Чёрный парад

от автора: глава полностью написана бетой very_silence

Какое-то время мы просто пялились друг на друга, не говоря ни слова, буквально прожигая друг друга взглядом, все еще лежа в том же положении, что и до поцелуя. Оливер выглядел слегка растерянным, выравнивая дыхание. Я уверен, что я выглядел как потерявшийся мальчик: взволнованный, отрешенный и неуверенный. Его уголки губ приподнялись, что очень помогло отступить моему чрезмерному волнению, а затем он перевернулся на спину и смотрел на плакаты с изображением музыкальных групп, которые были развешаны чуть ли не на всю стену. На душе так тепло и приятно, что наши музыкальные вкусы совпадают. Конечно же, есть много людей с такими предпочтениями, но я не мог с ними общаться — даже вне школы я не очень ладил с людьми. Но теперь, я уверен, все изменится в лучшую сторону, пусть и не сразу. Возможно, он поможет мне… Хоть и нельзя загадывать наперед и надеяться на что-то, я уже в предвкушении непонятно чего. Просто я чувствую себя рядом с ним так комфортно и уютно. Прежде я не ощущал подобного.

***

Оливер давно ушел, а я, проводив его до двери, вновь вернулся на свою кровать, захватив гитару. Мне хочется слить свои чувства во что-нибудь. Короче говоря, просто чувствовать под своими пальцами струны. Именно для этого существует моя любимая, ничем незаменимая, гитара. Я начал наигрывать какую-то мелодию, которая крутилась в моей голове уже пару дней — она принадлежит какой-то малоизвестной группе, названия которой я даже не запомнил. Сначала получалось плохо, но затем вышло что-то приближенно похожее. Восхитительное чувство — уметь что-то делать, ощущать, что получается. Растворяться в этом всем своим существом. Когда уже совсем стемнело, я отложил гитару и повалялся еще немного, размышляя о сегодняшнем событии. Я так чертовски благодарен, что Оливер со мной. Он подбадривает меня и почти всегда рядом. Сначала при общении с ним я чувствовал дискомфорт, но теперь мне так легко. Даже когда Джерард смотрит на меня испепеляющим взглядом, я ощущаю, что теперь страх отходит на задний план, и это только потому, что Оливер рядом, даже если мысленно в определенный момент. Мне уже достаточно все равно на попытки Джерарда задеть меня или избить. Конечно, неприятно, и я злюсь на него, но теперь я более стойкий. Я не намерен терпеть все это теперь, когда рядом Оливер. Благодаря ему я встану с колен. И этот поцелуй… Если честно, я слегка удивлен, что он ответил. Он не посмотрел на меня как на идиота, не начал смеяться и не стал отталкивать меня. Может, он чувствует то же самое, что и я? Так хочется в это верить. Но то, что он ответил на поцелуй, еще ни о чем не говорит. Мы не говорили по этому поводу, так что у меня есть основания волноваться. Или нет? Что если он просто растерялся или побоялся обидеть меня? Да что угодно! Но мне не хочется думать об этом, так что нужно просто прекратить. Это ведь не так сложно? Просто найти какое-нибудь занятие, чтобы отвлечься, занять мысли чем-то другим. Легче всего было лечь спать, так что так я и поступил. Тем более глаза уже слипались, так что заснул я довольно быстро, не успев замучить себя своими же бессмысленными догадками.

***

Проснувшись от яркого солнечного света, который так упорно пытался прогнать мой сон, я перевернулся на другой бок. Первая мысль: сегодня выходной — это радует. Я все еще лежал с закрытыми глазами, но уже почти проснулся. Так странно, что даже после сна я чувствую легкую усталость. Заставив себя подняться с теплой и помятой постели, я направился в ванную комнату. Только что я думал о том, что моя зубная щетка зеленого цвета, при этом накладывая на нее зубную пасту, но уже в следующее мгновение я вспомнил, что вчера мы с Оливером целовались. Я не улыбнулся, не расстроился, я просто вспомнил об этом, будто вспомнил как в десятилетнем возрасте я ехал в машине — словно это не важное воспоминание или что это не произошло вчера. Я повернул голову в сторону зеркала и смотрел на себя с отсутствующим выражением лица. Я просто стоял и пялился на себя. Нет прежней ненависти, когда я смотрю на отражение, мне не хочется разбить зеркало или убежать, но и положительных эмоций я сейчас не испытывал, когда смотрел на изогнутые темные брови, плавно скользящие над карими большими глазами, очерченные скулы, неприметные губы. Странно, но я смотрю на себя не как «вау, это же я», я смотрю совершенно объективно. Будто просто на какую-то оболочку. Хотя так и есть. Это просто оболочка. Данная мне внешность — не я. Я приютился внутри этой оболочки. Внешность правда не так уж и важна, разве что только для того, чтобы нравиться кому-то с ее помощью. Но когда ты влюбляешься в человека, который внешне выглядит обычно, позже он начинает казаться тебе самым красивым на свете. И совершенно не важно, какие у него плохие привычки, не важно, если у вас расходятся мнения насчет чего-то. Ты просто продолжаешь любить, несмотря ни на что, сам не понимая почему. Это просто происходит. Если ты действительно влюблен, ты сможешь простить все, и смириться со всем. Скорее всего. Только если тот человек не окажется полной скотиной, но если так, то тогда сложно понять, как вообще можно было влюбиться. Хотя, всякое бывает. В моей голове полная каша, надумал уже столько всего, столько бредовых мыслей. Наконец, почистив зубы, я вернулся в комнату и включил музыку, чтобы выветрить полную хрень из своей черепной коробки.

***

Я даже не заметил как пролетело время, ведь на часах уже было 17:23. И, кстати говоря, я только что получил сообщение от Оливера о просьбе встретиться. Теперь я улыбнулся, потому что мне тоже хотелось увидеть его, как и он меня хочет увидеть. Черт, ну конечно, зачем же ему еще писать! Я надел джинсы и красную толстовку, после чего начал искать свои наушники. Идти до места встречи минут 10, так что нужно будет себя чем-то занять. Я так и не нашел затерявшиеся наушники, чтоб их. Но идти по бесшумным улицам было приятно. Я слышал только шарканье своих кед об асфальт. Солнце зашло за тучи, но не думаю, что будет дождь. На улице была моя любимая погода и я почувствовал себя так хорошо, облегченно — то, что мне нужно. А совсем скоро я увижу человека, который мне так небезразличен теперь. Я уже видел лавочку, на которой буду ждать Оливера. Подойдя ближе, я сел на нее и смотрел по сторонам: лучи солнца, пытающиеся пробиться сквозь плотные тучи, рыскают по крышам скучных домов; кто-то забыл зонт, оставив его одиноко стоять возле входа в кафе; шевроле семьдесят восьмого года выпуска стоял около обшарпанного дома. Спустя минут 8-10 я вижу спешащего ко мне Оливера, он выглядит взволнованным, но когда мы встретились взглядами, он улыбнулся, хотя ему было заметно трудно это делать. Я начал беспокоиться. — Привет! — он плюхнулся на пустое место на лавочке и мельком взглянул на меня, а затем отвел взгляд, доставая сигарету. — Привет, — пробормотал я. — Выглядишь так, будто переживаешь о чем-то. — Я хотел сказать тебе кое-что, — на одном дыхании выдал Сайкс, подкуривая сигарету и откидываясь на деревянную спинку лавочки. — Продолжай, — мой голос звучал уверенно, но сердце билось все быстрее и быстрее. Какое-то время он просто смотрел на тлеющую сигарету, крутил ее в пальцах, смотрел на асфальт, втягивая дым, смотрел по сторонам, но только не на меня. Я ждал уже несколько минут, но затем он все-таки посмотрел мне прямо в глаза, когда докурил сигарету. Я уверен, что он пытался успокоиться таким способом. Но он все равно волновался. Боже, лучше бы он сказал сразу, зачем так тянуть? — Фрэнк, я думаю, что… зря мы так поступили, — он поджал губы и опустил взгляд. — Ты про… О, что ж… этого стоило ожидать, — я скопировал его жест — поджал губы. — Прости. Я сам не заметил, как на мои глаза навернулись слезы, но я смог не допустить скатиться им по щекам. Я опустил голову и глубоко, но тихо, вдохнул воздух, чтобы держать себя в руках. Черт, какой же я идиот! Ну конечно! И зачем я только… поверил. — Мне пора, — сдавленным голосом выдавил из себя я и поднялся с лавочки. Он ничего не сказал, но я чувствовал на себе его взгляд, когда развернулся и пошел в сторону дома. Да, ему жаль, я знаю, я верю, что ему жаль, но тогда… Тогда зачем он ответил мне? Он мог бы отстраниться в тот момент, дав понять, что не хочет этого. Я бы понял. Но теперь… Он дал надежду и тут же забрал ее, не дав толком насладиться. Я знаю, что, возможно, выгляжу как последний сопляк, но я уже не смог сдержать слез, да я и не пытался их останавливать. Запихнув руки в карманы куртки, я слегка сгорбился и, блять, плакал. Чувство обиды скребло мне горло и ребра, из-за такого количества слез я просто закашлялся. Меня снова отвергли. Я переживу это, но я думал, что теперь все будет легче, светлее и лучше. Но я снова остался один. Дойдя до дома, я уже практически успокоился, только слабый ветер обдувал дорожки слез и мне казалось, что моя кожа на лице сжалась. Щемящее чувство внутри не покидало меня, мне даже в какой-то момент показалось, что сердце кольнуло. Я поднялся в свою комнату и свалился на кровать, обняв подушку. Черт, его запах остался на моей постели. Скоро он выветрится, да и вообще мама заберет постельное белье в стирку, а я так надеялся, что теперь всегда буду ощущать присутствие Оливера рядом. Я смотрел на подушку и думал, что я снова один. Нельзя быть таким вечным нытиком, но подушка впитала слезу.