Дихотомия

Кажется, что с концом битвы закончилась и война – такое безмолвие воцарилось повсюду. Лишь на самой границе слуха отзывался гул улетающих бомбардировщиков. Они выполнили свою задачу. Так же, как и генералы теней, как Равен и Морган. Потому что то, за чем пришли, они получили. Цепи на столбе разомкнулись, и Дафна тихо опустилась на землю. Сильных физических повреждений, несмотря на ярость пламени, на ней заметно не было, но Софья посмотрела на нее и почувствовала, что не может не отвести взгляд. Потому что внутри у лесной хозяйки бурлила Тьма – та самая абсолютная, непроглядная Тьма, которую воплощал собой лич, перенаправивший ее магию в тех, кто был на одной стороне с ней. Теперь их тела вперемешку с остальными неподвижно лежали на поляне. Какая страшная потеря для Света – целый батальон паладинов полег здесь, а Зло не только не понесло урона, а даже увеличило свое могущество за счет новых союзников. Девушка не знала, сколько их было, и не хотела знать. Перед ее глазами стояло лицо Ростика, удивленное и растерянное. И на нем была печать чего-то ужасного, столь же неотвратимого, как смерть. Софья бессильно опустилась на колени в нескольких шагах от лежавшей у колонны Дафны. Мимо нее неслышно скользнула тень неожиданного защитника. Девушка понимала, что только его появление спасло отряд от полного разгрома. Приблизившись к Дафне, тень остановилась. А затем сгустилась и увеличилась в размерах, обретя очертания. Над бывшей хранительницей Румбоса стоял великан с огромными кожистыми крыльями и длинными кривыми рогами на голове. Его глаза закрывала черная повязка, тело до пояса было обнажено и покрыто татуировками, а вместо ступней были видны копыта. Создание более всего походило на демона, какими их представляла Софья, но таковым являться не могло. Неожиданно раздались свист и хлопанье крыльев, и на поляну приземлились трое грифонов. Один из них был тяжело ранен, его поддерживал другой. Третьим был Рив. Поймав вопросительный взгляд Софьи, он сказал: - Это все, кто остался в живых. Значит, и здесь поражение. Почти два десятка грифонов внесли свой вклад в эту безнадежную, бессмысленную победу. И это только начало. - Да, - произнес неведомый союзник, все так же смотря на Дафну, - Все эти жертвы не сравнятся с теми, что нам еще предстоит принести. И сейчас мой черед. В руке незнакомца возникло диковинное оружие. Это были два изогнутых клинка, соединенных вместе концами рукоятей, так что получалась острая стальная дуга из двойных мечей. Великан коротко замахнулся, и прежде чем кто-то успел сказать хоть слово, насквозь пронзил тело лесной хозяйки в том месте, где находилось сердце. Та коротко всхлипнула и затихла. А затем замерцала бледным зеленоватым сиянием и беззвучно растаяла. - Что вы наделали? – хотела крикнуть Софья, но получился шепот. - Я проявил милосердие, - ответил воин, заставив оружие исчезнуть, - Моя дочь не заслуживает участи быть превращенной в изуродованное подобие самой себя, что неизбежно случилось бы, сохрани я ей жизнь. - Никогда не сворачивай со своего пути… - тихо проговорил Рив. - Да. Рогатое создание поднялось на ноги и оглядело всех присутствующих – Софью, Райну, которая все еще стояла с мечом наизготовку, троих грифонов и полудюжину оставшихся паладинов, с разных концов поляны подошедших к совей командующей. И сказало рокочущим басом: - Что ж, вот мы и встретились, последователи Эйнара. Я Иллидан, второй из феонов Света, Повелитель Превращений. - Я знаю, кто вы, - вырвалось у нашей героини, - Это вы просили нагов передать, что сердце мрака не в Фобосе. Что оно в ком-то… Другом. - Верно. Ты Лас’Шива? В тебе часть души лорда Робара, величайшего из архангелов, отца того, чья душа сейчас в Темном? - Да. - В таком случае мне нужно о многом тебе рассказать. Иллидан снова осмотрелся и добавил: - И остальным, кто здесь, тоже. Теперь уже не важно, как много людей узнает о тайнах феонов. Если бы я раньше… Впрочем, не важно. Великан опустился на колени, а затем сел, скрестив ноги по-турецки. Софья тоже опустилась на траву, а Райна сказала: - Рыцари, помогите Риву вылечить его собрата. Соедините силы своей магии и науки и спасите его. Действуйте, - и последовала примеру Софьи. Паладины молча отошли исполнять приказ. - Итак, все по порядку, - задумчиво произнес феон, - Прежде всего, начнем с того, что здесь случилось. Вам, стражам Света, видны лишь части общей картины, тогда как я способен прозреть истину. Но наш народ как правило не вмешивается в дела смертных, и то, что произошло сегодня – исключение. Мой брат Юнитор, высший темный феон, находящийся в теле одного из ваших бывших генералов, попытался открыть Дальние Врата. Они ведут в пространство между мирами, где властвует безбрежное Ничто. Там уже многие века заточены падший архангел Раудор и все его последователи – личи, от самых первых из его гвардии до самых последних – тех людей, кто не побоялся окунуться в тайны некроса, могущества Смерти. В момент падения Раудора Робар не только изгнал его из нашего мира, но и наложил особую печать на портал, и теперь любой, кто станет личем, немедленно отправится туда навечно. Кроме девяти генералов Фобоса, которых защищает от этого договор с силами Тьмы. К сожалению, в отличие от своего сына, которого лишь изгнали, Робар заплатил за печать своей сутью и был полностью уничтожен. Осколки его души попали к десяти лучшим стражам того времени. Душа Раудора раскололась тоже, но его сущность уцелела. Причина этому – то, что он за короткий срок сумел приобрести знания о некросе и победить его, став живым мертвецом – Королем-личем. Конечно, такое название он получил уже позже, после того как число его последователей стало расти. Мой брат хочет завладеть сущностью Раудора, объединить ее со своей, подавить и использовать, чтобы встать над легионом личей и ими, как инструментом, уничтожить мир. И сегодня он сделал первую, пробную попытку. Он не собирался сейчас призывать дух Раудора, он лишь исследовал механизм Дальних Врат. Чтобы открыть их, нужен источник огромной силы, тот, которого моя дочь дать не могла. Поэтому Юнитор на время отступил. - Но зачем вы… вы… - начала Софья. - Зачем убил Дафну? Потому что иного выхода нет. Каждый лич, приходя в мир смертных, обязан получить защиту от него. Там, где нет ничего, кроме холода и мрака, он способен существовать бесконечно долго, но здесь, где токи жизни в тысячи раз сильнее, живой мертвец будет уничтожен мгновенно. Сама суть этого мира, созданного Истинным Светом, противоположна тому, что олицетворяет собой лич. И когда он появляется в мире, он должен сразу же найти того, кто защитит его. Юнитор использовал Дафну для нескольких целей – и как ключ к Междумирью, и как способ защитить личей, которые успеют пройти через Врата, и просто как аккумулятор магии, которым он подпитал собственные резервы. Оставь я Дафне жизнь, ее душа, запятнанная касаниями личей, зачерненная содержащейся в них скверне, была бы обречена на вечные муки, в конце концов она сошла бы с ума и обратилась бы против нас. А умерев от моего меча, ее дух уйдет в мир феонов, и там возродится. Это произойдет лишь через многие, многие века и даже тысячелетия. Но уничтожить феона полностью невозможно. И в этом наша с вами проблема. Иллидан помолчал. Софья, Райна и Рив молчали тоже. Они ждали, что будет дальше. И феон, сосредоточенно нахмурившись, продолжил: - Уничтожить Юнитора нельзя. В день битвы Робара и Раудора он покинул этот мир, потому что понял, что проиграл. Робар знал, кто стоит над его сыном, но не смог нанести Юнитору достаточно сильного урона, потому что его обманутый сын готов был защищать своего покровителя до последнего вздоха. Мой брат, сквозь измерения разглядев тщеславие и гордыню Раудора, явился к нему и своими интригами свел с ума. Он убедил архангела, что Свет лишь мешает ему, что строит козни за его спиной, и что никогда не позволит изучать некрос, чтобы найти способ преодолеть смерть. Раудор поверил ему, но, когда портал в Междумирье уже закрывался за ним, утаскиваемым в Ничто силой мрака, понял, что его обманули. Он поклялся отомстить хитрому феону, разрушившему его жизнь. И Юнитор понял, что прямого воздействия на разум объекта недостаточно. Нужен другой путь, более изящный по содержанию. И теперь, спустя века, он нашел способ повторить попытку. Только уже более качественно. - Феликс… - шепотом произнесла Райна, глаза которой округлились от понимания и потрясения. - Да. Феликс, владелец осколка с памятью Раудора, был идеальной целью. Более того – единственно возможной. И Юнитор знал, что не может позволить себе повторить ошибки прошлого. Наблюдая из тени за Феликсом, он увидел, что тот успешен во всем. Он добивался всего, что ему было нужно, никогда не отчаивался, шел своим путем, и у него было все, что он хотел. Кроме одного. Любви. И это был шанс для Юнитора. Мой брат знал природу любви, пусть и только в теории. Она рождена Истинным Светом, как одна из первозданных элементов мира. И перешла по наследству к Свету обычному, который время от времени менял свою креатуру. И когда его вместилищем стала Селена, Юнитор увидел открывшиеся возможности. Потому что, несмотря на все свои достоинства, Селена обладала одним значительным недостатком. Упрямством. Если она считала какое-то мнение верным, убедить ее в обратном было невозможно. И тогда Юнитор, хитрее которого нет никого на свете, начал воздействовать на ее сущность. Незаметно, медленно, не спеша, так, что она не замечала перемен. Они были подобны движению древнего ледника – по миллиметру в год. Но неотвратимы. Гордыня Селены никогда не позволила бы ей заметить, что с ней происходит неладное. Она была идеальной Повелительницей во всем, кроме этого. Небольшой изъян, сделавший осуществимым план Юнитора. Разумеется, Селена стала Повелителем намного раньше, чем родился Феликс, но уже тогда мой брат предвидел исход. Все феоны в некотором роде ясновидящие, поэтому я и знаю о его планах. И когда пришел час, все было готово. За неделю до вторжения Фобоса Феликсу стали сниться сны, в которых Селена звала его на службу. Но Свету ли? Нет. Потому что Юнитор в глубинах ее разума сумел обмануть всех. И причина этих событий – не война Добра и Зла. Она, напротив, следствие. Через Селену мой брат вышел на Юнону, за которой не мог не наблюдать Свет. И его Повелительница, ведомая феоном, уверенная в своей правоте, воздействовала на душу молодой девушки, чтобы изменить в ней некоторые струны и таким образом лишить уязвимости свой прототип идеального паладина. Итог известен – Феликс в очередной раз потерял любовь, теперь уже по вине Света. Но он еще не знал об этом. Бой при Храме, плен Лас’Шивы, знакомство с Нергалом и атака Моргула – все было подстроено Юнитором, чтобы подготовить почву. И в момент, когда «Таргон», исполняя цель, для которой был подчинен Феликсу, открыл ему правду, тот ни на секунду не усомнился, что его предали. Потому что доказательства были налицо. А сам Юнитор, получив тело Моргана по сделке с Феликсом, начал играть другую роль, теперь уже для Фобоса. Темный Властелин прибыл не захватывать мир. А остановить Первомрак, помешать призвать Раудора. Он не знает, кто и когда хочет это сделать, но изменения в ментальной матрице мира видит. Он узнал, что Селена опутана сетями чужого разума, и явился с армией на помощь. Но не заметил, как и сам попал в эти сети. Юнитор в теле Моргана притворился офицером Фобоса, чтобы отвести подозрения от темных феонов – мол, они будут служить Властелину. А сам за его спиной показал Феликсу, ставшему Равеном, где находятся Храмы – и светлые, и темные. Равен получил силу Огня и Воды у Света, но это не все. Пока Лас’Шива боролась за право владеть Воздухом, он прошел по всем темным Храмам и забрал себе силы черных алтарей. Теперь ему подвластны шесть – два светлых и четыре темных. Именно его могущество будет использовать Юнитор, чтобы открыть Дальние Врата. А то, что Равен владеет памятью Раудора, позволит моему брату подчинить себе Короля-лича. После этого Равен будет больше не нужен, и Юнитор его уничтожит, как угрозу своей власти. Пока же ничто не заставит Равена, которого мы зовем Темным, сомневаться в своей верности Юнитору – ведь тот единственный был с ним честен, как он думает. А противостоять ему некому – Свет ослаблен, понеся большие потери и потеряв два алтаря, Фобос не может больше контролировать свою армию, он тоже лишился Храмов. Его генералы, являясь личами, с готовностью сменят хозяина и присягнут Равену, потому что они в некотором роде его братья и сестры. Равен – идеальный паладин, но, к сожалению, темный. Он – точка опоры Юнитора, его самый блестящий полководец, лучший инструмент исполнения его воли. А за его спиной стоят темные легионы Властелина, все подвластные Юнитору феоны, существа, созданные Тьмой – толпы вендов, троллей, юнтагиферов, Кавалерия Грома, управляемые «Таргоном» шайтиры, рахсы, и неизвестно сколько иных, больших и малых, прислужников. Теперь к ним присоединился и отряд личей, небольшой, но смертоносный. И вся эта армия подчиняется одному лишь Равену, который, как и его предок Раудор, готов отдать жизнь за своего господина. План Юнитора почти осуществлен. Вот поэтому я и явился к вам. Отныне вместе с силами Света против Зла будут сражаться феоны Эйнара, во имя жизни и ради моей несчастной дочери, жертвы пустого любопытства моего безжалостного брата. Именем Истинного Света я клянусь помочь вам в вашей борьбе. Время пришло. И снова… тишина. Или нет? - Почему ты не пришел раньше? – громко и отчетливо спросила Райна, поднимаясь на ноги, - Мы нуждались в тебе не меньше, чем сейчас. А теперь ты явился и говоришь, что мы не справимся без тебя? С какой стати нам тебе верить? - Потому что я единственный, кого Юнитор не смог обмануть, - негромко ответил Иллидан, - Ведь даже ты, Райна Ковен, не увидела в своей госпоже Зло. Не увидела потому, что не хотела видеть. Тебе, обиженной многими и ищущей поддержку в единицах, не было дано прозреть суть. Ты уцепилась за Селену, словно утопающий, и, даже обладая даром ясновидения, не сумела понять, что ошиблась. Это значило бы, что все, к чему ты стремилась – пустое. А этого ты признать не могла… Райна замолчала. А затем снова села на траву, опустив взгляд. Она знала, что феон прав. Но тут у Софьи возник вопрос: - А как же Фобос? Что он думает обо всем этом? - Ничего. Потому что его сознание полностью сковано магией Юнитора, и он вынужден подчиняться мыслям моего брата, какими бы безумными они ни были. - Я не понимаю. - Состояние Властелина Тьмы сейчас напоминает куклу-марионетку. Когда его армада прибыла сюда, и Феликс оказался в Моргуле, Юнитор одним мощнейшим ударом сломил дух Фобоса. Это стоило ему значительных сил, но он сумел. С Селеной он действовал осторожно, а здесь это было ни к чему. И сейчас даже Равен не знает, что на самом деле он и Властелин никогда не были по-настоящему знакомы. Хотя дух Юнитора находится в теле генерала Моргана, его магия сковывает разум Фобоса, который делает и говорит все, что ему велит феон. Он беспомощен. И теперь Равен думает, что Темный Властелин приказал ему уничтожить алтари. Это заставляет Равена считать, что Фобос думает только о себе и своей власти, а мой брат, показавший ему, как подчинять энергию Храмов, действует ради высшего блага. Таким образом Юнитор еще делает служение Темного еще более прочным, централизованным. Селена – обманщица, а Фобос – интриган. И только великий феон открыл глаза на правду. Как же тут сомневаться? - Это просто невероятно… - выдохнула Софья, не найдя, что еще сказать в ответ на подобные откровения. - Да, мой брат умеет плести свою паутину. Но и он не способен предусмотреть все. Подняв руку на Дафну, он заставил меня и тех, кто служит мне, встать на сторону Света. Это несколько уравнивает шансы. Но недостаточно. Поэтому у меня есть план. Мы должны освободить Фобоса. - Что?! – хором сказали Софья, Райна и Рив. - Это необходимо сделать, - продолжал Иллидан, - Если мы не привлечем на свою сторону еще хоть какую-то силу, справиться с Юнитором не сможем. Мы обязаны помешать ему открыть Дальние Врата, и время работает против нас. Я чувствую, что ему чего-то не хватает, но чего именно – не знаю. Он расходует немало сил, закрывая от меня свой разум. Долго ему это делать не удастся, но пока я больше ничего не могу предложить, кроме как попросить о помощи Властелина. - А как же Селена? – спросила Софья. - Мы не можем доверять ей. Обо всем, чем мы с ней поделимся, тут же узнает мой брат. А чтобы заставить его отпустить ее, наших сил не хватит, потому что его контроль неявный, призрачный, и сама Селена окажет нам сопротивление, не подозревая о влиянии феона. - Но ведь Фобос тоже под контролем Юнитора, разве нет? - Властелин лишен самостоятельности и не способен бороться с магической тюрьмой, в которую заключен его разум, но он знает, что находится в плену. Если он сбросит оковы, то станет независим. И этим займусь я. У вас же будет другая задача. - Поясни? - Равен у ворот Убежища, где находится центр Наблюдателей Кориса. Он привел туда личей. А за ними придет смерть. Две девушки и грифон переглянулись. А в следующее мгновение магия телепортации уже несла их к Убежищу.