Магия Нашего Мира

- Впервые вижу столь вместительный амобилер, - сэр Лонли-Локли заинтересованно рассматривал междугородный автобус, который фырчал на остановке, разогревая мотор – минус десять как-никак! Мой друг, одетый в тёплые джинсы, белый пуховик и меховую ушанку, стоически переносил непривычные погодные условия. Густые тёмные ресницы от тёплых облачков дыхания опушились инеем, однако он даже не пританцовывал на месте, стоя, как всегда, в исполненной достоинства позе - в то время как мы с детворой всё время топали, хлопали и переминались с ноги на ногу, чтобы не мёрзнуть. - Ты ещё поезд не видел, дружище! – отозвался я с гордостью за технику, хотя перед нами был всего-навсего старенький ПАЗик. – А в Городе знаешь сколько разных амобилеров? Есть с рожками – троллейбусы, есть такие, что бегают по рельсам – трамваи, имеются даже подземные и те, что ползают по склону горы, вверх-вниз! "Фуникулёры" называются. Похоже на канатную дорогу, только кабинка там размером с этот автобус. - И ты покажешь мне их все? – уточнил Шурф. - Не только покажу, ещё и покатаемся! На всех по очереди! – заверил я. - А что исполняет роль магических кристаллов? – поинтересовался мой дотошный друг. - В этом амобилере… то есть автобусе – двигатель внутреннего сгорания! А в других видах транспорта, - воодушевился я, - движущей силой может выступать электричество, газ и даже солнечный свет. Давай потом «Умник» тебе расскажет, - взмолился я, предчувствуя, что сейчас придётся читать лекцию на данную тему. – Вот, уже можно садиться в автобус! Мы удобно разместились в теплом салоне на пружинящих сидениях, двери закрылись, ПАЗик тронулся с места. Мы выбрали места в самом конце салона, и автобус, подпрыгивая на неровностях дороги, покачивал нас, как на качелях... Двойняшки прилипли к окну, дыша на него и протирая ладошками в рукавичках прозрачные «пятачки» среди морозных узоров, которыми покрылись стёкла автобуса. На утреннем солнце сверкали ледяные фонтаны; искрились тропические папоротники и перья невиданных птиц… Старательный ПАЗик привёз нас на автостанцию, и, выходя, я по привычке, появившейся при общении с «Умником» и «Франтом», подумал: «Спасибо, дружок, что довёз!». «Пожалуйста», - басом ответил автобус. Я обернулся: ничего себе! Или это кондуктор ответил пассажиру, помогая выгрузить из салона большую сумку? Да какая разница! Главное – впереди день, полный чудес. И мы направились для начала к троллейбусной остановке, чтобы, погрузившись в «амобилер с рожками», доехать до ледового стадиона. Наша компания расположилась на мягких сиденьях в середине салона. Шурф глазел по сторонам с не меньшим любопытством, чем двойняшки, и тут же, не дожидаясь общения с «Умником», пожелал узнать принцип работы троллейбуса. Выслушав мои пояснения, заключил: - Значит, вместо магического кристалла данный вид транспорта приводится в движение за счёт электричества, как твой домашний кинотеатр на улице Старых Монеток? Вероятно, это не очень удобно, когда амобилер привязан к определённому маршруту. Но для вашего Мира, если я правильно понимаю, безопаснее использовать данный тип энергии, чем тот, который применяется в автобусах и автомобилях? - Ты прав, - вздохнул я, и вкратце прочитал ещё один доклад - на тему экологии. - Следует ограничить использование некоторых видов техники, - авторитетно заявил Шурф. - Эти удобные, но небезопасные изобретения влияют на Вашу реальность примерно так же, как неконтролируемое использование Очевидной Магии – на Сердце нашего Мира. - Мы стараемся! – заверил я. – Вот, уже изобрели авто на солнечных батареях. И электромобили! А ещё можно ездить на конях, как раньше… Хоть и не так быстро, как на машине, зато приятно! Пока мы ехали и болтали, салон понемногу заполнялся пассажирами, и, когда подошло время выходить, сделать это оказалось не так-то просто. Наверное, за последнее время я совсем одичал, отвыкнув от оживлённой суеты больших городов. И, когда троллейбус открыл двери-гармошку на нужной нам остановке, я замешкался, пробираясь через салон, полный пассажиров… Шурф, как всегда, действовал чётко: дисциплинированно вышел из транспорта сам и помог выскочить детворе. А когда они обернулись, то увидели картину маслом: мою растерянную физиономию, виднеющуюся через двери отъезжающего троллейбуса. «Остановите!» - крикнул я водителю, но, так как стоял у задней двери, в водительской кабинке меня попросту не услышали. Я стал продираться сквозь толпу удивлённых пассажиров вперёд – да пусть там хоть Доперст сидит, мне нужно немедленно выйти! Нет бы мне, болвану, сообразить, что следует просто подождать следующей остановки, а потом вернуться обратно. Но временное помрачение ума можно списать на испуг – ещё бы, бросил без присмотра гостя из другого Мира и двоих малолетних ребят, дубина такая. Экскурсию им устроил, называется. Да они же тут ничего не знают. Ну то есть дети, может, и в курсе, как себя вести, когда потерялись… если читали вредные советы Остера. А вот Шурф - он ведь понятия не имеет о тех же правилах дорожного движения! А ну как пойдёт через дорогу на красный? Хотя нет, двойняшки его не пустят. А если они все трое заблудятся в Городе? Ох… Тут меня осенило: раз я не могу докричаться до водителя, то почему бы не позвать троллейбус? «Эй, дружище, притормози, пожалуйста!» – взмолился я. Внезапно троллейбус дёрнулся, и пассажиры едва не попадали. Передние двери, к которым я успел протолкаться, распахнулись – выходи, пожалуйста. Водитель, ругаясь и на ходу надевая резиновые рукавицы, вышел из кабины и направился в хвост транспорта. Ого. Оказывается, у троллейбуса слетели рожки с проводов… Ай да мы! «Спасибо, дружок!» - проникновенно поблагодарил я рогатый амобилер, похожий на симпатичную улитку, и выскочил наружу. Как я ни спешил, но, на секунду притормозив, обернулся и послал водителю с пассажирами заряд позитива, вообразив часы с золотыми стрелками и пожелав успеть сегодня всюду, куда они направляются… Недовольное бурчание прекратило доноситься до меня, рожки моментально встали на места, и троллейбус бодро помчался дальше. А я столь же бодро устремился в обратном направлении. Навстречу мне мчались разноцветные авто; сновали маршрутки; гудели деловитые троллейбусы и автобусы; на огромной скорости промчал байкер на мотоцикле – с таким грохотом, что впору было затыкать уши. Светофоры подмигивали мне жёлтыми и красными глазами… Я шёл и шёл, и это становилось весьма подозрительным. Да сколько же километров до этой грешной остановки? Я отмахал уже раза в два больше, чем, по моим ощущениям, следовало бы. Я шагал и шагал по улице, а в голове заевшей пластинкой крутились строчки полузабытой песни. «Я шагаю По проспекту, По ночному Городу, Я иду потому, Что у меня есть ноги, Я умею ходить И поэтому иду…» Восхитительная логика, - с иронией подумал я. Но я-то не просто иду, я ищу своих друзей! «Дым высоких тpуб, бег седых облаков Hам укажет пpиближение холодных ветpов, Танец солнечных лучей в паутине пpоводов Hад жестяными кpышами обшаpпанных домов…»* Обнаружив на двух встретившихся по пути остановках другие названия, я понял, что заблудился. И буду теперь блуждать по Городу до самой ночи. Или до утра. Так, сворачиваем панику, включаем логику. Если мы с Шурфом сумели не потеряться даже во сне, то наяву и подавно найдёмся! Спросить, что ли, у кого-то дорогу? Вообще-то я предпочитаю сам ориентироваться в незнакомых городах – находить дорогу, бродя по незнакомым улицам, гораздо интересней, чем приставать к аборигенам со словами «Мы сами не местные…»! Но сейчас-то я путешествовал не один. А значит, не мог позволять себе шататься по Городу, опьянённым новизной впечатлений. Тем более, зимой вечереет рано… И потом, хотя Город сразу мне понравился, я чувствовал себя как-то неуютно без друзей. Я устремился вперёд, и тут некстати вспомнил свой излюбленный кошмар из серии «большой город». Тёмный, тесный переулок между кирпичных стен, уходящих ввысь, туда, где узкая полоска неба перечёркнута путаницей проводов; под ногами – грязный снег и лёд, местами, пардон, жёлтый; пахнет котами, а одинокого пешехода наверняка поджидают подозрительные личности. И застыл, как фонарный столб, от неожиданности, обнаружив, что действительность вокруг меня вполне соответствует моим представлениям. Пока я предавался красочным видениям, ноги занесли меня в именно такой переулочек. Только кирпичные стены были расписаны граффити, а в одной из них имелась таинственная подворотня. Ох, сэр Вершитель, Вам давно бы пора научиться контролировать свои необузданные мысли и чувства! Конечно, меня там ждали. Из тёмной арки неспешно вышли два типа в кожаных куртках и джинсах, направляясь прямиком ко мне. Классические «пацаны с района». Я вспомнил своё пребывание Доперстом – как люди притягивали меня, свой персональный кошмар, своими же собственными страхами. Сам-то мог бы это сообразить и не ужастики выдумывать, а нарисовать в голове картинку, к примеру, того же ледового стадиона! Пока я срочно старался повернуть переключатель в своей головушке с положения «Ой, мамочки!» на «Всё ок, я просто мимо проходил», двое приблизились, и тот, что повыше, поинтересовался: - Закурить не найдётся? Классика, блин. Спросили бы, как пройти в библиотеку, для разнообразия. Всё равно ведь обдерут как липку, (хотя что у меня брать?), а может, ещё и отлупят. Но я, героически стараясь сохранить на своей физиономии дружелюбное спокойствие, сообщил: - Я лично бросил, не курю, здоров и полон сил! – потом подумал и добавил: - Вот, мятный леденец найдётся. Хотите, ребята? «Ребята» изумлённо переглянулись. Ох я и дурень. Да за такое нахальство сейчас точно мало не покажется. Но так уж устроен мой дурацкий организм - если я на взводе, то рот не закрывается, и не важно, что болтать и перед кем… И тут меня озарило. Когда очень надо, моя башка соображает раза в три быстрее, чем обычно. Мой всполошившийся разум полез на стену… ту самую, кирпичную, с граффити, сообщавшим, что некий «Кот» поздравляет с днюхой своего «Котёночка» – и видимо, там вычитал идею. С точки зрения логики это было ужасно глупо. Ну а вдруг снова сработает? И я, как можно ярче представляя себе эту немыслимую картину перед внутренним взором, торжественно «вручил» пацанам мысленные подарочки: тому, что повыше, - целый блок моих прежде любимых сигарет с золотыми цифрами на пачках – пусть знает мою щедрость! - а тому, что пониже, - почему-то кубинские сигары… Ну, так уж придумалось. - Спасибо, не откажемся, - сказал долговязый и протянул руку за леденцом. Я ошарашено хлопал глазами. - Мы тоже бросить хотим, - пояснил мелкий, разворачивая фантик. - Вот, специально вышли на улицу без сигарет, а так хочется… - Эти конфетки мне отлично помогали на первых порах, - сказал я, придя в себя и стараясь поддержать светскую беседу. - Молодец, что бросил! – сообщил мне высокий. Я почувствовал, что сейчас расплывусь в довольной ухмылке, ещё и ноги, чего доброго, от облегчения не выдержат и подогнутся, и я сяду прямо в грязный снег. И тут обнаружил, что снег в переулочке вовсе не грязный, а наоборот, почти нетронутый. Логично – тут же меньше народу ходит, чем по проспекту. Кирпичные стены в красочных росписях выглядели, словно произведение современного искусства – полотно абстракциониста, да и только; гораздо интереснее, чем скучные серые заборы! А переплетения проводов наверху показались не паутиной, а стройным нотным станом, на котором расселись нотки-птицы, и мне показалось, что вот-вот зазвучит звонкая мелодия созвучно той, что играла сейчас у меня внутри. А звучала там совсем другая песня, не та, про паутину проводов, что помимо воли крутилась в моей голове, как пластинка, когда я шагал сюда, а радостная, цветная, лёгкая!.. Этот город самый лучший город на Земле, Он как будто нарисован мелом на стене: Голубые тротуары, синие цветы, Ярко-желтые трамваи, розовые сны!.. Вот оно как. Мир таков, каким мы его видим… И люди зачастую отвечают нашим представлениям о них. Думаешь – это подозрительный тип, держишься настороже – и человек это чувствует, а ты получаешь в ответ такое же отношение. Думаешь – скучный день, некрасивые улицы – и видишь их такими. А если наоборот? Ведь всё начинается с себя самого. Что, если попробовать увидеть - в людях вокруг, в улицах города, в новом дне - что-то хорошее! И я честно попробовал: - Скажите, пожалуйста, как пройти к городскому катку? И был вознагражден. Меня не обозвали «интеллигентом таким-сяким», и даже никуда не послали, а вежливо ответили. - Вы далеко забрались. Каток в другой стороне, - пояснил маленький парень. А высокий добавил: - Выйдете из переулка обратно на проспект, повернёте направо и шагайте до кольца, там недалеко, одна остановка. - Спасибо! – в порыве благодарности я высыпал им в ладони весь свой запас мятных конфет и, довольный, развернулся и полетел в указанном направлении. Двое всё так же удивлённо глядели вслед. Да, такие неординарные типы, как я, видимо, нечасто встречаются… Оказывается, я был так взволнован, не успев вовремя выйти из транспорта, что не обратил внимания, как троллейбус зашёл на кольцо и развернулся. Поэтому я всё время двигался в направлении, диаметрально противоположном нужному. Эх, жаль, что у меня пока нет блага цивилизации – мобильного телефона! Всё же иногда эта штука незаменима, как бы ни было полезно развитие интуиции. Если бы здесь работала Безмолвная речь… но я мог разве что попробовать сильно-сильно подумать: «Не волнуйтесь, скоро приду». Так я и сделал, изо всех сил адресуя своё послание Лонли-Локли – и внезапно почувствовал себя гораздо спокойнее. Не иначе, как до меня долетел далёкий неясный ответ. Этот город не похожий ни на что вокруг; Улыбается прохожий, и за 5 минут Помогает человеку верить в чудеса!.. Распускаются фонтаны прямо в небесах...** Светофоры мне навстречу приветливо светили зелёным, машины дружески гудели; я быстро шёл вперёд, не глядя под ноги, и азартно ругал сам себя, чтобы веселей шагалось: «Я покажу Вам свой Мир, ага! Наобещал и пропал. Хорош гид, чтоб я провалился!» И тут я таки провалился. В открытый люк, крышка которого была наглым образом спёрта некими искателями сокровищ… то есть металлов. Падая, я успел подумать: «Думай, что думаешь, дружок, дырку над тобой в небе!» - и истерически хихикнуть, потому что дырка таки имелась над моей головой – круглое, аккуратное отверстие люка… Я даже не успел испугаться, что сейчас переломаю ноги, потому что, зажмурившись, приземлился на что-то довольно твёрдое, но приятное на ощупь. Полёт прекратился столь же неожиданно, как и начался. Я посидел пару секунд, а потом осторожно открыл глаза… и вслед за ними разинул рот.