Солнце

      Утро было сырым и холодным, а пробуждение быстрым и неприятным. Сугавару разбудил шум на нижнем этаже. Сначала он не придал этому должного значения – веки слипались, да и когда мальчишки вели себя тихо? Но к нему забежала взволнованная Шимизу...       Сначала Суга понял, что Тобио рядом с ним нет, а после услышал его голос, доносящийся снизу. Потом Суга перевёл взгляд на малышку Хитоку, которая стояла, вцепившись в руку Киёко. Из маленького чуть вздёрнутого носика капала кровь. Коуши одними губами спросил: «Что случилось?»       – Мальчишки дерутся, не смогла их разнять, – ответила Киёко.       Суга подскочил, как ошпаренный, крикнув на ходу, чтобы Шимизу не беспокоилась и пока пошла умывать Хитоку, помчался вниз.       Драка была нешуточная, и Сугавара не сразу различил в брыкающемся клубке, кто есть кто. Разнимать мальчишек пришлось долго, а начиналось всё...       Тобио проснулся рано, когда Суга ещё сопел ему в макушку. Полежав с полминуты смирно, мальчик выбрался из-под рук воспитателя и, убедившись, что тот не проснулся, на цыпочках спустился вниз. Он хотел есть, но на кухне кроме остатков ужина он ничего не нашёл. Есть разогретое было противно. Тогда Тобио решил пойти в спальню: позавчера он спрятал в зазоре между матрасом и спинкой кровати шоколадный батончик – их, каждому по одному, принёс Асахи, поддавшись неясному порыву души сделать что-то доброе «вотпрямсейчас».       В спальню Тобио попал без происшествий, даже ни одна половица не скрипнула, давая мальчику беспрепятственно проникнуть в место назначения. К кровати подошёл он так же тихо.       И что же он увидел!       Рыжик, принесённый вчера Сугаварой, крепко спал. Улыбающаяся во сне рожица и кончик носа были измазаны шоколадом, а поперёк кровати красовалось мокрое пятно. Пахло соответствующе.       Видимо, маленький Шоё описался, проснулся из-за этого, расстроился. Ведь он всего ничего в этом месте, а уже такой казус!.. И, думая, что всё высохнет к утру, малыш придвинулся ближе к спинке кровати. Смущённый и испуганный, он не позволял себе разбудить кого-либо, хотел поплакать, уткнувшись мордочкой в подушку, и случайно нашёл заначку Тобио. А как дети в этом возрасте реагируют на сладкое? Разумеется, немного чего-то вкусного вмиг решало все проблемы или хотя бы отводило их на второй план. Вот и шоколадка пришлась кстати, а после, поевший и успокоившийся, Шоё заснул снова, уткнувшись носом в обёртку. Ему стало хорошо и спокойно.       Вот только Тобио это совсем не волновало. Он, разозлённый и обиженный (на что он злился сильнее – на испорченную простынь или съеденную шоколадку – мальчик не понимал), схватил Шоё за белый воротничок, дёрнул на себя и заорал не своим голосом:       – Что ты сделал?!       Ребята подскочили на своих кроватях, спросонья не понимая, что происходит. А Тобио продолжал кричать на рыжика, тряся его за воротничок. Рюноске, как самый сильный и старший, подлетел к Тобио и стал оттаскивать его от новичка. Ю и Тадаши кинулись ему помогать, и даже Кей, с секунду пораздумав над ситуацией, соизволил вылезти из-под одеяла и помочь новичку. Тот уже захлёбывался рыданиями.       Не так он привык просыпаться. Не так.       Рю взял Тобио подмышки, кое-как удерживая брыкающегося малолетку. Тадаши подскочил к Шоё, чуть приобнял его, гладя по голове и извиняясь за такое утро. Рыжик продолжал реветь.       – Ну, перестань, – Тадаши пригладил рыжие пряди. – Тобио у нас... эм... Так радуется тебе.       – Да ни черта! – выкрикнул мальчик, всё ещё пытаясь вырваться.       – Не ругайся!       Тобио приутих, мотнул головой, чтобы чёлка закрыла его глаза, и стал бубнить в сторону новичка проклятия. Рюноске его отпустил.       Кей, недовольный тем, что его разбудили, решил отыграться. Подойдя к кровати раздражителя, он быстренько смекнул, в чём дело, и, гаденько ухмыльнувшись, произнёс в пространство:       – Надо же, Король психует из-за того, что намочили его простынь! Остыньте, Ваше Величество, пощадите жалких смертных!       – АХ, ТЫ-Ы!.. – взревел Тобио.       Ярость забурлила в нём по новой, в голове будто что-то щёлкнуло, и он кинулся на Кея. Тот, не ожидавший, что Тобио будет решать вопрос кулаками (обычно мальчишки просто сидели по углам и бросались обзывательствами), повалился на спину. Ему на бёдра тут же взгромоздился противник и стал дубасить маленькими, но тяжёлыми кулаками. Но Кей тоже был не промах, успевал и защищаться, и отвешивать нападавшему оплеухи, пытаясь перевернуться и скинуть его с себя.       Ребята даже моргнуть не успели, так быстро всё это произошло. Они кинулись разнимать дерущихся, но теперь это было невозможно – так сильно они друг в друга вцепились.       Из соседней комнаты прибежали Шимизу и Хитока, разбуженные шумом. Малышка, испугавшись за здоровье мальчиков, тут же кинулась их разнимать, но лишь получила в нос локтем Тобио, когда тот замахивался для очередного удара. Заплакав от боли, девочка отстранилась, кинувшись обратно к Киёко. Та стояла, не зная, что предпринять. Попытка прикрикнуть на мальчишек не привела к успеху – они не то, что не слышали, не замечали её. Мутузя друг друга, они катались по полу, быстро меняя лидирующие позиции.       Тогда оставался лишь один путь – к Сугаваре. Киёко, схватив свою подопечную за руку, побежала наверх.       – Ну что за наказание?.. – вздохнул Коуши, оттаскивая мальчишек друг от друга. – Хва... Хватит, я сказал, уже! Прекратите!       Нехотя, смотря глаза в глаза ненавистным взглядом, Тобио и Кей сдались. Против Сугавары они выступать не решались. Да и дух надо было перевести. И не только им.       Суге казалось, что били мальчики не друг друга, а как минимум – его нервные клетки.       – И что вы тут устроили? Как вам не стыдно? – продолжал Коуши. – Извинитесь.       – Нет, – отрезал Кей.       – Вот ещё, – хмыкнул Тобио.       – Быстро!       Ребята пробормотали нечто вроде извинений, и Суга, ещё раз устало вздохнув, присел на стул.       В дверном проёме показалась Шимизу. За ней, всё так же крепко вцепившись в руку воспитательницы, стояла Хитока. На её носу красовался широкий пластырь. Девочка громко хлюпала носом.       – А, Шимизу, как малышка? – поинтересовался Коуши.       – Не уверена, лучше отвезти в больницу, – сообщила студентка.       – Как только Дайчи приедет, попрошу его, – пообещал Суга. – А, да, ты ещё не убрала аптечку? Залатаешь наших «героев»?       Киёко молча кивнула и жестом поманила драчунов за собой. Те послушно направились к ней.       – Простите... – Тадаши, чуть смущаясь, подошёл к Сугаваре. Было видно, что ему последующий вопрос даётся ему нелегко.       – Да? – Суга перевёл на него взгляд.       – А мы правда Ваше наказание?       – Ну что ты, конечно, нет. – Сугавара улыбнулся так, как он умел: ласково, тепло. По-матерински. Этой улыбке не сложно было верить. И ребята верили.