увидел, когда они изучали рисунки в дневнике отца. Что сейчас творится с Финьо рыжий даже представлять не хотел. "СДФ4, 8:12. Я более чем уверен, что за мной следят. И не только псы. Наверное, у меня начинает развиваться паранойя, но я не могу отделаться от навязчивого ощущения, что меня прожигают взглядом буквально п о с т о я н н о. СДФ5. 21:04. Чувство обреченности захватывает меня все сильнее и сильнее. Может, и правда, за эльфов их судьбы предрешены? Но я-то не эльф. Я переживаю за родных и особенно за сыновей и за Ириссэ - как бы их это не коснулось. Бедная девочка. Если что-то происходит, то ей уже ничего не поможет..." Нэльяфинвэ вытащил батарею из смартфона и швырнул его в дальний угол комнаты. Сон так и не пришел к нему. Утром Маэдрос отправился вместе с Турко в "рейд" по их ювелирным салонам в Тирионе - Келегорм старался не отставать от отца и поддерживать дисциплину среди подчинённых, "дрессировал их" и лично с утра заезжал в каждый салон. Бумажную работу никто из Феанорингов не любил. На глаза Майтимо попалось кольцо. С таким же гербом, что на фото дневника - "герб дома Феанора". - Скажите, - спросил рыжий у продавщицы, пока Турко беседовал с администратором. -Это кольцо появилось до... До того, как умер Феанор?, прозвучало в голове голосом Фингона. Руссандол тряхнул головой и замялся. - Когда оно появилось в продаже? -Пару месяцев назад, два похожих уже купили. - ответила темноволосая девушка, даже не задумавшись. - Oни не особо популярны у покупателей. Слишком громоздкие. -Ух ты, - поразился Майтимо. -Вы... Вот так прямо... Вы все помните? Историю каждого украшения, что ли? -Нет, конечно! - рассмеялась продавщица, видно, приняв слова Феаноринга за флирт или очень тонкую, смешную шутку. - Просто этими кольцами редко интересуются, до Вас только один человек подобное спрашивал. Вот мне и пришлось в списке информацию посмотреть, когда завоз был, и все такое... -И Вы прямо взяли и рассказали всю информацию случайному клиенту, которого это заботить вообще не должно? -Ну, знаете ли, - недовольно протянула девушка. - Мне тот ненормальный угрожал тем, что администратора позовет. Мол, я плохо выполняю работу и невежлива с клиентом, не удовлетворяю его интерес. Как же он тогда у нас что-то купит, если мы не удовлетворяем запросы клиентов? Но другие же люди покупают как-то! Ха! - она хлопнула ладонью по прилавку. - Да, и пусть его жена его интересы удовлетворяет. От такой яркой эмоциональной реакции Маэдросу невольно захотелось поморщиться, а если б у него были длинные уши, он бы прижал их к голове, - настолько он не привык к эмоциональным людям в своём окружении. Но времени на замечания по поводу бесцеремонности и шумности не было. Сказанное насторожило и заинтересовало Майтимо. - А что тот человек ещё спрашивал? - Да ничего особенного. Время поступления в продажу, спросил, знаю ли я, что значат символы на кольце, из какого материала, кто дизайнер, кто ювелир. А я знаю, что ли? Странный какой-то. Фотографировал ещё. Сказал, что с женой советуется. - А как выглядел, не помните? -с надеждой обратился к ней Руссо. - Чтоб я еще всех ненормальных помнила, - фыркнула девушка. - Так Вы же сами сказали, что его помните, - возразил ей Нельяфинвэ, сбитый с толку. - Ну так я помню, что он буянил, а как выглядел - оно мне надо, что ли, запоминать таких всяких? "Все ясно." -подумал Майтимо, вздохнул и прикрыл лицо ладонью. Записи с камер чистятся каждые две недели, а так как это было (по утверждениям девушки) несколько месяцев назад, то о записях нечего было и мечтать. Детальный опрос с перечислением возможных признаков ни к чему не привел, и Маэдрос уже совсем отчаялся. Разговор с этой дамой был бесполезен, только отнимал время, к тому же, потрепывая нервы рыжеволосого. -Давайте так: вы мне расскажете, где он стоял и что делал, я попробую его действия повторить, а Вы- вспомнить, как он... -Да отцепитесь же от меня, не помню я его! -истерично взвизгнула девушка, измученная допросом. - Что это у нас тут происходит? - с любопытством вопросил незаметно подошедший Турко. - Майтимо, чего к девушке пристаешь? Пойдём, нам пора, дел ещё много. Он подхватил старшего брата под локоть и повёл к машине. - Да я только... - начал было оправдываться Нельяфинвэ, как его перебили и запихнули в машину. - Поехали, по дороге расскажешь. По дороге рыжий ничего так и не рассказал. Он пытался объяснить младшему ситуацию, но тот, дослушав брата до слов "расследование" и "Фингон" нахмурился, и Маэдрос замолчал. - Я понимаю тебя и твоё горе, - сказал ему Келегорм, сжимая руки на руле. - Я тоже потерял отца, но ты был к нему ближе всего и знал его лучше и дольше нас. И я понимаю твоё желание найти виновного в...в этом, и понимаю, что так же это ваше...дело - способ отвлечься от этой трагедии. Но... Не кажется тебе, что ты немного... Майтимо нахмурился, повернувшись к нему, и Туркафинвэ почувствовал себя так, будто что бы он не сказал сейчас - это спровоцирует мощнейший взрыв. -...Немного перегнул палку? Нельяфинвэ несколько минут сидел молча, то ли стыдясь своего поведения, то ли обдумывая как можно более весомый ответ. Турко косился на него изредка, будто боясь, что брат выкинет сейчас нечто этакое. - Ночью я получил сообщение с файлом. Электронный дневник отца. Друг Финьо, что работает в полиции, помог нам добыть его... Келегорм, лишь услышав имя кузена, в очередной раз страдальчески закатил глаза. Но, надо отдать ему должное, промолчал, давая брату продолжить монолог. - ...И там отец писал, что думает, что кто-то пытается украсть его, хм, идеи и изобретения. Он писал, что за ним следят, и про то, что кто-то угрожал Арэдэль и ему... - А Ириссэ вы сюда как приплести сумели? - еще больше нахмурился блондин. По его тону Майтимо смог понять, что младший настроен крайне скептически и даже враждебно. Это не было удивительно, ведь Келегорм часто навещал Арэдэль и ему не нравилось, что его подругу втягивают во весь этот бред. Майтимо это понимал, но принять не мог - было обидно. В последнее время со стороны родных он ощущал все меньше и меньше поддержки и понимания, хотя потеря отца должна была сплотить братьев. Но Келегорм, захватив под свое деловое крыло Куруфина, не воспринимал больше старшего всерьез, самостоятельно распоряжаясь наследством отца, а Макалаурэ и Морифинвэ в попытках отвлечься с головой ушли в любимое дело. Каждый в их семье куда-то ушел в попытках отвлечься- кто в искусство, кто в науку, кто в бизнес, кто в заботу о своих младших сыновьях, а кто-то с головой погрузился в месть. Разумеется, Туркафинвэ был не глупее Финдекано, и хоть в последнее время старший брат больше проводил времени с последним, но Турко, с детства чутко настроенный на волну своих братьев, видел, что происходит с Руссо. Видел метаморфозы, что претерпевает его личность, и видел, как он мечется в попытках найти любимое дело и обустроить личную жизнь. И то, как рыжий прикрывается делом, лишь бы подольше побыть с кузеном, который так хорошо ему заменяет и семью, и работу в этот трудный период, тоже видел. И Тьелкормо это не нравилось. Совсем не нравилось. - Майтимо, - снова начал он, пытаясь сдержать подступающее раздражение. -Дневник мог подделать кто угодно. -Зачем? Да и источник надежный. В надежности своего источника Маэдрос сомневался, но уступать и признавать безнадежность не хотелось. - Майтимо, дело уже замяли, причем замяли основательно. Даже если у вас будут какие-то улики, его вряд ли возобновят. - Я добьюсь возобновления, - упрямствовал Руссандол. - Черт с тобой, - раздраженно махнул рукой Турко. -Делайте со своим Финьо, что хотите. Но я говорю тебе: это безнадежно. Признайся, что тебе лишь нужен повод, чтобы отдалиться от нас и сблизиться с ним. Сдалась тебе эта месть? - Это не месть, а правосудие, - раздраженно процедил старший Феаноринг. -Ты даже не представляешь, что будешь делать, когда найдешь убийцу. -Останови машину. -С чего бы? -Останови машину! Тьелкормо резко вдарил по тормозам, чуть не спровоцировав аварию, и съехал на обочину. Маэдрос хлопнул дверью машины младшего брата, пнул от злости колесо и направился куда-то, куда глядят глаза. Келегорм выругался и бросился было догонять старшего, но затем гордыня взыграла и у него - он махнул рукой на рыжеволосого, мол, ну и иди себе, мне-то что? Вернулся в машину и уехал. А рыжий набирал номер единственного не-предателя в его жизни, как теперь ему, обиженному, казалось. Где он, Феаноринг представлял плохо, а выбираться как-то надо было. - Господь Единый, ты словно подросток, - проворчал в трубку Финьо, записывая адрес, спрошенный Маэдросом у прохожего. - Максималист взыграл? Стой на месте, я такси возьму и подъеду скоро. Нужно будет к Ириссэ заскочить. К Ириссэ заскочили, и очень удачно. Та была перепугана, и стоило Финьо войти в ее комнату, как кузина(кузина?Как же дико звучит по отношению к ней.) бросилась на шею Фингону, всхлипывая. -Ну тише, тише, - успокаивал ее Нолфинг, ощущая на себе тяжелые взгляды Тургона и Маэдроса. - Что стряслось? "Я продала вас" - сумел разобрать сквозь всхлипы и рыдания Финдекано. - Все это время меня навещал кое-кто. Один человек, точнее, я знала, что он не человек. Кто - не знаю. Не нечто сильное, не оборотень, но точно не человек.Он платил за то, чтобы просто сидеть со мной. Переводил деньги с какого-то подставного счета. Слушал, что я рассказывала. Я точно не знала, что он, но я рассказывала все, что знаю, а он внимательно слушал. Он еще в детдоме, когда мне было девятнадцать, еще тогда навещал меня, а потом стал на квартиру приходить. Сначала я думала, что он будет платить за..- она запнулась и спрятала лицо в темных волосах Нолфинга. - За меня, за мое тело, но... Она зарыдала и крепче вцепилась в темноволосого. - Лучше бы я себя продавала, Финьо, я еще не знала вас, и уже тогда продала... Тургон мягко усадил сестру обратно в ее кресло, а Эленвэ принесла ей успокоительное и травяной чай. Майтимо смотрел на эту истерику с отвращением, жалостью и страхом. Мысли о том, что он прочел в отцовском дневнике, не покидали его весь день. С Финдекано они об этом еще не говорили, да и было не похоже, что тот хотел говорить на эту тему. Он никак не упомянул о ночном сообщении от Алатара и даже не сделал никакого намека, чтобы подтолкнуть разговор к этому. Финьо уже по привычке присел на корточки перед девушкой, взяв ее тонкие, словно иссохшие без шикарных колец и браслетов ладони в свои, широкие и сильные. Без украшений она казалась такой..обычной, даже болезненной, будто призрак в белой ночнушке. Исчезло все ее очарование и вся ее таинственность, остались лишь страх и безысходность, да безумие, что волнами расходилось от ее взгляда по всей комнате, окутывая ее, как саван. Парень попытался всмотреться в лицо Арэдэль, словить взгляд, но она отводила глаза. -Ириссэ, - низко и мягко обратился он к ней. - Кто к тебе приходил? -Вилванар, - всхлипнула она. - Я не слышала ранее этого имени, я не знаю его. Но в этом мире нет того, кого бы я не знала...Он представился мне, и я испугалась - такого нет. Я знаю всех, всех, понимаешь, Финьо? А его не знаю. В первый раз он сказал, что он по поводу моего ребенка. А у меня тогда не было ребенка, и даже не планировалось, понимаешь? Ты понимаешь?. Я уверена, уверена, что он от Артано. -И он просто сидел с тобой и разговаривал? - Нет, он больше слушал мои рассказы о том, что я знаю. Слушал про валар и про все, что я вам рассказала, да и много еще чего... - Финьо, - предупреждающе протянул Турукано. - Не начинай допрос. Она не в том состоянии, и это, как минимум, некрасиво. -Финьо, - покачал головой Маэдрос, давая кузену знак, что пора бы прекращать это и уезжать. -Финьо, - умоляюще зашептала Арэдэль, сжав его ладонь и беспокойными глазами вперилась в лицо Нолфинга. - Если и происходит в этом мире что-то недоброе, то не стоит сомневаться в том, чьих рук это дело. Финдекано нахмурился, отвел глаза, а затем посмотрел на рыжего. Тот ответил скептическим, но обеспокоенным взглядом, и Фингон встав в полный рост, вздохнул. - Финьо, - шепотом позвала его Ириссэ, снова заглядывая в глаза и вцепившись в его руку. - Ты мне веришь? Скажи, что веришь. Мне всю жизнь никто не верил, Финьо, даже Турьо мне никогда не верил, даже Итарилдэ считает меня сказочницей, Финьо, но я не лгу и никогда не лгала, ни разу в жизни, Финьо! -Я верю, - тихо сказал Нолфинг, и девушка уткнулась ему лицом в грудь. Он поглаживал ее по спине и волосам, иногда косясь на Тургона. У того во взгляде читалось что-то вроде "Молодец, ты снова довел ее до истерики". -Верю. Ириссэ снова взглянула в его глаза, снизу вверх. Затем сжала губы и ткнулась лицом в ключицу кузена, содрогаясь в беззвучных рыданиях. Она поняла-нет, не верит. Финдекано это знал. Им нужно было только создать видимость взаимопонимания. Возвращались в квартиру Финьо и Нельяфинвэ в тишине. Аэрокар можно было поставить на автоматический режим, но темноволосый хотел отвлечься на что-то, хотя бы на управление транспортным средством. Посреди дороги Фингон остановился на обочине, упал лицом на руль и тяжко вздохнул. Посидел так пару минут, запустил пятерню в волосы, растрепав их, затем протер лицо ладонями и выдохнул. - Веди ты, - сказал он рыжеволосому. - Слишком много всего за день. Я не уверен в своем состоянии, и...У нас несколько месяцев не было зацепок, только возможная связь этого дела с этими общинами, а тут резко, за один день, столько "показаний", и все на Артано указывают. Буквально орут о его связи с этими темными делами. - Тебя это расстраивает? - спросил Майтимо непонимающе, когда они поменялись местами. Фингон прижался лицом к прохладному стеклу аэротакси. - Меня это очень настораживает. Внятных улик нет -только подозрения Феанаро и записи в его дневнике, да отчего-то железобетонная уверенность Ириссэ. Но этого много за один день, до этого вообще ничего. - Так ты все-таки читал тот дневник. - Да. Оба замолчали, и Майтимо замялся, не зная, уместно ли тут будет показать свое волнение и проявить заботу. - Ну, ты как? - неловко спросил Руссо. -В порядке, -вяло ответил Финдекано. -Не думай, что я из-за того случая стану истерить, лишь увидав упоминание о оборотнях. Руссандол хмыкнул и криво ухмыльнулся -ну да, кузен же такой сильный и не станет показывать свои страхи и слабости. А было время, когда они не стеснялись делиться друг с другом тем, что тревожит. Это не казалось чем-то постыдным, это было нормальным и естественным, ведь друзья должны делиться всем. Абсолютное доверие. Когда они успели так отдалиться друг от друга, настолько закрыться? Этой ночью Фингон постелил себе на раскладном диване, а Маэдрос спал в хозяйской спальне один.