my kind of love

Брайану Кинни проще быть с сотнями других сексуальных партнеров, чем с одним единственным. Ему проще сразу расставить приоритеты, чем гадать: «А что если?» Брайану Кинни проще подарить незабываемый трах, а через несколько минут, самое большее к рассвету, выставить за двери своего лофта, чем назвать сие действие занятием любовью и томно сказать: - Останься, хотя бы до утра! – или, - Ты ведь придешь завтра? Даже с появлением в его бесшабашной жизни Джастина Тейлора, нежного мальчика с солнечной улыбкой мало что изменилось. Ему по прежнему было проще не замечать его преданных щенячьих глаз и слов любви, вместо того чтобы успокоить парня сказав, что ему совсем не похуй его душевные излияния. Чуть позже, после тех трагических событий школьного выпускного, Брайану было проще носить под одеждой, совсем близко к сердцу, шелковый шарф с кровью Джастина, чем признать как дорог ему этот мальчик. И он виноват в произошедшем не меньше, позволив гомофобно настроенному ублюдку увидеть их танец, поцелуй и нанести Тейлору удар битой. Если бы только он подоспел чуть раньше! Брайану Кинни проще было никому не сказав простаивать ночами у его палаты и изводить себя на говно, пытаясь через стекло бороться с ночными демонами, терзавшими тело и душу Джастина, чем прийти средь бела дня и, взяв парня за руку, сказать, что все будет хорошо. С ним. С нами. Ему было проще, когда его называли первой шлюхой Питтсбурга, нежели чьим-то постоянным бойфрендом. Вместо романтического ужина при свечах, он предпочитал смесь алкогольных коктейлей, подаваемых в клубе «Вавилон», сигаретный дым, плотным смогом стоявший в помещении, подсвечиваемый зеркальными шарами и разноцветными огнями софитов, несколько затяжек кокса и отличный трах на десерт в комнате отдыха вышеупомянутого заведения. Брайану Кинни было проще устраивать оргии и многочасовые секс марафоны, чтобы доказать всему миру, что он будет вечно молодым, вечно пьяным. Когда они с Джастином расстались, Брайану было проще вызвать к себе парнишку, отдаленно напоминавшего Тейлора, наивно полагая, что сможет с ним забыться. Платить ему триста баксов за ночь и трахать до потери пульса, а потом выставить за дверь, не дав даже смыть сперму и пот с тела, вместо того чтобы найти своего милого мальчика и сказать ему: - Вернись, солнышко! Без тебя, пиздец, как плохо! Ему проще, в виде подарка на день рождения Джастина, оплатить несколько часов услуг проститута, чем самому обвязаться этими долбаными ленточками, подарив себя парню на веки вечные. В миг наивысшего наслаждения, когда их тела, как единое целое сгорают в пароксизме страсти так просто выкрикнуть, простонать, прошептать: - Я люблю тебя! Люблю до безумия! Но Брайану Кинни проще любить на расстоянии, безмолвно, тайно, балансируя у края пропасти, порой причиняя страдания другим и самому себе в десятикратном размере, не позволяя подобраться к его кровоточащему сердцу и разверстой душе размером с океан боли.