Правда или действие?

Оказалось, что даже те люди, которые не упоминают имя «Чимин» в диалоге, не всегда могут быть хорошими собеседниками. Прошло только пять минут после отправки анкеты на сайт, как Юнги посыпались горы сообщений с содержанием типа «приветик, сладкий, может познакомимся поближе» (при чём как от девушек, так и от парней), на что Юнги с ужасом отодвинулся от ноутбука и напряжённо потёр виски. Второй раз Юнги заглянул на сайт только на следующий день, вернувшись с универа и привычно усевшись за ноут. Сайт уже был в открытых вкладках рядом с никогда не закрывающимся киного, которого Юнги величает своим лучшим другом. Юнги видит ещё сообщений десять от людей с никами твоя секс рабыня, sexbomb, playboy и прочее. Юнги не читая удаляет все эти пошлости и переходит к более адекватным никам отправителей.Юнги думает, что уж лучше бы anna, kai и pj123 назвались какими-нибудь пошлыми словечками, чтобы Юнги не пришлось видеть этот бред в их сообщениях. Осталось два сообщения, одно от, кажется, девушки — heerin, просто и банально: «привет», но Юнги так радуется этому слову и отвечает тем же. С приподнятым настроением он открывает второе сообщение от j-hope и видит второй «привет» подряд, от чего улыбка расползается ещё шире. Юнги отправляет глупый смайл и «я рад, что ты не хочешь познакомиться со мной поближе, а твой ник не PLAYBOY». J-hope, к удивлению Юнги отвечает мгновенно — Меня вообще Хосок зовут, j-hope-творческий псевдоним, и да, меня тоже задолбали эти извращенцы, чувак @-@ — Юнги. Творческий псевдоним? Звучит круто. А я тупо посмотрел на стол, а там сахарница и я такой Suga лол — ахаххахахах Уже третий дней киного одиноко висит в углу браузера, а Юнги торчит на глупом сайте знакомств. С девушкой общение дальше «а чем ты занимаешься?» не зашло, видимо хикканутый студент-программист не то, чего она ждала от Юнги. Зато Хосок оказался очень хорошим парнем, который помимо «не говорит о Чимине» имеет множество других положительных качеств. Юнги уже и вспомнить не может как проводил свои дни без шуточных подколов Хосока и его сумасшедших рассказов о проколах его однокурсников, сумасшедших вечеринках в его общаге, притащенном без палива бухле и девчонках из женского, пробравшихся через окно. Юнги даже не замечает как переходит с щелканья по красным буквам на хриплое «Здорова, Хосок!» в Skype. А у Хосока голос такой радостный, местами писклявый, но какой-то родной. Хосок говорит много и быстро, от чего Юнги смеется и не понимает как случилось так, что дизайн на сайте знакомств превращается в непрекращающуюся болтовню с улыбчивым парнем в компьютерном мониторе целыми днями. Юнги знает про такого Хосока всё. С кем тот тусуется, где учится, какую музыку слушает (их музыкальный вкус совпадает, а ещё Хосок много интересуется старыми текстами Юнги и всячески пытается заставить его вновь писать) что ему нравится, а чего он терпеть не может, знает, что Хосок смеётся над любыми его шутками, даже самыми нелепыми, и совершенно искренне. — Хэээй, ты куда пропал, моя душа уже просто разрывается от твоего непростительного игнора @-@ — Юнги широко улыбается, когда видит 30 сообщений в катоке, когда наконец включает телефон. — Мой телефон взорвался от кучи твоих сообщений и я не мог ответить: ) ) — типично неудачная шутка Юнги, но Хосок оценит, он уверен. — АХАХАХАХ А ты как истинный гений свой программистских штучек воскресил его и решил наконец мне ответить @-@? — Всё верно, выслал вот запрос о вручении мне за это Нобелевской — Ахахахахахах Нобелевскую за то, что ты поставил телефон на зарядку @-@? Думаю, я тоже могу на неё претендовать, мы ещё повоюем, Мин Юнги, я заберу её первым, напиши ка мне 30 сообщений, сейчас же!!! — О — К — Е — Й — Т — Ы — И — Д — И — О — Т — Ч — О — Н — Х — О — Ладноо, хватиит @-@ — С — О — ЮНГИИИ, ХВАТИТ!!!!!! @@-@@ — К — @-@ @-@ @-@ @-@ @-@ @-@ Юнги солнечно улыбается, глядя на любимый смайл Хоупа, который уже так привычно видеть после каждого его предложения и откидывается на спинку кресла складывая руки под голову. — Спасибо тебе, Хосок — тихо шепчет Юнги. И резко возвращается в сидячее положение. «Спасибо тебе, Хосок» — пишет Юнги в какао и трепетно пролистывает их переписку вверх, будто всё ещё не веря, что он теперь не один, что это всё с ним происходит. Юнги снова расплывается, когда доходит до их недавнего с Хосоком спора о том, что кимчи должно быть только из пекинской капусты и ни в коем случае не из редьки, на что Юнги специально отвечает, что кимчи из редьки круче, потому что спорить с Хосоком очень смешно. Он сразу становится таким серьёзным, оперируя фактами из статей в гугле, и добивая: «Юнги-я, (Юнги не против, даже за, какой он хён для такого крутого Хосока, который спасает Юнги от медленной смерти в одиночестве под нарезку из воспоминаний о Чимине на повторе) ну Джин-хён подтверждает, честно тебе говорю, из капусты вкуснее!» И почему-то в голове мелькают образы супергероев. Юнги непонимающе щурится, морщит лоб и снова погружается в чтение переписки. Но вдруг на экране вместо Хосокового »@-@» высвечивается входящий звонок. Кто бы сомневался. Чон Чонгук.

***

— Привет, хёёёён — Чонгук почти орёт в трубку — Хёёёёёёёён, ты слышииишь, это Чонгук, Чон-гук. ЧОН-ГУУУУК! Эй, папаша, не толкайтесь — эта фраза явно адресована не Юнги, а Чонгук явно пьян в стельку. - Хён, как делааааа, хёёёёёён? — фоном Юнги слышит ритмичную музыку и жужжание толпы. — Чонгук, ты что делаешь? — Юнги «подходит» осторожнее, знает, что Чонгук под градусом неуправляемый. Одно слово лишнее скажешь и мелкий на матах с тобой попрощается и телефон выключит. А потом носись по городу в поисках нестоящего на ногах донсена и кори себя за то, что не уследил, не помог, не нашёл. И только с утра Чонгук наконец откроет дверь своей квартиры, проснувшись от неистового стирания об неё кулаков Юнги, и хриплым голосом: «Хён, привет, а что ты тут делаешь?» — по-детски так потирая ладошками глаза, и сразу вся злость Юнги уходит с облегченным вздохом. Проходили. Знаем. — Я? Я. Я? Я ссу, хён — Чонгук громко ржёт в трубку, а Юнги нервно по столу пальцами выстукивает похоронный марш (в своём воображении, а на деле пальцы в стол вдалбливает совсем не в такт), который завтра услышит тупой Тэхён, отпустивший малого одного в такое место. — Ты где? — совсем тихо шепчет Юнги, еле сдерживаясь, чтобы не наорать на Чонгука, пальцы в кулак сжимая до хруста. — В туалете, конечно, Хён — Чонгук снова смеётся, но голос уже более трезвый. — Как клуб называется? — Юнги зубами скрипит и трубку сжимает. — Ты же приедешь, хён? — Юнги удивлён, что Чонгук сам просит — Я кину тебе адрес смской. Пожалуйста, хён, а то Тэхён куда-то исчез, а Чимини-хён сказал, чтобы я тебе позвонил, я тут один и спать хочется — Чонгук тянет так жалобно, просит, что у Юнги что-то внутри сжимается. Нет, сжимается совсем не из-за «Чимини-хён сказал, чтобы я тебе позвонил» это всё Чонгук со своим жалостливым тоном, именно. Да. А Юнги по-прежнему врать не умеет. И глаза закрывает от этой мысли, губы в тонкую полоску сжимает. Так и стоит, пока не получает адрес от Чонгука. — Блять. — Юнги закатывает глаза, когда видит, что клуб находится в двух шагах от дома Чимина и какого чёрта вообще. Юнги совсем не готов видеть ни Чимина, ни даже его чёртов дом, но Чонгук. Юнги натягивает куртку и наклоняя голову чуть ближе к зеркалу, рукой поправляет чёлку, оглядывает себя с ног до головы, поворачивается боком, модельно выставив руку на бедро, а потом: «Твою мать, я что ебанулся?» —, а сердце стучит как бешенное. Мин сдергивает ключи с гвоздика над зеркалом и бьёт по выключателю. Как всегда матерится, пока закрывает двери и не чуя под собой ног выбегает на улицу. Юнги сидит у окна в автобусе, выстукивая синяки на своих коленях. Вот он проезжает булочную, в которой они с Чимином были рыцарями без страха и упрёка, сражаясь друг с другом батонами, как-то раз спонтанно схваченными с прилавка. А потом по привычке снова и снова. Побеждал всегда охранник, который заканчивал битву подзатыльниками обоим. Чимин тогда здорово подбирал обзывательства в его адрес, а Мин смеялся с заведённого Чимина на что сам получал пару неласковых словечек. И смеялся ещё громче. Вот та самая баскетбольная площадка, на которой Юнги равных не было, а Чимин смотрел на него восхищенными глазами и с гордостью какой-то, будто бы «Это мой хён, смотрите все», и у Юнги силы сами собой появлялись, прыжки выше, мячи в кольцо. И широкая Чиминова улыбка. А вот и дом Чимина. В котором на третьем этаже маленькая квартирка с ещё меньшей комнатой Чимина, где на его новоселье, в пьяном угаре был разнесён диван, предоставленный Юнги как кровать, когда домой слишком далеко, а на часах слишком поздно, да и с Чимином слишком здорово, чтобы уходить. А потом слишком жарко с Чимином под одним одеялом. И слишком близко, чтобы Чимина не касаться. Очень слишком. Юнги глаза трёт и проходит к выходу, платит за проезд и вбирает в себя холодный воздух. Перед ним клуб, в котором нестоящий на ногах Чонгук с жалобным «Хён, пожалуйста», где-то затерявшийся Техён, явно через чур перебравший, раз оставил мелкого и, возможно, Чимин. Юнги выдыхает неровно и входит.