Дихотомия

Проснулась Софья уже в Нивенмаре. Более того, не в казарме, а в кабинете Райны. Подняв голову, девушка увидела, что командующая сидит за своим столом и внимательно смотрит на нее. Заметив, что юная воительница пришла в себя, Райна улыбнулась. - Поздравляю, Лас’Шива, - сказала командир девятого дивизиона, - Тебе удалось. - Да, мэм, - ответила Софья, принимая вертикальное положение и потирая виски. Боли не было, но голова слегка гудела. Заметив это, Райна улыбнулась шире. - Я вижу, магия признала тебя своей хозяйкой и теперь обустраивается в твоих теле и душе, - произнесла она, - Неприятные ощущения быстро пройдут. Главное, что ты сумела получить силу Храма Земли, и более того, не дала Равену завладеть ею. Как тебе это удалось? Софья поведала собеседнице о произошедшем в зале Румбоса. Под конец рассказала Райна выглядела слегка удивленной. - Дафна? Ты уверена? - Да. В чем дело? - Видишь ли, природа каждого Храма уникальна. И по традиции Храм Огня охраняет страж из армии Селены или Фобоса соответственно, у Храма Воды хранителя нет, или, вернее, его дух находится в стенах самого строения, Храм Воздуха стерегут существа, подвластные Свету или Тьме, а Храмом Земли владеют союзные Повелителям феоны. Дафна – одна из них. Так же как, судя по всему, «тень», о которой ты упоминала. - Я всегда считала, что феоны враждебны Свету, Тьме и людям. - Нет. Точнее говоря, не совсем. Феоны, являясь духами первозданного Хаоса, из которого возникли противоположности, следят за равновесием мира. Они редко вмешиваются в дела Добра и Зла, а еще реже – человечества. Они наблюдают за всеми измерениями, но ничего не делают. Однако они столь могущественны, что даже их мысли оказывают влияние на суть вещей. Присутствие феонов рождает все человеческие эмоции. Их чистыми воплощениями являются ангелы и демоны. Это условное название, но им как правило пользуются все. - Сколько всего феонов? - Этого никто не знает. Точное количество определить невозможно, даже их иерархия до сих пор не совсем ясна. Мы знаем, что есть семь богов Хаоса, которые существовали еще до начала мира, в принципе, они и создали его. Крайние точки этой семерки занимают боги, которые ближе всего к Свету и Тьме, остальные пять – между ними. Тот, что правее всех в спектре, зовется Эйнаром. Он породил Истинный Свет, его стихия – созидание. Следующим идет Иллидан, бог превращений, он преображает то, что создал Эйнар. Природа и все, что с ней связано – его детища, по силе он примерно равен Эйнару. За ним – Руан, он контролирует светлые стороны человеческой души. В центре находится Грайан, бог равновесия, самый непонятный из всех, еще ни разу не проявил себя, и мы знаем только то, что он есть. А дальше начинается темная часть спектра, первым стоит Валтор. Его вотчина – все негативные аспекты сознания и души человека. После него – Славрен, он служит верховному феону Тьмы, он страж-убийца. И последним, самым могущественным, самым злобным и опасным является Юнитор, властитель над разрушением, аннигилятор. Его конечная цель – уничтожение всего, что создали Эйнар и Иллидан. В отличие от своей светлой противоположности, которая ограничивается только своей стихией, Юнитор способен использовать все, что умеют подконтрольные ему феоны. А их великое множество. Именно поэтому Свет и Тьма не стремятся полностью истребить друг друга. Стоящий над ними Юнитор, если падет одна сторона, расправится и со второй. И наступит конец. Конец всего. Но он обычно не действует сам, а следит из мрака за тем, что делают его слуги. Лишь однажды Юнитор проявил себя физически, нашептав Раудору о лживости и коварстве Света, и дав ему знания о бессмертии. Самое интересное, что Раудор до последнего момента не понимал, что служит Юнитору, и очнулся лишь тогда, когда его и Робара затягивала магическая воронка, открывшая портал в Междумирье, где они пребывают до сих пор. После падения Раудора Юнитор исчез, и лишь теперь я вновь чувствую его. Именно он пытался овладеть Равеном, еще когда тот был Феликсом, в Убежище. У него не получилось, и он отступил. А после Равен оказался на службе Властелина, потерянный для феона. Тьма Фобоса и Тьма Юнитора – вещи разные, и служить им обеим невозможно. - Откуда ты знаешь все это? - От Селены. Она, являясь проводником Света в этом мире, владеет памятью своих предков, тех, кто нес божественную власть до нее. По своей сути она – потомок феонов, идея Добра в человеческом обличье. Так же, как я – идея Правосудия, а лорд Нергал – Беспощадности. - Что-что? - Разве ты не знаешь? Все генералы Селены и Фобоса – это идеи высших категорий, которые были заключены в тела тех, кто оказался наиболее им предан. Девушка, которой была я до встречи со Светом, превыше всего ценила справедливость. Так же как ее родители, родители ее родителей и вообще весь род, восходящий корнями к стражу, в которого попал один из осколков души Робара. Роды этих девяти воинов существуют до сих пор, и их представители несут в себе высшие категории. То же самое с генералами теней. - Я не понимаю. - Все очень просто. У Темного Властелина огромная армия, и сам он ей управлять не может. Это делают за него генералы теней. Девять лордов-личей, подобных первому личу, Раудору. Они – бессмертные демонические сущности, по наследству переходящие человеческим потомкам родов, которых отличают нужные качества, и которые берут начало в девяти стражах Тьмы из гвардии Короля-лича. Исключение – Нергал, он был воином Света, как в свое время Раудор, но здесь осколок проявил себя лишь во взрослом состоянии, и он получил идею Беспощадности. Другие восемь – воплощения отрицательных сторон души и легаты черных легионов. Андорал, Властитель, он олицетворяет идею полного подчинения, рабства. Ловиатар, Мучитель, он воплощает боль и страдания всех типов. Разикаль, Лжец, повелитель обмана и интриг. Салар, Безумец, его стихия – гнев, ярость, неконтролируемые порывы. Талена, Чума, она повелевает болезнями, разложением и распадом. Йевена, Соблазнительница, контролирует все желания, алчность и страсть. Тавира, Ренегат, все предательства в мире – ее рук дело. И Шаунара, Гордыня, она делает людей высокомерными, надменными, и открывает дорогу всем остальным. Все они – дети феонов, личи, сочетание человека и беса, жизнь и смерть в одном теле. У нас то же самое, только в противоположность им. К примеру, Тавира – отражение нашей Ариэль, Верности. А Орик – брат-близнец Разикаля, и его душа – самая честная и открытая во всем Свете. Но их больше нет. Ни у него, ни у нее нет потомков, и их род прервался. Осколки будут искать других достойных, но на это уйдет много времени, очень много… - А… я? И Равен? - С вами история особенная. Вы не генералы, но несете в себе осколки, превосходящие мощью все остальные. Я склонна думать, что в этом мире и этой эпохе вы – Избранные Тьмы и Света, те, кому суждено стать преемниками Повелителей. Вот теперь Софья действительно потеряла дар речи. То, что сказала Райна, не могло быть правдой. Или… могло? - Да, это правда, - подтвердила командующая, глядя на девушку, - Теперь, после того как ты не только получила не только силу Румбоса, но и поддержку Дафны, я не могу сомневаться в этом. Она никогда не стала бы помогать тебе, не будь ты Избранной. Так же как и эта тень, которая, видимо, тоже какой-то сильный, и, без сомнения, светлый феон. Неожиданно Софья поняла, что еще хочет узнать. - Эти Храмы… - Да-да? - Мы все время говорим о тех, что принадлежат Селене. А как же четыре темных? - О них мы ничего не знаем. Ни местонахождения, ни названий, ни хранителей. Можем лишь предполагать. Я думаю, они действуют по тем же законам, а исходя из этого, Храм Огня охраняет какой-нибудь могущественный темный паладин, в стенах Воды живет дух морского чудовища, Землей владеет феон Тьмы, а цитадель Воздуха под присмотром Кавалера Грома. - Кого-кого? - Кавалерия Грома – это порожденная стихией сила, подчиняющаяся Фобосу. Армии Добра и Зла состоят не только из людей, хоть их и большинство. Существа, созданные феонами, тоже имеют своих хозяев. Нам служат элементали, наги, беоры и грифоны – Огонь, Вода, Земля, Воздух. А Властелину – юнтагиферы, венды, тролли и Кавалерия Грома. О них всех ты узнаешь немного позже. Сейчас же я рассказываю то, что тебе пригодится в стенах Валаса. После нашей беседы ты отправишься туда. - Юнтагиферы? Беоры? - Первые – четырехрукие великаны с угольно-черной кожей, человечьими телами и бычьими головами, немного напоминают минотавров из мифологии древних греков. Их трудно убить, но стократ труднее – уничтожить, ведь как и у вендов, у них сильно развита регенерация тканей и органов. А беоры – народ оборотней-медведей, среди них множество видов и подвидов. Они также слегка напоминают вендов, но никакой связи между ними нет. И наконец, Кавалерия Грома – это призрачные всадники Смерти, хозяева небес, ведущие вечную ментальную, да и не только ментальную, войну с грифонами – гибридами льва и орла. - У меня уже голова гудит от всего этого, - жалобно сказала Софья. - Терпи, терпи, - усмехнулась Райна, - Эти знания тебе понадобятся. Дафна признала тебя, но страж Валаса просто так не пропустит. И бой с ним, вероятно, будет нелегким. - Что? Мне придется драться с ним? - Да. Его зовут Рив, он грифон. Эта раса обладает величайшим в мире ментальным могуществом, вся их жизнь – это состязание воли, твердости духа, решимости и веры. Только доказав, что обладаешь этими качествами, ты можешь надеяться на его благосклонность. Меня утешает одно – Равена он не пропустит в любом случае, и он, знаешь ли, не Дафна. У нее есть своя магия, но Рив – истинный воин. С ним не справится даже лич. - А что потом? Я имею в виду, что будет после того, как я получу силу Воздуха? Если получу… - Ты не должна сомневаться в этом. А что касается наших планов, то мы пойдем по пути Равена. Нам придется найти и сокрушить четыре темных храма, чтобы вернуть равновесие. Сейчас, когда мы потеряли троих генералов, а сила двух алтарей в руках Равена, необходимо восстановить баланс сил. - Троих? Ариэль, Орика, а еще кого? - Моргана. Ну конечно. Как она могла забыть. Ужас какой… Он же тоже не вернулся из Моргула. И вдруг у Софьи возник вопрос. - А какую часть души представлял генерал Морган? - Он – отражение Андорала, его осколок несет Свободу. Он был одним из самых близких мне. Мы с ним в одно время пришли к Селене. В одно время. Зато какими разными путями… Софья взглянула в глаза Райны. Та, казалось, не видела ничего перед собой – ее взгляд был устремлен вдаль. В прошлое. - Я не должна была оказаться здесь, - проговорила командир девятого дивизиона, - Но волей судьбы все же оказалась. Маленькая девочка, испуганная, слабая, наивная, верящая в то, что добро всегда побеждает зло… Софья промолчала. Она поняла, что сейчас прерывать Райну не следует. Командующая говорила, потому что ей нужно было сказать. Как знать, быть может, она никогда никому не рассказывала этого. - Я была самой счастливой девочкой на свете. Мне были ведомы и грусть, и заботы, и волнения, но я никогда не отчаивалась. Я шла тем путем, что указывали мне родители. Они учили меня, что нужно быть справедливой, верной друзьям, и следовать путем чести даже с врагами. Я хорошо усваивала все уроки. Но за самый полезный урок заплатила болью и кровью. Тот вечер был таким же, как и все остальные. Мы собрались в театр на представление, которое я ждала больше полугода, и вот наконец артисты, которых я обожала, прибыли в наш маленький провинциальный городок. Когда мы вышли на улицу, меня удивило, что вокруг не было ни единой живой души, даже птицы и насекомые, казалось, куда-то пропали. Мои родители шли, держась за руки, а я следовала за ними, разглядывая все вокруг и размышляя, что происходит. Мои мысли оборвал звук выстрела. Он повторился дважды, и мои родители, только что шедшие с улыбками на лицах, с теми же улыбками теперь лежали на мостовой. Уличные грабители. Местная шпана, переборщившая с алкоголем и раздобывшая где-то старый пистолет. Мы оказались на их пути случайно. Напуганные собственным поступком, преступники сразу скрылись, не осмелившись на грабеж. Что бы сделала ты? Наверное, осталась бы рядом с телами родителей, горько плача и пребывая в шоке? Так мне и следовало поступить. Но я не сделала этого. Я пошла за ними. Среди этих малолетних уголовников был один, с которым я училась в школе. Он всегда был замкнутым, угрюмым, ни с кем не общался. Я знала, где он живет, и направилась туда. Почему-то я была уверена, что найду его там. И я не ошиблась. Недалеко от его дома я нашла его. А вместе с ним – его вооруженных приятелей, которые, увидев заплаканную девочку, решили, что на сегодня приключений маловато. Я была одна, а их пятеро. И среди них я заметила лицо этого мальчика. Он был единственным трезвым среди них, и единственный не разделял общего настроения. Времени на приветствия не оставалось – мной овладел гнев. Я бросилась в драку. Это было глупо. Почти сразу меня повалили на землю, я почувствовала удары кулаков. А затем… Затем они начали раздевать меня. Оцепенев от ужаса, я не могла даже пошевелиться и только ждала своей участи. Однако дождаться мне не пришлось. Потому что за меня вступился тот, по чьему следу я шла. Мой одноклассник вырвал пистолет из рук предводителя этой банды. Несмотря на свою худобу, парень был сильным и ловким, и я поняла, что он не хотел всего этого. Не хотел он и стрелять, это получилось само собой. Я увидела только, как тот высокий бугай, что убил маму и папу, рухнул на землю с двумя ранами в груди, а остальные разбежались. Он выжил, кстати. Мой спаситель подошел ко мне, держа в руке оружие, и помог подняться. А дальше… Я не помню, что было дальше. Нас накрыл белый свет, и я очнулась уже здесь. Вместе с ним. А вскоре мы познакомились с Селеной, перенесшей нас в Нивенмар. Так начались пути Райны и Моргана, Правосудия и Свободы, двух генералов Света. А теперь он мертв. Девушка замолчала. Похоже, только сейчас она вспомнила, что не одна. И, посмотрев на Софью, горько улыбнулась: - Ты напоминаешь мне меня. Надеюсь, что ты станешь лучше, намного лучше меня. Тебе пора, Лас’Шива. Рив ждет. Да пребудет с тобой Свет. - Но… - Мы поговорим, когда ты вернешься. Сейчас времени уже не осталось. Последним, что видела Софья, окутанная сиянием портала, было бледное, величественное и грустное лицо Райны.