Мы — семья!

      Роб переплёл с Ти пальцы и посмотрел на омегу. Тот растянул губы в улыбке, счастливо вроде бы щурясь.       – Ты готов? – спросил Роб.       Ти фыркнул:       – Что это вообще за вопрос такой? Конечно, я готов! Я-я... Я взволнован и-и... Мне не терпится... – Ти шумно выдохнул и помотал головой, потом сглотнул нервно и снова поднял взгляд на Роба: – Я боюсь.       Роб поднёс их соединённые руки к своим губам и поцеловал тыльную сторону ладошки Ти, после чего прижал её к собственной щеке и немного наклонил голову:       – Чего именно? – спросил он.       Ти в первое мгновение выглядел растерянным, но на самом деле он просто собирался с мыслями, поэтому Роб терпеливо ждал ответа.       – Что... – начал он, нервозно облизав губы, – что я потерял с ними связь.       – Чушь какая! Мы поддерживаем связь каждый день, – заметил Роб и подтолкнул к дальнейшим откровениям: до нужного рейса оставалось ещё немного времени. – Ещё.       – И что вместо рождественских каникул это будет одна сплошная нервотрёпка, а я не справлюсь, – выложил Ти.       – Ты так говоришь, будто мы делегацию исключительно из годовалых карапузов принимаем, – мягко усмехнулся Роб и напомнил, – если считать вместе с нами, то на восьмерых несовершеннолетних граждан приходится шесть совершеннолетних. Помни, что ты не один, Кристи.       Альфа ободряюще сжал ладошку любимого, и тот наконец из бледной тени себя превратился в румяную тень себя. А это уже хорошо.       – Есть ещё кое-что, – решился на откровение Ти уже без лишней помощи, Роб снова навострил уши. – Я боюсь, что буду скучать по ним ещё сильней, когда каникулы кончатся и они уедут.       – Не вижу в этом никакой проблемы, – поморщился Роб, – если начнёшь сильно скучать, мы соберём вещи и вернёмся раньше. Никаких "но", малыш, – остановил открывшего было рот Ти, – помнишь, что если ты счастлив, то и я счастлив?       – Да, – совсем уж засмущался Ти, из-за чего ответ вышел едва слышным.       Роб потянулся к любимому и получил нежный, полный благодарности поцелуй в ответ. И как бы ни хотелось подольше оставаться в тёплом, снятом для следующих нескольких дней миниавтобусе, надо было проверить, не прилетел ли нужный самолёт раньше.       Альфа с омегой выбрались из машины, Ти не забыл взять с одного из задних сидений большой плакат, который три дня рисовал, разложив бумажные листы по всей их маленькой парижской квартирке. Роб его обнял, поцеловав в висок, и они направились в аэропорт. К счастью, они так долго сидели в автомобиле, что томительного, нервирующего ожидания не случилось. Почти сразу объявили о прибытии нужного рейса, и оставалось лишь дождаться, когда их семья пройдёт пограничную службу и возьмёт багаж.       Как только народ начал активно высыпаться в зону для встречающих, Роб с Ти растянули плакат высоко над головами и принялись выглядывать родных. Они были заметны издалека. Большая, шумная компания – такую не пропустишь. Лисята с неоновыми рюкзачками шли впереди и, как только увидели Ти, Роба и плакат, тут же бесцеремонно ткнули пальцами в них и сорвались с места.       – Ти! Ти! Ти! – сразу два сногсшибательных объятия достались омеге.       – Привет, мои хорошие, – смеялся с мокрыми глазами тот и тут же поинтересовался: – А где зверинец?       – Сзади идёт, не видишь, что ли? – не полез за словом в карман Кайл.       – Кота и Бруно мы оставили на Вива с Нэйтом, – пояснил более серьёзный Луис.       – Как символично, – едва слышно хмыкнул Ти.       Лисята не успели поинтересоваться, что это значит, потому что их наконец догнала вся остальная семья. Близняшки отошли отдавать свою порцию объятий Робу, пока Ти целовался и обнимался с Майло, Аароном и Захарией. И только после них настал черёд Рэя с папой – а заодно и Ноа на руках у альфы – которые уже успели тепло поприветствовать Роберта. Ти не удержался, и когда папа немного отстранился от омеги, наклонился к уютному животику и тоже с ним поздоровался. Папу тронуло это до глубины души, но он быстро взял себя в руки и уступил место для альф, которые хотели бы с Ти обняться. Вик, Кейси и Бен прижали к себе омегу со всем рвением, Тайлер ограничился более осторожным касанием, но даже такой приём со стороны Тая, было видно, Ти немало удивил и обрадовал. А Робу альфы просто отбили всю спину, к счастью, он был не из слабаков, поэтому стоически выдержал "любовь" братьев и в долгу не остался. Впрочем, это были типичные альфьи дурачества.       На папу, конечно, смотреть без трогательного комка в горле было невозможно. А главное, Роб только сейчас начинал осознавать, что у него будет настоящий кровный брат. И ещё, на самом дне разума он нашёл капельку беспокойства за папу, которая, впрочем, не имела шансов разрастись, стоило только взглянуть на Рэя и на то, как он с папой обращался.       В машине всем предстояло провести чуть больше часа, но всё равно самые шумные – Лисята – были усажены мудрым Ти на передние сиденья рядом с Робом. Из-за чего близнецы половину дороги были заворожены видом из окна. Потом, конечно, начали баловаться с радио, расспрашивать Роба обо всём на свете, но тот успел за рулём немного заскучать, поэтому ему было только в радость поработать мозгами.       Сзади сидели все остальные, кто-то тоже глядел в окно, кто-то играл в игрушки на телефоне, кто-то переговаривался. Ехали они в парижский пригород. Да, можно было снять какую-нибудь просторную квартиру прямо в городе, но тогда бы бедные соседи за предстоящую неделю сошли с ума или натравили на шумных квартирантов полицию. Поэтому, когда папа в одном из видеозвонков высказал несмелое и спонтанное пожелание приехать на рождественские каникулы в Европу и идею эту поддержало большинство, первое, что нашли Роб и Ти – это нормальный загородный дом, в котором можно было бы разместить четырнадцать человек.       Всем, видно, так понравилась поездка на Аляску и атмосфера рождества в прошлом году, что решение о том, чтобы устроить Евротур было принято быстро и единогласно. Удивительно, но покрытие расходов решили на себя взять не только папа и Рэй: Роб смог полностью оплатить аренду жилья и автомобиля в Париже; Ти купил все билеты во все желаемые музеи и памятные места, скопив со своих подработок; Тайлер накинул несколько сотен на сопутствующие расходы; и даже Вик, который пока что подрабатывал лишь фрилансом, отказался оставаться в стороне, полностью взяв на себя оплату виз. Кажется, лучший друг Рэя ещё помогал под предлогом рождественского подарка, но Роб не очень разобрался в деталях.       Пригород Парижа, где всем предстояло провести первую неделю путешествия, выглядел словно миниатюра из снежного шара. Светлые дома с красными крышами, узкие улочки. В конце одной из них нашёлся нужный адрес. Роб с Ти приезжали сюда заранее и обо всём договорились с собственником, в особенности, чтобы он не приезжал их встречать. Тот, наверное, подумал, что американцы не хотят навязываться или желают повышенной приватности, и только Роб с Ти понимали, что лучше коренного француза не шокировать видом своей шумной семьи – не дай бог, сдавать передумает. Поэтому дверь в дом торжественно открывал Роб, едва успев отскочить от прохода, чтобы не зашибли.       Пару часов надо было отдать на распаковку и отдых для беременного папы и младшеньких. Но перед тем, как все разбрелись, Рэй не забыл прочитать свою строгую лекцию про запрет на вандализм, ссоры, несанкционированные побеги и приставания к немногочисленным соседям. Папа как всегда немного сгладил углы, сообщил программу на день и, сладко зевнув, отправился на второй этаж. Роб вдруг отчётливо начал понимать чувства Ти – атмосфера ощущалась до боли родной, будто всё это время он невыносимо по ней скучал. Поразительно!       Винс не понял, когда успел потерять контроль над ситуацией, а главное, не понимал, почему его это совершенно не напрягает. Но уверен он был только в одном, если за дело взялся Ти, значит, паниковать и правда не стоит.       Оказалось, что их с Рэем старшие дети приготовили для всех сюрпризы в первый же день приезда: Ти забирал всех омег, а после их возвращения – чтобы маленькому Ноа было с кем остаться – Роб забирал альф. У обеих групп была своя программа развлечений, но какая именно ни Винсу, ни Рэю выведать не удалось.       Поэтому сейчас Винс находился в полном неведении на переднем сиденье мини-автобуса и абсолютно по этому поводу не переживал.       – Ти, а мы едем в Диснейленд? – перевалился через задние сиденья Кайл.       – Нет, мы же договорились, что в Диснейленд мы едем в пятницу все вместе, – напомнил Ти.       – А, ну да, – с напускным разочарованием вздохнул Кайл и скрылся из виду, но потом снова вернулся, – ну, а может, мы сейчас на чуть-чуть приедем туда, а потом ещё и все вместе? – выдал он гениальный в своей простоте план.       – Кайл, я могу прямо сейчас тебя там высадить, а мы поедем дальше, – иронично предложил Ти.       – Я за! – крикнул с заднего сиденья Майло.       – Ах ты вонючка желтоволосая! – тут же разорался Кайл, забыв про Диснейленд.       Разумеется, Майло начал не менее изощрённо отвечать, а Винс вдруг заметил судорожно сжимающие руль пальцы Ти с побелевшими костяшками.       – Скучал по этому? – погладил он омегу по рукам, чтобы те немного ослабили хватку.       – Ты даже не представляешь, – едва слышно отозвался Ти и быстро взглянул на Винса, заверив без слов, что всё в порядке.       Ругань сзади естественно быстро утихла, но все понимали, что это лишь на пять минут. Винс же, чтобы немного отвлечь Ти от обсессивного подслушивания братьев, рассказывал все истории из их бытовой жизни, о которых мог забыть во время их интернет-звонков. Ти сначала слушал через силу, но потом втянулся в разговор, дышать даже начал немного свободней, задавал вопросы и посмеивался над шутками Винса. Время полетело быстро, а споры утихли, как только автомобиль въехал в город, потому что разглядывать вид из окон было интересней, чем обзываться.       – В общем, – обернулся на задние сиденья Ти и оглядел младших омег, когда припарковал автомобиль, – я нам всем заказал самые настоящие омежьи спа-посиделки!       Младшенькие обрадовались и заверещали на всю улицу. Стало очевидно, что для них такое времяпрепровождение в новинку. А для Винса... Для Винса это тоже было в новинку. До встречи с Рэем все его спа-процедуры ограничивались максимум ванной с пеной и бокалом вина, когда все его альфята спали, а уж когда они с Рэем съехались, то и вовсе не до этого стало. Нет, разок они с альфой, конечно, выбрались в тот миленький отельчик, где имелась своя спа-зона, но у Винса была течка без подавителей и... Короче, спа-процедуры были последним, о чём тогда мог думать Винс.       – Винс, – обратился к нему Ти, когда омеги зашли в салон и снимали верхнюю одежду, – ты не переживай ни о чём. Я узнавал, есть ли строгий запрет для беременных на те или иные процедуры, и оказалось, что нет. Так что тебе не придётся сидеть на "скамейке запасных", – тепло улыбнулся он.       Винс улыбнулся в ответ, но вид у него был настолько присмиревший, что полностью скрыть свое замешательство от Ти он не смог. Тому пришлось в какой-то момент отвлечься на разговор с администратором и выслушать инструкцию по дальнейшим действиям на ломаном английском. После чего все наконец отправились в раздевалку.       – А меня намажут шоколадом? – интересовался горящий нетерпением Луис у Ти.       – А можно я свой просто съем? – тут же возник по другую сторону от старшего брата Кайл.       – Тебе, Кайл, можно всё, – решительно кивнул Ти.       Винс в это время помогал Заку раздеться и сложить свои вещички, после чего накинул на малыша заботливо припасённый Ти детский халатик. Всем остальным омегам выдали халаты спа-комплекса. В том числе и Винсу.       – Ой, смотри, какие смешные трусики, – хихикал Аро, держа перед собой полупрозрачное одноразовое бельё, и продемонстрировал его Майло.       – Фу, ну и уродство, лучше уж без них, – фыркал тот, – Ти, узнай, пожалуйста, а можно просто голышом? Я не буду надевать эту фиговину!       Винс сглотнул нервозно, что-то он не был готов обнажаться перед омежками... С Рэем это другое. Альфа был его Истинным, поэтому каким бы непривлекательным порой Винс себя ни чувствовал, перед альфой он трепетал и терял голову, и уже становилось не до смущения. А вот так, перед пасынками, когда он ещё и на четвертом месяце беременности?.. Теперь, если он разглядывал себя в зеркало, на ум приходило сравнение только с объевшимся червячком. А сейчас ему предстояло ещё и "смешными трусиками" перед омегами светить.       – Винс, ты чего не переодеваешься? – позвал его Ти, увидел, судя по тут же нахмурившимся бровям, бледного Винса и интерпретировал его состояние по-своему: – Тебе нехорошо?       – Нет-нет, – поспешил с ответом Винс, комкая в руках так и не использованный халат, но потом попросился, – Ти, зайка, а можно я вас тут подожду?       – Но программа рассчитана на три часа, – робко заметил Ти и сделал ещё одно неутешительное предположение: – Тебе не понравился сюрприз?       – Нет, что ты, – снова поспешил с ответом Винс и ляпнул, не подумав, – как мне может не нравиться то, что я никогда не пробовал? Ой... – оборвал он сам себя.       – Тогда в чём дело? – вклинился в разговор Майло, другие омеги тоже смотрели на него внимательно. Зак доверчиво оплёл ручками коленку Винса и задрал вверх голову, тоже ожидая ответа с нетерпением.       Винс понял, что загнал себя в угол, потому что Майло он соврать не сможет. Это Ти был достаточно тактичен, чтобы сделать вид, что поверил в неумелую ложь Винса, Майло же заискивать не будет. Пришлось печально вздохнуть и повиниться:       – Ребят, мне просто неловко обнажаться, – вышло несмелым блеянием.       – Винс, – взял его за руку Ти и обвёл всех остальных омежек взглядом, – мы никогда не будем оценивать тебя по внешности. И мы бы очень хотели, чтобы ты провёл это время с нами. Если... – ему пришлось замолчать, чтобы собраться с духом, но потом он всё же продолжил, – если тебе некомфортно в нашем обществе...       – Ну что ты такое говоришь!.. – возмутился вдруг Винс, удивляясь, как ловко Ти перевёл стрелки, но тот лишь продолжил.       – То мы поймём и настаивать не будем. Делай так, как считаешь правильным, мы поддержим тебя в любом случае.       Остальные несмело покивали, после чего все шестеро покинули раздевалку, и Винс остался один.       Стоило только остаться наедине со своими мыслями, как Винс вдруг понял, что он просто не может вот так взять, вызвать такси и уехать. Да, Ти справится со своими братьями самостоятельно, да, Винс вроде как не будет стыдиться собственной наготы, но... Он вдруг обнаружил, что тоже хочет поучаствовать в настоящих омежьих спа-посиделках, где его намажут шоколадом. В конце концов, когда он ещё сможет такое попробовать? Осознание, что он только что чуть сам себя не лишил такой милой прелести из-за надуманных комплексов, пронзило разум Винса настоящей молнией. Ну нет, он же сам помогает людям от этих самых комплексов избавиться, он же всегда советует смотреть страхам в лицо. А сам испугался его самых любимых шестерых омежек.       Винс решительно начал раздеваться, даже собственные трусы снял с революционным рвением, однако когда подцепил двумя пальчиками те самые одноразовые трусишки, мысленно согласился с Аро и Маем – насмешка какая-то. Но в тот момент он почему-то схватился за них как за последний оплот цензуры, а когда взглянул на себя в зеркало, чуть не расхохотался, да и решил оставить потехи ради. Накинул на плечи халат, замотался в него основательно и вышел в коридор.       – Monsieur, de ce côté, – указал в нужном направлении администратор, Винс лишь кивнул благодарно и зашаркал по плиточному полу одноразовыми шлёпками.       Когда он зашёл в предбанник спа-зоны, то увидел большую кучу из халатов, брошенные туда же эти неудобные одноразовые трусы, а судя по звукам, мальчишки уже вовсю плескались в бассейне. Винс решил убедиться и прошлёпал в следующий зал. Омеги баловались в воде, смеялись, Заки примерялся к очередному прыжку, стоя на краю небольшого бассейна. Из всех омег он был единственный одетый. В нарукавники. Но постепенно смешки и разговоры стихли, а взоры устремились на Винса.       И тот оглядел их всех, а затем, не дав себе возможности передумать, в пару движений распахнул халат. Тишина продлилась буквально одно мгновение, после чего все омеги заулюлюкали радостно и захлопали в ладоши. Смеющийся, счастливый от такой реакции Винс ушёл буквально на секундочку, бросил свой халат к остальным, так же как и трусы эти неудобные, и спустился в воду к остальным. Зак окатил всех изрядной порцией брызг от очередного прыжка, Аро балдел от бьющих из стены пузыриков, Май с Лисятами играли в свои кровожадные игры, а Ти, поглядывая за ними одним глазком, подплыл к Винсу.       – Ты отлично выглядишь, – заверил он. – Отец – самый счастливый альфа на свете!       – Ох, Ти, как мне тебя не хватало, – захватил омегу в объятия Винс без разрешения, потому что помнил, что Ти любит обнимашки.       В глазах моментально повлажнело, но Винс понимал, что это гормоны шалят, и не обращал внимания на излишнюю чувствительность.       Они всемером отлично провели время. Винс в основном разрывался между приятно горячим хамамом и гидромассажем в джакузи, отказавшись от каких-либо косметических процедур – всё-таки голопопым щеголять он мог только перед своими.       Лисята, как показалось Винсу, вылезали из бассейна только один раз, когда пришло время для обёртывания шоколадной маской. Порывались отнять её остатки у работника, чтобы угваздать остальных братьев, но тот либо на самом деле не понял, либо мудро сделал вид, что не понимает по-английски, поэтому прикола не получилось.       Майло и Аро попробовали всего понемножку, а потом надолго засели играть в карты и пить фруктовый чай. И даже заботливо принесли чашечку Винсу, когда тот в очередной раз отмокал в джакузи. А Ти сходил на массаж всего тела, но вернулся почему-то не расслабленный, а какой-то сосредоточенный. После чего шёпотом признался Винсу, что хочет несколько понравившихся приёмчиков испытать на Робе.       – Роб – самый счастливый альфа на свете! – не смог не вернуть комплимент омеге Винс после услышанного и поцеловал Ти в щёку, – спасибо тебе за такой шикарный подарок! Я просто на седьмом небе!       – Я рад, что тебе понравилось, – склонил на плечо Винсу голову Ти, – Мелкие вроде тоже в восторге, – с улыбкой заметил он, и чуть погодя добавил: – И мне очень приятно, что ты не стал нас стесняться.       Это было правдой. Винс сидел беременный, голый, весь распаренный и розовый, как поросёнок, и совершенно не стеснялся перед своими белокурыми омежками.       Рэй не любил быть в неведении, но сейчас приходилось терпеть, ведь Роб наотрез отказывался колоться, куда он его с альфами везёт.       Омеги из своей поездки вернулись и варёными, и одновременно взбудораженными. Винс вообще был какой-то прибалдевший и как будто чуточку навеселе. Но альфа не учуял никаких следов алкоголя, а потом Винс рассказал, куда их отвёз Ти, и всё стало на свои места. Ну да, три часа отмокать в джакузи и в перерывах до опупения париться в хамаме кого угодно доведёт до состояния лёгкой эйфории. Зато, Рэй был почти уверен, что после такого отдыха муж не будет назавтра мучиться от джэтлага.       Рэй сначала понадеялся, что Роб и Ти просто так решили разделиться на альф и омег, а сюрприз приготовили один. Но после того, как омеги вернулись со своего, стало понятно, что в спа-салон Роб их точно не потянет. И от неизвестности Рея уже начинало невольно потрясывать, поэтому надо было срочно отвлечься на какие-нибудь разговоры.       – Как у вас с Ти? – попытался завести непринуждённую беседу альфа с сидящим за рулём Робом.       – Честно? – кинул быстрый взгляд на него Роберт.       – Ну конечно, честно, – фыркнул Рэй и навострил уши. Что это вообще за вопрос такой "честно"?       – У меня сейчас на работе этап ожесточённой конкуренции среди обучающихся, – начал явно издалека Роб, – и я... Ох, Рэй, ты бы только меня видел – я акула. Иногда сам удивляюсь своей хватке, когда дело доходит до защиты очередного проекта перед старшими партнёрами.       Рэй ещё сильнее напрягся. По рассказу альфы пока было непонятно, к чему он клонит. И Рэй подумал, что Роб пытается намекнуть на то, что вымещает остатки своей нерастраченной на работе агрессии на Ти. Сердце глухо застучало в висках. Каким бы ни был Роб Истинным его крошке Кристиану, обижать своего сына он не позволит.       – Но как бы ни проходил у меня день, – продолжал тем временем Роб, – какой бы сильный стресс на меня не наваливался, когда я прихожу домой, а мой ангелочек встречает меня... Знаешь, как будто у самого крылья вырастают!..       – Знаю, – кивнул Рэй, неописуемо расслабившись от услышанного. И всё же уточнил: – Ти с тобой на одной волне?       – О, я надеюсь, – смущённо повёл плечом Роб и заверил: – я делаю для этого всё возможное.       – Слушай, мне он вряд ли признается, – неловко потёр шею Рэй, – но он не депрессует? Не просится домой?       – Ти совершенно точно думает о вас каждый день, – серьёзно кивнул Роб, – но в то же время он так активно раскрывается, любопытство к окружающему миру бьёт из него ключом, Рэй, ты бы только видел! Поэтому сейчас ему не грозит депрессия: слишком много нового вокруг, интересного. А заскучать мы и не успеем – до конца стажировки осталось-то всего ничего.       – Да, поездка явно идёт ему на пользу, – согласился Рэй, он и сам замечал горящие глаза у сына, когда тот рассказывал, как устраивается на очередную подработку.       То в какой-то пекарне семейной крутился, то помощником фотографа был. Сейчас, кажется, он подружился с каким-то местным модельером и постоянно высылал тонны фотографий из мастерской в окружении манекенов и тканей.       – Он обрёл голос, – с явной гордостью за омегу сообщил тем временем Роб и не менее хвастливо продолжил: – Ещё тогда, в самом начале осени, он твёрдо отстоял своё желание пойти работать, хотя я сначала был против.       – Против? – не понял Рэй и снова навострил уши.       – Ну да, – пожал плечами Роб, – Я не хотел, чтобы он хоть каплю напрягался.       – А, так, – снова расслабился Рэй.       – Но Ти был непоколебим, – продолжил Роб, – я, говорит, буду познавать мир через призму труда. Он был очень решителен и... Кхм, убедителен в аргументах, – прочистил горло альфа, залившись краской.       – Господи, Роб, – хлопнул себя по лбу Рэй, невольно улыбнувшись выскользнувшей случайно из уст Роба подробности. Смутил в итоге альфу ещё больше и заверил: – Я рад, что у вас во всех аспектах всё хорошо.       – Взаимно, – тепло улыбнулся Роб и остановился у нужного адреса. – Приехали, народ! – обернулся он на задние сиденья.       Альфы высыпали из машины, и Роб позвал всех за собой, толкнув неприметную вроде бы дверь какого-то полускладского здания. Рэй только сейчас обратил внимание, что приехали они далеко не в центр города. Однако внутри оказалось стильно: приглушённый свет от неоновых вывесок озарял узкий коридор, перед входом в который альфы сдали верхнюю одежду.       – А я надеялся на Диснейленд, – приглушённо вздохнул рядом с Рэем Бен, явно не проникшийся атмосферой.       У Рэя же наконец прорезался интерес, особенно после того, как Роб обвёл всех взглядом и сказал:       – Прежде чем окультуриваться по полной программе, нам надо хорошенько сбросить стресс и насладиться кое-чем более... приземлённым. Впрочем, об этом позже, а сейчас я хочу, чтобы вы просто все на некоторое время окунулись в настоящее ребячество, – и почему-то остановился глазами на Рэе в особенности.       А затем, когда альфы прошли коридор и оказались в одном из залов этого большого здания, Рэй понял, что Роберт имел в виду – по периметру всего небольшого уютного зала стояли всевозможные игровые автоматы с аркадами: гонки, стрелялки, пинбол. У Рэя невольно дыханье спёрло, потому что в рядах современных игрушек он отыскал взглядом те, что считались уже "ретро", хотя для него они совершенно точно ассоциировались с его юностью.       – Офиге-е-еть, – протянул впечатлённый увиденным Вик, хотя этого альфу редко можно было изумить до состояния "разбегающихся" глаз.       – Это что, оригинальный "Пакман"? – указал в направлении одного из автоматов Тайлер, вздёрнув одну бровь.       – Иди проверь, – ухмыльнулся Роб и принял от сопровождающего их администратора полную корзину жетонов.       Тайлер тут же сорвался с места, набив карманы пластиковыми монетками.       – Пошли мяч побросаем? – предложил Бену Кейси, указав на классическую ярмарочную игрушку с двумя баскетбольными кольцами.       – Идём, – поскакал тут же Бен, явно позабыв про разочарование.       К Рэю же прошёл Роб и предложил сыграть в бильярд или настольный хоккей. И исключительно в рамках пожелания Роба старший альфа выбрал настольный хоккей с его светящейся белой шайбой под ультрафиолетовой подсветкой стола.       Атмосфера была невероятная. Нэйт однажды уговорил Рэя съездить в Лас-Вегас, и там было круто, но здесь, среди почти детских игрушек, Рэй испытывал не меньше задора и азарта. Он и сам не понял, как окунулся в то самое ребячество в окружении его альф. Им всем словно эпинефрин вкололи и дали подышать веселящим газом. Особенно круто оказалось то, что их было чётное количество, поэтому все альфы смогли устроить настоящее состязание по настольному хоккею друг с другом. И перебивали собственные рекорды в пинболе, надолго облепив автомат со всех сторон.       Когда Роб позвал на вторую часть сюрприза, Рэй с остальными альфами даже запротестовали, потому что ну что может быть лучше этого?       – Картинг, – объявил Роб, когда они вышли из "мира аркад" в зал ожидания.       Альфы загудели восторженно и тут же принялись принимать от работников этого развлекательного центра костюмы для гонок и шлемы. Рэй теперь понял, почему здание было таким большим и стояло на отшибе. Он подошёл к окну в зале, из которого был виден трек. Альфа внимательно изучил увиденное и сделал вывод, что полоса для гонок огибала всё здание по периметру, а там, где должен был быть коридор, трек имел плавные подъем и спуск. И ещё было шумно. На картинговом треке виртуозно гоняли инструкторы, и Рэй невольно залюбовался. Такого он в жизни ещё не пробовал. Всё-таки альфа стал семьянином в какой-то двадцать один, и дальше стало не до адреналиновых хобби. А все развлечения чаще всего были исключительно семейной направленности.       – Monsieur, seul vous êtes resté, – вывел его из раздумий один из работников в зале, протягивая Рэю обмундирование.       Тот на негнущихся ногах дошёл до сидений, чтобы переодеться, и понял, что ждут только его.       – Блин, Роб, это такой крутой подарок, – говорил, прижимая к себе шлем, Тайлер, – что мне даже немного стыдно, что я тебе подарю на Рождество самый уродливый свитер, который смог найти.       – Всё в порядке, если он не парный, – усмехнулся Роб.       Тайлер шумно втянул в себя воздух, дав понять, что Ти тоже станет жертвой модной катастрофы. Роб разочарованно цокнул и двинул кулаком Таю в живот. Тот, конечно, согнулся пополам с полным лицом скорби, но было видно, что оба лишь шутят.       Рэй переживал за инструктаж, но предоставленный развлекательным центром гонщик прекрасно говорил по-английски, пусть и с характерным европейским акцентом. А потом начались гонки. Пришлось признать, Рэю было уже не двадцать лет, поэтому на первом круге все альфы – даже одиннадцатилетний Бен – оставили его далеко позади себя. Дело было даже не в реакции – она у альфы как раз таки имелась в силу практикуемой профессии – а в том, что ему приходилось дольше разбираться с управлением. Да и характер заставлял сначала досконально изучить то, с чем Рэй имеет дело, и только потом втягиваться в отвязные соревнования по полной.       Альфы же приняли его замешательство за слабость и ситуацией тут же решили воспользоваться.       – Рэй, – позвал его с лукавым прищуром подъехавший к нему после очередного круга Тайлер, – может, прокатимся на желание?       – И какое у тебя желание? – не спешил отбортовывать альфу Рэй, хотя уже уверенней чувствовал себя за рулём.       – Отпустишь меня в паб, – выдал явно подготовленный заранее ответ Тайлер и добавил, – мне уже восемнадцать, а в Европе это возраст полного совершеннолетия.       – Идёт, – коротко кивнул Рэй.       – Рэй, – подъехал тем временем Вик с другой стороны, – возьмёте меня в гонку?       – И меня, – остановился следом за ним Кейси, – знаю, мне ещё семнадцать, но я и не хочу в паб, просто люблю выигрывать, – самодовольно улыбнулся он.       Рэй понял, что отступать нельзя, так же как и проигрывать. Дело уже было не в том, чтобы не отпустить альф в паб, а в том, чтобы утереть мелким носы.       – А если выиграю я? – оглядел он всех троих.       Те задумались искренне, явно не продумав такой расклад ранее.       – О, – озарился идеей Тайлер, – если ты победишь, то мы до лета будем делать всю бытовую работу по дому за тебя.       Что ж, Рэя такой приз устраивал, Вик с Кейси тоже подтвердили сделку короткими кивками. Роб разбил спор, а Бен дал отмашку, и гонка началась.       Рэй сначала дал приличную фору альфам, чтобы те почувствовали себя хозяевами трека и расслабились, потеряли бдительность. И как только это произошло, старший альфа начал планомерно подрезать каждого. Первым к обочине из покрышек он прижал импульсивного, но невнимательного Тайлера. Потом настал черёд излишне самонадеянного, но немного неуклюжего на поворотах Кейси. А Вик... Кажется, Вик за несколько секунд до финиша добровольно снизил скорость, потому что видел, как с Таем и Кейси расправился Рэй, и не хотел оставлять своих пособников в проигравших без него, дабы не навлечь на себя глупые обидки и зависть.       "Мудрое решение," – невольно подметил Рэй.       Было приятно подтвердить свой авторитет в глазах молодых альф, в кои-то веки почувствовав себя едва ли не ровесником. Ну и конечно же смущённым своим проигрышем альфам Рэй тут же пообещал амнистию всего лишь в... марте. А что, ему свободное от выноса мусора и уборки листвы с заднего двора время будет не лишним, поэтому совсем уж прощать просчитавшихся ребят он не стал.       А на обратном пути осторожно расспрашивал на личные темы уже Роб Рэя.       – Как папа? У него всё в порядке? – поинтересовался Роберт и пояснил: – А то ведь ты его знаешь, он не будет жаловаться.       – О, да, – кивнул Рэй, он прекрасно понимал, на что намекает Роб, и заверил: – Со здоровьем у Винса всё в полном порядке.       – А у него? – тихонько спросил Роб, кинув быстрый взгляд на Рэя.       – Плод развивается хорошо, – успокоил альфу он, – мы с Винсом и его акушером внимательно следим за здоровьем твоего будущего братишки.       – Боже мой, – едва слышно пробормотал Роб, нервно сжав руль. Потом понял, что Рэй его состояние тоже заметил, и попытался улыбнуться, – я просто... Дело не совсем в родстве, не думай, просто я папу беременным никогда, сам понимаешь, не видел. И, зная нашу с ним историю, его последующую опасливость с альфами, никогда не думал, что увижу.       – Кстати, об этом, – подобрался на сиденье Рэй, – Винс тебе, случаем, не рассказывал про твои роды?       – Упоминал только, что были какие-то сложности, но говорил, что ни о чём не жалеет, – пожал плечами Роб и ещё больше занервничал, – а что? Ты подозреваешь, что что-то?..       – Ничего я не подозреваю, – оборвал его Рэй, – мы с мальчиками следим за каждым его шагом, но... – замялся Рэй, – блин, Роб, сам понимаешь, я не Винс, я не умею вытягивать из людей откровения, говорить о страхах. А мы... Мы не планировали ребёнка, это была счастливая случайность. Но что если счастливой её считаю только я?       – Как ты можешь такое говорить? Папа обожает детей! – заметил очевидное Роб.       – Но он думал, что бесплоден, ты знаешь об этом? – повернулся к нему Рэй.       – Что? – переспросил Роб.       – Да, Винс прекрасный родитель, но кроме опыта твоих родов, тех самых, с осложнениями, с ложной бесплодностью, у него не было ничего другого. Со всеми остальными детьми ему не приходилось переживать процесс деторождения. И я... – Рэй замолчал, собираясь с мыслями, – Роб, я клянусь тебе, я могу гарантировать Винсу полную безопасность по физическому здоровью, я буду рядом с ним, когда придёт время, буду следить за каждым шагом акушера. Веришь мне?       – Верю, – серьёзно кивнул Роб.       – А Винс – нет, – признался Рэй. – Он не говорит об этом прямо, нет-нет-нет. Чёрт, мне кажется, он сам себе не может признаться в этом. Но я чую в нём страх и не знаю, как с этим страхом бороться, потому что ему нет рациональной причины, понимаешь?       Роб надолго замолчал, переваривая услышанное, но потом согласно кивнул.       – Знаешь, Рэй, – начал немного погодя он, – я рад, что именно ты Истинный моего папы. Спасибо, что рассказал мне об этом. Обещаю, что поговорю с папой, и если мне удастся что-нибудь выяснить, я тебе сообщу.       – Ох, это было бы замечательно, – выдохнул с облегчением Рэй.       Меньше всего он хотел мучить расспросами своего беременного мужа, а уж проводить глубокий психологический анализ он вообще не умел. Он не мог просить помощи в таком щепетильном вопросе у Нэйта или детей, да и Винс перед ними ни за что бы не раскрылся. Роб же по всем параметрам хорошо подходил в помощники, и Рэй был искренне рад, что альфа его не только не осудил, но и понял, и согласился поговорить с Винсом.       – И спасибо за такой отвязный вечер, – запоздало поблагодарил он Роберта.       – Я рад, что тебе понравилось, – улыбнулся Роб.       Когда они с альфами вернулись домой, уже немного отошедшие от собственных впечатлений омежки встретили их и с интересом слушали про поездку во время общего ужина. Роб наглядно продемонстрировал Рэю свой "полёт на крыльях" к Ти, как только они переступили порог. Альфа невольно залюбовался старшим сыном, как тот светился от любви к своему Истинному. А к нему самому в объятия впорхнул Винс. Рэй надеялся, что утомлённые впечатлениями от сегодняшнего дня дети быстро заснут и позволят утомлённым впечатлениями родителям немного побыть вдвоём.       Так и вышло. Альфы с омегами разбрелись по комнатам почти без возражений, и дом погрузился в такую редкую тишину. Рэй с удивлением заметил, что беспокойство за мужа немного отступило после откровенного разговора с Робом, а сам Винс сейчас не сквозил тем самым страхом, потому что был максимально расслаблен от полученных процедур. Все их дети были наконец рядом, под одной крышей, и одно лишь это сеяло в душе покой.       – Пойдём наверх, любимый, – позвал Рэй Винса, когда тот допил свой вечерний чай.       Винс юркнул к альфе под крыло, и они вместе поднялись в спальню. Рэй ничего не мог с собой поделать и, вместо того чтобы дать возможность мужу спокойно заснуть, занежил его, как дорвавшийся до желанного омежьего тела юнец. Винсу многого не надо было: его любимый остро реагировал на самые лёгкие поцелуи, самые деликатные, почти невинные ласки. Омега мурчал от массажа головы, раскрывался весь от одних лишь поцелуев в шею. И Рэй знал, что это и есть его настоящий Винс. Да, жизнь сделала из омеги настоящего бойца, но в руках Рэя он ненадолго становился другим: хрупким, отзывчивым, невозможно покорным.       – Ты – моё счастье, ты знаешь об этом? – шептал в аккуратное ушко Рэй, поглаживая в своих объятиях едва отошедшего от оргазма Винса.       – Да, любовь моя, – с паузами на глубокие вдохи отвечал тот.       – Я не дам тебя никому в обиду, я всегда буду на твоей стороне, – пообещал Рэй, – веришь мне?       – Да, – без раздумий ответил Винс и звучал сейчас искренне.       А это значило, что какие бы ни ждали трудности впереди, они их обязательно преодолеют.