Когда старшие сёстры не знают про Фикбук...

      Дина очень любила клубнику. Особенно свою, с огорода. Там её на даче пруд пруди. Кусты повсюду. Ягоды такие сочные, яркие, крупные. Оторвать и нежно надкусить кусочек, такова чуть ли не мечта всей жизни, но увы, съедать получалось не всегда, да и не много.       Клубника в огороде росла только для одного — на продажу. Участок был небольшой, но клубники было более чем достаточно. Было даже больше остальных, не очень востребованных у матушки ягод. Было больше чем малина, черника, ежевика, смородина и крыжовник вместе взятые. — Дина-а. Ди-инк, иди сюда! — снова слышит голос из кухни, после чего на всех парах движется в сторону последней. Она уже знает, какое задание ей дадут. — Я пришла, — прикрывает глаза, вдыхая такой тягучий, манящий запах клубники. — Молодец! У меня к тебе задание, — женщина мнётся у плиты, тщательно расталкивая клубнику, — на, принеси ещё. Можешь немножечко скушать, я разрешаю. — Хорошо! — в руки опускается трёх литровая банка и девочка послушно кивает, скрываясь за пределами террасы. Мать в приподнятом настроении сегодня, это радует. Обычно она строго-настрого запрещает, объясняя это тем, что будет больше денег. Хотя что там, из-за трёх ягод что, можно получить в два раза больше? Вряд ли, конечно.       Глаза девочки сверкают от счастья, когда она видит знакомые кустики. Спелые ягоды манят, будто бы всем своим видом говорят: «Ну же, съешь нас. Чего же ты медлишь?» — Ну наконец-то! — блаженно выдыхает девчушка, боязливо оглядываясь по сторонам. Обычно женщина запрещала ей есть сие сочные ягоды, но «Малинка» просто не могла не попробовать их. Поэтому она инстинктивно оглядывается по сторонам, будто бы хищник, нашедший пищу, и не хотящий делиться ею с другими.       Ягода неуверенно отрывается, после чего рассматривается со всех ракурсов. Дина всегда так делает. Долго и задумчиво сидит над ягодкой, крутя-вертя её в руках. Привычка с рождения, так сказать. — Ну всё. Теперь держись, ягода! — неуверенно откусывает кусочек, трепетно разжёвывая последний. Жуёт долго, медленно, пытаясь лучше вкусить сей странный, сладковатый с примесью кислинки вкус. Блаженно проглатывает, после чего поспешно кидает в рот оставшуюся половину ягоды. Смотрит на липкие, красноватого оттенка пальцы, после чего медленно слизывает с подушечек клубничный сок. — Ой, что-то я задумалась! — выдаёт девчушка, вспомнив про мамино указание.       Пальцы уверенно срывают ягоды, после чего последние неуверенно летят в банку. Каждый раз девочка пыталась перебороть в себе желание съесть последние.       Клубника для Дины — наркотик. Успокоительное с привыканием, помогающее девочке успокоить итак «расшатанные» нервы.       «Фи, ненавижу клубнику. Такое… ах ладно, забей…» — вспоминает Рину, грустно смотрящую телевизор, при этом с отвращением глядящую на ягоды. Рина не любит клубнику, и за это девочка готова её убить.       Однажды она спросила у Ярославы, будет ли та клубнику. В ответ последняя лишь подвинула тарелку к мелкой, аргументируя свои действия тем, что у неё аллергия на клубнику. Тогда Яра соврала. Она тоже терпеть не может клубнику. Ей больше по душе ежевика.       Как-то на день рождение мелкой Инга купила магазинную клубнику. Причём даже не притронулась к ней, хотя… Они все не любят клубнику и Дину это жутко бесит, выбивает из колеи. — Ну как так то? — спрашивает сама у себя русая, мысленно проклиная судьбу.       «Милая моя, каждый человек особенный. Просто смирись с этим…» — мама всегда права. Что бы она не делала, всё было таким правильным, аккуратным. Казалось, она никогда не ошибается. Вообще никогда. А её взгляд, такой задумчивый, неуверенный, но серьёзный. Твёрдость её руки, губы согнутые в полуулыбке, да хотя бы идеально зачёсанные в тугую косу волосы. В ней всё идеально. Слишком идеально.       Тяжело выдыхает, разглядывая очередную ягоду. Иногда ей казалось, что маму стоит сравнивать именно с клубникой. Яркая, мягкая, интересная личность. Вновь вдыхает чудный запах. Ей никогда не стать такой, как бы она не старалась. Каждый человек по своему идеален, но сам не всегда понимает это. Вот и она не понимает. Хочет понимать, но не может. Она не верит в это.       В раздумьях не замечает, как банка заполнилась до краёв, а следовательно, пора идти. Напоследок съедает три ягодки, после чего в приподнятом настроении пошла в дом.       Женщина лежала, уткнувшись лицом в подушку. Даже во сне лицо оставалось умиротворённым и спокойным.       Тихо прокравшись на кухню, девочка поставила банку в холодильник, после чего решила попить холодного чайку. Всегда после нудной и трудной работы под солнцем жутко хотелось пить. Вот и сейчас Дине жутко хотелось пить.       Набрав из кулера холодной воды, девочка достала лимон из холодильника, после чего, порезав дольками, бросила пару в воду, после чего насыпала ложку сахара. За этими действиями она и не заметила как начало вечереть. Солнце медленно скрывалось за горизонтом, а облака отливали разными цветами. В основном это был розовый вперемешку с красным.       Дерюгина младшая любила закаты, но не так сильно, как клубнику.       Решив понаблюдать за сим очень прекрасным явлением, девочка тихо прошла в коридор с чашкой чая, после чего неуверенно поднялась на второй этаж, где был выход на балкон. На благо комаров особо так не было, поэтому девочка спокойно села в шезлонг, поставив чашку на журнальный столик. Взяв плед и устроившись поудобнее девочка начала смотреть на закат, при этом слушая цикад и трели ещё не спящих птиц.       Женщина неуверенно поднялась с кровати, после чего окинула комнату взглядом.  — Интересно, сколько я поспала? — задумчиво выдала она.       Поняв что уже вечер, женщина пошла искать младшую дочь.       В Дине она всегда видела нечто большее, чем в других сёстрах. Те казались женщине однотипными, скучными. Их можно было прочитать как открытую книгу, предугадать их действия, что было слишком скучно. Они практически всегда вели себя одинаково, охотно шли на контакт, если это требовалось. В Дине женщина этого не видела, правда иногда и она была ну жуть как предсказуема. Может, дело в том что она ещё растёт, а остальные уже сформировались как личности. На этот вопрос женщина не знала ответа, да и сам вопрос волновал её мало.       Найдя спящего ребёнка на балконе, женщина накрыла дочь пледом и поцеловала. — Ты хорошо поработала! Надо бы наградить как-нибудь…       Выйдя на кухню, она стала что-то намешивать, после чего достала клубничное варенье. Запах был одурманивающий, резкий. Сама мать не удержалась и попробовала получившееся варенье. — Хих, люблю клубнику… — блаженно прикрыв глаза сказала она, после чего по доброму улыбнулась.       Проснулась Дина ночью. Она по прежнему лежала на балконе, освещённая полной луной. Внезапно в нос ударил до одури знакомый запах. Этот запах девочка могла вдыхать снова и снова до потери сознания. Этот запах она узнает где угодно… — К-клубника? — удивлённо мотает головой в разные стороны, ища источник запаха. Хотя, натолкнулась она на него быстро.       На журнальном столике рядом с неким подобием чая лежала тарелка с блинами, облитыми клубничным вареньем. Под тарелкой лежала записка. Девочка начала неуверенно читать.       «Это за твои старания! Спасибо тебе. Клубника вышла просто на славу, продадим много. И да, спасибо что наконец-то дала мне выспаться. В общем, люблю тебя Дин, очень сильно. Мама.» — И я тоже люблю тебя, — на душе потеплело, — мама…