Парабатай

— Себастьян! — Я вырываюсь из рук Алека, хрипя как взмыленная лошадь, но он с силой отпихивает меня в сторону, — Пусти! Пусти меня немедленно!!! Брат лежит на полу общей гостиной и из его груди потоком хлыщет алая кровь. Такая совершенно обычная с виду кровь. — Пожалуйста, — ощущаю, как зубы стучат друг об друга, — помогите ему, — Алек пытается прижать меня к себе, спрятав мое лицо в складках своей куртки, но неожиданно я вспоминаю о том, что не слабая девочка, а Сумеречный Охотник. От этого не убежать. Нельзя спрятаться. Нельзя притвориться, что не имею к этому отношения. Нет! — Алек, отпусти, — спокойствие моего голоса вводит в шок всех тех, кто кружил вокруг брата, — я в порядке, — получив свободу действий, в два шага преодолеваю разделяющее нас расстояние и падаю на колени. Будут синяки, но вокруг и так разлита моя кровь. Наша общая…. Моя его и мамы. И Валентина. Всегда Валентина! — Кто это сделал? — Вопрос как будто ни к кому и я абсолютно спокойно вытягиваю ногу, расправляя карман брюк, и извлекаю из него серебряное стило. Странные картинки наводняют мой разум, я перестаю думать, перестаю слышать, все чувства выпадают из сердца, словно сухие листья с крон деревьев. Меня не существует, что-то куда более могущественное и непосредственное правит моей рукой, стекает по кончикам моих пальцев и горячими каплями опадает на раненую грудь моего брата. Он должен жить. Ради того чтобы маме не было больно. Ради меня, потому что, только обретя брата теперь, получается, я так боюсь его потерять. — Кто это сделал? — Я не особо ждала ответа. Белую грудь покрывала тонкая полоска раны, раны нанесенной не мечом и не клинком. Это нож. Обычное человеческое оружие. Скрип зубов. Возможно моих. — Фэйри, — я почти смеюсь, видя, как трепещут веки брата, он очнется. Благодаря тому дару, что передала мне мама. Он очнется потому, что наша кровь потянулась друг к другу. Резко выпрямившись, я так и не смотрю на окружающих меня людей. Я просто хочу найти эту тварь, что вновь решила лишить меня близкого человека. Этот парень был достоин второго шанса, и даже этого его могли лишить. Вновь! — Ты как? — Пытаюсь поймать растерянный взгляд брата. — Спасибо, — прерывисто выдыхает, и беспокойно проведя рукой по свежей ране смахивает с себя остатки порванной рубашки. — Из, организуй тут все, — перестав слушать мое сопротивление Алек буквально выволакивает меня за дверь и прижимает к стене, а потом и к себе, — ты больше не должна так делать! — Что? — Искренне не понимаю о чем он. — Заткнись уже Клэри! — Губы парня припечатывают меня злым и таким колющим поцелуем, я буквально на своей коже ощущаю неестественно громкое биение его пульса. Слишком близко, запредельно ярко! Этот парень мне был нужен как воздух, больше чем воздух, больше чем любой из живых и покойных на этом свете и на том! — Алек, — тихий стон пилит пространство вокруг нас и, положив руку на его сердце, я по тонким нитям вытягиваю из него жизнь, — я не понимаю…. Легкая усмешка на красивых губах совсем его не портит. И как я могла сравнивать его с кем бы то ни было, этот мальчик не был ни чьей копией! — Что именно ты не понимаешь? Не задумываясь о действии облизываю губы и горю от того как пристально он следит за этим пресловутым действием. — Ладно, успокоились, — Алек отталкивается от стены и воздух, наконец, начинает проходить между нашими разгоряченными телами, — не знаю, кто тебя этому научил, но больше не смей так расходовать свои силы! Никогда! Совершенно не беру в голову, о чем он вообще говорит, я как завороженная делаю еще шаг, в его направлении провожая взглядом каждое движение его губ. — Клэри, — парень пощелкал пальцами у меня перед лицом, — земля вызывает Клэри! — На свете не так много людей, ради которых я отдала бы все. Он понимает меня. Он точно понимает, что происходит в нашей жизни, потому что мы оба сознательно к этому шли. Мы оба! Фатальность. Рок. Бог. Ангелы. Не имело значения все то, что было до нас. Мой отец. Бегство матери, потеря брата. То, что я не жила и жила в этом мире, все это вело меня в эту точку отчета. Сюда. Сегодня. — Я люблю тебя, — тихим потоком вырывается из меня, и я уже не могу и никогда не смогу отвести от него взгляд, — так сильно люблю!