Шутки не всегда помогают

      Как только я оказалась в комнате, я выставила палочку, направив её на Блэка, и подошла к Рону. У того нога свёрнута под неестественным углом, даже смотреть не хочется. Но я наклоняюсь, осматривая ногу, и неприязнь к собственному отцу с каждой секундой становится сильнее.       Поняв, что бессильна, оборачиваюсь к Сириусу и продолжаю держать палочку наготове. Он обещал, что не тронет никого из Золотого трио, а на деле Рону нужна срочная медицинская помощь. Поэтому верить ему я больше не могу, да и не хочу.       Спустя несколько минут Гарри ударом ноги широко распахнул дверь. Увидев вошедших, кот опять громко заурчал. Я опустила палочку, продолжая наблюдать за отцом. — Рон, как ты? — А где пес? — Это вообще не пес, Гарри, — выдохнул Рон, скрипя зубами от боли, — Это ловушка… — Что? — Это он… Анимаг…       Взгляд Рона был устремлен поверх плеча друга. Гарри круто обернулся. Какой—то человек, скрытый тенью, громко захлопнул дверь в комнату.       Грива спутанных грязных волос свисала ниже плеч; не будь глаз, горевших в глубоких глазницах, его можно было бы принять за мертвеца — воскового цвета кожа так туго обтягивала кости лица, что оно походило на череп, желтые зубы оскалились в усмешке. Это был Сириус Блэк и — о Мерлин Всемогущий! — мой отец по совместительству. — Экспеллиармус! — каркнул он, направив на друзей волшебную палочку Рона.       Палочки Гарри и Гермионы, а так же моя, вырвались из рук и, взмыв в воздух, оказались у Блэка. Не сводя глаз с Гарри, он подошел ближе. — Я так и знал, что ты придешь помочь другу, — голос Блэка звучал неровно, надтреснуто, как будто он давно разучился говорить, — Твой отец сделал бы то же самое для меня… Храбрый ты парень, не побежал за преподавателями… Прими мою признательность… это все упрощает…       Не размышляя, Гарри рванулся вперед, но его тут же оттащили две пары рук. Я сделала несколько шагов назад, помогая Рону удержаться на ногах. — Не надо, Гарри, — заплетающимся от ужаса языком прошептала Гермиона.       Рон же, поднявшийся на ноги несмотря на боль, повернулся к Блэку. — Если ты хочешь убить Гарри, тебе придется убить и нас вместе с ним! — яростно крикнул он, побледнел еще больше и от слабости его шатнуло в сторону.       Что—то вспыхнуло в темных глазах Блэка. Этот взгляд показался мне очень знакомым. — Ты лучше ляг, — спокойно сказал он, — А то еще больше повредишь ногу. — Ты слышал? — спросил Рон нетвердым голосом. С силой вцепился в плечо Гарри, — Тебе придется убить всех троих!       Усмешка Блэка стала шире. Что-то мне это не нравится. — Только один умрет этой ночью… — Это почему же? — Гарри рванулся из рук Рона и Гермионы, — В прошлый раз тебя такие мелочи не волновали! Сколько ты тогда убил маглов, охотясь за Петтигрю? Что, подобрел в Азкабане? — Гарри! — всхлипнула Гермиона, — Остановись! — Он убил моих родителей! — Гарри бешеным усилием освободился от хватки приятелей и кинулся на Блэка.       Я удивлённо посмотрела на этих двух, сжав руки в кулаки.       То ли ошеломленный нелепостью атаки, то ли еще по какой причине, но Блэк не воспользовался волшебной палочкой. Одной рукой Гарри крепко схватил высохшее запястье Блэка, стараясь его обезоружить, а вторая рука, сжатая в кулак, врезалась костяшками во вражескую скулу и они оба отлетели к стене.       Гермиона пронзительно завизжала, Рон испустил боевой клич. Полыхнула ослепительная вспышка — из волшебных палочек в руке Блэка хлестнула огненная струя, прошедшая в каком—то дюйме от лица Гарри. Мальчик чувствовал, как жилистая рука выворачивается из его пальцев, но держался из последних сил, другой рукой люто молотя Блэка по всему, до чего мог достать.       Но тут Блэк дотянулся до горла Гарри. — Ну уж нет, — прошипел он, — Слишком долго я ждал… — Блэк, одумайся! — подала голос я, — Одумайся, что творишь!       Костлявые пальцы сжимались, Гарри задыхался, очки съехали набок. Краем глаза он увидел, как где—то рядом мелькнула нога Гермионы, и Блэк неожиданно отпустил его, вскрикнув от боли; Рон повис на руке Блэка, в которой были волшебные палочки, и Гарри услышал, как что—то стукнуло. Я подошла к ним, выхватила свою палочку и прижала её конец к шее мужчины. — Ты обещал, что не тронешь их. Теперь я не обещаю, что не наврежу тебе.       Напрягшись, Гарри высвободился из клубка сцепившихся тел и вдруг увидел свою волшебную палочку, откатившуюся далеко в угол. Он кинулся за ней, но… — Мяу!       В битву вступил Живоглот — все когти его передних лап глубоко впились в руку Гарри. Мальчик отшвырнул его, а кот сейчас же бросился к волшебной палочке. — Брысь! — Гарри замахнулся пнуть Живоглота, но тот, возмущенно фыркнув, успел отпрянуть в сторону Гарри схватил палочку и повернулся, — Отойдите! — скомандовал он.       Нам повторять дважды не требовалось. Гермиона, с кровоточащей губой, отдуваясь, отбежала прочь, не забыв, однако, по пути схватить свою и Рона палочки. Рон дополз до необъятной кровати и повалился на нее, придерживая сломанную ногу — его лицо из просто бледного стало каким—то зеленоватым. Я отошла в сторону, к закрытой двери.       Блэк полулежал, прислонясь спиной к стене, его впалая грудь часто вздымалась и опускалась, глаза неотрывно следили за Гарри, который медленно подошел к нему и направил волшебную палочку Блэку прямо в сердце. — Что, Гарри, собираешься убить меня? — прохрипел тот, — А что скажет Лидия, если ты сделаешь это на её глазах? Убьёшь её отца?       Гарри остановился над врагом, палочка смотрела Блэку в грудь. Вокруг левого глаза беглеца расплывался багровый кровоподтек, из носа текла кровь. — Ты убил моих родителей, — голос Гарри чуть дрожал, но рука с волшебной палочкой оставалась твердой, — И Лидии вряд ли нужен такой отец.       Блэк смотрел на него запавшими глазами. — Я и не отрицаю, — почти шепотом сказал он, — Но если бы ты знал всю историю с начала до конца… — Всю историю?!  Ты продал их Волан-де-Морту — вот все, что мне нужно знать! — Тебе придется выслушать меня, — голос Блэка зазвучал настойчивее, — Ты пожалеешь, если не… если не узнаешь… — Я знаю гораздо больше, чем ты думаешь, — ответил Гарри, и его голос дрожал все сильнее, — Ты ведь никогда не слышал, что она тогда кричала? Моя мама… Волан-де-Морт хотел убить меня… А она пыталась его остановить… Ты виноват во всем… И все из-за тебя…       В этот самый миг мимо Гарри метнулась рыжая молния, Живоглот прыгнул на Блэка и распластался у него на груди, заслонив его. Блэк моргнул, скосил на него глаза. Я с непониманием уставилась на кота, но тут же поняла — они просто подружились, ведь Живоглот кот, а коты всё понимают сразу. И сейчас он просто хочет спасти друга… — Уйди, — буркнул Сириус, стараясь отцепить кота.       Но кот крепко вцепился когтями в мантию Блэка. Повернув к Гарри странную курносую морду, он уставился на него желтыми глазищами. Глядя на кота, Гермиона судорожно вздохнула.       Пальцы Гарри сильнее сдавили палочку.       Секунды тянулись медленно. Гарри стоял с нацеленной палочкой, Блэк все смотрел на него, Живоглот прижимался к груди беглого узника. На кровати гневно сопел Рон, Гермиона затаила дыхание.       Вдруг внизу послышались шаги, там явно кто-то ходил. Я облегчённо выдохнула — до Римуса дошёл весь смысл моего монолога! — Мы здесь! — неожиданно крикнула Гермиона, — Здесь, наверху! С нами Сириус Блэк! Скорее!       Блэк испуганно дернулся, так что Живоглот едва удержался.       Дверь с грохотом распахнулась, Гарри стремительно обернулся. В потоке красных искр в комнату ворвался профессор Люпин — в лице ни кровинки, в поднятой руке волшебная палочка. Его Горящий взгляд скользнул от Рона, лежавшего на кровати, к Гермионе, прижавшейся к стене, от нее — к Гарри, который замер с палочкой над Блэком, и остановился на самом Блэке, поверженном и окровавленном у ног Гарри. — Экспеллиармус! — приказал Люпин.       Волшебная палочка Гарри снова вылетела из его рук; та же участь постигла и две другие, что держала Гермиона. Моя палочка тоже улетела к крёстному. Люпин проворно схватил их всех и прошел внутрь комнаты, не спуская глаз с Блэка. У того на груди по-прежнему сидел Живоглот.       Римус остановился рядом со мной, продолжая осматривать каждого. Затем перевёл взгляд на меня       Профессор Люпин заговорил необычным взволнованным голосом: — Где он, Сириус? Лидия?       Лицо узника решительно ничего не выражало, минуту он лежал не шелохнувшись, потом очень медленно поднял руку и указал на Рона. Гарри озадаченно оглядел пространство справа и слева от приятеля, который был тоже явно сбит с толку. — Но тогда… — Люпин глядел на Блэка так пристально, словно пытался прочитать его мысли, — Почему он до сих пор не открыл себя? Разве что… — глаза Люпина расширились, как будто он увидел позади Блэка нечто такое, чего не видел никто другой. Я торжественно ухмыльнулась, — Разве что это был он… Он, а не ты?.. Но ты не успел мне это сказать.       Блэк, не сводя с Люпина немигающего взгляда исподлобья, чуть приметно кивнул. — Профессор Люпин, — не вытерпел Гарри, — Что здесь…       Закончить вопрос ему не удалось, он увидел такое, от чего слова застряли у него в горле. Опустив волшебную палочку, Люпин подошел к Блэку, взял за руку и помог встать — Живоглот при этом слетел на пол — после чего по-братски обнял Блэка. Я улыбнулась, заметив в глазах обоих промелькнувшую искру радости. — Не может быть! — ахнула Гермиона.       Люпин отпустил Блэка и повернулся к ней. Гермиона вскочила, устремив на Люпина дикий взгляд. Такой же взгляд она потом перевела на меня, но со мной дело обстоит куда хуже. — Вы… вы… — Гермиона… — начал Римус. — Вы с ним… — Гермиона, успокойся… — попросила я, закатив глаза. — Я никому ничего не говорила! — взорвалась Гермиона, — Я скрывала правду ради вас! — правду? Какую такую правду, а? — Гермиона, пожалуйста, выслушай меня! — гаркнул Люпин, — Я все сейчас объясню…       Гарри заколотила дрожь, но уже не от страха, а от злости. — Я верил вам! — от волнения у него срывался голос, — А вы все это время были его другом! А ты, Лидия?! Ты говорила, что носишь фамилию Вест, а не Блэк! Ты ведь лучшая подруга Фреда и Джорджа! — Это не так! — возразил Люпин. На секунду мне показалось, что он опровергает слова Гарри о моей дружбе с Уизли, — Я не был ему другом двенадцать лет… Но теперь стал им снова… И Лидия была полноценной Вест до сегодняшнего дня… Дай мне объяснить… — Не верь ему! — надрывалась Гермиона, — Не верь, Гарри. Это он помогает Блэку проникать в замок, он тоже хочет тебя убить. Он оборотень!       Наступила звенящая тишина. Теперь все взоры были прикованы к Люпину. А он оставался на удивление спокоен, хотя и побледнел. Сириус тоже оказался спокоен, будто он знает эту тайну не первый год. — Не все меряется обычной меркой, Гермиона. Ты угадала из трех раз всего один. Я не помогал Сириусу проникнуть в замок и, уж конечно, не желаю Гарри смерти… — непривычная судорога пробежала по его лицу, — Но не буду спорить — я действительно оборотень.       Рон предпринял еще одну героическую попытку подняться, но, застонав, тут же повалился обратно. Люпин с тревогой поспешил к нему, но тот лишь с отвращением отпрянул: «Отойди от меня, оборотень!» — У него имя есть! — гаркнула я, сделав шаг вперёд.       Лицо Люпина окаменело. С видимым усилием он повернулся к Гермионе и спросил: — Давно ты узнала? — Давно, — нехотя призналась та, — Когда писала реферат для профессора Снейпа. — Он будет в восторге, — холодно заметил Люпин, — Снейп и затеял этот реферат, потому что надеялся, кто-нибудь да сообразит, что означают симптомы моей болезни… Ты, наверное, проследила по лунному календарю, что я заболеваю всегда в полнолуние? Или обратила внимание на то, что, увидев меня, боггарт превращался в луну? — И то, и другое, — ответила Гермиона. Люпин невесело засмеялся. — Для своих лет ты исключительно умная колдунья. — Вовсе я не умная, — гневно отозвалась та, — Была бы поумнее, я бы давно всем рассказала, кто вы такой! — Да все и так знают. По крайней мере, преподаватели, — теперь ясно, почему все нормально относились к исчезновениям Римуса. — Дамблдор пригласил вас преподавать, зная, что вы оборотень? — Рон задохнулся от изумления, — Он что, с ума сошел?       Я невесело хмыкнула. Эта ситуация полностью описывает поговорку «Не суди книгу по обложке». Римус, получается, оборотень — таких всегда считают кровожадными монстрами, но на самом деле он добрый и отзывчивый. — Многие именно так и думают, — кивнул Люпин, — Как только он ни убеждал преподавателей, что я не опасен!       Я вспомнила случайно подслушанный разговор Снейпа и Дамблдора о неизвестном мне на тот момент Римусе Люпине. Зельевар отказывался преподавать вместе с моим крёстным, потому и пришлось взять Локонса. — На этот раз он ошибся! — не выдержал Гарри, — Вы все время помогали ему! — он указал на Блэка.       Тот подошел к кровати и сел, закрыв лицо трясущимися руками. Живоглот вспрыгнул на постель рядом и, мурлыча, уселся беглецу на колени. Рон, придерживая ногу, отодвинулся.       Я оторвала от рубашки большой кусок и, подойдя к отцу, начала вытирать кровяные подтёки на его ладонях. С огромным усилием оторвала руки от лица и протёрла его, на самых больных местах едва касаясь. После оторвала окровавленные куски ткани и обвязала левую ладонь Блэка. Волшебник с каким-то непониманием посмотрел на меня, но после взгляд скрылся за космами тёмных волос и ладонями, снова закрывшими всё лицо. — Я не помогал Сириусу, — повторил Люпин, — И если вы дадите наконец мне возможность, я вам все объясню.       Определив, какая палочка кому принадлежит, он одну за другой бросил их хозяевам. Гарри растерянно поймал свою. Я села между Сириусом и Роном, поджав одну ногу так, чтобы подбородок мог упереться в коленку. — Ну вот, — Люпин засунул собственную палочку за пояс, — Вы вооружены, мы — нет. Теперь вы готовы слушать? — Если вы не помогаете ему, как вы узнали, что он здесь? — спросил Гарри, с ненавистью глядя на Блэка. — Помогла Карта, — ответил Люпин, — Карта Мародёров. Я проследил по ней у себя в кабинете… — Вы знаете, как она действует? — усомнился Гарри.       Конечно, знает, Поттер. — Разумеется, знаю, — Люпин нетерпеливо взмахнул рукой, — Я ведь принимал участие в ее создании. Лунатик — это я. Меня так называли друзья еще в школе. — Значит, это вы ее создатель… — Сейчас важно другое. Я весь вечер не отрывал от нее глаз, поскольку догадывался, что вы трое непременно попытаетесь тайком выбраться из замка и навестить Хагрида до казни гиппогрифа. И я оказался прав, не так ли?       Он прошелся по комнате взад и вперед, поднимая пыль и поглядывая на друзей. — Скорее всего, вы укрылись старой мантией твоего отца, Гарри… — Откуда вы знаете про мантию? — Я много раз видел, как Джеймс исчезал с ее помощью. Фокус в том, что даже если вы скрыты мантией-невидимкой, на Карте Мародеров вас все равно видно. Я видел, как вы пересекли поле и вошли в хижину Хагрида. Через двадцать минут вы оттуда ушли и отправились обратно в замок. Но теперь с вами был еще кое-кто. — Никого больше не было! — возразил Гарри.       Я снова невесело усмехнулась. — Ты правда так думаешь, Поттер? — Я не поверил своим глазам, — по-прежнему меряя комнату шагами и не обращая внимания на слова Гарри, продолжал Люпин, — Решил, что в Карте, должно быть, произошел какой-то сбой. Даже Лидии сначала не поверил, подумал, что кошмары снятся, оттого и напридумывала. Как он мог оказаться с вами? — Да не было с нами никого! — возразил Рон. — И тут я заметил еще одну точку. Она быстро приближалась к вам и была помечена именем Сириуса Блэка… Я видел, как вы столкнулись, наблюдал, как он затащил двоих под Гремучую иву… — Одного из нас! — мрачно поправил его Рон. — Нет, Рон. Двоих.       Я перевела взгляд на Уизли, заметив, как карман, в котором сидит Питер в облике крысы, зашевелился.       Люпин вдруг остановился, устремив взгляд на Рона. — Не возражаешь, если я взгляну на твою крысу? — спросил он ровным голосом. — Что? При чем тут Короста? — Очень даже при чем, — уверил его Люпин. — Пожалуйста, дай мне ее.       Поколебавшись, Рон сунул руку под мантию, и на свет показалась Короста — она дико металась, и мальчику пришлось крепко ухватить ее за длинный лысый хвост. Живоглот на коленях у Блэка вскочил и протяжно мяукнул. Хвост, едва заметив всех нас, и наши с отцом взгляды, начал ещё сильнее метаться, царапая руки Ронни.       Люпин подошел к Рону. Казалось, он даже задержал дыхание — так внимательно рассматривал крысу. — Ну что? — еще раз спросил Рон. Он с трудом удерживал ее, и ему было явно не по себе, — Причем здесь моя крыса? — Это не крыса, — процедил сквозь зубы Сириус Блэк. — Что вы такое говорите? Конечно, крыса. — Ты уверен, Уизли? — фыркаю, — Я вот тоже была не уверена сначала. — Нет, не крыса, — негромко подтвердил Люпин, — Ты держишь за хвост волшебника. — По имени Питер Петтигрю, — добавил Блэк, — Он анимаг.       До друзей не сразу дошла вся абсурдность этого заявления. Минуты две все молчали. — Вы оба просто сошли с ума! — воскликнул Рон. — Ерунда! — упавшим голосом вымолвила Гермиона. — Питера Петтигрю нет в живых! — сказал Гарри, — Он убил его двенадцать лет назад.       Лицо бывшего узника исказила гримаса. Я продолжила сидеть на месте, слегка покачиваясь из стороны в сторону и наблюдая за потугами Коросты вырваться. — Я действительно хотел убить, — зарычал он, скаля желтые зубы, — Да малыш Питер оказался хитрее меня… Но на этот раз у него ничего не выйдет.       И Блэк кинулся на крысу. Живоглот очутился на полу, я оказалась прижата к кровати, а Рон заорал не своим голосом — беглец придавил ему сломанную ногу. — Сириус, осторожней! — Люпин метнулся вперед и оттащил Блэка от Рона, — Подожди! Так просто нельзя с этим покончить. Надо им объяснить, пусть они знают! — Потом объясним! — хрипел Блэк, оттолкнув Люпина. Скрюченные пальцы когтили воздух, стараясь дотянуться до крысы, а та извивалась и визжала не хуже поросенка, царапая Рону лицо и шею. — У них… есть… право… знать… правду! — Люпин уже задыхался, повиснув на Блэке, — Рон считает его домашним зверьком! Во всей этой истории много такого, чего даже я не понимаю! А Гарри? Ты обязан рассказать Гарри, как все было на самом деле, Сириус!       И, конечно же, про меня уже забыли. Я ведь просто его дочурка, а Гарри — крёстник! Только ему и будут рассказывать!