Магия Нашего Мира

Спал я неспокойно. В спину впивались жёсткие рёбра батареи, но я крутился в тревожном сне, не в состоянии вынырнуть в явь. Мне снилось море, такое, как сегодня утром - беспокойное, сверкающее, полное льдин. По небу мчались облака, похожие на рваное кружево. В слепящей глаза дали мелькало что-то белое, похожее на крыло альбатроса, но яркий свет мешал мне разглядеть подробности – и я, привычно став на крыло, скользнул вперёд. Волны и лёд внизу сталкивались, кружась в хаотическом танце, и от этого безостановочного движения голова шла кругом и слегка подташнивало – хотя разве может кружиться голова у морской птицы? Я спешил, чтобы догнать белое пятнышко, мелькавшее среди бликов на горизонте, но то ли крыло, то ли парус, то ли мотылёк ускользали от меня. Мне бы махать крыльями размеренно – но я торопился, беспорядочно взмахивая ими, и очень быстро вымотался. Глаза, уставшие от мельтешения и сверкания, уже не могли разглядеть белое пятнышко - и я, отчаянно разочарованный и уставший, опустился на одну из льдин, ощутив лапами холод и обжигающие ледяные брызги… Моя одежда промокла, став холодной и тяжёлой, а возле уха плескалась вода. Что?! Батарею прорвало? Я резко вскочил и тут же сжался в комок, подобрав под себя ноги. Потому что никакой батареи поблизости не было. Как и мансарды. Зато было море. Я сидел на льдине метрах в двухстах от берега, медленно кружась, как на карусели, и стуча зубами. Вот это пробуждение! Ну и как, скажите мне пожалуйста, теперь добираться до берега? В таком виде не долетишь, сэр Макс, - ехидно подумал я. А соваться в ледяную воду… нет уж. Подумав, я решил грести руками по направлению к берегу. Уже через минуту руки окоченели до того, что я перестал их чувствовать. И плохо бы мне пришлось, но тут я почувствовал движение… Вокруг меня вился ветер, задорный и весёлый, как мальчишка. Он легонько толкал меня в спину, словно я был парусом, и мой персональный мини-айсберг медленно, но верно дрейфовал к берегу. Что-то в этом ветре было… как будто неуловимо знакомое, как будто дружественно-тёплое, как будто озорное, жизнерадостное!.. Он, этот ветерок, нёс с собой дюжины запахов, немыслимых среди моря: влажной зелени, нагретых солнцем мостовых и – я не сразу поверил своему обонянию – ароматной камры. В следующий момент я чуть не бултыхнулся со льдины в море, подскочив на ноги во внезапном озарении: - Нумминорих, дырку над тобой в небе!!! Что ты здесь делаешь? Во дают мои друзья. То один в виде птицы, то другой ещё круче – в виде ветра. А ну как он не сумеет воплотиться обратно? Похоже, я ещё сплю. Но тогда это - мой сон! Значит, я за него отвечаю… Ветер весело закружился вокруг меня, бережно подталкивая к берегу: - Макс! Я так рад тебе! Я знал, что с тобой всё в порядке! Ну уж, над этим, положим, ещё следует подумать… Хотя, если наш оптимистичный нюхач утверждает, что со мной всё в порядке – значит, так оно и есть. Или будет в ближайшее время. - Ты-то откуда тут взялся? – не переставал изумляться я. - Я? Прилетел. Задание у меня такое – вытаскивать сновидцев из увлекательных, но опасных видений, - радостно объяснил мой ученик и друг. – Я и сам чуть было не увлёкся, так мне понравилось быть ветром! - Понимаю, - кивнул я. - Мне тоже однажды понравилось быть чайкой. Но меня выручил друг… - Воспоминание о белом альбатросе, ускользнувшем от меня в сияющей дали, больно кольнуло где-то в груди. Я поджал колени к груди – льдина медленно таяла, и моя ненадёжная опора становилась всё меньше. - И ты меня выручил только что. Спасибо, - серьёзно сказал Нумминорих. - Послушай, ветерок, ты летаешь высоко и всё видишь, - сказал я, - скажи, ты не видел тут белую птицу? Он задумался на мгновение, кружа надо мной и легонько ероша волосы, а потом ответил: - Нет, не видел. – И испуганно переспросил, видимо, впечатлившись выражением моего лица: - А что случилось? - Сэр Шурф случился, - сердито ответил я, яростно протирая кулаками глаза, начавшие слезиться от нестерпимого сверкания в воде и в вышине. – Мы с ним попали, понимаешь? - Куда попали? - В мой Мир, куда ж ещё! - Так это твой Мир? – обрадовался ветерок-Нумминорих и, сорвавшись с моего плеча, где внимательно слушал, принялся восторженно кружить над головой. – Тут здорово! И море пахнет не так, как наше. Мне нравится! - Мне тоже только-только понравилось. А это он так заманивает в свою паутину, - мрачно сообщил я. – Улетай, иначе и тебя поймает и не отпустит! - Что ты, - искренне удивился Нумминорих. – Я не чувствую никакой паутины. Наоборот, здесь летается легко и свободно! - А почему тогда, - сварливо вопросил я, - мы с Шурфом застряли тут? - Сэр Шурф в Ехо, - ещё более удивлённо ответил ветер. – Я не видел его, потому что сейчас нахожусь далеко, но Джуффин присылал Зов и между делом сказал, что он в библиотеке, взял пару Дней Свободы от Забот… Стоп. Значит, никакой ловушки не было. По мне можно словарь народной мудрости составлять – у страха глаза велики, как раз подходит! Или вот ещё: не расслышит, так выдумает, ага. До меня медленно дошло, что случилось на самом деле. Просто Мир Стержня забрал обратно Лонли-Локли, как мой Мир когда-то забрал меня. Вот откуда эта неправильная убеждённость, что ему нужна для восстановления сил энергия Сердца Мира. Раньше-то он прекрасно себя чувствовал тут! Просто Мир соскучился по своей Истине и внушил ему эту мысль, будто собственную… я-то помню, как это бывает. Ещё бы, с таким сокровищем добровольно не расстанешься. - А твой Мир - хорошее место, - заметил Нумминорих. – Такому месту можно довериться… А я, получается, зря обидел мой Мир. Он не удерживал нас, мы оставались тут по собственной воле, и, между прочим, замечательно проводили время! Он щедро дарил нам свои чудеса, с радостью впустил моего друга, а если и не хотел отпускать – то лишь потому, чтобы мне было хорошо. А может, это я сам не хотел отпускать друга, с которым так интересно открывать заново весь Мир? И видеть в нём гораздо больше хорошего, чем мог бы разглядеть я сам. Теперь-то мне стала ясна неправильность моих действий. Нет, чтобы разобраться в ситуации, как советовал Шурф – а вместе бы мы разрулили всё, уверен, - я распсиховался, стал хлопать дверьми и злиться на всех и вся… Вместо того, чтобы довериться, я испугался. Наверное, всё это время я старательно прятал в глубине души этот свой первобытный страх, который, как мне казалось, победил ещё во время полёта над осенним лесом. Мне бы руководствоваться не страхом и гневом, а любовью, попросить свой Мир, чтобы он поделился энергией с нами обоими! - Не переживай, Макс, - успокоительно коснулся моего виска ветерок, - твой Мир заботится о тебе. И если тебе сейчас кажется, что ты мог сделать иначе, лучше – то не мучай себя: всё в Мире делается так, как должно быть. Всё в порядке, я это нюхом чую, а моему нюху, ты знаешь, можно верить… Ух ты, посмотри!.. То, что я увидел, обернувшись, показалось мне столь невероятным и прекрасным, что я, несмотря на достоверность холода и брызг, окончательно уверился, будто сон продолжается. Ко мне приближалась яхта, белая и лёгкая, как чаячье пёрышко; пара треугольных парусов, наполнявшихся ветром, хлопали изумрудными полотнищами, просвечивая на солнце, как летняя листва. Вдобавок это чудесное видение не плыло – да и лёгкий корпус судёнышка тут же был бы раздавлен сталкивающимися кусками льда, – а скользило над поверхностью моря, над волнами и льдинами, не касаясь их, словно мираж… Точно, сплю, - с облегчением понял я и отключился.